Лишь спустя какое-то время я решился выглянуть в окно. Ни полицейского, бегущего наперегонки с автобусом, ни преследующих нас мигалок я не увидел.

— Ну что ж, — услышал я голос Вильмы. Она поставила ноги на свой рюкзак и повернулась ко мне.

Говорит ли это о моей поверхностности, что в тот миг я вдруг ощутил, как дивно от неё пахнет? После всей этой гонки я ждал, что от неё будет разить потом — в точности как от меня. Но от неё веяло свежестью душа, мятой и лемонграссом.

— Кто вы, черт возьми? — тихо, но настойчиво спросила она.

— А вы кто, к дьяволу? — парировал я, как мне показалось, вполне резонным, хоть и не слишком оригинальным встречным вопросом.

— Не думаю, что это вас касается.

— А вас — касается?

— Да, касается, потому что…

Закончить ей не дали: на её плечо опустился мясистый палец с заднего ряда.

Спешу вас успокоить: палец рос из кисти, та — из руки, а рука принадлежала мужчине с открытой улыбкой и лысиной как у монаха.

— Кристин? Лутц?

Наш попутчик, бесцеремонно тыкавший Вильму в плечо, был либо гигантом с длинным торсом, либо попросту коротышкой. Я склонялся ко второму и предположил, что он встал со своего места, чтобы ухмыляться нам через спинку сиденья. Его двойной подбородок нависал всего в паре миллиметров над подголовником. Мужчина напомнил мне моего банковского консультанта Рюдигера. Рюди тоже лишь с огромным трудом и на цыпочках мог высунуть свою добродушную круглую физиономию из-за пульта, который по выходным устанавливал на деревенских дискотеках Бранденбурга под псевдонимом «диджей Диспо».

— Вот это сюрприз! Ну вы даёте! Молодцы!

Ага, значит, теперь у нас были не только фамилия, но и новые имена. Кристин и Лутц Шмольке.

Бывали, конечно, сочетания и похуже, но я бы всё же предпочёл остаться Сашей Небелем.

— Ульф! — шикнула женщина с соседнего кресла, и пассажир, столь обрадованный нашим появлением, исчез из виду.

— Марта, не дергай меня все время за штанину! — проворчал он, обращаясь к особе, которая могла быть либо его женой, либо матерью. Впрочем, судя по тому, как бесцеремонно она отчитывала мужчину лет сорока на публике, супружеские узы были вероятнее.

— Тогда перестань вести себя как идиот.

— Идиот? Я только что двадцать евро выиграл! Элиас и Джамаль ставили против, а я сказал, что эти двое приедут. Ну и кто теперь идиот?

— Ты, раз этому радуешься.

— Конечно, радуюсь! Ты видела? Арне Бремер тоже здесь. На последнем ряду. Жду не дождусь, когда они столкнутся.

И что тогда произойдёт?

Черт побери, куда я влип? Что это за странная компашка, в которой попутчики, кажется, знают друг друга по именам, но не в лицо? Иначе Марта с Ульфом заметили бы, что мы никак не можем быть Лутцем и Кристин Шмольке. Пусть наши лица им ни о чём не говорили, зато они явно были в курсе пикантных подробностей из жизни той пары, в чью шкуру нам пришлось влезть. Например, что у Шмольке, по всей видимости, какие-то тёрки с неким Арне.

С грацией моржа я незаметно обернулся и на последнем, сплошном диване в хвосте автобуса разглядел долговязого мужчину ростом метра под два. Он сидел в центре в коротких шортах цвета хаки и шлёпанцах и сверлил меня взглядом, словно снайпер в прицел.

Меня осенило.

Может, это корпоратив? Лутц увёл у коллеги повышение?

Хм.

Мысль зашла в тупик. Будь здесь одни коллеги, они бы знали, как выглядят Шмольке. Разве что те последние годы работали из дома и наотрез отказывались включать камеру на совещаниях в Zoom.

Всё это выглядело маловероятным.

На миг меня охватил леденящий ужас: а что, если я попал в группу анонимных знакомств? Орда тиндер-наркоманов, впервые увидевших друг друга вживую и теперь дружно катящих в ближайший свингер-клуб. Неужели Элиас и Джамаль поспорили, что мы не осмелимся позволить Арне Бремеру отхлестать нас на Андреевском кресте?

«Ну вы даёте!»

К счастью, мне не дали развить эту жуткую теорию — Вильма-Кристин энергично дёрнула меня за рукав.

— Эй!

— Что «эй»?

— Отвечайте же наконец.

— На что?

— Кто вы?

Я ткнул большим пальцем себе за спину.

— Вы же слышали. Лутц Шмольке.

Она закатила глаза.

— Ладно, Лутц, давайте подыграю. А почему бы и нет? Двое незнакомцев, скрывающихся от полиции и притворяющихся супружеской парой. В сущности, даже забавно. — Она вздохнула. — Наконец-то в моей жизни хоть что-то захватывающее.

Наконец-то?

Я вгляделся в её лицо, пытаясь отыскать признаки деменции или амнезии. Неужели она уже забыла свою выходку в стиле ярмарочного силача на улице с односторонним движением? Или для неё вечерний дебош — это обыденная, а следовательно, скучная рутина? Если ей мало было размахивать битой, словно Тор своим молотом, то я даже боюсь представить, что же ей тогда нужно, чтобы снова ощутить прилив адреналина.

— Послушайте, я не знаю, какие у вас планы на вечер, но лично у меня нет ни малейшего желания тащиться с вами в этой безумной поездке к чёрту на кулички.

— Тогда не стоило садиться в этот автобус, Лутц.

— У меня не было выбора, Кристин.

— Почему?

— Потому что я…

Я запнулся. Мне совсем не хотелось доверять совершенно незнакомой, склонной к насилию активистке, что я собирался угнать машину. С другой стороны, мне нужно было как-то объяснить, почему я увязался за ней, а не выскочил из машины с криками и жестами в сторону полиции: «За ней! Вон побежала Грета Тор-берг!»

Вспомнив одну из немногих отцовских мудростей — лучшая ложь всегда содержит крупицу правды, — я сказал:

— У меня проблемы с полицией.

— И?

— И если бы вы не выбрали именно мою машину, чтобы оставить на ней свой тонкий намек на необходимость защиты климата, я бы уже давно отдыхал после работы, а не трясся тут с вами в неизвестность.

— Понимаю, — с усмешкой произнесла она, поправляя футболку с надписью «Save our Planet». Её улыбка, иначе не скажешь, была невероятно обаятельной и обнажала то, что моя бабуля Ленор назвала бы «изюминкой»: чуть кривоватый клык, который блеснул, когда она дерзко коснулась его языком. (Дерзко — как вы догадались, тоже словечко из лексикона Ленор.)

— Ах, так это вас радует?

Она кивнула. У неё определённо было весьма своеобразное чувство юмора, но чего ещё я мог ожидать.

— Меня это радует хотя бы потому, что вы не сможете на меня заявить, Лутц.

Отправить