Глава девятая
Мокрая ностальгия

Карстовые пещеры.

Еще совсем недавно здесь было милое местечко.

Речка неподалеку, впадающий в нее ручей, исходящий из большой дыры в склоне ничем особо не примечательной горы. Там же были расположены некоторые необходимые для комфортного бытия постройки — сторожевая башня, торговый навес, конюшня, пара сарайчиков. Стражники ходили неспешно, смотрели улыбчиво. Торговцы бодро продавали немудренный товар — связки копченого и вяленого мяса, факелы, знаменитые сапоги «АнтиПрот», запасные тетивы к лукам, обычные стрелы, ножи, фляги и прочие предметы, могущие понадобиться любому авантюристу, что рискнет отправиться в подземную тьму Карстового Чистилища.

Игроки в разноцветной одежде шустро сновали из стороны в сторону, задавая множество вопросов и получая столько же ответов. Среди них величаво шествовали те, кто был отмечен плащами с большим алым крестом, — хозяева местных земель, представители клана Алый Крест. И все бурление жизни происходило на фоне просторных зеленых лугов, столь же мирно зеленых холмов и полноводной реки, полной рыбы и раков. Можно было с головой окунуться в столь достоверную атмосферу Средневековья.

От входа в опасное подземелье доносились голоса игроков, жаждущих собрать отряд авантюристов, дабы вместе спуститься в темноту и начать истребление мерзких кобольдов, строящих коварные планы. Попутно собрать немало трофеев и ценных грибов, избежать волны протеев, сносящей на своем пути все и вся, пробиться с боем к выходу и облегченно повалиться на зеленую траву с ликующими воплями: да! Получилось! Удалось!

Самые отважные герои могли рискнуть и спуститься на самый нижний уровень, где обитали основные силы кобольдов и их могущественный вождь, оседлавший гигантского белого протея.

Внизу опасность. Сверху — мир и тишина. Идеальный баланс.

Так было. Но все изменилось. Хотя нет — все осталось по-прежнему. Просто добавилось очень много нового, причем такого, что атмосфера круто изменилась. Для начала в глаза бросались две высоченные капитальные каменные башни, прикрывшие собой старую сторожевую башню и навесы, что теперь зажаты между горой с подземельем и новыми постройками. Появился деревянный частокол. Между часто вбитыми в землю и заостренными бревнами едва просунет руку эльф. Частокол тянется дугой, защищая все те же навесы и старую башню, ну и вход в подземелье заодно. На новых башнях два мощных стреломета, заряженных стрелами с наконечниками, налитыми огненным свечением. Взрывные стрелы. Рядом дежурят стрелки, чьи плащи, да и реющие над башнями знамена отчетливо указывают на клан Алый Крест.

Внутрь пройти можно только между башен. А они соединены блестящей серебряной полосой, испещренной загадочными рунами, также на ней висит не меньше десятка серебряных колокольчиков. Перед входом и перед частоколом идет линия из заостренных кольев — кажется, такие штуки называют «рогатками». Выглядит внушительно. Факелов не счесть. Причем они укреплены на высоких трехметровых столбах. Пусть вокруг не светло как днем, но глазам вполне комфортно.

И ведь я бывал здесь раньше, да и моя команда тоже — елки, да мы здесь познакомились, недалеко отсюда сидели потом вместе у костра и пили вино. Посему мы и впали дружно в оторопь, уподобившись баранам, глазеющим на новые ворота.

— Не любят вас, — тихонько сказал я стоящему рядом Злобе.

— Чей-то? — хмыкнул он, с удивлением оглядывая укрепления и при этом характерно шевеля пальцами — явно набирал сообщение для своих и наверняка прикрепил к нему скриншот, наглядно показывающий крутые изменения недавно столь мирной местности. Что говорило о том, что Злоба здесь прежде бывал либо же из описаний знал о том, как выглядела данная местность ранее.

— Когда мы приходили сюда без вас — такого не было, — пояснил я.

— Очень смешно, — буркнул паладин Ахн. — Но в одном ты прав — тут защищаются не от тех, кто в подземелье, а от тех, кто снаружи приходит. Кто на них нападает? Кто-то клыкастый и когтистый по-любому — вон следы на кольях и частоколе.

Тут и я заметил — на многих бревнах и кольях глубокие борозды, целые куски дерева вырваны напрочь. Взрыта земля там и сям, обгорелые пятна на траве, глубокие ямы в паре мест.

— Спросим, — решил я и шагнул к торопливо семенящему мужику из «местных», несущему сразу два мешка на плечах. — Уважаемый!

— Господин Росгард! — «Местный» расплылся в широченной улыбке. — Давно же вас не бывало! Добра твоего деревня наша не забыла! Как в Селень в гости нагрянуть решишь — буду рад угостить тебя ужином!

— Спасибо большое, — приложил я руку к сердцу. — Не забуду приглашение. Позволь спросить, друг… отчего здесь все так изменилось? От кого оборону держите?

— Ох! Беда лютая! — Мужик едва не уронил мешки. — А ты и не знаешь, друг Росгард?

— Был я в далеких землях. Вернулся только сейчас. Так что же случилось?

— Оборотни! Оборотни клятые в оборот нас взяли! Нападают и нападают, твари этакие! Стаями набегают! Хорошо хоть лишь здесь покоя не дают. Один хутор целиком разорили, никто там не выжил, всех в клочья! На пасеке, что вон у того леска за холмом, — там двое выжили! И ведь не уходят никуда! А как нескольких убьешь — новые появляются! Такие вот дела, друг Росгард! Поосторожней будь. Время ты выбрал опасное — ночью от тварей вовсе житья нет. Вот-вот зазвенит набат, засвистят стрелы огненные, послышится рык страшный!

— Оборотни? — изумленно выдавил я.

— Они самые! Твари! И за что на наши головы напасть такая? Чем мы богов разгневали? Не поверишь — оборотни и кобольдов на части рвут, коли волчарам удастся внутрь Пещер пробраться. Мы спервоначалу ведь как думали — заодно кобольды с волками! Ан нет! Кобольдов в клочья! С воем ужасным в волчьем обличье носятся оборотни по проходам подземным, убивают все живое и ищут и ищут, ищут и ищут…

— А что ищут-то? — спросила с живостью Кэлен, едва не приплясывая от любопытства.

— Твою мать… — тихо прошептал я, успев уже сделать предположение.

— Так ведь главаря своего они ищут!

— Главаря? — переспросила Кирея Защитница. — Какого главаря?

— Серебряного оборотня! — тихо-тихо прошептал мужик и все же уронил мешки, когда попытался осенить себя оберегающим знаком. — Вот кого они ищут!

— Уф, — выдохнул я. — Полная…

— А откуда здесь такому чудищу взяться-то? — пропыхтел мужик, поднимая с земли мешки. — Отродясь в наших землях такой твари не водилось — серебряного оборотня. Ну, бывай, друг Росгард. Береги себя!

— Как и ты, — кивнул я на прощание, проводил «местного» взглядом, затем обернулся и, наставив палец на уже открывшую рот Кэлен, сказал: — Ни слова! Тэкс… объявляю общий сбор. Подойдите-ка…

Все послушно сгрудились. Даже Тиран сунул ушастую морду, волчьи глаза светились искренним любопытством. Мне аж не по себе стало — голова отрезанная ведь его папаше принадлежит. Роска выглядела столь же заинтересованной. Надеюсь, она не узнает, что я отрезал отцу Тирана голову.

— Про учиненное нами дело на нижних уровнях никому ни слова, — буквально по слогам произнес я, пристально оглядывая каждого из группы.

Мои слова поняли далеко не все.

— Какое еще «учиненное нами дело»? — поднял бровь паладин, стоящая за ним живая эрудиция выразила такое же недоумение.

— Секрет! — отрезал я.

— Негоже от друзей секреты таить! — обиженно донеслось снизу.

Шепот.

Еще один суперигрок Неспящих, сумевший нажать на какие-то там кнопки и дернуть за рычаги, чтобы его отпустили с нами, — хотя мы его об этом не просили. С недавних пор тихушник делал все, дабы быть с нами. И думаю, не из любви к нашей компании. Сейчас тихушник сидел по-турецки внутри нашего круга и выглядел словно улыбающийся болванчик-божок, над чьей макушкой мы решили вознести молитву.

— От друзей и не таим, — басовито заметил Бом, глядя на шпиона сверху вниз.

— Вот, значит, как, морда ты ишачья. А кто тебя от смерти спас лютой? Кто бросился под ноги бегущего к тебе монстра и спутал его ноги цепью? Кто?

— Ты просто споткнулся. И при этом испуганно кричал: «Отвлеките его! Отвлеките его!» У меня есть запись.

— Так! — громыхнул я. — Никому ни слова про серебряного оборотня! Нам лишних проблем не надо!

— Но… — начала Кэлен.

— Никаких «но»! Мы пришли сюда для чего? Отвечаю — для поимки гигантского белого протея. Попутно получим чуток опыта, трофеев и веселья. Оборотни — не наше дело.

— Хм… — Паладин Ахн все так же задумчиво почесывал бровь. Я его проигнорировал и хотел еще раз повторить указания, но тут меня окликнули. И голос окликнувшего как-то не походил на дружеский.

— Росгард! Ты — Росгард?

Выпрямившись, я повернулся. Игрок. Почти двухсотый уровень — трех всего не хватает. Воин. Человек. Седоусый и седовласый, а лицо очень молодое. На левом плече висит ростовой железный щит, поверх него закреплен длинный меч, направленный рукоятью вперед. Игровой ник — Мечник Вдоводел. За его спиной еще трое. Девушка-стрелок со слишком большим арбалетом, заряженным сразу пятью болтами. И два мага. Все уровнями чуть ниже сто пятидесятого. Все стоят в картинных позах, руки на оружии или на магических жезлах. Один из магов застыл в странной позе — будто его в крестец пнули, отчего зад ушел вперед, а верх торса остался отклоненным назад, руки подняты вверх, пальцы скрючены. Выражение лица такое, что хоть сейчас «Оскар» за угрожающий оскал давать. И все из четверки являются членами столь хорошо известного мне клана Алый Крест.

Перед взором яростно замигала красная строчка. На меня чем-то воздействовали, и я не могу воспользоваться телепортацией. Судя по лицам остальных из моей команды, у них ничего подобного нет. Чем на меня подействовали? Магией? Кто наслал? Тот тип в странной позе?

— Росгард, — радостно повторил Вдоводел, демонстративно снимая со щита меч. — Надо же. Сам пришел…

— Пришел, — кивнул я, лихорадочно пытаясь понять, с чего такая вдруг «радушная» встреча.

Долго гадать не пришлось. Седри. Правитель местных земель. Наместник. Фанатичный коллекционер. Друг Алого Креста. Мы этого Седри как-то грабанули. Дочку его напугали. А заодно застали Алого Крестоносца — лидера почти одноименного клана — в крайне пикантном одеянии и положении. В общем, у клана Алый Крест были причины искать меня. Но с другой стороны — у нас ведь с Крестоносцем устный договор.

— Подойди-ка, — поманил меня Вдоводел. — Свалить не пытайся — наш маг тебя держит.

Держит? Значит, все же он.

— Ну пришел он, — лениво процедил выпрямившийся Злоба, вышедший из-за массивной туши Бома. — И что с того? И чего ты зубочистку свою вытащил? Кариес замучил?

— Кого это твой маг там держать вздумал? — поинтересовался и Шепот. На землю со звоном упала серебряная шипастая цепь, налилась яростным белым свечением. — Друга моего держать вздумали?!

Выражение лица Вдоводела изменилось так резко, что сразу стало ясно — он прекрасно узнал появившихся перед ним игроков. Один из крутейших стелс-убийц и еще более крутой боевой маг Неспящих, имеющий в своем арсенале уникальные заклинания. Я себя сейчас чувствовал как деревенский парнишка, на чью защиту встали Илья Муромец с Добрыней Никитичем. А Вдоводел наверняка почувствовал себя Соловьем-разбойником. Его меч с лязгом убрался обратно на щит, руки опустились. С меня мгновенно спала сдерживающая магия, о чем оповестило краткое зеленое сообщение. Один из магов и стрелок развернулись и убрались за частокол.

Воздух вокруг нас буквально сгустился. Все стояли неподвижно, боясь спровоцировать кого-нибудь на разрушительные действия. Особенно Злобу, как я думаю. Ему стоит шевельнуть пальцем, и все здесь зальет жидким огнем. Или же накроет лагерь смертоносным холодом заклинания Великих.

Поодаль один за другим останавливались игроки-малыши, что спешили к данжу от локи возрождения или же от реки, где к берегу как раз пристала немалая лодка, извергнувшая из себя несколько десятков пассажиров. Все спешили к Гнездилищу — выполнение заданий и прочие важные дела. Для нас пройденный этап, а для них заманчивое будущее. И тут они на своем пути встретили затевающуюся свару, причем между игроками столь высоких уровней, что их здесь попросту и быть не должно. И при этом наша группа автоматически выступала в роли злодеев — ведь все в округе были в курсе, что клан Алый Крест является местным защитником слабых, уничтожителем злобных агров и так далее.

— Вы же уплыли! В поход уплыли! — прямо с настоящей обидой произнес мечник Вдоводел. Его столь обиженные слова изрядно разрядили обстановку.

— Не дождешься, — отозвался Злоба. — Чего на входе встал? Может, подвинешься?

— Но вы же упл…

— Дебил! — Новый голос принадлежал закованному в сталь рыцарю, вывалившемуся из телепорта с бело-красной вспышкой света в обнимку. — Тут Великий Нави стоит! Ослеп?! Куда они могли без него уплыть?! Здорово, орлы!

— И тебе не хворать, — лениво процедил Шепот, оглядывая появившегося Алого Крестоносца с ног до головы.

Вокруг нас полыхнул настоящий фейерверк — десятки телепортационных вспышек выбрасывали на зеленый луг новых и новых членов Алого Креста. Воины, маги, стрелки, некроманты и священники. Они появлялись и появлялись. Еще с десяток телепортов открылись в небе, выплюнув в воздух птиц и летающих ящеров с всадниками на спинах.

— Вот оно как! — Злоба резко развел руками в стороны, и над нами возник переливающийся зеленовато-синим призрачный купол, прикрывший нас сверху как колпак. — Нападение на Неспящих…

— Стоп! Стоп! Стоп! — Крестоносец завопил так громко, что на далеких соснах тревожно заорали вороны, а все игроки замерли на месте — все, кроме нас.

Мы медленно подавались назад, вновь собираясь в плотную группу. Причем никто из нас и не подумал тянуться к свитку с переносом. Я сразу понял — Злоба и Шепот не побегут. Равно как и их рекруты — паладин с девушкой. Они не дадут клану Алого Креста шанса позднее говорить с гордостью: «Да от нас Неспы как куры от лис бегали, сам Злоба с Шепотом в испуге слиняли…» Это явственно читалось на лицах тихушника и мага — они останутся здесь и примут бой. Честь клана на кону. И честь не уронят. Во влипли…

— Вали их! — кричали издалека. Вроде бы маг, над чьей головой развертывал пылающие крылья гигантский феникс.

— За-а-аткни-и-ись! — Рык Крестоносца превзошел все ожидания. Стая ворон поспешно снялась с веток и полетела прочь.

— Папа, а эти дяди и тети — плохие? — осведомилась сидящая на спине гигантского волка Роска.

— Ну… — задумался я, выставляя перед собой ладони, «заряженные» терновыми пущами.

— Они хорошие, — оскалился Шепот, наматывая на кулак звенья цепи. — О мертвых плохо не говорят.

Все. Ситуация стала кристально ясной. Неспы на примирительный тон переходить не собираются, несмотря на явные попытки лидера Алого Креста как-то потушить разгорающееся пламя. У меня в голове засела лишь пара мыслей — моя дочь снова на острие атаки, и мы сюда пришли не драться, а ловить белого протея.

— Может, уйметесь? — Голос Киреи прозвучал столь неожиданно, что Крестоносец осекся на полуслове, а Шепот с треском захлопнул челюсти. — Росочка, пойдем, милая, куплю тебе копченого мяса.

— Ура! И Тирану тоже! А мы рыбу в той реке половить успеем? А дядю Орбита с собой возьмем?

— Ну, — начала Кира, спокойно обходя застывшего на месте рыцаря Крестоносца и так же обыденно проходя между прочими из Алого Креста, двигаясь прямо в лагерь перед Гнездилищем. — Тирану тоже купим. А вот рыбы… даже и не знаю.

— О! О! — запрыгала вдруг Роска на спине черно-белого волка. — Вопрос! Вопрос! Важный такой вопрос!

— Какой?

— Мы же в пещеры темные идем, да? В пещеры, верно?

— Верно…

— А Колыван туда влезет? — В ожидании ответа Роска прижала ладони к щекам и округлила глаза.

— Колыван? — Кирея повернулась к нам.

Я тут же повторил ее маневр и увидел лысого эльфа, прижавшего ладони к щекам и округлившего глаза. За эльфом стоял гигантский лохматый мамонт, за которым быстро угасало пламя телепортации.

— Не влезет, наверное, — задумчиво сказал Кирея, снимая Роску с волка. — Пошли.

— Может, и влезет, — неожиданно подал голос стрелок из Креста, опускающий лук. — Если присядет чуток…

— Да не, не влезет, — замотала головой девушка-маг. — Куда там!

— Влезет! — уверенно заявил третий.

— Не влезет! — хором заявили несколько других игроков.

— Че это наш мамонт в вашу пещеру не влезет?! — завопил Шепот, разводя руками и растопыривая пальцы. — Влезет! Еще как влезет!

— Вряд ли влезет, — дипломатично заметил Крестоносец.

— Мой рот на замке, — совсем невпопад заметил я, проходя мимо него и говоря предельно тихо. — Мамонт не влезет.

— Наш мамонт куда угодно влезет! — заорал Злоба, устремляясь за мной и подавая знак паладину и прочим.

— Да ни хрена он не влезет, — пробурчал идущий за мной Крей.

— Ты вот вечно такой пессимистичный, — надула губы шагающая рядом с ним Кэлен.

— Ну, может, и влезет, — исправился Крей. — Если живот втянет и ползать научится.

— Интере-е-есно, — вздохнул эльф, держа за хобот Колывана и ведя мамонта за собой. — Гуки-гуки.

Док предпочел промолчать, задумчиво убирая в рюкзак два длинных светящихся хлыста.

Один за другим мы прошли внутрь частокола, и на меня вновь нахлынули воспоминания. Здесь я закупался, общался с игроками, здесь же встретил и Грима, что потом пошел со мной под землю и там поведал свою историю, прежде чем обратиться в чудовищного оборотня и дать нам последний бой.

— Набираю пати! Нужен маг и хил! — К нам, видать сослепу, подлетел кряжистый гном с топором. Тут он продрал глаза и узрел Злобу во всем его сияющем величии. Быстро сориентировался, ткнул в Злобу пальцем и заявил: — Тебя точно возьму. Даю пять процентов от добычи.

— Какая щедрость, — процедил Злоба, видать, огорчившийся скудностью предложения.

— Каменные шары Коста-Рики! — рыкнул Шепот, успевший убрать цепь. — Не видишь — заняты мы! Мамонта в пещеру пихаем!

— Да зачем? — поразился гном.

— Надо! — хором заявили сразу несколько игроков, причем незнакомых, пошедших следом за Орбитом и Колываном к пещере.

— Не влезет!

— Да влезет!

— Если и влезет — по коридорам не пройдет!

— Смотря по каким!

— Ставлю пять золотых, что влезет!

— Принимаю!

— Антенна Элтанина! — вновь закричал Шепот, хватая за руку одного из идущих рядом бойцов Алого Креста. — Ставлю сотню золотых — мамонт влезет!

— Принимаю!

Столь странные изречения Шепота объяснялись следующим — я убедительно попросил не выражаться при моей дочери. Моя просьба вспоминалась не всегда, но все же ребята старались.

— Ты чего никуда не плывешь? — Рядом со мной остановился Крестоносец.

— Не плыву, а иду, — поправил я со вздохом. — Как дела?

— Оборотня серебряного ты забил? — пытливо взглянул на меня лидер Алого Креста.

— А?

— Только ветошью не прикидывайся. Вы ведь тогда здесь загадочную битву устроили. Такого масштаба, что шум на весь данж стоял, а кобольды разбегались с перепуганным визгом. Один игрок-лучник запомнил твой ник — ты его тогда с собой не взял, потому что у него не было с собой липунов. Он так сильно обиделся отказу, что запомнил тебя. Затем подрос, стал одним из наших рекрутов, а потом и вспомнил про тебя, когда мы начали выяснять, кто убил внутри данжа совершенно левого монстра-оборотня. Ведь нападающие на нас оборотни то и дело рычат, что здесь была пролита кровь их великого вожака серебряного волка…

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — покачал я головой.

— Да ладно тебе, Рос! Ну!

— Мы набивали здесь опыт и трофеи. О какой загадочной битве идет речь, если мы в тот день вообще в первый раз в группу объединились? Причем прямо перед данжем. Если тот лучник неподготовленный запомнил, как я его не взял с собой, значит, помнит и о том, как я набирал здесь группу.

— Помнит, — признал игрок, поражающий всех в округе своим чудовищным уровнем, красующимся цифрами «291». Алый Крестоносец настоящий монстр, способный одним взмахом убить десяток игроков. Особенно если он вооружится своим мечом с синим искрящимся лезвием.

— Ты тогда нескольких отобрал, и вы ушли в темноту. Рос, я доказать, может, и не могу ничего. У нас одни только догадки. — Алый Крестоносец чуть нагнулся, чтобы наши глаза стали на одном уровне. — Реально ничего не могу доказать. Да даже если бы и мог — с такой поддержкой от Неспов за плечами что толку от моих неопровержимых доказательств? Ты меня запросто можешь послать куда подальше. И угрожать тебе я не могу. Если других можно напугать обещанием устроить им адскую жизнь в Вальдире, то ты просто посмеешься. А затем сюда явится черная демоница и тоже посмеется, перед тем как устроить нам разорительную битву. Поэтому, Рос, слушай, давай ты просто всем расскажешь о том, как я прыгал голым зайчиком и гугукал в поместье Седри — прямо всему миру расскажи, а я даже подтвержу твой рассказ и публично покаюсь, — но при этом дай мне подсказку, как это безобразие с оборотнями прекратить.

— Ого, — поразился я. — Настолько все…

— Хреновее некуда. Просто некуда, реально. А я отнюдь не паникер. Ты знаешь, что для Алого Креста вот эти земли? — Громадный рыцарь описал ручищей вокруг себя большой круг, сам при этом повернувшись вокруг оси и взмахнув белым плащом с алым крестом.

— Эти земли ваши, — пожал я плечами. — Причем очень давно. Ваша кормовая база.

— Больше того! Это наши единственные владения! Недавно была война на севере, схлестнулись мы там с Огненными Коршунами. И проиграли. Наш кусок северных территорий стал принадлежать другим. У нас остались только эти земли.

— Огненные Коршуны? — переспросил я. — Знакомое название…

— Еще бы! Они недавно громыхали именем своим на всю Вальдиру — разбили знаменитое яичко Додекаэдр, подземную клановую цитадель клана Алмазных Молотов.

— И сразу после этого устроили войну на севере? Считай, без передышки…

— И не только с нами! Они начали замес с пятью кланами сразу — мы в их числе. И выиграли войну! Не одни, конечно, кто-то их поддерживал. Мы только Темпларов Золотых вычислили — мелькнуло там несколько крутейших бойцов из их числа. Один только Фагнир Некроз чего стоит — он убил под сотню наших! Гребаный конный рыцарь. — Крестоносец помотал головой, явно отгоняя грустные воспоминания. — В общем, у Коршунов теперь на севере здоровенный кусок территории. На хрена он им?

— Золотые Тамплиеры. Ты не про клан с модным именем Gold Knights Templar часом?

— Они самые. Тамплиеры Золотые. Молодые да зубастые. Откуда знаешь?

— Сталкивались с ними разок, — не стал я утаивать. — К северу от Альгоры есть божественный портал, а рядом небольшая крепость Тамплиеров. Там они нам устроили нехилую бойню…

— С болезнями новыми и зело страшными! — подхватил лидер Креста. — Точно! У всей Вальдиры они теперь на слуху. Слышал я, что болезни просто жуткие. С божественной составляющей, поэтому почти не лечатся обычными лекарствами.

— Божественной составляющей? Хм…

— И заметь — снова они к северу! Что они там делают?

— Не знаю.

— Да и не до них сейчас. В общем, дело такое, Рос, — помогай! Едва мы оправились от позорной войны с Коршунами, как оборотни сюда поперли. Причем на циклы луны им глубоко плевать. Порой и днем сюда являются! Днем! Однажды стая матерых волков порвала в клочья под сотню игроков-малышей! Прямо у входа в Гнездилище — и наших охранников заодно, а потом вырезала в клочья протеев, кобольдов и почти добралась до нижнего уровня, где мы их все же догнали и задавили. Не поверишь — выжившие игроки, у кого не было свитков и кристаллов переноса, спасались на нижних уровнях от монстров! Все лучше с кобольдами бодаться, чем в оскаленные пасти оборотней заглядывать, — а у вас нет проблем с зубами, случайно? А то не люблю, когда меня гнилыми клыками пережевывают…

— Бардак…

Издалека донесся общий крик, наполнивший воздух звенящим ожиданием:

— Давай, пошел!

— Влезет! Влезет! Точно влезет!

— Куда там! Даже уши не втиснет — а задницу ты его видел?!

— Влезет!

— Эй! Только не помогать! Впихивать силком нельзя! И никакой магии!

Пару секунд мы послушали вопли игроков, сделавших не самые маленькие ставки, затем вновь вернулись к теме разговора:

— Твари нападают и на деревни. А как везде поспеть? И ведь еще надо к Походу готовиться! Корабли строить и их защищать! А тут родные земли под ударом нечисти… «Местные» роптать тут же стали — почему, мол, нет защиты от Алого Креста? Почему допускаете гибель мужей и жен, детей и родителей? А прочие потери? Стада коров, домашняя птица, козы, овцы, лошади… Там счет уже давно на сотни идет. Ты когда-нибудь видел целое поле, усыпанное тысячей рваных коровьих шкур, сломанных рогов, костей, копыт, хвостов, черепов и отдельно лежащих больших коровьих же влажных глаз? Видел?

— Н-нет…

— Будто сам Стивен Кинг явился и лично все украсил! Зрелище жуткое, мать его! Я пока там стоял и, держась за голову осматривался, мне казаться начало, что валяющиеся на земле глаза стали за мной следить и порой моргать… И смотрели с такой грустью и укором — не уберег, мол, ты нас, не спас от смерти лютой…

— Ты держись, — попытался я поддержать несчастного и вручил ему личную флягу, наполненную очень неплохим вином. Тот отказываться не стал и мигом ополовинил ее.

— Если так и дальше пойдет — наша репутация здесь рухнет полностью. Игроки уже стали избегать местные земли. А чего сюда малышам соваться, если их убивают на третьем или четвертом шагу? Причем даже в деревнях защиты нет — только если до гостиницы добежать успеешь. А долбаный «Вестник Вальдиры»?! Писаки клятые! Не читал, чего они написали?

Я молча покачал головой.

— О! — Крестоносец хрустнул кулаками и с выражением начал декламировать: — «На Алом Кресте пора ставить крест — кровавый и окончательный! Защитники богатых и ранее мирных земель терпят полное фиаско, не в силах обеспечить безопасность никому, включая себя. «Вестник Вальдиры» настоятельно рекомендует избегать посещения земель, что находятся к…». — Прервавшись, игрок допил вино из фляги, со скрипом закрутил пробку и прорычал: — Прибил бы писак чертовых! Я им поставлю крест! — на задницах их! И не пером, а топором! Чтоб им всем! — Яростный вопль Крестоносца разнесся на десятки метров в сторону, в ответ послышался глухой, но ликующий трубный крик мамонта Колывана.

— Скоро мы потеряем земли. И тогда все. Придется уплывать к Затерянному материку и знать, что возвращаться некуда — сейчас завоевать собственные земли куда сложнее, чем раньше. Континент не резиновый, все хлебные места давно заняты, а пододвинуть другой клан… это дело неблагодарное. Попробуй вон Неспов заставить поделиться чем-нибудь… хотя у них сотни километров личных земель, несколько островов, горы, замки… Мы на их фоне как… эх! Рос, слушай, оборотней мы пока сдерживаем, но им нет конца! Скажи — откуда они берутся? Из какой долбаной бутылки лезут, чтобы мы нашли ее горлышко и заткнули! Чего этим тварям от наших земель нужно? Что они ищут в Гнездилище? И как это дело поправить? Если реально не замешан — так и скажи, я поверю. Но очень надеюсь на пусть и тонкую, но наводку.

— Уф, — выдохнул я. — Такого бардака я точно не ожидал. Насчет «замешан» — из-за меня весь этот бардак. Но только из-за меня. Ребята из моей группы и Неспы здесь вообще не при делах. Это я на тот случай, коли ты обиду затаишь и потом мстить решишь.

— К черту месть. Вряд ли ты это сделал именно ради того, чтобы превратить наши земли в рассадник нечисти.

— Говорю же — не ожидал такого. Тебе никто не говорил, что в тот же день внутрь Гнездилища вошли не только игроки, но и один из «местных»? Здоровенный такой детина, может, даже покрупней тебя. Длинные спутанные волосы, злобное лицо, хрипящий голос и взор исподлобья. Нес при себе крупный бочонок.

— Говорили, — подтвердил Крестоносец, напрягшийся, как охотничий пес, напавший на след. — Но я решил, что это ошибка или вранье — в Пещеру даже стражи давно не ходят. А тут какой-то левый «местный». Эту версию мы отбросили.

— И зря. Тот детина был оборотнем.

— А, черт!

— И пришел он сюда неожиданно. После чего сделал мне предложение, от которого нельзя отказаться. Вместе с нами он прошел почти по всем коридорам, а затем, когда пришло время и настала полночь, обратился в серебряного оборотня. И мы дали ему бой. С трудом великим, но завалили тварь. После чего он исчез, оставив мне в подарок собственную голову — в волчьем, а не человеческом варианте. Ушастая волчья башка с оскаленной пастью. Голову я отнес в Гильдию Магов Альгоры, отдав его одному из верховных тамошних магов.

— Так… так… это уже супер… продолжай…

— А больше нечего говорить. На этом для меня здесь все закончилось. Я сам далеко не спец, но вижу два варианта. Либо оборотней привлекает место смерти гигантского перевертыша и они ходят сюда на паломничество. Либо же они ищут отсеченную голову серебряного волка. Но зачем она им?

Про медальон я умолчал. Серебряная Легенда не может иметь к происходящему никакого отношения. Это храмовый доспех, выкованный давно павшим божеством. Сам Грим также никак не мог возродиться и возглавить мстительных тварей — даже в виде призрака не мог. Иначе бы он меня давно уж навестил темной ночкой и шепнул бы на ушко пару ласковых матов.

Голова.

Или место смерти.

Других вариантов действительно не нахожу.

Взглянув на задумчиво морщащего лоб Крестоносца, я посоветовал:

— Либо спросите в Гильдии Магов, либо обследуйте место смерти серебряного оборотня.

— С кем говорить в Гильдии?

— С верховным магом Тарниусом. Он архимаг, если точнее. Высокий и худощавый седой дедушка в пурпурной мантии. Подбородок волевой, сил волшебных выше крыши, взгляд жесткий и пронзительный.

— Попробуем, — ответил лидер Креста. — Обязательно попробуем… но вряд ли. Как-то далековато. И что они могли такого с той головой сделать, чтобы все оборотни взбесились? Это ведь не артефакт был?

— Обычная мертвая голова, — покачал я головой. — Доказательство убийства. Давно, наверное, голову оборотня уже в прах обратили или в витрину положили.

— Но только на голову все подсказки указывают…

— Он вроде как вожаком оборотней и волков был, — подтвердил я. — Священная для них персона. Под его лидерством они начинали кровавую охоту на все живое в случайной местности. Так что могла нечисть обидеться и начать мстить.

— И вот это совсем плохо! А если у них там установка типа: «Пока не убьем десять по десять тысяч, не дадим покоям этим мерзким землям?» Что тогда?

— Тогда я стану вашим главным врагом надолго, — вздохнул я. — Вот ведь… такого точно не мог ожидать.

— Мамонт влез! — радостно оповестили нас.

Восседающая на спине гигантского волка Роска сияла от радости как весеннее солнышко. Стоящий рядом худой как щепка Орбит сиял столь же ярко, причем в двойной степени — по непонятной причине его лысина светилась. Чем-то он ее намазал. Эльфяка Басквервилей… у-у-у-у-у-у-у-у…

— Но тепе-е-е-ерь не выла-а-а-зит, — вздохнул Орбит. Словно в подтверждение послышался новый трубный вопль Колывана. Будто в тоннеле ревет поезд метро.

— Хвост наружу торчит, — добавила дочь.

— О, — поднял я палец вверх. — К нам снизошел гений непредсказуемости и аналитики!

— Ты чего? — удивился Крестоносец, глядя сначала на Роску, затем переводя взгляд на Тирана. — И кто же это?

Ну да. Тут я его понимаю. Трудно заподозрить в гениальности парня, решившего намазать собственную лысину чем-то светящимся, чудаковато тянущим слова и одетым в рвань. Кстати, теперь на Орбите тельняшка, сшитая по меркам полуорка. Висела она на нем как… да даже не знаю как. Словно мешок на скелете.

Не обращая внимания на удивление несчастного и замученного лидера Крестов, я обратился к эльфу:

— Слушай, тут запутанное дело. Мы убили оборотня внутри того данжа. После чего сюда начали стекаться взбешенные оборотни, которым нет числа. Непонятно, откуда они приходят. Непонятно, почему они не кончаются. Непонятно, почему атакуют и чего им в данже надо. Голову оборотня я отдал в Гильдию Магов Альгоры. Может, они с головой чего нахимичили? Воткнули в череп серебряного оборотня пару электродов, и это дало статический заряд на хвосты всех оборотней Вальдиры, отчего они возмутились?

— О-о-о… — выдал эльф, глядя на меня с огромным восхищением.

— Не, не, серьезно? Что еще может быть?

— Самый прост-о-ой вариа-ант, — пожал плечами эльф, ничуть не напрягшись. — Это же Гнезди-лище-е-е. Кобольды. А мы забили-и-и оборотня…

Повисло недолгое молчание. Все задумчиво смотрели на землю.

— А можно подробней для таких, как я? — пришлось мне попросить.

— И я! — закивал и Крестоносец, подступая к Орбиту.

— Уф… Кобольды. Смерть оборотня.

— Еще подробней. Намного подробней. Разжуй свой вывод, разотри и размажь итог по крохотным полочкам моего скудного и слабого разума.

— О-о-о, — эльф снова впал в катарсис.

— Я тебя прошу, — уже взмолился я.

— Куда проще-е-е? Так… — и Орбит снова потерял свою «тянучесть» речи. — Кобольды владеют магией демонического призыва. Место смерти оборотня — это место силы. Там очень легко совершить обряд призыва. Легче всего призвать подобие той твари, что была там убита и чьей силой наполнен воздух и стены. Это как мощный стационарный артефакт с постепенно угасающей силой. Если есть шерсть или другие части убитой твари — еще легче проводить ритуал. Серебряный оборотень — уникальный и знаковый. Мощный зверь и вожак. Чем больше тварей кобольды пытаются вызвать — тем больше разброс в координатах. Провел ритуал — вызвал из потустороннего демонического мира кучу похожих на оборотней тварей.

— Похожих? — схватился за голову Крестоносец. — Демонов?!

— Они атакуют днем, — заявила Роска к моему удивлению, и заявила назидательным тоном. — Оборотни нападают ночью и в полнолуние вообще-то, дяденька. Азбука потусторонности.

— Демоны, — кивнул и Орбит, глядя на нас с великим состраданием и скукой. — Ску-у-учно.

— Да твою же так! Твою так! — Крестоносец закрутился на месте как медленно набирающий обороты волчок. — Неужто все так просто?! Куда мы глядели?!

— Папа, а ты ведь сразу все понял, да? — Цифровая дочь смотрела на меня с ожиданием и надеждой.

— Конечно, — уверенно кивнул я. — Просто проверял дядю Орбита, кхм… А так я сразу же понял. Это же азбука потусторонности, милая.

— Верно!

— Они-и-и могу-у-ут еще до-о-олго проводить ритуа-а-алы, — добавил эльф.

— А там, где мы убили оборотня, там их владения. Редко кто мешает, — продолжил я. — Кобольды-заклинатели приходят, спокойно проводят мощный ритуал призыва. Открываются повсюду телепорты, и в мир вываливаются десятки демонов, похожих на оборотней. Только им плевать на солнечный свет, пусть он их и ослабляет. Оборотни убивают всех вокруг, после чего пытаются прорваться с боем на нижние уровни к тем, кто их вызвал. Для чего? А для того, чтобы отомстить, — осенило меня. — Демоны ненавидят тех, кто их призывает насильно! Но вы, добрые защитники клана Алый Крест, собственноручно убиваете демонов внутри Гнездилища, тем самым защищая тех, кто их и вызвал. А кобольды снова проводят ритуал и снова вызывают демонов… и так по замкнутому кругу. Елки-палки! Во я умный… жаль только, завожусь с пятого пинка и десятого толчка.

Орбит молча кивнул.

— О-о-о… — в голос застонал Крестоносец. — Похоже, так и есть… во мы дебилы. Построили укрепления, защищающие тех, кто на нас и навел всю эту беду… о-о-о-о… Мля-а-а-а-а…

— Клан Алый Крест — дебилы? — решила уточнить Роска.

— Да, так и есть, — с трагизмом в голосе подтвердил вернувшийся Злоба. — Полные дебилы. Кхм… а о чем речь? Кстати, Колывана мы вытащили! Только одно ухо чуток помяли ему… Рос, нам пора. Время тикает.

— Извини, — кивнул я.

— Рос! — Лапища рыцаря вцепилась мне в плечо. — Покажи нам место, где вы убили клятого серебряного оборотня. Помоги завершить этот бардак…

— Реально времени мало, — недовольно произнес Злоба.

— А вы зачем сюда?

— Белый протей нам нужен. Живьем. И чтобы Рос его сам поймал.

— Не проблема! Рос показывает нам место последней битвы. А затем спокойно спускается чуть ниже и видит полностью зачищенный от монстров последний уровень данжа с одиноко скачущим ослабленным белым протеем. И ловит его.

— Договорились, — мгновенно кивнул Злоба, пользуясь статусом старшего в этой вылазке. — И поторопитесь.

— Два боевых отряда ко мне! — взревел Алый Крестоносец, выхватывая меч. — Приготовиться к проходке через данж! Живо!

— Ну вот и закрутилось, — вздохнул я. — Орбит, спасибо. С меня снова причитается.

— Мне бы чего-нибудь интере-е-е-есного… — вздохнул эльф, горестно почесывая левое ухо. — Ску-у-у-учно…

— Хм… хочешь, я расскажу тебе про одну афишу, висевшую в моей ванной комнате прямо напротив унитаза? И о том, кто был на ней изображен? Не особо крутая интересность, но хоть что-то…

— Очень! — поспешно закивал Орбит. — Очень хочу-у-у!

— Но только между нами…

— Да-да…

— Тогда слушай…

* * *

И снова мы внутри Гнездилища.

Вот только на этот раз не испытываем практически никакого страха. И ни малейшего пиетета.

Но нас всех все же охватил сильный трепет, когда мы увидели путь, по которому предстоит пройти. Что и неудивительно.

Ведь кроме журчащей, капающей и бегущей к выходу воды внутри не было ничего живого или движущегося. Пусто!

Кишкообразный каменный коридор полностью очищен от живности. На каждом отвороте от главного прохода, ведущего к месту, где можно спуститься на следующий уровень, стояло по одному-два игрока от клана Алый Крест.

Я было на радостях возомнил себя титулованной или даже коронованной особой, что медленно шествует по дворцовому коридору прямо к тронному залу, проходя мимо верных рыцарей, застывших на страже моего покоя… Вот только сомневаюсь, что в старые добрые времена рыцари осмелились бы повернуться к монарху спиной. Так что хоть игроки Алого Креста и стояли тесной шеренгой, но лиц их лицезреть мы не могли. Только затылки, спины и все, что ниже. Это вполне понятно и сделано с умыслом, но не злым, — безопасность.

В Гнездилище частый респаун и очень много монстров. Каждую секунду «рождается» несколько протеев, вырастает пара грибов, возрождается несколько кобольдов. И стоящие на перекрестках и отворотах игроки отвечали за то, чтобы в главный проход не попал ни единый враг. Всех монстров уничтожали сразу же после рождения. С рук наших защитников срывались огненные вспышки и каменные обломки, выпускались стрелы и болты. Безжалостно опускались мечи и топоры, метались в цель кинжалы и копья, воздух рябил от щедро затрачиваемых липунов, хотя в них не было нужды — «светляков» и волшебного света вокруг столько, что глаза резало от избытка освещения. Некоторые, видимо, особенно опасные проходы полностью перекрыты стенами искристо поблескивающего льда.

В кратчайшие сроки клан Алого Креста под предводительством шаловливого зайчика сделал все возможное, чтобы превратить темный и опасный данж в столь обычное место, что по нему можно отправить группу детишек из детского сада, причем без воспитателя. И вволю нагулявшись, они вернулись бы обратно совершенно невредимыми, но немилосердно зевающими от дикой скуки, навеянной отсутствием хоть чего-то интересного. Голые каменные стены и капающая вода… и все…

В сопровождении чужих воинов мы в бодром темпе продвигались дальше. Свернули в один из тупиков — если верить моей карте, — где темноволосая девушка в изумрудном платье несколько раз прикоснулась к глухой стене пальцами, после чего в полу с рокотом открылся проход вниз, показались крутые ступеньки. Один из секретов Гнездилища, ранее нам неведомых. И ведь спуск совсем рядом с выходом. Очень удобно, когда надо быстро добраться до самого низа — для той же спасательной операции, оплаченной новичками, застрявшими на глубине.

— За какую сумму мы с неохотой и презрением согласимся показать нужное место? — рокочущим голосом осведомился идущий передо мной Бом, полностью закрывающий меня массивной фигурой и огромным металлическим щитом.

Эхо от голоса полуорка разнесло по всем закоулкам Гнездилища его вопрос: «За какую сумму? За какую сумму? За какую сумму? Сумму? Сумму?»

— Хм… Просто окажем им услугу небольшую? — предложил я.

Эхо тут же подхватило мои слова и понесло дальше: «большую… большую… большую…»

— Я тоже так думаю, — кивнул Бом. — Торг начнем с двадцати тысяч золотом.

— Зеленый, ты обалдел? — неожиданно тонким голоском спросил идущий в стороне от нас седовласый муж. — Это ж из-за вас нас тут нагибают по всем фронтам!

— С таким гуканутым кланлидером и неудивительно, — отмахнулся «ишак». — Но остались ли у этих голодранцев деньги? Эй, клочкобородый, вы в поход поплыли? На корабли гроши свои тратили?

— В поход не плавают, а выходят!

— Мы-то вышли, — согласился Бом. — А вы уже поплыли?

— Прекратить грызню подземную! — рыкнул Злоба, после чего нагнулся к моему уху и спросил: — А почему их лидер гуканутый?

— О, знал бы ты, какой козырь есть в моих руках против Крестоносца, — прошептал я и закатил глаза. — ЧБ была бы в восторге. Но мой рот на замке.

— И сколько килограммов золота нужно подвесить к твоей нижней челюсти, чтобы ее разомкнуло? Или вы в каратах количество лекарства от немоты отмеряете?

— Мое молчание непоколебимо, — качнул я головой, уже жалея, что брякнул по неосторожности лишние слова.

— Подходим к месту, — оповестила Кэлен, и ее радостный возглас меня спас. Впрочем, Злоба все равно попытается выпытать сокровенное об Алом Крестоносце. Но ему не преуспеть.

Мы воспользовались еще двумя сквозными проходами и спуском. И оказались именно там, где некогда состоялась одна из серьезнейших битв в нашей игровой жизни. Ну, это я про себя и команду. Да и то Орбита в этот список не включаю — мнится мне, что он в стольких заварушках побывал в своих прежних «жизнях», что и не счесть.

У нужного места мы оказались не в одиночестве. Тут не было игроков-заградителей — мы отклонились от курса, топая к памятному тупику. Проблем с монстрами не возникло, протеи гибли пачками, из грибов с паром и свистом улетучивалась влага, и они рассыпались сухой пылью от воздействия множества аур боевого отряда. Вода зависала в воздухе дрожащими сгустками; казалось, что время застыло, мы будто продирались через коридоры, залитые стазисом. И резко остановились, когда нашим глазам представилось нечто крайне необычное — кобольды!

Кобольды-заклинатели в их столь запомнившихся мне плащах. Их тут не счесть! Равно как и призванных демонических тварей. Ближайшие к тупику коридоры столь плотно забиты противником, что между ними не протиснуться, живо вспоминалась поговорка про сельдь в бочке. И враг явно не тусовался тут постоянно — мы поймали их во время рывка. Так же как жена ловит мужа, чья рука молниеносно метнулась к «лишней», по ее мнению, рюмке с водкой. Вот и кобольды так же — они аж онемели и выпучились на нас с оторопью.

— Уничтожить! — Приказ стоящего далеко впереди Крестоносца породил огненную бурю.

Следующие полминуты в коридорах витала пылающая смерть, пронизанная градом каменных и стеклянных осколков. Визжали и стонали кобольды, ревели и рычали призванные ими твари. Кричали игроки. Что-то задумчиво бормотал Док. С кислым лицом стоял Злоба, с нескрываемым особо презрением смотря на магические заклинания бойцов Алого Креста. Выражение его лица можно было истолковать как: «И вот с этой чепухой вы-таки воюете? И что, даже иногда побеждаете? Поразительно…»

Но меня больше интересовало происходящее впереди. Наличие такого количества кобольдов-заклинателей свидетельствовало в пользу гипотезы Орбита. Его версия почти подтвердилась. Снова. Что же за каша варится в лысой голове сумасшедшего пророка? И что тогда за безумная смесь бурлит в голове его отца, что считает сына лишь в половину себя, а дочь так и «вовсе не в меня»? Не хотел бы я встретиться с ним на узком мостике над бездной.

Пока размышлял, драка успела закончиться. Враги кончились. Можно спокойно оглядеться.

Место былой нашей схватки круто изменилось. Корявого граффити тогда точно не было. А сейчас все стены и потолок покрыты уродливой мазней, изображающей различных существ, огненные реки, черные тучи, пронизанные темно-синими молниями, крестами, треугольниками, решетками и рунами. Я не увидел ничего осмысленного. Равно как и не заметил смысла в пирамидках из небрежно сложенных камней, поднимающихся из воды. Декорации. Обычные декорации. Причем полное впечатление, что их натаскали спешно, нарисовали спешно и все такое прочее в том же спешном режиме.

И что интересно — рисунки и пирамидки появлялись прямо на глазах, а до этого они были скрыты надежнейшей имитацией сбегающей по стенам и фонтанами выходящей из пола воды. Была шторка водяная, а затем ее «отдернули». Видать, при смерти последнего кобольда-заклинателя все и открылось. Но… это же глупо. Несуразно. Притянуто за уши так сильно, что обладатель слуховых отростков сейчас визжит и пританцовывает от дикой боли.

— И чем вы разозлили Бесов? — вопросил я, глядя на измалеванные стены.

— Чего? — уставился на меня Крестоносец, да и все прочие из услышавших.

— Здесь детский данж, — пояснил я. — Я не гений. Далеко не гений. Но я ни за что не поверю, что низкоуровневые кобольды изучили столь мощную и надежную магию сокрытия, способную спрятать эту мазню на стенах и потолке. А без этого никак — ваши сокланы постоянно патрулируют Гнездилище, да и игроки-малыши не станут молчать о жуткой комнате с кучей страшных рисунков, изображающих ад. Ваши заинтересуются, спустятся вниз, глянут. Потом резко поймут, что появление бесовского отнорка совпало с началом массовых атак оборотней. Разнесут здесь все на камни, а камни потом сотрут в порошок, который размешают с водой и выпьют. Правильно?

Крестоносец молчал, но по тому, как он медленно оглядывал стены, было понятно, что к столь простому выводу он и без моей помощи пришел. Тут не нужно быть о семи пядях во лбу. Я все же продолжил — очень уж хотелось первому ткнуть пальцем в крохотный рисунок, замеченный мною в самом верхнем углу, прячущемся за скальным выступом. И едва я увидел рисунок, как вся галиматья на стене вдруг сложилась в одну четкую картину, идущую слева направо, причем показывающую события в хронологическом порядке.

— Да и сама схема, по которой кобольды призовут кучу оборотней и пошлют их куда-то наружу… все ведь несуразно. Опять притянуто за онемевшие от боли уши. Будто не было времени придумывать связную легенду о мстительных темных кобольдах, возникших ниоткуда, дабы обучить младших собратьев иной и куда более могущественной магии… и бла-бла-бла… А еще… вон туда гляньте, — я указал пальцем в примеченный ранее угол. — Это новый демон такой? Наверное, да. Я даже знаю, как его называют, — Бесом. Или же Бессмертным. И все вроде бы именно с него и начинается — это я говорю про всю картину целиком, что больше на кадры фильма похожа.

Ошибиться было невозможно.

Одинокая небольшая фигурка, чуть скрытая каменным выступом.

Фигура вроде обычная. Человекоподобная. Один парящий над черными тучами силуэт. Но пара искривленных камешков над его головой очень удачно складывалась в подобие нимба. Одна рука указывает на пляшущих внизу уродливых тварей. При небольшом воображении их можно легко посчитать оборотнями, что набрасываются на кого-то и разрывают на части. Дальше больше — пылающие дома и целые деревни, бегущие в страхе безликие силуэты. Люди, падающие и гибнущие в лапах сплошной лавины преследующих монстров. Огромный замок, чьи угловые башни почти разрушены, вниз к земле летит сломанный флагшток с пылающим флагом, на котором отчетливо видно нечто вроде красного угла — остальное скрыто огнем. Уж не алый ли это крест падает к далекой черной земле, больше похожей на бездну…

— Вот как я вижу, — вдохновился я еще сильнее, поняв, что намертво приковал к себе внимание слушателей. — Бессмертные наслали на вас кару великую. Сначала монстры, затем нападения на деревни и скот. Дальше будет еще хуже. Люди побегут прочь из гиблых земель, где царит смерть. И под конец обрушится последняя цитадель, с чьей главной башни полетит вниз пылающий флаг с чем-то там алым на белом фоне. Уж не Армагеддон ли Алого Креста здесь изображен? И если да, то я повторю вопрос: чем вы насолили Бесам? Они же буквально открытым текстом обещают вас в порошок стереть…

В ответ тишина. Переведя взор на Крестоносца, я добавил:

— Я тебе ничего не должен. Нет нашей вины в этом бардаке. Бесам просто понадобился небольшой трамплин для придумывания темной легенды. И они взяли за основу место смерти забредшей сюда твари — всего-то надо было логи посмотреть и остановиться на особо интересном событии. Так что все беды Алого Креста из-за самого Алого Креста. Дальше нас провожать не надо. Мы сами спустимся и сами поймаем белого протея. Удачи.

— Удачи, — едва слышно ответил Крестоносец, не сводящий взгляда с крохотной фигуры Бессмертного, грубо нарисованной на стене.

— Да-а-а-а… — протянул пристроившийся рядом Орбит.

— Рос, это ты? — уточнила и Кирея, едва не ткнувшая меня в спину серебряным шипом на щите.

— Ты чего, босс? Лихошишек переел? Откуда такое вот… — прогудел Бом.

— Да черт его знает, — признался я. — Нашло вдруг. Одно хорошо — мы тут точно ни при чем! Не из-за нас беды. И не из-за Грима. А насчет белого протея — сами поймаем. А то они один раз помогут, а потом начнут кричать, что оказали нам великую услугу. Да и не до нас им сейчас, если честно. Пусть затылки чешут и думают о грехах своих и о том, как бы где-нибудь найти свисающую с облачка мозолистую ангельскую ладошку и начать ее со стонущим иканием зацеловывать…

— С иканием зацеловывать, — повторила Роска задумчиво.

— А, черт…

— Правильно говоришь! — бодро заявил Шепот. — Сами справимся! Я, кстати, все заснял — каждый рисунок. Наш художник потом восстановит в натуральную величину.

— Зачем?

— Поставим в одном из залов Барад-Гадура!

— Зачем?

— А вдруг! Вдруг что сокрыто в рисунках тех… И еще жутко интересно — почему такой наезд с Небес? Чего они натворили? И как их беда может принести нам чего-нить хорошее?

— И как их беда может принести нам чего-нить хорошее? — вновь повторила Роска чужие слова.

— Уф, — повторил я радостный выдох и от души потянулся. — Хоть здесь мы ни при чем! Пошли ловить белого протея! А то полночи уже прошло, а нам ведь еще много куда успеть надо…

Глава десятая
Крутая смена курса. Бывает край светлый. А бывает Край Темный

Поймали ли мы белого протея?

Глупо даже думать об этом.

Тяжело ли поймать жирного дождевого червя, оказавшегося на раскаленном полуденном бетоне, где до ближайшей лужи или кучки земли не меньше пяти метров?

Очень легко. Но на самом деле можно и не ловить. Достаточно поставить рядом положенную на бок баночку, наполненную влажной прохладной почвой, и червяк сам туда ринется изо всех сил. Останется лишь закрутить крышку, и всего делов.

Так и случилось. Точно по графику и плану. Настолько четко и легко все оказалось, что я едва не вывихнул челюсть, зевая от скуки. Равно как и остальные мои спутники. При виде настолько четкого порядка и организации событий истинно хаотичного Орбита начало тошнить, бедолага уткнулся лицом в ладони и едва слышно постанывал, чувствуя, как его бардачная безумная душа начинает насильно упорядочиваться. Страшная, небось, пытка… я уже жалел, что притащил лысого провидца сюда.

Алый Крест сдержал обещание. Организовал все необходимое. И лишил белого протея малейшего выбора.

Сначала весь нижний уровень Гнездилища был вычищен массовой боевой магией. Затем с гигантского протея сдернули местного босса и буквально запинали его в дальнем углу всей высокоуровневой толпой. Предводитель кобольдов свернулся калачиком и тихонько постанывал, мечтая лишь бы об одном — поскорее бы сдохнуть.

Его скакун же вылетел на один из каменистых бугров, окруженных водой, и замер в изумлении — все вокруг полыхнуло синим гудящим пламенем. Жара воцарилась настолько сильная, что водящиеся здесь пещерные кусачие раки моментально превратились в готовое блюдо — осталось соли сыпануть и укропа, бросить дымящееся угощение на медные тарелки и смело подавать вместе с пивом.

Белый протей запаниковал…

Но тут стена синего огня раздвинулась как по волшебству, появился темный проход. Туда огромный протей и ринулся. И на полном скаку воткнулся в решетчатую стену клетки из закаленной гномами стали. Стоя на крыше клетки, небрежным ударом ноги я привел в действие запор, и гильотинная дверь с лязгом опустилась. Зверь оказался в клетке. Ловушка затряслась, завибрировала, но куда там — клетка рассчитана на поимку куда более крутых монстров Вальдиры и напор какого-то там пещерного мелкого обитателя выдержала с легкостью.

Так я поймал белого протея.

Так игровая система оказалась бессовестно обманута. Еще бы — поди попробуй поймать такую тварь в одиночку, без помощи двух кланов, без их невероятного снаряжения наподобие той самой клетки, доставленной сюда дорогим телепортом.

В самый торжественный момент, когда синее пламя опало, последний раз зашипело и исчезло, явив взорам плененного протея и меня, стоящего на клетке, все дружно зевнули. Орбит упал на колени, согнулся над воронкой в грязи и затрясся в припадке. Стоящая рядом Роска сочувственно похлопывала его по плечу и глядела на меня с укоризной. Ну да… любимый папа стал слишком правильным и порядочным, чем доставил дяде эльфу немало мучений. А где же безумные прыжки и нырки? Где крики и вопли? Где схватка не на жизнь, а на смерть?

— Кхм… — молвил ступивший на островок Злоба. — С уловом, что ли…

— Ага, — в тон ему отозвался я. — Устал прямо до жути… куда его теперь? К какому-нибудь зверолову из «местных»?

— Почти угадал. Но нет, — отмахнулся маг. — Все наши — ко мне! Срочно портуемся. Небольшое изменение планов.

— Случилось что? — уточнил я. — С флотом беда?

— Тьфу-тьфу-тьфу! Не сглазь! — вполголоса ответил Злоба, доставая свиток массового переноса. — Нет. Просто нам к гихлам нельзя в их подземные кузни. В тех краях началась очередная оркская военная кампания. И на этот раз главным военным лагерем орки, тролли и гарпии встали как раз в кузнях. Над ними и в них. Нам туда не с руки соваться. Полетим в другое место.

— И куда?

— Сейчас узнаешь, — хмыкнул волшебник и, убедившись, что все «наши» на островке, активировал заклинание.

— А звери и прочие? — успел я спросить. — А протей?

— Их перебросят куда надо.

Ярко полыхнувшая вспышка унесла нас прочь. В переливах магического сияния я успел увидеть громадную фигуру Алого Крестоносца, стоящего в шаге от одной из мокрых стен и неотрывно смотрящего на нее. Глава клана Алый Крест пребывал в крайне серьезных раздумьях. Что же там такое случилось? Отчего «пророческая фреска» на месте гибели Грима Безумного так рьяно пророчила гибель клана Алый Крест? Чего они учудили и чем так досадили не кому-то, а самим Бессмертным?

* * *

Но мысли о чужих бедах быстро исчезли из головы, едва я увидел место, куда принес меня очередной виток цифровой судьбы.

Темный Край.

Тот самый страшный, чудовищный, дремучий и смертельно опасный огромный лес, раскинувшийся на десятки и сотни километров во все стороны.

Ничто не могло соперничать с этим лесом по количеству непролазных чащоб и буреломов. Да, в мире Вальдиры имелись и другие большие леса. Расположенный к югу отсюда большой лес к западу от Акальроума мог бы, пожалуй, поспорить о том, где деревья старше и выше. Но южный лес был совершенно другим — светлым, ухоженным, здоровым. Там правили эльфы Вальдиры. Там располагался еще один Великий город. Город эльфов, главный оплот друидов всех мастей и рас.

Это как сравнивать запущенный дикий сад с ухоженной оранжереей.

И главное — совсем недавно я рвался и продолжаю рваться в Темный Край всей душой. Здесь множество важных дел.

Что за странность? Совпадение? Второй раз меня приводят в место, связанное с Серебряной Легендой тем или иным образом. В Гнездилище я получил медальон и там же я выбивал особые плащи для повышения репутации с деревней Селень, после чего смог получить аудиенцию тамошнего наместника-коллекционера, дружного с кланом Алый Крест. Не думаю, правда, что их дружеские отношения настолько сильны, что Алый Крестоносец может открыто и спокойно наслаждаться эротической разрядкой в стенах поместья с дочерью хозяина. Но кое-что можно и в тайне сохранить.

Здесь же, в Темном Краю, имелось одно из многих поселение лесных великанов-людоедов, где, по слухам, могла находиться еще одна часть Серебряной Легенды — кираса. Да и молот вроде бы куда-то сюда выбросило в незапамятные времена.

Совпадение… Это просто совпадение, что мы оказались в Темном Краю… Нет никакой игровой судьбы, ведущей меня точно к цели.

Тем более до этого мы должны были отправляться в подземные кузни коротышек гихлов и дергать там за какие-то рычаги. И лишь из-за превратностей чужой войны оказались здесь. Чертовы воинственные орки. Они начали войну на северо-западе континента, осадив Барад-Гадур и все вулканическое плато к востоку отсюда. И они же, вместе с гарпиями и троллями, воюют где-то к юго-востоку от Альгоры. Не позавидую тем, кто попал в жернова войны. Несладко им сейчас небось.

А здесь вот на удивление тихо и спокойно. Как в гробнице. Тьма кругом. Хаотично разбросанные деревья настолько высоки и толсты, что разум отказывается воспринимать их за нечто древесное — кажется, что это гранитные утесы, торчащие из покрытой растительным ковром земли.

Здесь есть свет — исходит отовсюду. Этакий сумрак с множеством опасных и вроде бы движущихся теней, скрывающих в себе неведомо что. И шепоток… шепоток отовсюду… хриплый и тонкий, насмешливый и вопрошающий, грозный и трусливый. Темный Край ужасен. Давление на сознание колоссальное. Так и хочется поскорее отсюда убраться — если не на солнечные просторы зеленых лугов, что в идеале, то хотя бы на небольшую поляну под ночным звездным небом.

Орбит сиял…

Его худое скуластое лицо вновь наполнилось спокойствием, выражение смертельной скуки, смешанной с тошнотой, исчезло. Он с большой надеждой наблюдал за неимоверно гигантской змеей, бесшумно спускающейся по одной из лиан прямо над головой ни о чем не подозревающего Шепота. Вот змея разинула пасть и распрямленной пружиной рванулась к шее тихушника. Тот не двинулся с места. Просто резко взмахнул рукой, и отточенное лезвие изогнутого кинжала снесло голову мгновенно погибшей змеи.

— Эх… — вздохнул Орбит, разочарованно глядя на Шепота.

— Эх… — вздохнула Роска.

Я ничего не успел сказать. Ибо приведший нас сюда заслуженный маг Неспящих последний раз сверился с блокнотиком с синей обложкой, захлопнул его и принялся действовать.

— Мы на месте, — удовлетворенно заметил он, хватая меня за локоть и увлекая за собой. — Поди-ка, сокол сизокрылый.

— Чего мы здесь делаем? — вопросил я, ожидая услышать очередную бредовую инструкцию по получению столь нужных пунктов или процентов маны.

— Совершенствуемся, — не разочаровал меня Злоба. — Рос, мне дали настолько четкое и жесткое указание по твоему развитию, что я теперь боюсь спать ложиться. Все Баронесса мерещится, стоящая с остро заточенным серпом у моей постели, причем стоит она в ногах, а не у головы. И смотрит на меня с улыбкой Джоконды, словно бы вопрошая — а ты сегодня выложился по полной программе? Поднял уровень маны Роса? Или можно отсекать?

— Прикалываешься?

— Куда там! — шмыгнул носом Злоба. — Куда там!

— Хочешь кататься — люби и саночки возить, придурок, — назидательно произнес подошедший Шепот, таща за собой упирающегося Орбита, коего пыталась удержать Роска, тихонько и жалобно ноющая «не троньте дядю Орба…».

Дядя Орб? Но сейчас меня интересовало иное — нравоучение и насмешливость в голосе Шепота.

— Я это саночки? Особое задание? — решил уточнить я в первую очередь.

— Сам придурок! — очнулся Злоба, но тихушник отмахнулся от него и, отпустив лысого эльфа, повернулся ко мне.

— Особых заданий у него много. На Злобу без малейших сомнений и переживаний валят любую крайне серьезную работу в любом количестве и в любое время суток. А кто виноват? Он сам!

— Поясни, — попросил я, пытаясь пригладить непослушные волосы дочери. Получалось у меня плохо. Зато нашел пять вплетенных в пряди крючков. Моя дочь совсем свихнулась с этой рыбалкой! Инвентарь с собой носит!

— Злоба много просит, — ответил Шепот, глядя, как из второго телепорта вываливается мамонт Колыван. — Слишком много. И он всегда получает желаемое.

— Да ладно! — возмутился Злоба.

— Не так, скажешь? Ты настолько наглый, что ваще! А еще на меня валишь, ага, с больной головы на здоровую — Шепот, мол, постоянно что-то из кланхранов выпрашивает. Да! Выпрашиваю! Новую шмотку редкого качества и вида, слитки божественного серебра для починки цепи, некоторые эликсиры. Но выше этого не лезу! А ты?

Злоба промолчал, дернул недовольно плечом, почесал затылок и тяжко вздохнул.

— Вот-вот! — закивал шпион. — Ты рот широко разинул! Заклинания Древних — аж несколько штук хапнул! Выпросил! Вымолил! В ногах катался и луну с неба обещал. Уникальный легендарный посох — вымолил! Алый Барс клялся, что ты прямо волосы на голове рвал! Он говорил, что ты в реале купил билет на самолет, прибыл к Баронессе прямо домой и просидел на газоне два дня, как долбаный неофит перед Шаолиньским монастырем! И таки выпросил легендарный посох! А теперь не носишь его… И на фига было выпрашивать?

— Его прочка не восстанавливается! — набычился Злоба. — А там осталось чуток! Только одна кузня мира может восстановить посох, но в ней давно погас огонь. И все там заросло льдом.

— А после Запределья? Еще одно древнее заклинание получил! Лукавый Свен едва из клана после этого не ушел — с ЧБ три часа беседовал на тему: почему некоторым все, а другим ничего? Вот теперь и расхлебывай, хапун! Бегай с Росом, поднимай ему ману. Закончишь здесь — тебя отправят корабли топить или драконов валить. После всего выпрошенного сказать «нет» и «как-нибудь потом» ты точно не сможешь. И хватает же у тебя после этого наглости выговаривать мне про хрустальный горшок маны! Хапуга! Ладно… добивать тебя не стану. Говори, что дальше делать?

— У-у-у… — протянул я, глядя на истинного маньяка боевой магии. Злоба оказался еще большим фанатиком, чем я предполагал. — Беда-а-а…

— Вот именно! — буркнул Шепот.

Мне стало жалко наставника. Повернувшись к Шепоту, я сказал:

— То есть отказываешься от древнего умения Великих, да? Которое связано с твоей темной профессией?

— А?! — Шепот исказился в лице, взглянул на меня пристально-пристально. — Это… какое умение? С тихушничеством связанное? Или с внезапным убийством? Маскировка? Бесшумная ходьба? Липкие пальцы? Невидимость? Ну?! Не тяни!

— Отказываешься, значит, — кивнул я. — Уважаю. Ты и правда высоко не прыгаешь, многого не просишь. Тебе и горшка маны хватит. Ладно, Злобыч, так что нам делать? Куда идти?

— На север, — снова вздохнул несколько повеселевший маг. — Удачно нас переместило. Аккурат рядом со старым нашим маяком.

— Какое умение?! — нервно хрустнул пальцами Шепот. — Что оно делает? У Баронессы оно? И кому она собралась его отдать?! Ведь не Гибкой Лиане, нет? И ведь не этому дуболому Темный Мизерикорд? Да я сколько лет с ЧБ! С самого начала! Кому как не мне, а? Рос, что за умение?!

— Да я пошутил, — отмахнулся я, сказав чистейшую правду. — Нет никакого умения. Подначить тебя хотел.

— Не-не-не! Теперь не прокатит! Колись давай — ведь это ты наверняка ей подогнал уменьице особое. А она теперь решает, кому его отдать, да? А я в лесу брожу, змей рублю… а те гады, наверное, сейчас вокруг Баронессы увиваются, умение выпрашивают, а на меня грязь льют… черт!

— Каковы указания? — перестал я обращать внимание на пританцовывающего тихушника.

— Грузимся на мамонта и топаем. Ищем белое дерево. Придется порыскать в этой местности. Но если найдем — то мы оба отхватим по куску особой коры, что подарит нам по десять процентов маны на целые сутки после использования. Я бы сам нашел и про тебя не забыл, но тут как всегда — каждому в руки только по одному кусочку и только если сам отколупываешь.

— Десять процентов? Того стоит. Дерево большое? Крона какая?

— О, сразу заметим. Оно хоть и крохотное, но крайне красивое, крона прямо ажурная, будто кружевная. Такое дерево ни с чем не спутаешь.

— Понял. Ты раньше добывал?

— Еще бы. Старый маяк, рядом с которым нас выкинуло, я и ставил в свое время. В Темном Крае есть лишь три места и три белых дерева. Но те два в таких местах растут, что лучше лишний раз туда не соваться.

— Белое дерево, — мечтательным тоном произнесла Роска. — Особое… а древесина гибкая? Ветки толстые? Хорошо гнутся? Папа, а можно я от дерева ветки три отломаю? На удилища!

— Что ты! — заволновался Злоба. — Нельзя, девочка! Ни в коем случае нельзя!

— А дядя Орбит говорит, что можно, если быстро и незаметно. И еще говорит, что бездействие порождает промедление, что переходит в нерешительность и, следовательно, порождает слабость и трусость… А эти качества не для настоящих рыболовов!

— Посмотрим, — пообещал я. — Может, и отломаем… Угостишь папу ухой наваристой?

— Конечно! Ну, поехали? К белому дереву…

— Хороший бы тихушник из нее вышел, — вздохнул Шепот и, встрепенувшись, повернулся ко мне. — Так что там за умение древних, Рос? Мы ведь с тобой из одного болота хлебали, одних и тех же кровососов давили и в порыве душевном говорили в дружбе вечной и нерушимой…

— Впервые слышу, — отказался я от подобных обвинений. — Где здесь север?

— Рос! — Крик Кэлен был наполнен тревогой; проваливаясь по колено в палой листве, она бежала к нам. — Тревога на палубе!

— Ох ты ж, — выдохнул и Шепот, разворачиваясь и вытаскивая цепь. — Слышите грохот?! Какого лешего…

Грохот и впрямь поднялся знатный. А еще хруст, скрип, треск и буханье. И все эти шумы нарастали в громкости в очень быстром темпе. Вздев руки вверх, Злоба чуть откинулся назад и всем телом резко наклонился вперед, словно бы бросая зажатый между ладонями большой пляжный мяч.

— Сияй!

Полыхнувший магический шар света мог бы поспорить по яркости с военным прожектором. Местность высветило метров на пятьдесят. И мы разом пораскрывали в изумлении рты, когда увидели, как прямо на нас прет исполинский пень, опирающийся на толстенные черные корни, похожие на ужасные щупальца. На обращенной к нам стороне пня злобно полыхали большие глаза, яростно щерилась щепастая пасть.

— Пень-пожиратель! — закричал Док, маша руками как пропеллер, спешно что-то колдуя. — Читал о них! Это древесная нежить! Но обычно они не ходят!

— Что это на нем? — указал я, подходя ближе к дочери и тыча пальцем в макушку монструозного пня. — И кто там бегает на нем, как букашка?!

— Мать честная… — выдохнул Шепот. — Башня! Он на себе реальную башню тащит каменную! А на пне… всадник?! Ну-ка…

Тихушник поднес к глазу длинную подзорную трубу, вгляделся и подпрыгнул метра на два в воздух.

— Мать его! Это Фагнир Некроз! Из Золотых Тамплиеров! И какая-то девчушка…

— Фагнир? — отозвался Злоба. — И ведь прут прямо на нас… да не может быть, чтобы поджидали! И маловато их для атаки.

— Они от кого-то свалить пытаются, — ответил я, глядя на курящиеся дымом участки коры на ожившем пне. — Кто-то за ними следом гонится. Кто-то сильный и решительно настроенный на убийство.

— Барсу я сообщил, — буркнул Шепот. — А теперь отходим! К тем деревьям! Между ними эта тварь не пролезет. И готовьтесь к бою!

— Барсу? Он же спит.

— Он просил — я сообщил. Остальное не мое дело. Уходим в сторону!

Наш небольшой отряд собрался в плотный строй и двинулся к стене деревьев столь же древних и огромных, но растущих более плотно. Впереди шел Шепот, готовый принять на себя удар потенциального врага. Следом наши воины, затем Злоба, а потом уже и мы верхом на меланхолично топающем Колыване.

Мы успели пройти метров двадцать, оставляя за собой в листве глубокий «канал», быстро зарастающий на глазах. Исполинская нежить нас словно и не заметила, со скрипом и хрустом переставляя конечности, упорно двигаясь прочь. Он точно от кого-то убегает…

Полыхнула вспышка телепорта, на землю рухнул окутанный молниями рыцарь, облаченный в полный доспех ярко-алого цвета. Плотно закрытое забрало в виде злобно ощеренной звериной маски уставилось на нас. Хищный громадный кот. Барс. Взбешенный зверь явился.

— Где он?! — взревел Алый Барс. — А! Вижу! Этот раз будет за мной! Слышали?! Никто чтобы не трогал его! Сам завалю!

— Да ради бога, — пожал я плечами, ответив за всех. — Иди и вали.

А голос у рыцаря на самом деле сонный. Подскочил на звон сообщения и сразу рванул в Вальдиру? Эк его зацепил Фагнир…

— Не споткнись только, — посоветовала и Кира, прислонившись латным плечом ко мне и скрестив руки на груди.

Не успели мы продолжить тему будущей великой схватки, как в воздухе открылось еще несколько телепортов, в лесу появилось до двух десятков воинов клана Неспящих.

А эти чего здесь? Тоже кровная обида на Некроза?

Долго не стоит рассматривать картину разворачивающейся ночной схватки — а это точно она, Барс сюда не чаевничать пришел, — мы двинулись дальше, уходя чуть ли не галопом. Темп передвижения невиданно быстрый. А все Злоба, что наслал на нас тугой и ровный поток воздуха, начавший толкать в спины и подталкивать вперед невидимой доброжелательной ладонью. Злоба же и пояснил нам причину такой спешки испуганным — испуганным! — шепотом:

— Там Фагнир Некроз. Чумной рыцарь.

— Чумной рыцарь? — переспросила оживившаяся Кэлен, вытаскивая толстенную книгу и раскрывая ее на чистой странице. — Так его прозвали? А почему? Нет, то есть понятно почему, но кто и когда его так прозвал?

— Ты что в «Вестнике Вальдиры» подрабатываешь? — пробасил Бом.

— Ага! Только не подрабатываю, а работаю. Ту историю, где мы искали подводную могилу древнего дэйва, редакция «Вестника» у меня заказала аж в пяти частях — по части в неделю. Строчу пером без остановки!

— Фига себе, — удивленно качнул я головой.

— Но никаких секретов не выдаю, — заторопилась Кэлен. — И без разрешений имен не называю, видео не выкладываю. Могу вообще написать так, что никто и не подумает, что это о нас история. И предметы не описываю, свойства их не называю!

— Ладно-ладно, — закивал я. — Пиши.

— А проценты нам? — возмутился Бом.

— Прекрати, — оборвал я его. — Много ли ей там платят.

— Ты можешь и не поверить, — за девушку ответил Крей, почесав в некотором смущении шею. — Но суммы знатные. Сам в шоке. Я у Бома теперь платную подработку выпрашиваю. Чтобы нахлебником не стать…

— Что там про Фагнира? — вернулся я к теме поднятой Злобой.

— Чумной он. Тащит за собой облако страшной заразы — и в наших сводках помечен как крайняя опасность. Мы в тот раз с теми болезнями едва справились. И причем не со всеми. Трое из наших никак не могут избавиться от одной скверной болячки, ломающей грузоподъемность на очень большой процент. И болячка заразная. А теперь представь, что мы тут задержимся, посмотрим на представление, а затем порыв ветра притащит на наши любопытные головы новую заразу. Барс придурок. Баронесса же запретила тем, кто отправляется в поход, лезть в подобные проблемы. Если он заразится — останется на берегу. Будет больной кошкой валяться на пороге клановой цитадели и охранять ее. А кто ему виноват? Только он сам — отомстить захотелось.

— Отомстить?

— Угу. Фагнир его смял в прошлый раз, — встрял Шепот. — Убил! Барса! Наш конечно болезнями ослабленный был, оправдание весомое, но Барс теперь не успокоится.

— Ради этого так рисковать? — снова подал голос Бом. — Чушь! Много ли раз мы летали на возрождение?

— Для Барса поражение много значит. Но да — придурок он. Может потерять затерянный материк из-за ночной драки в лесу, каких в его жизни было не меньше сотни.

— Держимся плотнее, — скомандовал Злоба. — Накрываю всех куполом… а, черт… про дочь Роса забыл. Купол над ней не встанет. Она и телепортируется-то только благодаря консервированным слезам.

— Мы можем отстать, — предложил я.

— Я с ним задержусь, — вызвался и тихушник. — Остальных накрывай куполом. Роса я уберегу.

— Нет. Пока продолжаем идти так. Ахн! Прикрывайте нас! Если что — берите удар на себя. И смотрите по сторонам — белое дерево может оказаться за любым кустом.

— Нет здесь кустов. Одни гигантские деревья и палая листва.

— Значит, за стволами смотрите! Шепот! Не цепляйся к моим словам и нервам! А то превращу в чихающую кучку праха!

— А почему именно чихающую?

— А потому что у кучки аллергия на прах! Смотрим по сторонам!

— Ты в порядке? — Кира обратилась к Роске, оседлавшей Тирана и смотрящей в сторону, откуда доносился шум и где полыхали вспышки разноцветного света.

— Там была девочка… с рыцарем.

— Да… и что?

— Она такая же, как я. — Роска взглянула на меня. — Такая же девочка, как и я! Только сильнее…

— Сильнее?

— Да. Я почувствовала. Она очень сильная! Очень-очень сильная! И она меня увидела…

— Черт, — изрек прекрасно все услышавший Злоба. — Ускоряемся в два раза! Что бы ни случилось — позицию не покидать! Я начинаю испепеление.

— Другая девочка? — переспросил я и тут же повернулся к магу. — Испепеление?

— Мертвящее пламя тьмы, — ответил тот. — Заклинание Великих.

— Ну и название…

— Ты посмотри на эффект…

Он вскинул руки, раскинул их в стороны, и с его пальцев сорвались десятки темных искорок. Фиолетовый цвет? Или еще темнее? Там, где искры упали на растительный ковер, мгновенно зажегся огонь. Темно-оранжевый, с фиолетовыми всполохами, полностью бездымный. Но ничего не загорелось. Листва, редкая трава и ветки попросту чернели и скукоживались, издавая легкий шелест и треск. Огромные деревья устояли перед магией, но лишь потому, что темное пламя их почти не коснулось, только слегка облизнуло бугристую толстенную кору и побежало дальше, следуя за нами как преданный адский пес.

Маленький отряд стремительно уходил во тьму между деревьев. Яркий магический свет над нашими головами угас. А темное пламя почти незаметно, хотя и ужасало своим эффектом. Злоба мерно шагал вперед, взглядом контролируя бушующую вокруг нас магию. Окруженные мертвящей тьмой, мы виляли между деревьями, попутно уничтожая все живое. Как в страшном кино…

Вот лиственный ковер взорвался, из скрытых в нем ям выскочил десяток бородатых детин с топорами и мечами. Разбойники. Не успели они что-то хрипло заорать, как их накрыло темной волной, и разбойники попросту исчезли, обратились в посмертные вспышки и облачка оседающего праха.

А вот огромная пантера, скрежеща когтями по коре, спустилась по стволу и приготовилась к прыжку на шею Колывана. Маг взмахнул небрежно рукой, подлетевший язык темного огня облизал морду хищного зверя, и, словно обмерев, та рухнула вниз, исчезнув в пламени навсегда.

Змеи, шелестящие неведомые твари, передвигающиеся под листвой, оставляющие за собой вздутия и провалы, — все они умирали, а Злоба шагал и шагал дальше. Изредка он прикладывался к большому флакону из голубоватого хрусталя, доверху наполненного синей маной с золотыми искрами. Видимо, затраты у постоянно поддерживаемого заклинания Древних просто чудовищные. Но Злоба справлялся.

А я…

Я шагал следом и не отрывал глаз от ползущих перед глазами десятков строчек — я получал опыт. Немного, наша группа очень большая и разнородная, но все же я получал опыт. Отлично. Ночная вылазка продолжает приносить свои плоды.

Передвигались, само собой, мы не молча — трудно удержать языки за зубами, когда шагаешь посреди магического пламени, да еще по воспетому в мрачных легендах Темному Краю. Темы были самые разнообразные. Но все разговоры касались обороны и нападения. А также пересудов о том, что это за гигантский пень с самой настоящей каменной башней на макушке.

Я предположения не строил. Я точно знал, кто там был, — еще одна будущая богиня. Пока юная. Девчонка. Вихрастая и тощая, прямо как моя Роска. Но уже сильная. Очень-очень сильная. Что говорит о многих вещах сразу.

Не надо быть мудрецом, чтобы сделать предположение о том, что новые ужасные болезни насылает девчонка из башни, катающаяся вместе с Чумным Рыцарем, как теперь я стану его называть.

И второе предположение — Роска от своей сверстницы и соперницы отстает очень сильно. Надо срочно ликвидировать разрыв в силе и образовании. Но как подстегнуть развитие божественного ребенка, особенно в то время, когда мы уже выступили в морской поход, а у меня нет времени? Надо что-то придумать.

Я испытал огромный прилив благодарности к Орбиту. И к Кире. Сейчас они занимаются Роской куда больше меня. Кира обеспечивает материнскую заботу, следит, чтобы дочь была сыта, одета и обута. А Орбит наставляет ее. Да, худющий лысый и тянущий слова эльф кажется последним, кого бы нормальный отец позвал на роль учителя для своей дочери.

Ведь Орбит — это ходячее безумие. Хихикающее и проказливое. Но также он знает очень много о мире Вальдиры. А еще он сын того, кого можно смело называть Первобогом Вальдиры. Поэтому я не стану больше мешать воспитательному процессу Орбита. По крайней мере, до тех пор, пока не смогу заменить его. На равноценном уровне. И с меня же большущий, нет, просто огроменный подарок Орбиту. От чистой души. Надо только придумать, что бы ему такого подарить. Подарок должен быть странноватым, но многообещающим.

— Господи… — изрек Шепот, вытаращившись в воздух перед собой. — Злобыч, прочти донесение.

— Мне не до этого, — ответил Злоба, взмахом руки накрывая огнем гигантскую зловещую фигуру, скрывающуюся за стволом дерева и держащую над головой нечто вроде трехметровой дубины. — Прочти вслух.

— Наши окружили пень с башней. Туда же вот-вот подоспеют чужаки. Еще не определили, что за клан преследует пень с башней, но это дело времени.

— Хорошо же.

— Да нет. Над местом схватки зажегся гигантский золотой крест, окруженный тысячами носящихся вокруг него небольших белоснежных птиц. Крест размером с семиэтажку. Птицы похожи на голубей. Только очень быстрых. И с каждым мигом крест становится все ярче, наливается светом. И слышится какая-то торжественная органная музыка. Понимаешь?

— КЛАУД Золотых Тамплиеров, — ответила эрудированная девушка, торопящаяся вслед за прислушивающимся Ахном. — Наверное.

— Верно, — закивал взбудораженный Шепот. — Тамплиеры собираются ударить по Темному Краю КЛАУДОМ!

— Двигаемся еще быстрее, — рявкнул Злоба. — Еще в два раза быстрее! Надо уйти километра на три подальше!

— Думаешь, нас зацепит? — поразился я. — Мы уже километра на два отбежали!

— Деревья, — ответил Злоба. — Темный Край живой! По легенде, это бывший эльфийский древнейший лес, что однажды по какой-то причине восстал против эльфов. И прогнал их прочь. А затем лес заснул. Большая часть здешних деревьев живая. И если КЛАУД Тамплиеров повредит их… целая область дремучей чащобы превратится в воющую деревянную молотилку, убивающую все живое!

— И насколько большая область?!

— Не меньше пяти миль в диаметре. Быстрее! Двигаем еще быстрее!

— Да зачем бить КЛАУДОМ по десятку Неспов?! — крикнул я, пребывая в полном недоумении, если не в злости, — меня можно понять, ведь снова наши планы летят кувырком из-за каких-то чужих игрищ.

— Не по нам! — ответил Шепот. — Мы нежданная заноза в колене. Случайно помогли тем, кто гнался за пнем и башней с самого начала. А изначальных преследователей очень много… блин! Тут такая крутотень начинается, а мы уплываем! Ведь на континент больше не вернуться!

— Ты можешь выбрать, — заметил спокойно Злоба, продолжая уничтожать при помощи страшной магии обитающих в лесу лихих разбойников, злых эльфов, пантер и прочую местную живность.

— Иди ты, — буркнул Шепот. — Отказаться от похода к новому материку? Нет уж. Смотри! Волки!

С глухим рыком из сумрака появился десяток громадных и лохматых черных волков со зло ощеренными пастями и многообещающе сверкающими глазами. Классика жанра. Такая классика, что с легкой радостью порвет гостей древнего леса на мелкие лоскуточки. Злоба дернул плечом, взметнувшееся волшебное пламя двинулось к стае волков, но было остановлено протестующим воплем Роски:

— Не троньте волков! — Крик был настолько громок, что мы все невольно вздрогнули от вопля будущей богини.

— Не буду, — тут же сориентировался маг, отводя ладонь. — Пока они нас не трогают.

— Они хорошие, — обиженно буркнула моя дочь, неотрывно глядя на лесных хищников. — Им просто интересно.

— Да нет, — возразил я, решив, что хватит дочери пребывать в блаженном неведении. — Эти звери очень злые и голодные, милая. Они могут сделать нам плохо…

— Нам — нет, — отрезала Роска, глядя на меня как на изверга, случайно проявившего свою темную сущность. — Это же волки! Большие черные красивые волки, почти такие же красивые, как мой Тиран!

«Мой Тиран…» Все, приехали, кажись, папа останется без любимого питомца в самое ближайшее время.

Тем временем двигающаяся на нас стая хищников притормозила и во все глаза уставилась на оседлавшую громадного черно-белого волка девчонку-подростка. Та, в свою очередь, смотрела на них, в то время как наш отряд быстро проходил мимо. Спустя минуту волки остались позади, так и не набросившись на нас. В уши нам влилось прощальное многоголосое взлаивание.

— Они просто голодные, и им скучно, — вздохнула Роска. — Ведь у них нет папы, мамы и дяди Орбита.

— И крестного отца Шепота, — поддакнул тихушник, старательно улыбаясь юной богине.

— Отвали от моих родственных связей, — рыкнул я, крутя головой по сторонам как заведенный. — И где белое дерево?

— Можем еще несколько часов крутиться, — ответил Злоба, делая новый глоток из флакона с маной. — Или до утра. Тут уж как повезет.

— Дерево рандомно выбрасывают в определенную локу, или есть какие-то признаки? Привязка к местности?

— Его прячут. Оно не слишком высокое по сравнению со здешними гигантами, а его еще и в низины размещают обычно. Чтобы издалека увидеть нельзя было. Если можно осложнить жизнь игроку. — Бесы это сделают с радостным злобным хихиканьем.

— С радостным злобным хихиканьем, — повторила Роска. — Ой! Озеро! Озеро! Озеро! Р-р-р-ы-ы-ы-ба-а-а!

Снова дернувшись, мы посмотрели вперед и обнаружили, что спускаемся по длинному и пологому склону, сплошь усыпанному толстым слоем мертвой листвы. В самом низу нечто вроде овального озерца, частично скрытого за стволами деревьев-великанов и слоем той же листвы. Как вообще Роска умудрилась заметить эту глубокую лужу так быстро? Душа завзятого рыболова подсказала? Мы увидели озеро только после ее оповещения.

— А можно мы остановимся и поймаем пару рыбок? — с такой яркой надеждой вопросила Роска, что буквально рассеяла на несколько мгновений здешнюю вечную тьму.

— Конечно, можно, — закивал Орбит, почесывая одной рукой затылок, а другой скребя макушку мамонта.

— Эй! — рыкнул я, понимая, что сейчас мне придется сыграть роль злобного отца. — Роска, милая, ведь мы должны торопиться, и поэтому…

— Белое дерево на берегу озера, — воскликнул Шепот.

— …и поэтому можно и порыбачить, — закончил я фразу.

— Ура!

— Двуличный папаша, — пробурчала с презрением Кирея Защитница, одарив меня нелестным взглядом. — Ты ведь не из тех отцов, что гуляют с ребенком в парке, только если там пиво разливное продают?

— Бедная девочка, — поддержала ее и Кэлен Ищущая.

— Я вот не такой, — тут же добавил Крей, смотря на Кэлен взглядом человека, рожденного быть идеальным отцом.

— Рос, знаешь, детей надо поощрять, а их желания поддерживать, — робко произнес Док. — Давно доказано…

— Себе я тоже кусок белой коры оторву, — заметил Бом, неотрывно глядя на нужный нам берег озера.

— Гады! — рявкнул я. — И вообще — я суперотец! Нечего тут! Дочь, сразу говорю — времени у тебя будет мало. Злоба, а что там с КЛАУДОМ?

— Ты как всегда вовремя, — ответил маг, рукой указывая нам новое направление. — Нам можно выдохнуть спокойно и расслабить булки.

— Расслабить булки? — удивленно пискнула Роска.

— Сияющий в небе крест сместился, — продолжил Злоба. — Кто-то там прицеливается очень тщательно и хочет накрыть определенную область. Наши летающие разведчики сунулись посмотреть, на кого нацелена голубиная смерть, но неизвестно, кто их тут же сбил магическим ударом. Одно ясно — тот, кто идет следом за пнем и башней, двигается не слишком быстро. Но уверенно. Наши аналитики все ногти от любопытства сгрызли. Спрашивают, не рискнет ли товарищ Шепот собой ради всеобщего блага…

— Не рискнет! — завопил яростно Шепот. — Они и мне писали! Ну уж нет! А если я какую-нибудь неизлечимую болезнь подхвачу? Прощай, поход? Нет уж! Пусть ищут других камикадзе. Так им и передай!

— В озере ничего не притаилось? — спросил я, глядя, как еще одна стая лохматых черных волков вынырнула из полутьмы, поглядела на нас внимательно, особенно на Роску, а затем развернулась и вновь канула в сумрак.

— Обязательно притаилось, — ответил Злоба. — Это же Темный Край, Рос. Тут везде что-то живет, пыхтит, строит мерзкие планы и мечтает о миге, когда вцепится кому-нибудь в глотку. Могу вскипятить воду, но вряд ли твоя дочь оценит такую уху…

— Я подстрахую, — заверил меня Шепот. — Считай меня ниндзя-нянькой на почасовой оплате!

Молча покрутив головой, я устремился за Злобой.

Вскоре мы достигли озерца и остановились в трех метрах от засыпанного листвой берега. На воде разный мусор, там и сям булькало, появлялись быстро расходящиеся и пропадающие круги. Что-то явно обитало в озере. Роска едва не пищала от восторга, собирая удочку с такой молниеносной скоростью, что я и уследить-то не мог. Маг Неспящих, прочие из взятой им группы рекрутов старательно осматривались, буквально сканируя пространство при помощи умений и магии. Похвально. Они куда круче нас, поэтому моя боевая группа смогла расслабиться.

— В таких опасных местах случается очень интересный улов, — заметил Бом, задумчиво почесывая зеленую щеку и возвышаясь надо мной, как мощная стальная башня. — Шепот проследит за Роской, а я прослежу, чтобы ее улов не прошел мимо наших закромов. Эти Неспы такие хитрые…

— Договорились, — кивнул я. — И за Роской следи, пожалуйста. Боюсь я за дочь.

— Я тоже кусочек белой коры оторву. — Кирея не скрывала любопытства, пристально глядя на цель нашего путешествия. Стоящая рядом с ней Кэлен часто кивала.

— А я ветки на удилища!

— Девочка, ну не надо дерево ломать, — уже прямо взмолился Злоба. — Возьми кусочек коры на память, и все…

— Кору тоже возьму! На разную кору хорошо ловится донный шипоглаз. Прямо мечтаю такого поймать… а может, срубим все дерево целиком?

— Девочка, я тебя прошу… вот прямо прошу…

— Может, и срубим, — сказал я, нетерпеливо оглядываясь. — Ну что? Я первый рискую? Злобыч, не дергайся ты так с деревом. Не сам же ветки ломать будешь. Или есть какой-то прямой запрет?

— Если причинишь дереву вред — кроме взятия кусочка коры, — то в следующий раз оно тебе ничего не даст, — вздохнул волшебник. — Разве что веткой по роже.

Разведя руками, я улыбнулся:

— Вот и не причиняй вреда. А Роска… не думаю, что в будущем ей понадобится кора белого дерева, увеличивающая запас обычной маны.

— И мне не понадобится, — поднял ручищу Бом. — Разве что на продажу, но ведь кору самому срывать надо, верно? Значит, и продать не получится. Вдруг белое бревно потянет на хорошую деньгу? Если что — рубить я сам буду.

— Черт с вами, — сдался Злоба. — Гринписа на вас нет, губители. Крушите, ломайте, рубите! Веселитесь от души! Но сначала я бережно оторву кусочек коры.

— Иди и оторви.

— Можно отрывать, — кивнул паладин Ахн. — На темном горизонте ничего опасного пока не замечено.

И мы пошли. Гуськом. Осторожно двигаясь по берегу озерца. При этом я не отрывал взгляда от белого дерева. Вот уж и верно — красотища. Ветки длинные, как хлысты, сплошь усыпаны большими ажурными листьями — дырка на дырке. И это не жуки постарались. Казалось, что дерево вырезано искусным скульптором из куска белоснежного камня. Если бы не слегка покачивающиеся листья, впечатление было бы полным. Ствол прямой, покрыт тонкой и слегка шелушащейся корой — белой с серебряными частыми прожилками. Плодов нет. Цветов тоже. Просто лиственное деревце, непонятно как оказавшееся в древней чащобе угрюмого Темного Края.

Злоба подцепил кусочек коры первым — аккуратно взял шелушащийся кусочек и потянул на себя. Кора послушно отошла, маг облегченно выдохнул, бережно убирая добычу в широкогорлую склянку. У меня в руке зажата такая же посудина — получена от наставника по магическому ремеслу. Я в точности повторил действия Злобы. И стал обладателем столь же крохотного кусочка. Еще один шажок к обладанию необходимого количества маны.

В свою очередь отступил, дал пройти Кирее. Даже паладинам нужна мана. Хотя почему «даже» — им она, кстати, очень сильно нужна, ибо паладин без укутывающих его защитных и усиливающих аур всего лишь обычный воин.

Золотая вспышка, беззвучная и не слишком яркая, достигла нас в момент, когда все желающие уже оторвали себе по куску коры. Такое впечатление, что в Темном Краю началось было солнечное утро, но тут же прекратилось, задавленное телами древних деревьев. Золотые всполохи пронеслись между стволами и были поглощены сумраком. И все. На этом действия чужого КЛАУДА для нас закончилось. Мы не увидели ничего, кроме красивой иллюминации.

— Ударили, — тихо сказал Злоба, читая, по всей видимости, боевой чат Неспящих. — Хороший удар, не шедевральный, но хороший… КЛАУД свалил много деревьев. Сейчас лес выкажет свое возмущение всем, до кого сможет дотянуться…

— Нас не зацепит, — добавил Шепот. — Но все же по сторонам поглядывайте. Хоть одно злобное корневище да вылезет.

— Мы скоро, — бодро донеслось от озера.

Повернувшись, я увидел ожидаемое — моя дочь в компании Орбита сидела на бережку и следила за поплавками, приплясывающими на водной глади.

— Эти фанаты ловли, — вздохнул я, бережно пряча склянку с драгоценной корой.

— Птица, — дернулся гном Крей, стоящий вместе с нашей группой поддержки и пристально следящий за невеликой белоснежной птичкой с оперением, испускающим слабое золотое свечение.

— Голубь Тамплиеров, — поморщился Велеречивый Анх. — Их глаза и уши.

— То есть птичка нас засекла и перебросила картинку Храмовникам? — уточнил я, с тревогой глядя на стремительно тающего голубя, на лету превращающегося в зыбкое привидение. Пара мгновений — и голубь окончательно пропал.

— Да. Судя по всему, управлять голубями они не могут, — задумчиво почесал подбородок Злоба. — Часть голубей уходит на дополнительную атаку КЛАУДА, еще часть разлетаются во все стороны и передают в клановую цитадель множество картинок с поля боя. В свое время реальные Тамплиеры были всеведущими для своей эпохи. Надо уходить отсюда. Неохота встречаться с рейдовым отрядом вражеского клана — кто знает, на что способен голубь золотой, быть может, он «столбит» координаты, действуя как маяк, и по ним можно нанести удар или же телепортировать ударную группу. Торопитесь.

— Рыба! — радостный вопль Роски заставил нас взглянуть на озеро. Девчонка выгнулась всем телом назад, удерживая дергающееся удилище. На леске билась здоровенная рыбина с буроватым телом, но искрящейся серебряной головой и янтарными огромными глазами.

— Это очень редкая рыба, — буднично произнес Злоба, видимо, уже попросту уставший удивляться и впечатляться.

— Для алхимиков?

— Для них только глаза и серебряная чешуя. А вот все остальное продается поварам высшего класса.

— У меня очень способная дочь, — признался я. — И с каждым днем она все круче и круче.

— Волки, рыба, книги, — покачал головой маг. — Как ты вообще мог выбрать такое сочетание? Если уж волков выбрал в качестве любимых зверей, то любимым занятием надо было выбирать охоту. Сочетание идеальное. Покровительствовала бы игрокам-охотникам, таких всегда множество. И такие игроки очень часто выбирают себе в питомцы волков.

— А я по-своему выбираю, — пожал я плечами. — К чему шаблоны в таком деле? И вообще, честно говоря, если Роска останется простой жрицей или вовсе простой веселой девчонкой, я останусь доволен. Обойдемся без божественного трона, если что. Не помрем от горя.

— Жениться тебе надо, — вздохнул Злоба.

— Хм…

Приглушенный треск прервал нас и заставил круто обернуться. Снова ожидаемое — белое дерево лишилось пары длинных веток, перешедших Роске. К земле летели десятки оторвавшихся ажурных листьев. Этакий печальный снегопад…

К дереву подступил и Бом, держащий в руке длинный топор. Все, конец деревцу. Мы со Злобой едва головы не преклонили, самыми кончиками пальцев оторвали по лоскутку отмершей коры, а эти ребятки куда более толстокожи и зубасты. Наверное, именно такие вот люди, вооруженные топорами и бензопилами, срубают многовековые деревья в реальном мире, не испытывая при этом ни малейшего благоговения к природе.

Издалека донесся громкий и протяжный треск. Вдалеке, в едва подсвеченном сумраке Темного Края, шевельнулось нечто колоссальное, очень высокое и мощное, вздрогнула земля, на наши головы полетели сотни листьев. Теперь начался настоящий листопад,

— В самом эпицентре эпическая молотилка, — закачал головой Шепот. — Деревья ожили и устроили бойню.

— Башня?

— Пень с башней уцелел. Принял на борт новых пассажиров и уходит дальше на север.

— Чумной Рыцарь Некроз?

— На пне. — Шепот взглянул на Злобу и дурашливо скривился. — Барс воет в бешенстве.

— Погоди… его того?

— Угу. Глянь, чего мне послали…

Шепот сделал высвеченный в меню скриншот видимым для всех и развернул его шире. На красочной картинке, заполненной серо-зеленым туманом и огненными вспышками, на земле лежал Алый Барс в своих знаменитых потускневших и покореженных доспехах, его грудь придавливало окованное сталью копыто громадного боевого коня. А в седле сидел мрачный рыцарь, что уже успел размахнуться и сейчас опускал тяжелое копье на шею Алого Барса, решив его пригвоздить к земле как букашку. За спиной рыцаря сидела девчонка. Обычная девчонка. Радостно смеющаяся, сверху вниз глядящая на поверженного Барса.

— За эту картинку многие дорого заплатят, — заметил я тихо. — Бедный Барс.

— Сам виноват, — отрезал Злоба. — Мстить ему, видишь ли, захотелось… Вендетту доморощенную устроил… Все, уходим! Не станем дожидаться новых гостей или местных хозяев.

— Уходим, — пророкотал Бом, глядя на падающее белое дерево. — Телепортом?

— Нет, — ответил я. — Злобыч, есть шанс прогуляться по Темному Краю и устроить часовой забой всех монстров, кроме волков? Нам надо расти. И команду жаль — они полночи с нами таскаются. И пока даже руки не размяли.

— Рост — дело хорошее. Пошли. На юго-восток. К ближайшей деревне. А оттуда уже портанемся к месту стоянки судов. Смотри, Рос, не сорвись в Затухание. Тебе вахту скоро принимать.

— Не сорвусь. Выйду на пару часов, отдохну. Приму волшебные снадобья, что должны были уже прийти. И снова как огурчик с воспаленными глазами и пересохшими зрачками. Элита плохо пахнущих игроманов.

— Ну-ну, элита игроманов. Ахн! Формируй две группы! Равные по силам. Меня и Шепота в расчет не бери. И в состав не включай. Мы просто пойдем следом и встрянем только в крайнем случае. Цель — устроить боевое турне по лесу и добраться до ближайшей деревни.

— Понял! Сделаем!

Через четверть часа двумя небольшими группами мы шагали между исполинскими деревьями, держа курс на юго-восток. На этот раз мы были не пассажирами смертоносного экспресса Злобы. Теперь мы воевали самостоятельно. Я вернул себе Тирана и натравливал легендарного волка на кого только мог, благо лекарей хватало и питомцу мало что угрожало. Тренировка… тренировка…

Надо расти. И быстрее. Вдруг удастся за прогулку набрать пару новых уровней и прокачать хотя бы одно заклинание из моего арсенала. Остальные мыслили точно так же и старались изо всех сил. Нет-нет я поглядывал на Колывана, на чьей спине сидели Роска с Орбитом, вооружившиеся ножами и склонившиеся к длинному белому бревну, лежавшему там же. Оба непоседы явно что-то вырезали на белой древесине, оживленно переговариваясь и тыча ножами. Что они затеяли? Это ведь на самом деле резьба. Прямо какой-то тотем получается…

Бедный полуорк Бом. Его же инфаркт хватит. Он бревно готовит на продажу, но вряд ли Орбит позволит отдать кому-нибудь белое бревнышко из Темного Края…

Всадив в дымящего ревущего великана магический огненный заряд, я накрыл врага терновой пущей и перевел глаза на стремительно бегущую к нам черную пантеру. Не стоит отвлекаться. Надо отрываться по полной программе. Ведь уже сегодня мне держать вахту на главном мостике монструозного флагмана клана Неспящих…

Отправить