Войти в систему
Войти с помощью соц. сетей:
Янь Юань спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
– Победить себя и обратиться к ритуалу —
это и есть человеколюбие.
В тот день, когда победят себя и обратятся к ритуалу,
Поднебесная вернётся к человеколюбию.
Стать человеколюбивым зависит от самого себя,
разве это зависит от других?
Янь Юань попросил:
– Скажите об этом подробнее.
Учитель продолжил:
– На то, что чуждо ритуалу, не смотри.
То, что чуждо ритуалу, не слушай.
То, что чуждо ритуалу, не говори.
То, что чуждо ритуалу, не делай.
Янь Юань сказал:
– Хоть я и не смекалист, позвольте заняться тем,
что в слове прозвучало.
Чжун Гун спросил о человеколюбии.
Учитель отвечал:
– Это когда вне дома ведут себя так,
будто встречают великого гостя.
Руководят народом, будто отвечают
за великий жертвенный обряд.
Чего не желают себе, не делают и другим.
Это когда в царстве не ропщут и в семьях не ропщут.
Чжун Гун сказал:
– Хоть я и не смекалист, позвольте заняться тем,
что в слове прозвучало.
Сыма Ню спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
– Человеколюбивый тот, кто сдержан в словах.
Сыма Ню переспросил:
– Сдержанность в словах – это ли и есть человеколюбие?
Учитель сказал:
– Что трудно на деле,
разве и в словах не требует сдержанности?
Сыма Ню спросил о благородном муже.
Учитель ответил:
– Благородный муж тот, кто не печалится и не страшится.
Сыма Ню переспросил:
– Кто не печалится и не страшится —
это ли и есть благородный муж?
Учитель сказал:
– Коль нет внутри изъяна, тому чего печалиться,
чего страшиться?!
Сыма Ню горестно вздыхал:
– У всех есть братья, лишь у меня их нет.
Цзы Ся заметил:
– Вот, что я слышал:
смерть и жизнь зависят от судьбы,
богатство и знатность даруются Небом.
Если благородный муж, почитая верхи,
не допускает промахов,
уважая простой люд, соблюдает ритуал,
то в пределах четырёх морей все ему братья.
К чему же благородному мужу печалиться,
что у него нет братьев?
Цзы Чжан спросил о просветлённости.
Учитель ответил:
– Того, на кого не действуют
ни тайная клевета, ни явная ложь,
можно назвать просветлённым.
Того, на кого не действуют
ни тайная клевета, ни явная ложь,
можно назвать дальновидным.
Цзы Гун спросил об управлении.
Учитель ответил:
– Управление – это достаток в продовольствии,
достаток в вооружении и доверие народа.
Цзы Гун спросил:
– В случае необходимости из этих трёх
от чего прежде всего можно отказаться?
Учитель ответил:
– От вооружения.
Цзы Гун вновь спросил:
– В случае необходимости из оставшихся двух
от чего прежде всего можно отказаться?
Учитель ответил:
– От продовольствия.
Испокон веку все смертны,
а вот без доверия народа не устоять.
Цзи Цзычэн спросил:
– Благородный муж по природе прост,
к чему ещё поверх культура?
Цзы Гун ответил:
– Как жаль! Зачем Вы так, почтенный,
поспешно судите о благородном муже?
Культура то же, что природа-простота,
а природа-простота то же, что культура.
Без шерсти кожа тигра и леопарда подобна
коже собаки и барана.
Ай-гун спросил у Ю Жо:
– Год голодный и средств не хватает. Как быть, что делать?
Ю Жо ответил:
– А почему не взимать налог в размере десятины?
Ай-гун ответил:
– Двух десятин и тех мне не хватает,
как обойдусь одной лишь десятиной?
Ю Жо сказал:
– Если у всего народа будет достаток,
то как же правитель останется в недостатке?
А если у всех будет недостаток,
то как же у правителя будет достаток?
Цзы Чжан спросил о том, как возвысить Дэ (добродетель)
и распознать заблуждение.
Учитель ответил:
– Руководствоваться преданностью и доверием,
обращаться к долгу —
это и есть возвышение Дэ (добродетели).
Любя кого-либо, желают, чтобы он жил.
Ненавидя кого-либо, желают, чтобы он умер.
Но если желают кому-либо жизни и вместе с тем смерти —
это и есть заблуждение.
[В «Ши» сказано:]
«По правде богатства вам это не даст,
Вы лишь совершите этим ошибку».
Циский князь Цзин-гун спросил Конфуция об управлении.
Конфуций ответил:
– Правитель должен быть правителем,
подданный – подданным,
отец – отцом, сын – сыном.
Князь воскликнул:
– Прекрасно!
Воистину, если правитель не будет правителем,
подданный не будет подданным,
отец не будет отцом, сын не будет сыном,
то хотя и есть у меня хлеб,
разве полез бы кусок в горло?
Учитель сказал:
– Кто мог с полуслова ухватить суть дела в тяжбе,
так это Ю (Цзы Лу).
Ю никогда не затягивал с решением.
Учитель сказал:
– Как и другим, мне приходится разбирать тяжбы,
но необходимо сделать так, чтобы тяжб не было.
Цзы Чжан спросил об управлении.
Учитель ответил:
– Воссел – не знай усталости,
и исполняй дело честно.
Учитель сказал:
– Широкое образование в культуре-вэнь
сдерживай ритуалом
и тогда сможешь не нарушить меры.
Учитель сказал:
– Благородный муж раскрывает в человеке прекрасное,
и искореняет в человеке безобразное.
Маленький человек поступает наоборот.
Цзи Канцзы спросил у Конфуция об управлении.
Конфуций ответил:
– Правление – это выпрямление.
Если Вы будете руководить посредством выпрямления,
то кто посмеет не выпрямиться!
Цзи Канцзы, обеспокоенный растущим воровством,
обратился за советом к Конфуцию.
Конфуций сказал ему:
– Если Вы не будете алчны,
то и за награду не станут воровать.
Цзи Канцзы, обращаясь к Кун-цзы за разъяснением
об управлении, спросил:
– Возможно ли казнить тех, кто не обладает Дао,
чтобы приблизить тех, кто обладает Дао?
Конфуций отвечал:
– Вы делаете политику, зачем же прибегать к казням?
Если Вы пожелаете быть добрым,
то и народ станет добрым.
Добродетель благородного мужа – ветер,
добродетель маленького человека – трава.
Трава под ветром всегда пригибается.
Цзы Чжан вопрошал:
– Каким должен быть учёный муж,
чтобы его можно было назвать высокоодарённым?
Учитель спросил в ответ:
– Интересно, а кого ты считаешь высокоодарённым?
Цзы Чжан ответил:
– О ком непременно наслышаны в царстве,
о ком непременно наслышаны в семьях.
Учитель сказал:
– Это тот, о ком распространяется слух,
но он не высокоодарённый.
Высокоодарённый по природе прям
и любит справедливость,
прислушивается к речам и всматривается в лица,
думает о том, чтобы быть ниже других.
Его непременно сочтут высокоодарённым и в царстве,
его непременно сочтут высокоодарённым и в семьях.
Тот же, о ком витает слух,
лишь рядится под человеколюбивого,
а делает наоборот, ведёт себя, не ведая сомнений.
Он и есть тот,
о ком непременно будут наслышаны в царстве,
о ком непременно будут наслышаны в семьях.
Фань Чи на прогулке у подножья Уюй задал вопрос:
– Осмелюсь спросить о возвышении добродетели,
искоренении зла и различении заблуждений.
Учитель сказал:
– Вот хороший вопрос!
Сначала дело, потом награды —
разве это не возвышение добродетели!
Бороться со злом в себе, а не бороться со злом в других —
разве это не искоренение зла?!
При вспышке гнева забыть и себя, и своих близких —
разве это не заблуждение?!
Фань Чи спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
– Любить людей.
Фань Чи спросил о знании.
Учитель ответил:
– Знать людей.
Фань Чи не понял до конца.
Тогда Учитель пояснил:
– Если возвышать прямых и ставить их над кривыми,
можно достичь того, что кривые выпрямятся.
Фань Чи ушёл и, встретившись с Цзы Ся, сказал:
– Только что был у Учителя и спросил о знании.
Учитель сказал мне:
«Если возвышать прямых и ставить их над кривыми,
можно достичь того, что кривые выпрямятся».
Что это значит?
Цзы Ся воскликнул:
– Вот драгоценное слово!
Когда Шунь владел Поднебесной, выбирали из толпы,
был выдвинут Гао Яо и все нечеловеколюбивые удалились.
Когда Тан владел Поднебесной, выбирали из толпы,
был выдвинут И Инь и все нечеловеколюбивые
удалились.
ХII, 23
Цзы Гун спросил о том, как относиться к другу.
Учитель ответил:
– Откровенно предупреждай и веди его по пути добра.
Если он не сможет, то остановись и не кори себя за это.
Цзэн-цзы сказал:
– Благородный муж с помощью культуры строит
дружеский союз и в дружбе пестует человеколюбие.
Войти с помощью соц. сетей: