Эмилия Ягов.

 

Эмилия смотрела в окно на парк и видела, как Якоб спешит к главному зданию.

— Вы должны немедленно доставить Таби в больницу, — потребовала она у правой руки Либерштетт, а затем добавила: — С этим нужно разобраться, — когда у Таби начались еще более дикие спазмы.

— Мы и есть больница, — попытался возразить Якоб.

— Без врачей и персонала.

— Мы не можем позволить себе содержать их круглосуточно. Просто не повезло, что и доктор Либерштетт, и дежурный врач выбыли из строя одновременно. Черт.

Было видно, что Якоб колеблется, можно ли оставить подопечных одних. Но когда Таби начала задыхаться, он быстро принял решение.

— Оставайтесь с ней. Я посмотрю, куда запропастился врач.

Эмилия не услышала, чтобы Якоб запер за собой дверь.

Вчера он её запер. Сегодня же он либо был уверен, что побег с этой тщательно охраняемой территории невозможен, либо в суматохе просто забыл это сделать.

Она наблюдала, как он вошел в главное здание.

«Не так быстро», мысленно просила она его. Хотя её саму колотило от тревоги, похожей на озноб. Беспокойство о Фелин проявлялось психосоматически. Приливы жара сменялись ощущением, будто у неё гипотермия.

«Где же ты, моя родная?»

Когда Якоб исчез из поля зрения, Эмилия повернулась к женщине, которая все еще билась на медицинской каталке, и ледяным тоном произнесла:

— Можешь прекращать этот спектакль, Таби.

 

Отправить