Глава шестая. Итоги посиделок и побегушек…

Роска была счастлива.

Я не мог найти здесь действительно качественных рыболовных принадлежностей. Они были, но кто бы мне их отдал или даже продал? Но мне было жизненно важно осчастливить дочь и выполнить обещание — одарить ее снастями для рыбалки. Поэтому я взял количеством, для начала прихватив кошелек и обойдя все имеющиеся на центральной площади Кольца торговые лавки. В каждой из них я скупил лучшие из имеющихся крючков, поплавков, лесок, грузил и прочего. Но вещи были рядовые. Для ежедневной ловли ради пропитания, а не ради особого улова. Роска хоть и приняла бы от любимого отца такой дар, но осталась бы разочарована. Я пригорюнился…

А затем встрепенулся, подошел к ближайшему из торговых «спецов» Неспящих, крутящихся вокруг в надежде заключить какую-нибудь сделку с кем угодно. Я подошел и тихо сказал ему следующее:

— Обещал дочери элитные рыболовные снасти, но ничего толкового не нашел.

Мне с легкой снисходительностью сведущего человека ответили:

— Ну ты и спохватился, Нави. Тут едва лавки открылись в первый раз, как самые лучшие вещи вмиг с лотков смели не торгуясь. А ты только сейчас подошел, когда один мусор грустный остался.

— И не говори, — горько вздохнул я, доставая из заплечного мешка сферу, с божественной яростью и с грустью печалящегося отца поглаживая ее. — Но дочь порадовать надо. Обязательно надо.

— И не говори, — моими же словами поддакнул спец, неотрывно глядя на стеклянный шар и старательно прикрывая его телом и растянутым в руках плащом от чужих взглядов. — Дети должны быть счастливы.

— Вот сейчас как закричу — меняю ярость бога на крючки и лески, на поплавки и грузила! Как думаешь, кто-нибудь подойдет? Кто-нибудь мне что-нибудь предложит?

— Ты вот не кричи, зачем? — заторопился спец. — Убери, убери шарик в сумку, Нави, а то вдруг уронишь на камень твердый. Крючки, говоришь? Поплавки? Пойдем, пойдем вон к той бригантине нашей.

— К бригантине? — переспросил я, неохотно шагая. — Но ведь мне товар нужен особый, дочка моя абы чем рыбу удить не станет.

Кому я вру? Дай Роске дрын с веревкой и ржавым крюком с насаженной гнилой деревяшкой — она и этот снаряд с радостью в воду забросит. Вдруг да поймается что?

— Конечно, особый! — оскорбился спец до глубины души. — Для твоей дочери — самое наилучшее!..

Очень скоро я лишился сферы с божественной яростью. Взамен получил целый деревянный ящик с множеством выдвижных ящичков, наполненных самыми разными принадлежностями для рыбалки. Там было почти все. От микроскопических крючков для ловли хищных мальков до здоровенных крюков размером больше ладони. Мотков разной лески не счесть, грузила из различного металла, поплавки радовали и резали глаза своей расцветкой. Настоящий суперподарок для мальчишки… то есть для девчонки. Все же я круглый ду… кхм… то еще хобби выбрал для дочери. Бонусом к ящику шли три здоровенные банки с отличнейшей наживкой. Черви, креветки и нечто совсем непонятное, но зло смотрящее из банки на любого, кто приблизился. Банки я забрал бесплатно, благо в тот момент рыдающий капитан бригантины обнимал чучело акулы и ни на что не обращал внимания — это его ящик спец представил как выставленный на продажу товар, хотя лицо владельца выражало что угодно, кроме согласия с этим заявлением.

Ну и кто у нас теперь лучший папа в мире? А? А?

Радостный визг Роски разнесся на пару миль, когда она первый раз открыла ящик — кстати, очень красивый, с вырезанными рыбками, лакированный, с металлическими уголками и ручкой из дубленой кожи черного осьминога. Мечта, а не ящик. Чего бы вдруг капитан решил продать такую красоту?

Вручив дочери немалую денежную сумму, я отдал еще больше финансов сияющей, как солнце, Кирее, после чего вернулся к своим делам с успокоенной душой. На этот раз не я так решил — они так решили. И сияли обе дивчины не из-за денежных и рыболовных подарков, а из-за полученных немалых призов и достижений в состязаниях по ловле рыбы. Они не пропустили ни одного соревнования и уже успели стать широко известны и среди игроков, и среди «местных». Да, что характерно, туземцы со мной стали здороваться преувеличенно вежливо, некоторые даже отвешивали легкие поклоны, говорили много теплых слов о Роске.

Я этому только радовался — и за дочь, и за себя. Я все же темного древнего бога разбудил. И раз они отмалчивались в то время, когда Аньрулл еще спал на дне подводной пропасти, — значит, эта тема строгое табу. Но сейчас все снова хорошо, «местные» настроены очень благодушно. Но контакта с ними я избегаю по возможности — сам не знаю почему. В проблемы и радости Кольца стараюсь не влезать. За все прошедшее время я даже крохотного задания не взял напрямую, лишь помогал друзьям.

О… друзья… о них отдельная песня.

Впервые в жизни Орбит и Док поступили в чем-то одинаково — после приключения они завалились спать в выделенном для нас зеленом шатре. И пробыли больше часа в цифровом сне, восстанавливая силы и сбрасывая накопившуюся усталость. Я выделил для сновидений ровно час, после чего встал и отправился за покупками рыбацких снастей для Роски. А когда я выполнил обещание и вернулся обратно к пирсам — шатер был пуст. Эльф с лекарем прихватили питомцев и слиняли в неизвестном направлении. Я лишь знал, что они прихватили с собой Крея и Бома, да еще и Шепота, что едва успел вывалиться из очередного турнира, где занял позорное третье место. Они и меня с собой зазывали с помощью сообщений, но я отказался — надо срочно разобраться с накопившимися делами. А потом можно немного отдохнуть с удочкой, как и хотелось — надо разгрузить психику. Очень не хочется нового приступа Затухания.

Друзья умчались в новое приключение. Но кое-что оставили после себя. В самом центре палатки высилась больша-а-ая груда всевозможного барахла, найденного нами в подземелье Ань Гдар. В шаге от кучи трофеев стоял низенький полированный столик с глиняным чайником и тремя чашками. За столиком сидела скрестившая ноги Черная Баронесса, задумчиво читающая папирусный свиток и делающая в нем пометки простым гусиным пером. Одета ЧБ по-тропически — короткая свободная юбка и топ. Волосы собраны в узел, несколько прядей падают на плечи. Мило…

Чуть поодаль сидел широкоплечий игрок Светлый Морок, удивляющий своей явно сшитой на заказ футболкой с большой надписью на груди: «У тебя есть выбор: либо продашь — либо отдашь». А вот это совсем не мило… я даже попытался испугаться, но не получилось. Ну а если смотреть в целом — этакая восточная мирная идиллия с хорошим зеленым чаем. Меня явно собираются грабить, но вместо стальных кулаков и арматурин принесли с собой толстые пачки наличности.

Некоторые инструкции у меня на этот счет уже имелись — я переговорил с эльфом и Доком, чтобы спросить об их части трофеев. Орбит сказал — мне не надо. Видимо, все интересное для себя он уже прихватил. Док сообщил, что сохранил парочку трофеев на будущее, остальное же из его доли можно смело продавать и лучше бы, чтобы золото сразу же легло на его счет в банке — на старом континенте. Так сохраннее. Не с собой же мешок золота таскать.

Нам удалось собрать много ценных вещей. Вернее, очень ценных. Будь мы дома — я бы сразу отнес их в ЛК и оставил бы там до тех пор, пока не разберусь со своими намерениями на их счет. Но сейчас трофеи жгли мне руки — мне некуда их деть. Мне придется их продать. Своего корабля у меня нет, трюм и каюту я не арендовал, опять же, даже если договорюсь и складирую добычу на корабле, кто даст гарантию, что судно не затонет вместе со всем грузом? Или не взорвется — и тогда я смогу «радостно» лицезреть, как вдаль уносятся с трудом добытые предметы. Продажа неизбежна. И Баронесса прекрасно это понимала, оттого сидела с улыбкой Джоконды на устах. Но она также понимала, что дружба дружбой, а бизнес бизнесом и я запросто могу продать горячий товар любому другому клану. Поэтому мы находились примерно в равных условиях. А еще за моим плечом нависал огромный призрак Бома, сейчас где-то что-то собирающего, но мысленно пребывающего со мной. Я не продешевлю… наверное… и начну, пожалуй, разговор с нейтральной темы.

— Как Ань Гдар?

— Мил и светел для нас, ужасен и темен для других, — улыбнулась Баронесса, поднося к губам чашку чая. — Спасибо, Рос. За это с меня шикарный бонус. Вы преподнесли нам почти неизведанный данж, заваленный множеством вещей с выхлопа божественной ярости.

— За это лично мне вы не должны, — сразу же отказался я от чужой чести. — Орбит. Это он прочел все подсказки и провел нашу хлипкую группу по относительно безопасным проходам. Да еще и мамонта протащил. Как по мне — он совершил невозможное.

— Для него это норма жизни, — дернула плечом девушка. — Но и твоя лепта усилий там есть. Как и Дока. С нас причитается. Список предложений предоставлю в скором времени. А пока давай займемся вот этой вкуснятиной. — Глава Неспящих указала глазами на груду трофеев. — Я как раз на отдыхе. Вот и поторгуемся немножко. Ты присаживайся.

— Хм, — покрутил я головой, глядя, как подбирается сидящий рядом с ЧБ парень. — Вижу, настроены вы серьезно…

— Мы никуда из шатра не уйдем, пока не достигнем договоренностей. — Девушка подарила мне еще одну улыбку, хищную и обаятельную одновременно. — Я даже с места не тронусь.

Холодная черно-зеленая вспышка возникла внутри шатра внезапно. Появилась и исчезла, оставив после себя закутанную в очень знакомую мантию фигуру с накинутым на голову капюшоном.

— Изыдьте! — хриплый голос последовал за жестом руки.

Черную Баронессу и ее помощника приподняло и вышвырнуло из шатра, едва не снеся все сооружение целиком. Клубящаяся черная аура прошлась по шатру, на полотняных стенах появился серый иней, у меня изо рта вырвался пар. Сильно уменьшившийся в размерах после нашей последней встречи Аньрулл повернулся ко мне, внутри капюшона скрежетнула жуткая клыкастая пасть:

— Росгард… ты пробудил меня. Чего желаешь ты в отплату? Богатство? Власть? Защиту? А может быть, устроить ужас ада твоему врагу? Силу? Великое оружие сокрыто рядом. Могущественную магию? Найдется и такая — и путь к ней недалек. Говори… скажи желанье.

О, сколь видений чудных в моем мозгу мелькнуло разом!

О, сколь всего готов я пожелать!

— Ничего, — ответил я, глядя на кошмарную нежить, нависшую надо мною. — Тебя хотел разбудить не я, а мой друг. Я лишь исполнил его просьбу. Коли хочешь ты воздать за свое пробуждение истинному герою — тебе нужен высокий и худой эльф по имени Орбит Хрустилиано, что был у края поглотившей тебя подводной пропасти. Он прочел знаки, он привел нас к твоей усыпальнице, он указал мне способ разбудить тебя. Твое освобождение — только его заслуга.

— Орбит Хрустилиано, — повторило божество, клацнуло когтями рук. — Я запомню его имя. И твое тоже, Росгард. Мы еще встретимся!

Гигантский скелет воздел руки к потолку шатра, между его рук задрожала зеленая дуга молнии. Лобастая голова, скрытая капюшоном, последний раз уставилась на меня, костистая фигура стала полупрозрачной, Аньрулл собрался уходить… и вновь резко проявился, вернув себе материальность. Снова шагнул ко мне, голос его набрал злую силу:

— Живая кровь Великих?! В тебе бурлит живая кровь Великих?! Откуда?! Я не нашел следов их в мире!

— Э-э-э… — вот чего-чего, а этого я не ожидал.

— Откуда?! Ты не страдаешь лишь по той причине, что я в долгу перед тобой. Но терпение Аньрулла — ледышка в яростно пылающей печи. Ответь мне, Росгард! Хотя я гляну сам… — К моей груди метнулась сплетенная из причудливо искривленных костей ручища. — Я постараюсь не убить…

Вспышка… сильный толчок в грудь отбросил меня назад, но я завис в ставшем вязким, как патока, воздухе, расширенными глазами глядя на новых гостей, возникших из ниоткуда. Три древние звезды-стража отгородили меня от Аньрулла своими телами, полыхнули ярким огнем, в бога-скелета ударил тройной энергетический луч, заставивший его фигуру задымиться. Черно-зеленая аура бога зажглась, как облако метана, и сгорела, в разинутую в бешеном вое клыкастую пасть ударил новый луч, заставивший его подавиться словами или магией. Тонкий прерывистый звук наполнил мои уши, заставил поморщиться — ультразвук становился все тоньше и все сильнее, скоро моя голова лопнет, как перезрелый арбуз.

— О-орби-и-ит! — выдохнул я сквозь сцепленные зубы.

— Р-р-ра-а! — Удар ноги Аньрулла вызвал локальное землетрясение, но меня не затронуло, я продолжил висеть в воздушном капкане. Зато землю затронуло будь здоров, толстенная каменная плита встала дыбом, приняв на себя удар звезд. А затем этой же плитой вооружился божественный скелет и одним ударом сверху вниз вбил в землю сразу двух древних стражей.

— Вы слуги мне! — бешеный рык Аньрулла казался воем верховного демона из преисподней. — Служите мне! Или умрите! — Его аура начала восстанавливаться, вновь затягивая воздух мрачным облаком.

Плита разлетелась на куски, что шрапнелью забарабанили по стражам и скелету, прорвали стены шатра. Пара камней зависла перед моим ошарашенным лицом — меня оберегали, но даже не знаю кто именно — Аньрулл или явившиеся стражи.

«Папа?!» — призрачный голос Роски зазвучал в голове тревожным эхом.

«Все хорошо!»

— Служите мне! — Скелет сделал то, чего я никак не ожидал. Его правая рука метнулась вперед и ударила в центр ближайшей звезды, с хрустом пробив броню и по запястье уйдя внутрь. — Вы рождены служить мне вечно! И ваш удел — повиновенье!

Пораженная страшным ударом звезда задрожала, резко почернела, а затем ее лучи по краям зажглись призрачно-зеленым.

— Твою мать, — просипел я. — Твою мать! Орби-и-ит!

Оставшиеся две звезды прокрутились вокруг оси, полыхнули одновременными энергетическими лучами, сияние затопило воздух, развеяло черно-зеленую ауру. Я почти ослеп, но успел заметить возникшую позади Аньрулла еще одну звезду-стража. Все трое ринулись вперед, ударили в скелет и, заключив его и своего почерневшего собрата в треугольник, сомкнулись лучами, зажглись ярко-красным. Зарево магического пожара стало ослепительным, а затем резко угасло. В почти уничтоженном шатре остался я один — ну еще везде были разбросаны трофеи.

С треском разорвалась одна из дырявых полотняных стен, открыв отличную панораму на пирсы и пришвартованные корабли. На переднем фоне стояло игроков пятьдесят, вооруженных до зубов, накрытых аурами, приготовивших заклинания и мощнейшие стрелометы.

Я уселся, подобрал чайник, нацедил чайку в треснутую чашку, отпил глоток, провел ладонью по груди, обнаружив, что вся моя одежда превратилась в труху. Глянул на стоящую впереди всех Баронессу и спросил:

— На чем мы там остановились?

Один из углов несчастного шатра прекратил дымиться и просто загорелся. Я отпил еще один глоток. А чай на самом деле хорош…

Баронесса всегда соображала быстро. Коротко оглядевшись, она отдала несколько приказов. Бо́льшая часть игроков сразу же рассеялась, вернувшись к прерванным делам. Несколько из них потушили пожар — с моей торопливой помощью, едва я опомнился от легкого шока и попытался исправить хоть что-то. Я далеко не король и я не Глава Неспящих. Но проблем от меня море. Пусть Великий Нави действительно важная фигура, но все же не настолько, чтобы доставлять беспокойство такому количеству людей, да еще и портить чужие вещи. Ведь я сейчас не на вахте — сейчас я просто Росгард. Хотя бы отчасти меня оправдывало только одно — в этот раз истинный виновник случившейся заварушки не я, а один лысый гений с ручным мамонтом.

Мы быстро справились с пожаром, собрали в кучу уцелевшие трофеи — кое-что было безнадежно испорчено во время схватки между богом и звездообразными стражами. Но кое-что и появилось — например, вон те две большие хрустальные сферы, заполненные бушующей оранжево-зеленой мглой, почему-то напоминающей мне разумную серную кислоту. Я коротко извинился, поблагодарил за помощь, снова уселся рядом с треснутой чашкой, уподобившись той старухе с разбитым корытом из знаменитой сказки, — пусть я не настолько беден и амбициозен, но вид у меня столь же страдальческий и несчастный. Стыдно все же…

— Что-нибудь скажешь в пояснение? — поинтересовалась Баронесса, опускаясь рядом. Чуть поодаль сел помощник в новой футболке с девизом: «взаимная вежливость — залог успеха».

Испустив долгий выдох, я собрался с мыслями:

— Аньрулл увидел наложенный на меня эффект «Живая кровь Великих», и его это очень сильно заинтересовало. Он протянул к моей груди клешню, собираясь что-то проверить, но тут появились стражи и устроили короткую вечеринку со звездами. Аньрулл не смог ничего проверить, но дал звездам бой — и мне показалось, что он относится к ним как к собственным собакам, осмелившимся рычать на хозяина. Если хочешь — покажу тебе видео. На этот раз я автоматически ткнул на запись, когда ко мне потянулась костистая руками с гнилыми когтями.

— Показывай, — мгновенно среагировала ЧБ. — Гляну прямо сейчас.

Кивнув, я пощелкал настройками и сделал виртуальный экран видимым для присутствующих. Видео началось впечатляюще: ко мне тянется страшенная рука, на заднем фоне скрежещет клыками полускрытая капюшоном пасть Аньрулла…

Через несколько минут Баронесса откинулась назад и задумчиво скрестила руки на груди:

— Ничего себе…

— Вот-вот.

— Ты понимаешь, что это означает?

— Что Аньрулл вернется?

— И это тоже. А еще это напоминает старую поговорку о счастливчиках: им благоволят звезды. Слышал такую?

— Ну…

— В нашем случае это говорит о том, что за тобой постоянно следят несколько древних стражей. Постоянно, Рос. Даже сейчас ты в пределах их прямой видимости. Иначе они не смогли бы среагировать на угрозу и появиться почти мгновенно. Я насчитала четырех стражей. И могу сказать, что это нечто беспрецедентное. И очень интересное. Я переключаю на этот вопрос нескольких наших лучших аналитиков и разведчиков. А также заставлю перелопатить игровых историков каждый пыльный манускрипт до единого — если он связан со звездами и Аньруллом. Грядет буря…

— Пояснишь? — удивился я напрягшемуся лицу девушки. — Просто очередная заваруха.

— Рос, ты получил эффект перед самым походом на Зар'граад, верно? И там присутствовали стражи-звезды, верно?

— Да. Я понял, к чему ты клонишь, — мы полным ходом идем к Затерянному материку, и при этом нас сопровождают замаскированные древние стражи.

— Звезды сопровождают ТЕБЯ, Рос. А не нас.

— Пусть так. А материк запечатан магическим барьером тех же самых Великих. И Аньрулл является одним из их представителей — если верить словам Орбита.

— Да. — Лицо цыганки-полукровки буквально застыло, глаза выражали бурю нескрываемых чувств. — Мы на пороге чего-то нового, Рос. И боюсь, что тут замешаны могущественные силы, преследующие собственные интересы.

— Тут уже ничего не скажу. Разве что пару слов в свое оправдание — думается мне, что звезды прилипли не именно ко мне, а к моему статусу Великого Навигатора.

— Очень вероятно, — кивнула девушка. — Ты понимаешь, что это значит?

— М-м-м… — Соблазн показаться умным заставил меня напрячь мозги до предела. — Ты про «Живую кровь Великих»?

— Верно. Если все дело в статусе Великого Нави и в его уникальном заклинании снятия покровов… то что делает «Живая кровь»? Вдруг она как-то изменяет или усиливает твое заклинание?

— Что-то вроде дополнительной батарейки? — предположил молчавший до этого помощник. И я сразу заподозрил, что он не просто торговый представитель или кладовщик. — Усилитель и без того мощной магии.

— Но для чего? Навскидку? Зачем усиливать заклинание, если оно и без всякой «левой» подпитки может снять древнее заклинание? Дай распоряжение о сборе десятка спецов — пусть восстановят команду «Десятка пик». В свое время ребята отлично справлялись с нестандартными задачами. Их даже Орбит порой находил интересными.

— Но трое из них ушли из группы аналитиков. Работают в поле. Захотели адреналина.

— А ты верни их, — приказала ЧБ. — Хватит с них физической работы, пусть стряхнут пыль с мозговых извилин, пока они окончательно не выпрямились от потока адреналина.

— Занимаюсь вопросом. Жизнь проще не становится, — со вздохом заметил я.

— А так всегда, Рос. Чем выше полет — тем меньше кислорода. И тем более серьезные самолеты встречаются в облачной вышине.

— Аньрулл кричал на стражей как на ослушавшихся псов, — напомнил я свои недавние слова. — Если он Великий, почему звезды не подчинились его воле?

— Если он Великий, то он мертвый Великий. — Баронесса специально выделила интонацией слово «мертвый». — Это скелет, то есть не живое существо, а восставшая нежить, какой бы могущественной она ни была. Живые не хотят служить мертвым? К примеру, ты работаешь на большого важного босса, выполняешь все его капризы и желания. Но тут он помер. А через неделю явился в виде воняющего злобного зомби и потребовал у тебя чашку горячей крови с двумя ложками сахара и щепоткой цикория — ты бы побежал цедить у кого-нибудь кровь и подогревать ее в микроволновке, не говоря уже про сахар и цикорий?

— Пояснение емкое, — хмыкнул я. — Да уж… я бы скорее начал вспоминать, где у меня спрятан заряженный дробовик.

— То-то и оно. У нас очень мало сведений про Аньрулла, очередной миф, обрывки слухов. Раньше в мире Вальдиры был довольно обширный темный орден, поклоняющийся этому божеству. Они прятались в самых глухих местах, обожали затхлые болота и лесные чащобы. Они похищали путников и торговцев, делали вылазки в небольшие деревни, проводили страшные ритуалы и что-то твердили про скорое возвращение и воцарение Аньрулла. Но толком никто ничего узнать не успел — из-за чрезмерно рьяных игроков-священников и паладинов, с неистовой жадностью выполняющих задания светлых храмов. Игроки убили все живое и сожгли все мертвое. Орден перестал существовать.

— Голова заболела, — признался я. — Вот вам две сферы с непонятной оранжевой жижей с зелеными прожилками. Не опознано, но может быть ценно. А может, нет. Может, это слюна бешенства Аньрулла.

— Нам пригодится, — заверил меня помощник. — Мы и плевки в дело пустим. Это в дар?

— В дар, — кивнул я. — Возмещение ущерба. За подожженный шатер и сожженные нервы. Но остальное только на продажу. Деньги делим на две части. Одну часть мне, другую Доку. И обе немалые суммы — повторяю, немалые суммы! — нужно сразу же положить на наши счета в банке Вальдиры.

— Спасибо за подарок, — промурлыкала Глава Неспящих, подкатывая к себе две сферы и сильно напоминая сейчас хищную кошку. — Начинай называть лоты. А мы станем их выкупать.

— Дело для меня новое, но попробую… итак, шесть малых сфер божественной ярости Аньрулла. Предметы достаточно редкие, но не уникальные. Отдам по достойной стандартной цене, скидок не предоставляется, рассрочка или даже отсрочка платежа возможны, благо вы, люди, достойные доверия.

— Берем. С отсрочкой. У Неспящих временная проблема с золотом, — сделала Баронесса неожиданное признание. — Особенно на старом континенте. Мы потратили так много в последние дни, что наши финансисты до сих пор не могут собрать всю бухгалтерию воедино. Поэтому у меня к тебя большая просьба — поверь мне в долг. Прямо сейчас я не переведу тебе ни единой золотой монеты на банковский счет, но обязуюсь выплатить хотя бы часть при первой возможности. Эта же просьба касается вашего одаренно-озабоченного Доктора.

— Как? Одаренно…

— Озабоченного. Он лекарь от бога. Огромный потенциал в этом классе. Причем не в качестве священника или травника, а именно лекаря-мага и только в относительно небольшой группе. В этих условиях его потенциал раскрывается особенно полно.

— Со своими обязанностями он справляется, — согласился я. — Меня буквально сегодня пару раз вытащил. И мамонта спасал. Про озабоченность — тут ты перегнула палку, если ты о его несколько экзотических пристрастиях в выборе девушек.

— Тогда экзотично-одаренный доктор. Он поверит мне в долг?

— Да. Если нет — я выступлю гарантом, хотя сомневаюсь, что у него может возникнуть мысль, что ты не отдашь денежный долг. Скажи кто — она воткнет тебе нож в спину, — люди поверят. А если сказать, Баронесса не вернула взятые в долг деньги… тут уже вряд ли поверят. Опять же в походе деньги тратить некуда.

— Хоть какая-то репутация, пусть и сомнительная, — делано огорчилась Баронесса. — Отлично. Продолжаем распродажу…

— Никаких скидок. Поэтому не распродажу, а ограниченную продажу особо редких и почти уникальных предметов повышенной стоимости, — поправил я.

— А ты быстро учишься, Рос.

— Костяные амулеты. Двадцать девять штук. Неопознанные.

— Двадцать девять… — покачала головой девушка. — Один такой самое малое стоит тысячу золотых монет. Это если продавать его как расходный материал для алхимиков — на пропитанную божественной силой костяную муку, идущую в особые эликсиры. Если же есть шанс наложить на амулет благословение соответствующего божества… тогда речь о трех тысячах золотом самое малое. За продажу или покупку таких штук в светлых городах — тюрьма.

— Считаем по две тысячи, — предложил я дипломатично. — Характер Аньрулла и его улыбка дают мало шансов на получение благословения. Скорее, проще получить пинка костяной ногой под зад.

— Договорились.

— Продолжаем — двенадцать больших костяных амулетов с тем же рисунком, но с зеленой окантовкой и непонятными рунами на обратной стороне. И три почти таких же амулета с единственным отличием — в их центре вставлены тусклые зеленые камни. Изумруды, наверное…

— Долг моим будет большим, — подытожила Баронесса. — Считаем по три и по пять?

— Может, последние три по шесть?

— Пять с половиной, разоритель.

— По рукам. Снова сферы… кубические…

— Кубические?!

— Кубические…

— Сферы?

— Кубы… написано — ледяная ненависть Аньрулла. Кубики реально ледяные, можно один такой в холодильник поставить вместо двигателя. Все лето холодные напитки…

— Коктейль, охлажденный ненавистью бога-нежити? Мне и в голову не могло прийти. Кубы не уникальны, но большая редкость.

— И почем они обычно продаются?

— Тебе понравится сумма…

— Я готов — надевайте ярмо должника и шепчите мне в ухо заветные цифры…

Из опаленного дырявого шатра я вышел последним. Передо мной семенил гном, изнемогающий под тяжестью двух больших ящиков, поставленных друг на друга. Еще чуть впереди бежала эльфийка, несущая над головой верхнюю челюсть гигантского гикрана.

Я исполнил мечту любого торговца-игрока — распродался подчистую и по очень неплохим ценам. Я и раньше не мог пожаловаться на бедность, теперь же меня можно назвать ОЧЕНЬ богатым. Заодно узнал, что у Неспов временные проблемы с наличкой. Уверен, что могу продать и этот «товар» — тем же Архам. Но, само собой, так не поступлю. Что парадоксально — я богат, но гол и бос, стою в одном подгузнике, переминаясь на каменных плитах. За плечами имеется мешок, но его вряд ли можно принять за часть одежды. Пробегающий мимо торговый помощник на ходу бросил мне пару штанов и рубашку, кои я с благодарностью принял. Карманы имелись, в них я переложил часть наличности и потопал к ближайшим туземным торговым лавкам. На этот раз меня интересовали не рыболовные крючки, а обувь и одежда. Никаких требований к характеристикам вещей я не предъявлял — нет смысла, все равно «главный костюм» уже готов и даже проклят, лежит сейчас в надежно запечатанном ящике и дожидается своего часа.

Вообще, покупки дело десятое — я дожидался Злобу, пообещавшего освободиться в скором времени, чтобы окинуть мои достижения быстрым взглядом и дать им предварительную оценку. Мне было чем похвастаться — за время наших блужданий по Ань Гдару я заработал шесть уровней. А за время всего похода, если считать и сегодняшний день, — двадцать семь. Полученные баллы характеристик оставались свободными — на их счет Злоба распорядится этим вечером. Укажет, куда их вложить — в интеллект или мудрость. А еще он хотел со мной поговорить о классе персонажа, что было более чем странным — все сроки, отпущенные Гильдией Магов Альгоры, прошли. Теперь я официальный маг поддержки узкой специализации.

Также мне хотелось узнать немного свежих новостей про подземелье. И — Баронесса не задала ни единого вопроса про изученное мною заклинание Древних. А это настолько странно, что на одну только ее забывчивость не списать. И вообще подобное словосочетание кажется бредом: «забывчивость Черной Баронессы». Отсюда вывод — про мою новую магию древних спросит кто-нибудь другой. И я уже догадываюсь, кто именно…

Предчувствие меня не обмануло.

О, его прищуренные глаза, наполненные жгучей завистью, пронизывающие меня насквозь с расстояния в несколько сот метров! О, эта преисполненная решительности походка, эти напряженные плечи и набыченная голова! Злоба явился. И первым делом высказал мне очень умные и прекрасно связанные друг с другом слова:

— Ты! Ее! И… эх! Ну! И прямо так…! А я?!

— Выпей молока, — поспешно предложил я ему кокос с уже вставленной соломинкой.

— Ведь мы же друзья боевые!

— И что? — удивился я. — Мне следовало отдать тебе магию Древних?

— Ну! Или продать…

— Ну вас, старче, — фыркнул я и на несколько секунд прильнул к кокосу, наслаждаясь вкусом.

— Рос, у тебя это просто алмазы, попадающиеся на пути. А я всю жизнь положил, чтобы стать боевым магом с уникальным арсеналом заклинаний! Эх!

— Ты и стал, Злобыч. Без ложной скромности — твое имя даже у новичков на слуху. И вроде бы твоим деяниям посвящены аж две картины, висящие в холле каждой гостиницы Вальдиры.

— Три! — ревниво поправил меня наставник. — Ну? Колись!

— Ты о чем?

— Что за заклинание выучил? Рассказывай… дай мне утонуть в злобной зависти… дай раствориться в лютой ненависти…

— Не могу сказать, — со вздохом признался я. — Извини. Сразу скажу, чтобы потом без обид, — это просьба Орбита. Я так полагаю, что выученное мною заклинание подошло в качестве кусочка в одной из его загадочных игр и затей. И поэтому кусочек должен оставаться секретным до часа «Х».

— Не понял!

— Говорю же — попросили меня сохранить тайну о выученном заклинании…

— Рос, ты бредишь? Я твой наставник!

— Да знаю! — рыкнул я, едва не раздавив несчастный кокос. — Говорю же — лысый плут попросил меня сохранить секрет. И вообще, он меня дважды сегодня попросил, и дважды у меня проблемы со здоровьем. Сначала за моей головой явился древний бог, которого я сам и разбудил по тупости моей врожденной. А теперь ты готовишься оторвать мне голову и поставить на ее место пустой кокос. Но ведь моей вины тут нет! Ищите лысого эльфа!

— Ищите лысого эльфа… — повторил изнывающий от желания узнать тайну Злоба. — Где он? Подайте мне горящий кол и острый факел! Где он? Найдите лысого эльфа!

От вопля боевого волшебника несколько красивейших смуглых девушек испуганно ахнули и плотной стайкой упорхнули по одной из узких дорожек. А ведь до этого красавицы шли к нам…

— Ты будешь первым, кто узнает секрет, — вылил я первое ведро воды в разгорающийся пожар ярости.

Моя попытка слегка притушила пламя, но огонь еще не угас.

— И если что, ты будешь первым, кому я предложу это заклинание выкупить, — добавил я сливочного крема к предложенному кексу. — Это же касается и «Ауры Великих». И не забывай, наставник, — я таки добыл тебе бутылку с прибавкой к мане. И даже вручил тебе загадочный флакон… знать бы еще, что он дает.

— Прибавку к физическому урону на семь процентов сроком на сутки, — не стал скрывать чуть успокоившийся волшебник. — Шепот теперь бегает за мной послушной собачонкой и готов чистить мои грязные сапоги. А я еще размышляю…

— Не говори ему, пожалуйста, что это я тебе дал тот флакон, — попросил я с надеждой.

— Ладно… а то Шепот тебя может и того… за семь процентов дополнительного урона с людьми и не такое делают. А ведь я его так унижаю, так унижаю сейчас… если он узнает о источнике его боли и душевных страданий… жди в гости ниндзя…

— Возьми в подарок, — протянул я Злобе крохотный пузырек размером с мизинец, наполненный небесно-голубой жидкостью. — Божественная штука. Разом пополняет пять тысяч пунктов маны. Прими от всего сердца…

— Ну ла-а-адно, — расцвел маг, ловко забирая щедрый дар. — Еще такие есть?

— Две, — признался я. — Но их храню при себе. На всякий случай.

— И правильно делаешь. Если они не пригодятся и после похода решишь продать — я куплю!

— Договорились.

Пронесло. Это же надо — я сначала делаю крайне щедрый подарок, а затем делаю еще одно столь же дорогое подношение, чтобы ни одна душа не узнала, что это именно я вручил первый подарок. То есть второй подарок скрывает первый подарок… о моя голова… Надо отвлечься.

— Есть новые вести про Ань Гдар?

— О! Море их! Океан! Поведаю тебе краткие итоги, а затем поболтаем о твоей специализации. Слушай!..

Сведения оказались захватывающими — Злобыч умел рассказывать, этого у него не отнять.

Первый час Неспящим удавалось скрыть новость, что второй вход в данж открыт и доступен для каждого. И за эти шестьдесят минут они сумели очистить от всего ценного немало коридоров и тупиков. Затем в подземелье появились «чужие» игроки, также хотящие урвать себе кусок вкусного пирога. Началась ожесточенная гонка, напоминающая Великий Поход в миниатюре. Но в этот раз несколько небольших чужих групп сумели выйти в лидеры — в этом чудовищном переплетении коридоров и затопленных лазов немудрено найти более короткую лазейку. Сейчас больше трех сотен игроков спускались все ниже в Ань Гдар, и с каждым шагом все больше преимуществ появлялось у ахилотов и водных питомцев. Следом за первой волной шли остальные — игроков на островах множество, все хотели побывать в неизведанном подземелье. Еще одно заклинание Древних пока все там же — скрыто где-то очень глубоко, его ищет каждый из кланов, надеясь, что именно им улыбнется удача. Злобу так глубоко не пустили — иначе он не успел бы выбраться до вечернего турнира, где должен принять участие в обязательном порядке. Это сильно беспокоило фанатичного волшебника, но против приказа главы он не попер — а она сказала «отдыхать и готовиться».

Еще в подземелье появился новый тип ужасных монстров — сами игроки. Некоторые из них. Класс «тихушников» с прокачанными воровскими умениями. В непроницаемой темноте обокрасть сражающегося воина или мага очень легко. Они порой и не сразу узнавали о краже, проклятья начинали раздаваться гораздо позднее, когда авантюрист понимал, что из его мешка пропало недавно найденное мощное зелье или иной какой-то особо редкий трофей. В данже работали воры-профи, не берущие что попало, охотящиеся за раритетами и не раскрывающие свое инкогнито, дабы не навлечь на родной клан беды.

Нашлось и знаменитое подводное кладбище, вызвавшее у всех ахилотов восторженный писк и благоговение. Дело в том, что на подводную часть утеса Приливная Смерть опиралась еще одна гора, почти целиком состоящая из намертво сцепленных и спутанных воедино кораблей различных эпох и типов. Где-то внутри этого нагромождения находился третий вход в подземелье. Но и сам лабиринт из прибитых приливом кораблей представлял собой огромный интерес — предметов внутри трюмов и кают оказалось великое количество. Оружие, доспехи, сундуки, шкатулки, банки и склянки. И все остальное прочее, включая запчасти для кораблей. Ахилоты блаженствовали и умирали, умирали и блаженствовали. Ибо монстры имелись в количестве, достаточном для создания крайне напряженной обстановки. Нежить, хищная рыба, моллюски, крабы, электрические угри и прочие плотоядные твари. Здесь царила та же конкуренция, что и чуть выше.

И когда в тине обнаружилась первая сфера с божественной яростью, ситуация накалилась еще сильнее. Прорыв имени Аньрулла оставил после себя много полезных вещей и ужасных факторов — черно-зеленое мертвящее облако спустилось и под воду, медленно сползая по утесу ко дну и грозя накрыть гору Погибших Кораблей смертельным магическим покрывалом.

Поэтому все торопились, как могли… и полчаса назад их громкая торопливость привела к пробуждению огромного классического осьминога с длиннющими щупальцами. После этого на следующую четверть часа происходящее стало до ностальгической душевной боли напоминать одну древнейшую игру «Тайны океана», где отважные водолазы пытались собрать с разбитого корабля золото, а нависший над ними осьминог пытался ими перекусить. Учитывая силу осьминога, обитающего на ГПК, много «водолазов» лишились жизни. Описывая случившееся, Злоба так живо жестикулировал и закатывал глаза, сравнивая все с не ведомой мне игрой, что я не стал уточнять, о какой замшелой древности идет речь, и лишь поддакивал. Осьминога удалось убить только после того, когда обнаружили, в каком корабле скрывается его тело. Щупальца обрубать бессмысленно — они отрастали почти мгновенно.

И прямо сейчас идет еще одна ожесточенная битва, в которой участвуют сразу несколько кланов. Бой идет против Покровителя Ань Гдара, исполинского электрического некроугря, чудовищного монстра длиной в пару сотен метров, бьющего молниями во все стороны и энергетическим лучом из пасти. Угря убьют, в этом нет сомнения, но многие уже познали вкус полета к локации возрождения — удары змеи очень сильны, плюс массовая магия, накрывающая всех электричеством молний. Про энергетический луч и говорить не приходится — от его прямо удара умирают даже прокачанные танки, пока что спасают зачарованные от электричества щиты, но их прочность уменьшается, как у куска льда на солнцепеке. Судя по внешнему виду гигантского змея, погиб он давным-давно, но ожил благодаря пропитавшей это место темной божественной энергии Аньрулла. И сейчас змеиный труп косил игроков десятками.

— Если бы мы на него наткнулись, — задумчиво выпятил я губу.

— То получился бы новый удав, проглотивший слона. То есть мамонта. Как на знаменитой картинке.

— М?

— Да неважно. Суть — ваши подземные приключения завершились бы тут же.

— Согласен. Повезло.

— Ладно. Показывай характеристики персонажа.

Не став показывать окно магии, остальное я не скрывал. Почти вся моя подноготная предстала пытливому взору наставника. Тот задумчиво похрустел пальцами, оценил количество свободных уровней, испустил долгий вздох:

— Ну почти…

— Почти что?

— Почти добрались. Ну или не почти, но продвинулись неплохо, да и общая процедура следующих действий давно выработана.

— Шутишь?

— Нет. Делаю грубые расчеты. Сначала основа — проклятая экипировка с не действующими на тебя штрафами, но отличными бонусами. Сейчас там шестнадцать предметов. Потом твоя родная «база» — раскачка персонажа с укосом в количество маны, плюс выбранная специализация. Затем к этому добавим собранные тобою эффекты на ману, что уже действуют. К ним приплюсуем припасенные напитки, что ты выпьешь в последний день. А когда ты все наденешь и выпьешь, тебя накроют специальными аурами усиления и экономии сразу сорок магов поддержки. Они выложатся в полную силу. Сразу предупреждаю — едва ты активируешь главное заклинание, тебя может убить сразу после этого — отдачей. Слишком уж много энергетических потоков будет на тебе скрещено, плюс эликсиры. Помимо всего вышеперечисленного на палубе будет активирован один особый артефакт массового действия, что поможет не только тебе, но и всем прочим классам персонажей, опирающихся в своих действиях на ману. Ну и есть еще один большой козырь в рукаве, но его лучше не использовать вообще. Слишком уж это будет дорого. Тратить такую козырную карту ради единичной активации заклинания… Но, если даже не брать козырь в расчет — мы продвинулись неплохо. Умения, достижения, эффекты, проклятые предметы, основа персонажа, маги поддержки. Все это сложится в единый таран, что подбросит тебя к вершинам маны. Мы почти у цели.

— Радует. — Облегчение нахлынуло теплой волной.

— Сильно пока не восторгайся, — предупредил наставник. — Все равно пока недотягиваешь. И не забывай — во время похода тебя может настигнуть смерть. Раз так сорок. И ты резко обвалишься в уровнях. Уж постарайся не умирать, Рос. И, честно говоря, нам необходим «запас прочности». Чтобы даже в случае многократной смерти ты не потерял возможности произнести заклинание.

— Приложу все усилия, — заверил я. — И впереди еще много палубных гладиаторских боев. Ты что-то говорил про мою специализацию?

— Мы и еще четыре самых шустрых клана выполнили под сотню заданий различной сложности, выданных одним местным обитателем с суровой нордической внешностью и окладистой седой бородой.

— И что?

— А то — он новый Глава местной Гильдии Магов. Кольцо Мира восстало со дна надолго, Рос, а мы и прочие кланы делаем все, чтобы как можно скорее оживить местную инфраструктуру. Мы проводим срочную реанимацию. Игроки раскопали здоровенный холм, внутри коего обнаружились развалины мощного здания с пятью башнями.

— Постройку видно издалека, — согласился я, взглянув в ту сторону, где еще вчера утром имелась череда мало чем примечательных холмов и горок. Теперь к небу тянулись несколько башен и шпилей. Вокруг сновали игроки, что-то рубящие, таскающие, роющие. Работа кипела.

— Ага. Едва одни игроки откопали — другие начали восстановление. Наши и чужие мастера заделали дыры в стенах, заново настелили крышу, убрали мусор, очистили стены, даже нарисовали картины и создали скульптуры. Чего дедушка хотел — то мы и делали. Гильдия Магов Кольца Мира восстановлена. Уже начала работу. А Неспящие получили очень высокую репутацию с ее Главой. Меня держат на особом счету. Во-первых, я выполнил не меньше двадцати очень сложных заданий, а во-вторых, я выиграл в дружеской дуэли маг против мага.

— Ты победил Главу Гильдии Магов? — поразился я. — Ого! Даже дважды «ого»!

— Я боевой маг с огромным опытом, Рос, — пожал плечами Злоба, как должное принимая похвалу. — Но было трудно. Дедушка пользовался незнакомыми заклинаниями, пару раз пришлось позорно галопировать по арене. А волшебники не должны носиться туда-сюда с заполошным оханьем. Но справился. Потом мы с ним отметили отличную битву бутылочкой красного, в то время как один «местный» умелец-художник запечатлевал нас на холст для будущих поколений. Можешь сходить и посмотреть, если хочешь — картина уже готова и висит в главном зале Гильдии. Картина называется «Дружеская беседа равных». Я настоял.

— Поздравляю, — искренне сказал я. — Реально поздравляю. Еще один штрих к легендарности — заработанной, а не надуманной. И к чему ты мне все это рассказываешь?

— Во время беседы я выяснил кое-что интересное, — вздохнул Злобыч. — Пока это закрытая информация, но в будущем в Вальдире появятся два новых магических класса. Один боевой и один социальный. Скоро будет возможно официально пройти обучение в Гильдии Магов. Думаю, у «физовиков» такая же история — минимум несколько новых классов персонажей.

Глава рассказал, что у их племени есть особые «двойные» и «тройные» корабли, могущие бегать по волнам даже в полный штиль. И даже против ветра. Речь о катамаранах.

— А я тут при чем?

— А ты можешь стать живым двигателем для такого вот катамарана, — развел руками волшебник. — Вернее, ты можешь стать и двигателем, и батарейкой сразу. Два в одном. Двигатель — заклинание. Батарейка — твоя мана. Такому кораблю требуется прорва маны ежеминутно, поэтому эликсиров не напасешься, само собой. И потому у туземцев есть особые маги, обладающие огромным запасом маны, сидящие на лучшем месте палубы, попивающие кокосовое молоко и при этом приводящие катамаран в движение. А рулят им уже другие — при помощи обычного штурвала или весла. В общем, аналог магического ветра, только тут магия куда более продвинутая. Работает только на катамаранах и тримаранах, построенных из особого дерева, растущего на этих и соседних островах. Уверен, что в недалеком будущем эта игровая профессия станет очень популярной. Для малых грузовых, боевых и курьерских судов подобный класс всегда будет востребован. Думаю, появятся и особые гонки — будут гонять на очень высоких скоростях. А в настоящем… если ты перейдешь на этот класс, что возможно — я уже уточнил, Глава Гильдии поможет, — твой запас маны вырастет вдвое. И можно уже будет не волноваться про кастование заклинания для снятия покрова с Зар'граада.

— Но? Ведь обязательно есть какое-нибудь неприятное «но». Кажется, я даже догадываюсь, в чем заключается самое плохое.

— Если превратишься в двигатель катамарана, хотя класс по-другому называется, твой магический урон будет срезан почти полностью. Терновые пущи сажать по-прежнему сможешь, но вряд ли они убьют хоть кого-то, кроме полудохлой обычной мышки. А также в разы возрастает пауза между использованием заклинаний любого типа. Ты уже не сможешь лихо стрелять с ладоней сериями огненных шаров и ледяных осколков, Рос. Ты будешь раз в минуту с натугой выплевывать один огненный шар, после чего можно брать газетку и следующие шестьдесят-сто секунд наслаждаться чтением. В отличие от мага Пути новый вариант полностью социальный. Твоим уделом станут лихие гонки и крутые виражи, а жестокие битвы отныне будут не для тебя.

— Мясо. Вот чем я стану, — заключил я. — Если говорить прямо — я превращусь в очень жирную и очень дохлую свинью. Кусок жирного мяса.

— Да, — признал Злоба, смотря мне в глаза. — Ты будешь куском мяса, которое сможет зажарить до хрустящей корочки любой твой враг — если рядом не окажется твоих друзей, само собой. Ты не сможешь дать никому отпор, не сможешь защитить соратника, не сможешь его даже подлечить — с целительной магией такая же беда, как и с боевой. Но ты гарантированно сможешь выполнить работу Великого Навигатора.

— Да уж… офигительные перспективы.

— Решай, Рос. Если согласишься — мы прямо сейчас заглянем на огонек к здешнему Главе Гильдии Магов, выпьем с ним пару бокалов красного вина, сдобренного специями и магически охлажденного. Попутно ты избавишься от старого класса и получишь новый. Затем вернешься к своим делам.

— К своим делам? После этого я не смогу даже покинуть мирную зону — на Крыльях Войны меня любой слабый монстр превратит в отбивную.

— Ты и без того уже будешь отбивной, — поправил меня Злоба. — Тебя надо будет лишь поперчить, посолить и поджарить на медленном огне. Такова цена. Новый игровой класс — это огромная хрустальная банка, до краев наполненная радостно булькающей лазурной маной. Графин на тоненьких ножках. А новое профильное заклинание получишь бонусом. И по-любому отхватишь какое-нибудь новое достижение — ты будешь первым, кто получит этот игровой класс. Может, даже достижение добавит еще пару процентов к твоей мане. Причем навсегда.

— М-да…

— Решай, Рос. Ты ведь хочешь снять покров с Зар'граада? Что ж, вот тебе прекрасная возможность резко увеличить свои шансы на успех.

Злоба замолк и, несколько картинно сложив руки на груди, стал ждать моего ответа. Что ж, мне было что ответить. А что тут размышлять? Я даже думать не стал.

— Нет.

— Отказываешься? — Злоба ничуть не изменился в лице, похоже, он даже не огорчился, что я отказался от столь щедрого предложения увеличить запас маны в мгновение ока и навсегда. А стало быть, он знал, что я откажусь.

— Отказываюсь.

— Уверен?

— Абсолютно. Да ты и сам понимаешь. Я не пойду на удаление всех зубов ради увеличения объема пуза.

— Вот это сравнение, дружище, — вздохнул маг. — Только ты и мог такое придумать. Ты ведь помнишь, что мы всегда защитим тебя, твоих близких и друзей? Помнишь, верно?

— Помню, — кивнул я. — Нет, Злобыч, извини, придется тебе еще немного со мной помучиться. Однажды Баронесса привела очень интересное сравнение Великого Нави с первобытной женой. Я это сравнение запомнил. И становиться ею не собираюсь. А если меня лишат клыков… ты хоть раз видел фильм, где визжащая от ужаса красотка прижимается к мускулистому плечу героя, готового защитить ее от опасности ценой своей жизни?

— Таких фильмов миллион. Красотки и герои из фильма в фильм меняются, суть остается.

— Так вот, я тоже видел много таких фильмов. И каждый раз думал — а вдруг герой возьмет и уйдет? Вдруг не захочет он защищать эту визжащую дуру от змей, крокодилов, зомби или мутантов? Что тогда будет с красоткой?

— Прибьют ее или сожрут. Или и то, и другое. Но в этом весь смак — герой крут, она красива. У каждого своя роль.

— Именно! — поднял я палец. — Именно! У каждого своя роль. Моя роль сейчас — упертый и наглый парень со своими тараканами в голове. Роль так себе, таких, как я, не любят, я вечно кому-то костью поперек горла стою. Но становиться беспомощной визжащей красоткой я уж точно не собираюсь. Знаешь почему?

— Потому что ты мужик?

— И это тоже. Но еще и потому, что после того, как брутальный герой спасает красотку, он зачастую поднимает ее на руки, заносит в спальню, где небрежно бросает на постель, и… продолжать?

— Да че там, я ж не ребенок, пониманием эротизма не обделен, глубинно-потаенное в наличии.

— Ну и ладушки. Вот поэтому я и не хочу становиться живым двигателем катамарана, тримарана, квартеторана или даже десятирана. Я не хочу визжать за плечом героя и умолять меня защитить — потому что сам за себя больше постоять не сумею. И не забывай, Злоба, у меня еще дочь, на которую охота не открыта только потому, что она уплыла от старого континента, где ее братья и сестры давно уже рвут друг другу глотки. Роску тоже вы защитите, верно?

— Говорю же — защитим.

— И Кирею?

— Ну да.

— А если я с вами вдруг поссорюсь? Тоже защищать станете мою дочь?

— Да с чего бы мы ссориться станем, Рос? Ты не нагнетай, не выдумывай.

— Я не выдумываю. Я констатирую факт. Сейчас в случае чего я еще могу побарахтаться самостоятельно. Если превращусь в магический гребной винт, то стану пародией на Карлсона, только он крут, в самом расцвете сил и летает. А я нет. И пропеллер у него на спине, а у меня будет торчать из… уф… что-то я на самом деле разошелся. Злоба, скажу честно и прямо — я мало кому верю полностью. Таких людей можно по пальцам одной руки пересчитать. И при этом у меня с некоторыми из них далеко не радужные отношения. Посему я останусь как есть — диковатым, забавным зверенышем пусть с маленькими, но острыми клыками. Буду дальше портить всем нервы и стараться сделать свои клыки больше и еще острее. А у тебя буду забирать свободное время, чтобы ты тратил его на мое развитие. Но позже, после Похода, я постараюсь тебе отплатить за беспокойство.

— Я понял тебя, Рос. Все сказано верно, возражений не имею — сам понимаю, что, если не удастся откатить, после нашего путешествия ты останешься социальным персом с огромным запасом маны, что больше никому не нужна. Я сам боевой маг и понимаю суть предложения — я тебя, по сути, кастрировать предложил, ведь бычки без яиц быстрее набирают мясо и жирок. Ты решил остаться мужиком, а не превращаться в визжащую красотку. Ладно. Но если что, Рос, если вдруг утопится ящик с твоим проклятым снаряжением, если вдруг перебьют и выбросят куда-то наших магов поддержки, если не сработает наш особый прибереженный козырь, если потеряешь пятьдесят уровней или больше… если не сможешь в нужный момент произнести уникальное заклинание — причем произнести сразу, по одному только слову Баронессы, то в тот же миг ты должен будешь передать магию тому, на кого тебе будет указано. И без каких-либо жалоб, Рос. Потому что только что я предлагал тебе быстрый и легкий способ одним махом набрать почти весь объем необходимой маны. Ты не захотел. Неспящие предложили — ты отказался.

— Это уже было оговорено, — дернул я плечом. — Еще до отплытия. И все это прописано в контракте.

— Знаю. Но там же было прописано, что мы сделаем все, чтобы поднять тебя до нужных уровней и объема маны. И Баронесса тебе это обещала. И я. И такое решение мы нашли, целое гребаное здание отгрохали ради такой возможности, но ты отказался. Так что теперь никаких претензий, даже самых маленьких, принято не будет. Да?

— Да. И здание Гильдии вы не ради меня восстанавливали. И не только вы.

— Это уже мелочи.

— Нет, не мелочи. Факты просты — подвернулся шанс избавиться от головной боли насчет количества моей маны. И вы попытались. Я отказался. Мигрень вернулась. Терпи же, Злоба.

— Мне даже нравится терпеть, — поднял ладонь волшебник в примирительном жесте. — И от тебя я вижу только добро. И получаю от тебя материальные подарки такого уровня, что подобные им я и от Баронессы не каждый год вижу. Ты платишь добром за добро, Рос. И стараешься вернуть вдвойне. Я ценю это. Но я не вольный серый волк, Рос. Я цепной пес. Это чтобы не было между нами неясностей. Ничего личного.

— Так и есть, — кивнул я. — Ничего личного. Выпьем местного морса по стаканчику?

— Выпьем. А потом побегу готовиться к очередному мероприятию. Так что за древнюю магию ты изучил? Если по секрету?

— Спроси у эльфа.

— Нет уж… я лучше потерплю и узнаю от тебя. Кстати, держи.

— Что это?

— Полученное после одного из моих заданий зелье на сорокапроцентное увеличение количества, получаемого за убийство монстров опыта. Моя благодарность за бутылку с маной. И еще — ты ведь собираешься на рыбалку с дочерью и Киреей?

— Угу. А то они мое лицо совсем забудут.

— Глянь на карту Кольца. Видишь вот это место? Коричневые прибрежные валуны, а дальше немного песка.

— И что?

— На закате около тех камней и песка появляется особая рыба, как мне по секрету рассказал Глава Гильдии Магов. Что за рыба — неизвестно. Ее еще никто не сумел поймать. Я и подумал — а вдруг у твоей дочери получится?

— Спасибо! С меня причитается! Если даже не вытащит, но подцепит и хоть немного с ней повоюет — Роска уже будет счастлива.

— Ну и отлично. Я буду рябиновый морс.

— Где я его возьму в тропиках?

— А вот это, ученик, меня не волнует. Ты предложил морса — я согласился. Наливай.

— Посмотрим, что найдется, — улыбнулся я внешне мирно и спокойно, хотя никак не мог избавиться от тугого неприятного комка в горле. — Что делать со свободными характеристиками?

— Интеллект и мудрость, схема примерно такая же, как в прошлый раз. В простоте залог успеха. Смотри…

Мы нашли продавца, выпили по большущему стакану ледяного бодрящего морса, после чего распрощались, одарив друг друга парой последних шуток. А тугой комок в горле все не пропадал. Неприятное очень ощущение. Было от чего появиться такому ощущению.

Меня хотели превратить в беспомощного пузана, неспособного защитить ни себя, ни кого-либо другого.

Я отказался от весомой дополнительной гарантии набрать нужное количество маны.

Мне не понравилось само предложение Неспящих. Равно как и конечное предупреждение — мы, мол, давали, а ты не взял. Могли бы об этом и не напоминать. Или таковы законы высокой и большой игры?

Последние дни я старался давать, а не брать. Старался упростить все до максимума, свести все к нормальным отношениям, где ты мне, а я — тебе. И сверху слой дружелюбности и все той же благословенной прозрачной простоты. Вы сцепите зубы и помогите мне набрать ману, а я постараюсь отплатить, чем могу. И потом, после завершения этой глобальной заварушки, мы останемся если не друзьями, то сохраним ровные отношения и не обрубим все мосты. Вот к такому финалу я старательно шел последние дни, стараясь эту же мысль вбить в головы Неспящих. Но меня упорно не понимали. Такое впечатление — Неспы хотели одним ударом окончательно решить проблему с моей маной, чтобы больше этим не заморачиваться. В принципе я их понимаю. Но предложение их не принимаю.

Пока размышлял, ноги по своему обыкновению сами привели меня к восстановленному зданию здешней Гильдии Магов, о которой я заочно узнал многое. Зайдя внутрь, окунулся в сумрачную прохладу высокого холла. Полы сверкают, нигде ни пылинки. Стены почти голые, красуются новехонькой побелкой. Около двух десятков картин развешаны там и сям, но пустого места много — на стенах можно разместить еще много полотен и гобеленов. А уже имеющиеся — явно совсем недавние творения игроков и «местных». Хотя вон та картина в очень старой позолоченной раме не похожа на новодел. Тут кто-то из кланов расщедрился, решив подмазаться к Главе. Имеются и статуи, стоящие на кубах белоснежного мрамора. Одним словом, восстановленную Гильдию Магов на скорую руку украсили, дабы придать ей свойственное подобным заведениям величие. Все же здесь не сарай и не хлев, тут игроки обогащаются новыми знаниями и усиливают уже имеющиеся, посему нужна соответствующая атмосфера.

Этим я и решил заняться, благо карманы мои были полны монетами. Сначала я повышу ранги уже «созревших» заклинаний. Затем усядусь на одну из свежеокрашенных новехоньких скамеек и размещу свободные баллы характеристик.

Знакомые входы с телепортами порадовали мою душу. Все же привычное приятно усталому разуму — не надо судорожно размышлять о том, как туземцы помечают различную магию и что значат непонятные символы. А тут как у всех, никакой задержки. А это важно — народу вокруг шастает море, я уже услышал пару выкриков «Росгард», прежде чем нырнул в нужный мне портал. Хотя привыкаю игнорировать других игроков, старательно делая вид, что ничего не слышу и никого не вижу.

Спустя полчаса я вновь наслаждался холодным морсом, держа в руке большущий запотевший бокал с этим бодрящим нектаром. Такая вкуснятина и почти бесплатно… я еще и флягу наполнил.

За время пребывания в Гильдии я сумел поднять ранг заклинаний, резко увеличив боевую мощь персонажа.

Огненный шар достиг высшего ранга, «струна» перешла на второй ранг и стала называться «накаленной струной», «лед» достиг ранга «взрывное ледяное копье», «исцеление» стало «серьезным», «малое очищение» превратилось просто в «очищение», «лиана» также шагнула на следующую ступеньку.

Помимо этого, я приобрел два новых заклинания. Первое называлось «красная оса» и, собственно, ее и вызывало — одинокую и браво жужжащую осу с красно-черным полосатым брюшком. Это не заклинание призыва, а боевое заклинание, где оса наносит несколько жалящих ударов и пропадает. Следующий ранг магии назывался «три красные осы», третий «малый рой», четвертый «малый ядовитый рой», а последний — «тропическое безумие». Это меня и очаровало. Я-то по наивности ожидал чего-то вроде «ядовитый рой». А «тропическое безумие» — нечто из разряда вон выходящее. Что интересно — еще никто из игроков Вальдиры не обладал высшим рангом «красной осы». Мне об этом сообщил сверкающий глазами «местный» маг, у которого я и приобрел это заклинание природной магии. Это логично — новое заклинание открылось только здесь и лишь после начала работы Гильдии Магов. То есть бо́льшая часть игроков получила эту магию сегодня утром, и если и подняла уровень заклинания, то только на один, ну максимум два ранга.

Второе заклинание — не больше чем детская выходка, радующая мою мальчишескую душу. Попробую удивить Кирею и Роску. Вдруг их впечатлит мое новое умение? Пора уже и мне удивить семью чем-нибудь особым. Не все же Орбиту победно сверкать своей лысой макушкой.

Удивить смогу их и я!..

 

— Так себе, — надула губы Кирея, наблюдая за действием моего нового заклинания.

— Отстойно и мерзостно скучно, — вздохнула сидящая рядом с ней Роска, болтающая босыми ногами в воде.

— Уф-ф-ф… — испустил долгий вздох Тиран, отворачивая от меня умную лобастую голову.

— Да ну вас! — обиделся я. — Все! Папа зол! Не плывем на рыбалку! Поворачиваем к чертям кисельным!

— Очень! Очень классное заклинание! — тут же сменила оценку Роска. — Так прикольно вода колышется… папа крутой!

— Нра-а-а-авится, — заискивающе проблеяли сзади, где по воде тащился привязанный за хобот мамонт, на чьей голове восседал нахохлившийся эльф, штопающий свою рваную жилетку при помощи золотой иголки и сверкающих золотых ниток. Заплата была ярко-зеленой и переливалась на свету. Инструменты и материал стоили, наверное, в тысячу раз дороже старой жилетки.

— Ты вообще молчи! — буркнул я. — Если бы Роска не привязала веревку…

Эльф послушно замолчал и ткнул в витающего рядом с ним призрака золотой иглой, отчего тот визжащей свечой рванул к облакам. Колыван что-то укоризненно пробулькал, пустив несколько тут же лопнувших пузырей. Вода вокруг плывущего мамонта бурлила — сотни ярких тропических рыб примчались посмотреть на мохнатое диво дивное. Роску удерживало от рыбалки только одно — мое обещание захватывающего улова.

К месту, указанному на карте Злобой, я решил добраться водой. И заодно прокачать приобретенное заклинание «арнасский движитель» — то самое заклинание для катамаранов и тримаранов. Для этого я приобрел довольно большой катамаран из двух бревен, связанных веревками из пальмового волокна, и привязанной между ними сетью из того же материала. Мачта и парус имелись, но нужды в них не было. Еще не забыл привязать к корме бонусные связки кокосов — плывущий сзади Колыван не сводил с них жалобных глаз. Затем я привел сюда свою семейку, успев воодушевить их рассказом об особом улове. С ними пришлепал и незнамо когда и как вернувшийся эльф — его я немного погонял вокруг кустов, размахивая вырванным из земли толстым колючим стеблем, жалобно постанывающим при каждом моем запахе и зовущим какого-то Мухмудила. Следом за мной бегали мамонт с Роской, пытаясь остановить мой праведный гнев жалобными трубными воплями и просьбами. Кирея сидела под кустами и смеялась. Затем пришел бородатый Мухмудил и, забрав стебель, ушел прочь, укоризненно покачивая головой.

Так вот… усадил я всех на катамаран, Роска втихомолку привязала к корме веревку, за которую уцепился хоботом Колыван. И мы пошли к нужному месту на крейсерской скорости… а скорость была примерно как у неспешно идущего взрослого человека. Лихого полета по гребням волн не получилось, и вот она, законная критика…

Что интересно — я немного замотался и совсем забыл про свой статус Великого Нави со всеми его оповещениями и прочим. Спохватился уже в последний момент, когда ничего исправить было нельзя, — я ступил на борт плавсредства, вполне могущего считаться кораблем. Оно, конечно, маловато, и система могла счесть, что оно не подойдет для долгого океанического перехода. Но все оказалось еще проще — не последовало вообще никакого оповещения. Я вновь простой смертный, обычный игрок. Заклинание не пропало — это я проверил первым делом. А потом понял — мы ведь на вынужденном официальном приколе. Корабли по приказу Бесов встали на долгую стоянку. Никакого похода к Зар'грааду не будет. А стало быть, нет и Великого Нави.

Оно и к лучшему — вот бы сейчас все забегали, вруби Вальдира голосовое сообщение о том, что Нави взошел на борт некоего корабля, автоматически ставшего флагманом. А как бы подпрыгнула Баронесса — я бы заплатил пару сотен золотых монет за такое зрелище. Сидит она себе на ожившей скале флагмана ЧК, маникюр делает, а тут за иллюминатором этакое оповещение…

— Здесь, — указал я нужное место, наткнувшись взглядом на темные коричневые камни и светлую полосу песка. — Готовьтесь, скоро уже закат. Сейчас папа пришвартуется…

— Уф-уф! Уф-уф! Уф-уф! — нас быстро обгонял мамонт, сидящий на нем эльф демонстративно не смотрел на нас, зацепившись большими пальцами рук за карманы штопанной золотыми нитями жилетки.

— Ты пока швартуйся, пап, — осторожно кашлянула Роска. — А мы тебя на берегу подождем.

— Чайку тебе сварим, мореход… — присоединилась к ней Кирея. — До твоего прибытия уже вскипит…

— Кхы-кхы, — выдал я, потирая переносицу. Крыть было нечем. Единственным моим козырем было знание места для рыбалки. Но мы уже прибыли, и команда быстренько пересела на более быстрого конкурента.

— Вот поэтому вы и вымерли, — зло пробухтел я, глядя вслед уже выходящему на берег мамонту, несущему на спине пассажиров. Рядом с ним отряхивался громадный черно-белый волк, посматривающий через плечо на меня и показывая белоснежную улыбку разинутой пасти. И этот прикалывается…

Но я скрепя сердце не выдал своего горя даже тогда, когда обнаружил, что чертов мамонт спер все мои кокосы… я сохранил спокойное выражение лица и решительно правил к берегу. Заклинание так себе… но это лишь его начальный ранг. Мне понравилось такое путешествие, и я имел желание и возможность повысить уровень заклинания до второго ранга. Они будут рыбачить — а я стану бороздить прибрежные воды.

Но сначала распределю все свободные баллы характеристик. Хотел это сделать до рыбалки, но обнаружил, что вот-вот наступит вечер. Не хотелось пропустить время появления особой рыбы. И пока они готовятся, я посижу рядом на камушке и разберусь с цифровым самосовершенствованием.

На берегу зажгли костер, рядом радостно запрыгала чертенком Роска, потрясая над головой огромной спичкой — размером с дубину. У какого великана они сперли эти штуки? И почему никто не объяснил ей, что спички детям не игрушки? Где ее нерадивый отец? А… точно… ладно… трудно обвинять вечно занятых родителей, их тоже можно понять и оправдать.

— Ну-с! — заявила Роска, опуская на песок очень знакомый деревянный ящик с ручкой из шкуры осьминога. — Рыба здесь есть! И без нее мы отсюда не уйдем! Начнем подготовку — сначала пьем со вкусом стакан корабельного чая с пятью овсяными печеньями, затем готовим наживку! Пап! А рыба большая? Крючки здоровущие у нас есть, а вот из большой наживки только мамонт… и куда вонзать крючок? Дядя Орбит, почему вы плачете? Вы чего? Вам мамонта жалко, да? Мы успеем его выдернуть! Вишней об загривок! Это же наш мамонт! Мы не отдадим его какой-то там сухопутной рыбе! Даже если она его проглотит — мы возьмем ее за жабры и скажем: черт тебя побери! Сто тайфунов тебе в глотку! Где наш мамонт?!

— Баллы, баллы, баллы, — пробормотал я, бочком, словно краб, подкравшись к небольшому округлому валуну и привязав к нему катамаран, а затем и сам уселся здесь же. — Баллы, баллы, баллы… а мамонт… да что ему сделается? Вы-ы-ыживет…

Глава седьмая. Математика и рыбалка

Мне все же пришлось проявить отцовские мудрость и терпение, еще около четверти часа отвечая на нескончаемый поток вопросов дочери, дорвавшейся наконец-то до вечно занятого отца. Изнемогая под обрушившимся на меня ревущим торнадо из «почему?» и «зачем?», я как-то сумел выдержать и ответить на некоторые вопросы. В остальном позорно пасовал — попросту не знал ответа.

Откуда мне знать, почему знаменитый алхимик Букс Вогель, живший в Бастионграде, изобрел лекарство от черной почесухи, но, даже умирая именно от этой болезни, не стал пить изобретенное лекарство?

Почему корень тропической мандрагоры звал бородатого Мухмудила и куда они пошли?

Почему Чумной рыцарь Фагнир Некроз побил Алого Барса, хотя тот говорил, что он сильнее Некроза?

Отчего улитки настолько важны для Вальдиры?

Почему кок флагмана «Черной Королевы» купил четыреста белых поросят и только одного черного?

Почему Оракул не ошибается?

Что будет, если поймать серую ушастую каракатицу, рассказать ей смешную историю и снова отпустить в океан?

И таких вопросов сотня… а может, больше… мой перепуганный внезапным штурмом несчастный мозг забился в угол черепной коробки и в полном изнеможении тихо попискивал и дрыгал ложноножками. Я сразу простил Орбита за его пусть и невольную, но подставу. Если он выдерживает такое постоянно… Да и Кирею впору причислять если не к лику святых, то к стоикам.

Но тут попер вечерний клев, и про меня временно забыли. Сползя на песок, я уронил голову на валун и, глядя на уже виднеющиеся звезды, пробормотал:

— Умиротворение… полное умиротворение…

— Уф… — сказал валун, оказавшийся прикорнувшей на песке морской черепахой с панцирем странной формы.

Черепаха не проявила агрессии и поползла в море, таща за собой катамаран. Подумав секунду, я не стал отвязывать суденышко и запрыгнул на сеть, натянутую вместо палубы. Монстр даже не заметил увеличившейся тяжести, легко стащив в воду катамаран с пассажиром. Здесь веревка соскользнула, как и следовало ожидать. Меня уведомили путем сообщения, что попытка поймать зверя не удалась. Ну и ладно. Зато я оказался на воде, как и планировал. Усевшись поудобней, активировал заклинание «движителя» и направил катамаран к торчащим поодаль камням. Так и буду мотаться туда-сюда, чтобы прокачать магию. Особо ничего делать не требуется, разве что держать весло, потому можно легко сосредоточиться на баллах характеристик.

 

Открыв нужное меню, я вгляделся в цифры.

Текущий уровень персонажа: 160

Сила — 19

Интеллект — 230

Ловкость — 17

Выносливость — 100

Мудрость — 141

Доступных для распределения баллов: 320

Это мой текущий голый и нерушимый скелет. Моя база. Моя опора, самая крепкая и самая надежная — что бы ни случилось с наложенными на меня бонусами, благословениями и эффектами, моя основа в отличие от них не изменится — разве что меня проклянут или ослабят иным способом намеренно. Но и то любое проклятье или действие отравы можно снять тем или иным способом.

Единственное, чего мне стоит бояться, — это смерти.

Несколько цифровых смертей отбросят меня назад, жестоко порежут мой опыт и уровни, заберут у меня драгоценные баллы характеристик, снимут уже выбранные достижения. Смерть для меня табу. Особенно после стоянки на Кольце Мира — ведь не зря же мы здесь остановились перевести дух. Значит, некая существенная часть пути до Зар'граада уже пройдена. Время готовиться к самой горячей поре — к осенней жатве. Меня надежно защищают, но от случайности не застрахован никто. Равно как и от встречи с крайне сильным противником.

Единственный способ противодействия — набор «лишних» уровней. Мне надо сделать все, чтобы подрасти еще на пару десятков уровней до момента «Х». Это будет мой страховочный буфер, моя личная подушка безопасности в этом мчащемся на дикой скорости морском экспрессе. Но до того, как начнет копиться «буфер», сначала надо набрать необходимое количество маны — 10 000 пунктов, — а мне, боюсь, еще очень далеко до этого количества. Вот сейчас и прикину цифры. Интеллект — главное, мудрость — на нее уйдут жалкие остатки. Моя главная цель — получить достижение «Умник» шестого ранга. И как это ни удивительно — я только сейчас обнаружил, — мне хватает количества свободных пунктов для его получения. Но нервы на пределе — все же я распределяю огромное количество баллов. Итак… двести семьдесят пунктов уходят в интеллект, после чего я стану умнее больше чем в два раза!

Текущий уровень персонажа: 160

Сила — 19

Интеллект — 500

Ловкость — 17

Выносливость — 100

Мудрость — 141

Доступных для распределения баллов: 50

Достижение!

Вы получили достижение «Умник» пятого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений мож-но в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+5 % к шансу идентификации предметов.

+425 к количеству пунктов маны.

Текущий шанс успешной идентификации: 20 %

Текущий бонус к количеству маны: +850

Достижение!

Вы получили достижение «Умник» шестого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений мож-но в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+5 % к шансу идентификации предметов.

+700 к количеству пунктов маны.

Текущий шанс успешной идентификации: 25 %

Текущий бонус к количеству маны: 1550*

Достижение!

Вы получили достижение «Золотой ум».

Увидеть таблицу полученных достижений мож-но в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+25 интеллекта.

(Данное достижение не имеет рангов и не со-вершенствуется.)

Памятное достижение о не менее памятном событии в вашей игровой жизни.

Так… уровень моей маны фонтаном взлетел вверх, я почувствовал себя невероятно могущественным. И почему-то десять тысяч пунктов маны, казалось бы, столь недостижимые, внезапно стали как-то гораздо ближе ко мне…

А теперь остатки вложить в мудрость — чтобы уменьшить затраты маны при активации магии.

Текущий уровень персонажа: 160

Сила — 19

Интеллект — 525

Ловкость — 17

Выносливость — 100

Мудрость — 191

Доступных для распределения баллов: 0

Достижение!

Вы получили достижение «Мудрец» третьего ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений мож-но в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+2 % к шансу критического удара магией.

4 % к снижению затрат маны на создание за-клинаний любого типа.

Текущий бонус к шансу критического удара магией: 6,5 %

Текущий бонус к снижению затрат маны на создание заклинаний любого типа: 11 %

И снова удачно. Еще одно достижение, столь же немаловажное, как и предыдущие. Моя выживаемость ничуть не улучшилась, но это известный бич большинства магов.

Но цифры… и уровни маны… откуда такое огромное количество маны?! Она прет и прет… и цифры радуют меня все больше и больше. Но почему тогда так сильно переживал Злоба? Чего он так напирал с переходом на другой класс? Может, я что-то не так сосчитал? Проверю цифры еще раз… текущее количество жизни и маны…

Да нет… этот огромный кувшин маны на самом деле принадлежит мне…

— Папа! Папа! — на мелководье крутилась в танце Роска. — Я поймала рыбу! Удивительную рыбу! Это рыба-ду-у-у-ура-а-а!

— Молодец, милая, — закивал я заторможенно, глядя на внушительные цифры маны. — Ты у меня умничка. А папа твой как эта рыба…

— И ведь прямо на пустой крючок клюнула! Глупая! Поймать легко, но встречается очень редко! Редко… редкая… тогда это редкая дура! Редкая рыба-дура! А если эта рыба мальчик? Редкий дурак?

— Или дурак редкостный, — вздохнул я, разворачивая катамаран и снова направляя его вдоль побережья. «Движитель» старательно работал, подъедая немалое количество маны в секунду. Но мне подобные затраты нипочем.

— Забрасываем снова! Дядя Орбит! Где моя наживка? Ты обещал! Но самый большой крючок до сих пор пустой болтается! А если я упущу обещанный папой улов? Если не поймаю особую рыбу? Что тогда? Да над нами каждый малек в этом просоленном пруду смеяться станет! Торнадо на наши головы! Риф нам поперек курса! Где наживка? Колыван… время протягивать хобот!

После этих слов я узрел редкостное зрелище — лысый эльф заметался по узкой полосе песка с немыслимой скоростью, превратился в ищущую что-то, но не находящую комету, а выражение лица у него было такое жалобное, что хотелось либо рыдать, либо смеяться. И правда за мамонта переживает…

— У меня есть большущий кусок вяленого мяса, — признался я. — Килограммов на пять потянет. Но ведь это мясо для друзей, а не для тех, кто меня под кулаки божественных скелетов подставляет…

Тощая фигура затряслась на берегу, как камышовая былинка перед наступлением урагана. Ко мне умоляюще протянулись тонкие руки.

— Ла-а-адно, — сдался я, доставая мясо и швыряя через разделяющую нас воду. — Мамонта жалко. Роска ведь волков любит, а не слонов.

— У нас появилась наживка! — воспряла духом Роска, забирая мясо у облегченно дышащего Орбита. — А где большое грузило? Селедка тухлая! Где грузило? И сколько весит один бивень мамонта? О…

Эльф успел найти и огромное грузило, при этом старательно делая угрожающие знаки Колывану, чтобы тот не подходил ближе. Видимо, резонно опасался, что у Роски могут не найтись прочная леска и большой поплавок, на чью роль прекрасно подойдут сухожилия и череп мамонта.

Эта рыбацкая комедия изрядно меня повеселила и отвлекла, даже успокоила. Но время вернуться к цифрам.

Жизнь: 1299/1299 Мана: 4733/4733

Это с полученными уже эффектами и благословениями. Но без самого главного эффекта. Если же добавить к этому силу эффекта «Живая кровь Великих», то получается еще интересней:

Жизнь: 1507/1507 Мана: 6059/6059

А теперь заглянем в мудрость и даруемые ею и связанными с ней достижениями плюшки. Плюс моя специализация мага поддержки. Благодаря достижению «мудрец» четвертого ранга моя экономия маны достигла одиннадцати процентов. Благодаря специализации еще минус пять процентов.

И как результат на активацию заклинания мне требуется не 10 000 пунктов маны, а 8455.

Итак, я имею 6059 маны, а надо 8455. Но я еще не выпил эликсиры и не сожрал прочие «трофеи», собранные во время моей эпичной охоты за маной. Они повысят мой уровень маны не меньше чем на двадцать — двадцать пять процентов по самым грубым прикидкам. У меня будет не меньше семи с половиной тысяч пунктов маны! А если к ним добавится больше дюжины проклятых предметов экипировки — вуаля, дело сделано, мой объем маны будет более чем достаточен для произнесения заклинания.

То есть как Великий Нави я состоялся. Я теперь настоящий специалист, готовый сорвать покровы с затерянного материка прямо сейчас, — дайте только «остограммиться» разными жидкостями.

Но на самом краю балансирую — штук десять смертей и опять недостача. На этот случай есть страховка в виде подкачки меня другими магами поддержки. А еще какой-то козырь, упомянутый Злобой. Но это в худшем случае. И еще — я не планирую останавливаться на достигнутом, я собираюсь поднять себе еще как можно больше уровней, буду выкладываться по полной программе все оставшиеся дни до завершения похода. Это увеличит размеры страховочного буфера. То есть браво, Рос! Ты Великий Навигатор! Только не умирай слишком часто — и деньги будут твои.

Но тогда зачем Злоба уговаривал взять меня ненужный класс?

Предположим, класс «живого корабельного двигателя» дает куда бо́льшую прибавку к моей мане. Но к чему она? Ведь она особо больше не нужна. Для дополнительной гарантии? Еще одна подстраховка? Весомый довод. Действительно весомый довод, ибо сейчас я едва-едва преодолел барьер.

Но мое чутье не соглашалось, что все так просто. В детстве и юности я привык решать все проблемы кулаками. И всегда очень болезненно относился к собственной слабости. Сила — вот чему я поклоняюсь. И когда Злоба упомянул, что после перехода на новый класс я потеряю свои «клыки» — силу и скорострельность боевой магии, — меня аж затрясло от почти физического отвращения. Потерять силу для меня не вариант. Я не пойду на это ни в этом мире, ни в том.

Я согласен быть самым тупым в команде, я согласен быть самым недальновидным, импульсивным и конфликтным — одним словом, несоциальным и неадаптивным. Пусть меня все ругают, пусть все с трудом мирятся с моей упертостью и моим непреклонным желанием идти по далеко неправильному пути, но выбранному именно мною, а не кем-либо еще. Я согласен быть такой личностью. Но я не согласен быть самым слабым. Ни за что.

Да, я могу быть слабее всех в своей команде в какой-то момент. Почему нет? Случается и такое. Но всегда есть шанс наверстать отставание, стать сильнее, нарастить мускулы и отрастить когтистые лапы и клыки. Однако если ты всего лишь пузатый корабельный двигатель с двумя кнопками «плыть» и «не плыть» — ты уже не сможешь ничего, ведь от специализации не отказаться. Это настоящее чудо, что здешний Глава Гильдии Магов согласился пойти на столь беспрецедентный поступок, — не иначе от слишком долгого пребывания в магическом анабиозе у него крыша поехала.

Доплыву до материка, сниму покровы… что дальше? А ничего. Кто был всем — тот станет никем. Про меня тотчас забудут. Бегай себе дальше, вернее, плавай. Вози грузы на катамаране.

Но не об этом речь. Не это твердят мои чувства.

Сила. Меня Злоба хотел лишить силы. Вот что мне чудится, вот какая гадость мне мерещится. Зачем?

Зачем меня превращать почти в беспомощного социала? Есть такие игроки, не имею ничего против них. Им хочется жить в волшебном мире, хочется видеть чудеса, хочется зарабатывать деньги, но им не хочется никого убивать. Цифровые пацифисты. Виртуальные хиппи. Да и ладно. Их право. Но я не такой. И на Плосефонт потом не пойду.

Просто ради забавы делать из меня тюфяка смысла нет вроде бы.

Тогда зачем?

Ну… тут снова виден лишь один вариант — чтобы сделать меня зависимым от Неспящих еще сильнее. Я и так сейчас завишу во многом, к моему сожалению, но поделать пока ничего не могу. Если же я потеряю все зубы — то стану походить на инвалида, нуждающегося в постоянной помощи мускулистого медбрата. И вот тогда я начну просить Неспов все чаще: защитите мою дочь, помогите с ее становлением, а вот тут друзей моих обидели, надо бы их прикрыть, я ведь сам не могу, у меня ручонки слабые. И что самое смешное — после Похода мне на перерождение не пойти, я не брошу Роску. Ни за что. Я продолжу играть Росгардом.

Предположим…

Но зачем это им?

Зачем делать меня еще больше зависимым от них?

Значит, им что-то будет от меня нужно…

Но что?

Я отдал им все, что у меня было. Кроме дочери.

Им нужна Роска? Запросто. Ручная богиня всегда пригодится. А если она будет видеть, что по просьбе слабака папы добрые Неспящие всегда спешат на помощь, — обязательно проникнется к ним глубокой симпатией.

То есть из-за Роски?

М-м-м-м…

Нет. У Неспов обязательно есть какие-то планы на Роску, но это нормально — потому что у них всегда есть какие-то планы на что угодно и кого угодно. Неспящие напоминают мне страну Великобританию, описанную в одной очень толстой и несколько нудной книге, прочитанной мною в северном отпуске. Там описывалась Англия не нынешняя, а тогдашняя — с множеством грандиозных планов, огромным флотом, кучей заморских колоний, большим влиянием на европейскую политику и не только. Вот кого мне все сильнее напоминает клан Неспящих. А Черная Баронесса — королеву Викторию, что правила очень долго и очень жесткой рукой, затянутой в мягкий шелк.

Опять меня в сторону понесло…

Зачем? Зачем? Если они хотели отнять у меня силу, чтобы сделать меня более зависимым от них, значит, им нужно от меня что-то. Помимо моего заклинания Великого Навигатора — потому что оно и так у них. А я не давал повода усомниться в силе своего слова. Стоп… может, они хотят выманить у меня заклинание? Чушь. Они уж точно боятся моего предательства, как огня, но превращение меня в толстую грушу для битья никак не добавит им моих симпатий. Поняв, во что превратился, я еще и ненавидеть их начну и вот тогда точно пойду на предательство за такую подставу. Так что здесь Неспящие просчитались. Им не стоило пытаться вырвать у меня клыки. Это меня разозлило.

Но что тогда? Если не заклинание и не Роска… что?

У меня больше ничего нет. Вот честное слово. Ничего нет. И не будет — где я найду во время похода-то и постоянного пребывания на командном мостике? Так и буду торчать там до самого материка, потом прочту заклинание и превращусь в обычного смертного, успешно завершив свою работу и получив за это немалую сумму реальных денег. Стоп… а если я получу что-то еще? И не в мире реальном, а в мире виртуальном — здесь, в Вальдире. Что-то ведь мне могут дать, как тому единственному, кто наконец-то освободил целый громадный материк от тысячелетнего магического плена… не могут не дать! Уж точно что-то дадут!

Например, золотой кубок. И медаль на шею. Достижение. И что-нибудь еще. Или ничего.

Вот теперь я точно окончательно запутался.

Самый простой и самый логичный вариант — Неспящим плевать на мое будущее, как и должно быть, ведь они, как всегда, думают лишь о себе. И о дополнительных гарантиях для себя. Поэтому предложить мне класс, дающий больше маны, — вполне логичный ход для жестких прагматиков, каковыми они все и являются. Ну почти все. Но весельчак Шепот лишь клановый воин, он не решает политических и стратегических вопросов. Таких веселых парней, как он, посылают ползать в болоте и собирать на ляжки комаров и пиявок.

Неспящие предложили — я отказался. Они помахали перед моим лицом пальцем и мягко пригрозили — я снова отказался. Тогда мне пригрозили еще раз, но тут же заметили: ничего личного, брат, это лишь бизнес — а затем и откланялись. И все. На этом схема заканчивается, а я однозначно становлюсь параноиком, видящим повсюду вселенские заговоры глобальных масштабов.

Надо отвлечься и возрадоваться. Я достиг цели. Великой цели! Я по-настоящему стал Великим Нави! И к черту все чужие коварные замыслы!

— Что там с рыбой? — вопросил я во весь голос, благо на этом пустынном берегу больше не было ни души — в центре проводился грандиознейший турнир, и все были там. Призы обещаны уникальные. Бои разные. Два на два, три на три, пять на пять. А в самом конце — один на один. Есть на что посмотреть.

— Рыба здесь есть! И много! Ловим, и ловим, и ловим! Не успеваем в садки бросать!

— Я помогу! — направился я к берегу, на ходу разминая плечи и оставив катамаран на мелкой воде. — Сейчас папа покажет вам, как рыбу в садок бросать! Кидайте мне рыбу! Я ее живо!

— Да, пап! — изогнувшаяся, как боевой лук, Роска взмахнула засветившейся удочкой, в воздухе мелькнула черная тень — и передо мной упал здоровенный тунец длиной метра три. Может, четыре. Весом, наверное, полтонны.

— Эту рыбу папа не поднимет, — признался я с горечью. — Но папа очень умный!

— Ну во-о-о-от…

Ко мне потопал грузный Колыван, явно собирающийся сыграть роль живого крана и показать всем, кто тут самый сильный. Снова я в пролете. Я попросту не ожидал, что хрупкая девчонка сумеет вытащить из воды такую рыбищу! И не хлипкому магу таскать подобный улов — надорву пупок. Ладно, буду выполнять роль поддержки. И не стану обращать внимания на загадочные рисунки, начертанные на песке. Равно как и на колдующего над ними Орбита. Хотя это больше похоже на непонятные письмена какого-то мертвого языка. И эльф не колдует, а просто выписывает столбиками некую информацию, немного раздумывает над ней, стирает, снова пишет что-то еще. Одним словом, наш безумный провидец решил несколько систематизировать бурлящий в его голове информационный хаос.

— Хорошую рыбу поймала, — заулыбался я старательно.

— А то!

— А я? — вопросила Кира, держа в руке леску, на которой трепыхалось сразу две рыбины черного окраса, но с алыми жабрами и плавниками. — Ух!

— Ух! — поспешил я согласиться. — Кормилица! Давай уберу рыбу в садок.

— Папа! Папа! Еще рыба! Ой! И еще рыба! Лопни мой парус! Да тут настоящий клев!

— Ага, ага, — кивал я. — Точно, точно. Подфартило!

При этом я метался туда-сюда между двумя бравыми рыбачками, собирал улов, прятал его в большущий дырявый мешок, лежащий на мелководье. Когда я не мог поднять ту или иную монструозную рыбу, мне на помощь приходил Колыван, отрывавшийся от поедания водорослей и подхватывающий улов хоботом. Не знал, что рыбалка может быть настолько утомительной. Я бы лучше на камешке посидел, компотику бы попил. Я ж только сегодня несколько подвигов совершил — пусть мелких, но подвигов… где снисхождение к усталому герою? Где милосердие? Чертова рыба… она ловится так быстро, что я чувствую себя работником конвейера. А ведь я хотел плавать на катамаране, мирно и спокойно прокачивая заклинание…

— О-о-о-о! — испустила Роска радостный и одновременно немного разочарованный вздох. — Это та самая рыба, да? Ну вот… а я ожидала чего-то особого…

На крючке бултыхалась хорошо известная любому мало-мальски опытному игроку Вальдиры рыба с очень интересным и многообещающим названием — рыба-сундучок. Выглядела рыба так, будто случайно проглотила большой кубик. В каждой такой рыбе заключается какой-нибудь приятный и зачастую выгодный сюрприз — пара монет, драгоценный камень, золотая пуговица, свиток, что-нибудь еще. Рыбы эти встречаются повсюду. И водятся в любой воде — будь она чистая или грязная, болотная или проточная, пресная или соленая.

Каждый игрок может поймать «сундучок». Но и они разнятся по категории сложности. Настолько крутая рыбешка могла попасть на крючок только к опытнейшему рыболову, хотя я судил навскидку, определив это по внешнему виду улова. Чешуя идет полосами радуги — золотая полоса, затем изумрудная, рубиновая, потом сапфировая и снова золотая. Причем цвета казались именно «драгоценными», а не просто синими, красными или зелеными. Глаза блестят тем же золотом, пасть окаймлена багровым, хвост похож на язык бушующего пламени. Загляденье, а не рыба. Меня она так поразила, что я тут же сделал скриншот.

Роска тяжело дышала, светящаяся удочка дрожала от напряжения, леска звенела — видимо, вытащить рыбу оказалось очень непростым делом, и юной богине пришлось приложить массу усилий и все свои умения. А ведь она у меня знатный рыболов…

— Понравилось? — правильно поняла меня дочь, размахивая рыбиной.

— Очень. Это дорогая рыба. И внутри нее может быть что-то очень хорошее.

— Знаю! Рыба-сундучок! Про нее много написано в рыбной энциклопедии Вальдиры! Хочешь?

— Мне? Это ведь твой улов, Роска.

— Если там крючки или карта сокровищ, закопанная злобными пиратами, — отдашь мне, — чуть подумав, решила Роска. — Если деньги, украшения и прочая чепуха, недостойная внимания настоящего морехода, — оставь себе.

— Хм… ладно…

Когда тебе дают особый сюрприз, да еще со столь приятными условиями, отказываться стал бы только дурак. Я забрал затихшую рыбу, оттащил к катамарану, бросил в сеть между его поплавками и, глянув на занятого каллиграфией на песке Орбита, попросил:

— Помогите им с уловом.

Эльф махнул рукой, и запыхтевший Колыван оставил остатки несчастного цветочного куста в покое. Бедный куст — нашел себе расщелину между камнями и рос себе спокойно, а тут вдруг приплыл мамонт…

Я же опять активировал магию «движителя» и начал кружиться около берега, наматывая одну морскую милю за другой. Хочу второй ранг заклинания… а пока посмотрю, что у нас спрятано в желудке рыбы. Вдруг там еще какое-то заклинание, особое или даже уникальное. А может, там мощный артефакт, дающий бонус к мане или интеллекту. Я и от прибавки на жизнь не откажусь. Ну-с…

Страницы.

Три рваные страницы с остатками сильно размывшегося и почти исчезнувшего текста. Это не магические свитки, они не содержат заклинаний. Они вообще не содержат ничего, кроме текста и нескольких попорченных водой рисунков. Сдержав разочарованный вздох и не позволив себе сгорбиться — чтобы не огорчить все замечающую Роску, — я принялся разбирать текст. Вскоре стало ясно, что эти страницы вырваны из судового журнала. Вверху каждой страницы имелись пометки, говорящие, что журнал с баркентины «Танолла», а заполнял его капитан Дон Клок. Почерк твердый и разборчивый — в тех местах, где его не размыла вода. Рисунки схематичные, скорее наброски, но также вполне понятные.

В журнале говорилось о путешествии или скорее блуждании баркентины «Таноллы», некогда приписанной к порту Акальроума. В один прекрасный день вокруг корабля сгустились загадочные тучи, завыл ветер, а затем разверзся водоворот, куда и была утянута «Танолла». Но корабль не погиб — когда тучи развеялись, а волны утихли, они оказались в неведомых водах и под странными звездами. И началась долгая морская одиссея. Попытка найти путь домой. На этом заканчивался первый лист из имеющихся у меня трех.

Второй и третий были из куда более «позднего времени» — начало сотого дня пути и последующая неделя. Скупые записи теснились на страницах, в них говорилось о тяжести похода, о проблемах с пресной водой и о чудовищных монстрах, встретившихся им в пути. Имелись и координаты — ничего не говорящие лично мне цифры.

Я прочитал каждое слово, что смог разобрать. Просмотрел каждый рисунок. И пришел к выводу, что никогда в жизни не видел подобных морских чудовищ. Тут говорилось об очень больших рыбах и гигантских морских ежах, живущих на мелководных зонах, встречающихся в океане там и сям. И эти существа, едва заметив движение, тут же поднимались со дна, раскрывали страшную пасть и попросту глотали добычу целиком. Так, на глазах капитана «Таноллы» и команды был проглочен большой кит, размером превосходящий их корабль вдвое. Причем бока рыбины прозрачны, и моряки увидели ужасную смерть несчастного кита, буквально заживо растворенного, — раздувшееся чудовище покачивалось на волнах и не могло уйти снова под воду до конца мерзкой трапезы. Так же поступали и морские ежи — только они вдобавок ощетинивались во все стороны длиннейшими иглами. Если бы одно из этих созданий проглотило корабль, то со стороны могло бы показаться, что на волнах колышется гигантская бутылка с игрушечным кораблем внутри. Вот только на корабле мечется и кричит вполне живая команда…

Не успели они опомниться от встречи с этим кошмаром, не успели благополучно избежать столкновения, как наткнулись на разлитую по воде черную жидкость, являющуюся живой субстанцией, способной вздыматься волнами, обрушиваться на корабль, пробираться в каждую щель, чтобы добраться до пищи…

Затем еще монстры и еще монстры. «Танолла» пробивала себе путь, двигаясь почти наугад, капитан упорно составлял звездную карту, отмечал координаты, чертил карту — судя по его записям.

Последняя же запись гласила следующее: «Паруса по курсу! Идут прямо на нас! Конец пути? Слава светлым богам! Как много кораблей… Десятки. Никогда прежде не видел горизонтальных мачт, да еще и такой длины. Корабли летят по волнам словно птицы, расправившие крылья. И летят они прямо к нам…»

И все…

Судовой журнал обрывался.

Выпрямившись, я напряженно застыл. В моих руках бесценное сокровище. Информационная бомба. Нам НЕ встречались подобные монстры. Мы видели много чего ужасного и кошмарного, победили немало жутких тварей. Но описанных капитаном Доном Клоком существ не встречали. Я уверен на все сто.

А отсюда вывод простой — они нам еще встретятся. Впереди. Сначала неведомые создания, способные целиком глотать корабли, потом настанет очередь «черных волн», потом новые живые преграды. А затем некие корабли, расправившие крылья и скользящие над волнами. Корабли, идущие встречным курсом. Запись оборвалась, но само нахождение рваных и мокрых листов судового журнала говорит о том, что «Танолла» скорей всего не пережила встречи с чужими кораблями.

За имеющуюся у меня информацию кланы-лидеры отдадут огромные деньги. Потому что тут указаны скорость чудовищ, тактика их действий, способы уворота и методы противодействия. Понятно, что твари изучены Клоком далеко не полностью, это было бы слишком большим подарком, но имеющихся сведений хватит для того, чтобы быть готовым к встрече. Кланам, ползущим в хвосте, эта инфа не нужна — они ее узнают автоматически, когда впереди идущие флоты уткнутся в монстров и начнется мясорубка. Идущие позади заранее сумеют подготовиться и подсмотреть за действиями лидеров. Так было с ВОС. Мы шли вслепую. Те, кто шел позади нас, уже имел некую информацию и был готов.

Так что информация очень ценная. Каков был шанс поймать эту рыбу-сундучок? Невеликий. Ой невеликий. Тут речь не больше чем об одном проценте из ста. Но Роска не простой рыболов — она фанатик рыбалки с божественной силой и наработанным огромным опытом. Ведь они рыбачили дни напролет. И ночами рыбу ловили. И снасти у моей дочери особенные: дорогущие, элитные. Все сложилось воедино — и вот он, улов. Запланирован ли он был Бесами или рыбка плавала тут лишь в качестве галочки для будущих отчетов — мы, мол, давали подсказки, и не наша вина, что вы их не нашли и не воспользовались… Тут гадать можно долго.

Вопрос в другом. Что делать с листами судового журнала?

Отдать Неспам? Это логично — я ведь на их флагмане нахожусь. И с ними договором связан.

Но что-то жалко мне бесплатно радовать Неспящих подарками. Еще пару часов назад я делал это с радостью, отдавал безвозмездно многое. Но после сегодняшней памятной беседы со Злобой моя щедрость уменьшилась и стала микроскопической. Так что если отдавать, то только в обмен на что-то.

Материальных благ у меня хватает.

Информация на информацию? Хороший вариант. Главное — не продешевить.

Например, я могу попытаться узнать, что именно получит Великий Нави после произнесения заклинания. В моих книгах об этом не сказано ничего. Но я верю, что подобные сведения где-то имеются — это Вальдира, она пронизана ниточками информации, надо лишь суметь отыскать нужную и осторожно потянуть. Уверен, что Баронесса уже успела вытащить несколько подобных ниточек и развязать парочку узелков-загадок.

— Вот оно! — возглас Роски был переполнен эмоциями.

Азарт и напряжение истинного рыболова, страх упустить добычу — все смешалось в голосе дочери. Разве может быть цифровая личность настолько живой? По щиколотку утопая в песке и теплой океанической воде, на мелководье стояла настоящая живая девчонка, обеими руками уверенно держащая вибрирующее и светящееся удилище. Стоящая рядом с ней Кирея-Защитница прижала руки ко рту, явно боясь сказать что-то под руку, но всем своим видом показывая, что сопереживает.

Почти как живая… я во многом понимаю слегка безумного отца Баронессы и Орбита — если цифровое воплощение его умершей жены было столь же живым, то, может, ради нее и стоит спуститься в ад. А что сделаю я, если однажды мою дочь низвергнут и отправят в неведомо где сокрытое адское пекло Тантариалла?

— Не уйдешь… не уйдешь… — твердила пребывающая в абсолютном счастье Роска. — Пап! Это она — та самая рыба! Я чувствую! Лишь бы не упустить…

— Главное не победа, милая, — поторопился я заранее сгладить углы возможного поражения. — Главное — участие.

— Нет уж! — отрезала Роска. — Главное — победа!

Стоящий с большой головастой рыбой в руках эльф посмотрел на меня как на скудоумного. Аж обидно стало. Но я же обязан как-то защитить дочь от переживаний!

Тем временем леска звенела и плясала как сумасшедшая, да и по-вечернему спокойную гладь тропического океана сотрясали изнутри ожесточенные буруны и всплески. Удилище изгибалось и трещало, наверняка его прочность сейчас уменьшается с невероятной скоростью. Роску мотало туда-сюда по пляжу, босые ноги оставляли борозды в песке, что тут же заполнялись пенящейся водой. Все происходящее я заботливо снимал на видео, чувствуя себя настоящим отцом. Собственные приключения записывать забываю, а вот рыбалку дочери пропустить никак нельзя.

— Может, помочь? — неуверенно предположила Кира, глядя на меня.

Я покачал головой. Пусть сама сражается с загадочной рыбой. Пусть выложится до предела, а затем победит или проиграет. Я успел оценить реакцию Орбита и понял его правоту — в жестоком мире нынешних и будущих богов нет простого участия и нет мирного сосуществования. В их мире есть либо победа, либо проигрыш. Причем проиграв однажды, реванш взять уже не получится — ибо проигрыш означает низвержение в ад, выбраться откуда пока что не удалось никому.

На поверхности мелькнул красный костистый гребень, сверкнула синяя с желтым кожа. Именно кожа, а не чешуя. Леска с надрывом зазвенела, удилище согнулось в знак вопроса, рукоять едва не выворачивало из девчачьих рук. Показалось хищное длинное рыло, узкая щучья пасть, утыканная зубами. Это хищник… и размером чуть меньше моего роста. Незадолго до этого Роска шутя выметнула на берег океанического тунца огромных размеров и веса. А тут еле справлялась с рыбой куда меньшего размера.

Я затаил дыхание, понимая, что битва подходит к кульминационному моменту. В мой локоть вцепилась подошедшая Кира. Да и эльф, сохраняя обычный свой безучастный вид, смотрел только на океан.

Серия ожесточенных дерганий, со звоном леска сматывается с катушки, почуявшая свободу рыба пытается уйти на глубину, но ее вновь дергает к берегу. Плеск… в воздух взмывает вытянутая тень подводного хищника, на нас зло смотрят его налитые алым глаза убийцы. Роску тянет в воду, она заходит по колено, отклоняется назад… черт! Я сейчас не выдержу и, схватив булыжник, кинусь бить чертову рыбу по ее упертой морде!

Рывок… прыжок…

И, пролетев по воздуху, рыбина падает на песок, где бьется в бессильной ярости. Ее яркая кожа тут же покрывается слоем песка, трещит красный спинной гребень, щелкает пасть. Роска вздымает вверх руки в победном жесте. Она победила! У ее ног плавает сломанное пополам удилище.

— Вся в меня, — качаю я головой. — Вся в меня…

— В чем-то уж точно, — со вздохом соглашается Кира. — Ну? Пошли поздравлять будущего чемпиона Вальдиры по рыбной ловле?

— Как-как?

— Угу. Она сама так постоянно твердит: хочу стать лучшим рыболовом Вальдиры.

— Удочка… — Дочь протягивает мне сломанное удилище. — Погибла в бою…

— Мы купим новую, — обещаю я. — Еще лучше!

— Правда?

— Правда.

— Класс! Бум-бум-хей! Всех пиратов на реи! Вот это улов!

Да уж… рыба знатная. Название мне ничего не говорит: протосфирена гневная. Присыпанные песком глаза неотрывно смотрят на нас с немым обещанием: если не в этой жизни, то в следующей я обязательно отомщу. Не знаю, сколько может стоить такой улов. Не знаю, за сколько купят такую рыбу алхимики. И знать не хочу. На рыбу у меня другие планы. Не будет ни аукциона, сулящего огромный куш, не будет собрания алхимиков, не будет вообще никаких обсуждений нашего улова. Вернее, обсуждение будет, но несколько иного толка — кулинарного.

— Продадим? — поинтересовалась Кирея.

— Нет уж, — отрезал я. — Съедим! И к черту деньги и бонусы.

— О-о-о…

— Сегодня нас угощает Роска, — улыбнулся я. — Сядем сейчас в одном из лучших тропических ресторанчиков, отдадим рыбу их шеф-повару и попросим зажарить целиком! А затем слопаем ее, запивая вином и морсом!

— Да-а-а!

— Да-а-а! — поддержала Роску и Кирея.

— Да-а-а! — не отстал и эльф, одновременно указывая на мамонта, стоящего с обиженным видом.

— А к рыбе закажем полтонны зеленого салата и фруктов, — вздохнул я, поняв намек. Я пребывал в счастливой ленивости, если так вообще можно сказать. Чистое счастье. Хватит с меня временно Неспящих. Этот вечер я посвящу семье. Весь до последней секунды.

— Класс! Бум-бум-хей! Мы идем на ужин с мамонтом! — заплясала Роска. — И если повар не зажарит нам рыбу — мы вонзим кинжал в стол, схватим повара за жабры и скажем: эй! Жарь рыбу, кок ты сухопутный! Иначе мы…

— Иначе мы просто пойдем в другой ресторан, — фыркнул я, примериваясь к рыбе. — Черт… если бы такую поймал я или другой игрок — было бы достижение.

— Я о такой рыбе не слышала, — согласилась Кирея. — Пошли, папаша в квадрате. Время жарить рыбу!

— Время жарить рыбу! — крикнула и Роска. — Мы съедим ее до последней косточки! Хей-хо!

И мы пошли — куцей приплясывающей цепочкой. Впереди Роска, за ней Кирея, потом я, Орбит, а следом бодро машущий хоботом Колыван. За нашими спинами затихал засыпающий океан. А впереди один за другим зажигались мирные огни, слышалась легкая ритмичная музыка, что вскоре грозила перейти в лихие ритмы больших ашико.

На мелководье покачивался оставленный катамаран, но он уже не одинок — вокруг него тоже загорались огоньки, все ближе подбирались любопытные подводные обитатели, щелкающие клешнями, скребущие по дну раковинами и семенящие множеством лапок.

Последние тихие часы.

Океан хоть и засыпает, но в его сонном шепоте отчетливо слышится призыв — время поднимать якоря, время вновь отправляться в путешествие по бескрайним водным просторам.

Зар'граад зовет…

Отправить