— Наконец-то я вас нашел!

Пронзительный взгляд, сжатые губы, брови сведены к переносице и приподняты у внутренних уголков. В исследованиях мимики это выражение известно как «лицо Хинкли» — в честь Джона Хинкли, который 30 марта 1981 года пытался застрелить президента США Рональда Рейгана у отеля в Вашингтоне. С тех пор его мимика считается признаком неминуемой физической атаки. Забавный факт на сон грядущий: Арне Бремер исключительно хорошо имитировал «лицо Хинкли».

— Ты разрушил мою жизнь! — заорал он.

Конечно, я понимал, что он имеет в виду не меня, а Лутца Шмольке, но мне стало любопытно. До сих пор я полагал, что дело в стычке между детьми. То, что Гектор подбил Катарине глаз, было куда серьезнее обычного инцидента и, безусловно, свидетельствовало о пренебрежении родительскими обязанностями. Но чтобы это разрушило жизнь Арне… такое утверждение казалось мне преувеличением.

— Тебе мало было разрушить собственный брак? Нужно было еще и с моей женой спать?

— Э-э, в смысле?

Прошло несколько секунд, прежде чем смысл только что полученной информации пробился в ту часть моего мозга, что отвечала за понимание причинно-следственных связей.

— Постойте, это был не я, — сказал я, и голос мой, вероятно, прозвучал так же, как голос самого Арне, когда он уверял Марека, что понятия не имеет, как песня «Сгоняй-ка за пивом» попала в его плейлист.

— Грязный лжец! Я читал ваши чаты! Каждый раз, когда твоя жена была в дальнем рейсе, ты кувыркался с моей Юлией. А теперь… теперь я один! Она вышвырнула меня из дома, мне пришлось переехать с Катариной в двухкомнатную квартиру, тридцать минут на школьном автобусе вместо пяти минут пешком, и во всем этом виноват ты…

Он шагнул ближе. Я отпрыгнул от него, насколько это было возможно со связанными лодыжками. Со стороны могло показаться, что я прохожу тренировку по экстремальным прыжкам в мешках под руководством агрессивного инструктора.

— Послушайте, это недоразумение…

Неудивительно, что Арне так ратовал за исключение Гектора. И логично, что он считал виновным одного меня, оставляя Вильму в стороне.

— Недоразумение? А твое сообщение мне?

Я отпрыгал еще немного, но край мостка был уже близко.

— В WhatsApp!

Он выхватил из шорт мобильник и зачитал: «Эй, Арне, сдайся. Мы играем в разных лигах. В социальном, физическом и финансовом плане. Освободи поле и признай: твоя самочка заслуживает лучшего. Меня, доктора Лутца Шмольке».

— Это тоже недоразумение, ДОКТОР?»

Последнее слово я услышал странно приглушенно, сквозь булькающие и шипящие звуки — вероятно, потому, что мою голову окружал уже не свежий озерный воздух, а вода. Бремер поступил в точности как Гектор.

Один удар прямо в глаз. Последнее, что я увидел, — сверкнувшее обручальное кольцо на его сжатом кулаке, летящее мне в лицо. Удар окончательно лишил меня и без того шаткого равновесия. Я рухнул в воду и пошел ко дну камнем.

 

Отправить