Ложное направление

Три фактора служили мудрецам для осуществления пути правления: материальные выгоды, авторитет и слава.

Путем первым приобретали расположение народа; благодаря второму приводили в исполнение распоряжения; слава же была общей дорогой (где сходились интересы как низших, так и высших). Помимо этих трех факторов, остальное они не считали существенным.

Нельзя сказать, что теперь нет первого фактора; народ, однако, не изменяется. Авторитет высших существует, но низшие не послушны; чиновники не беззаконны; управление же не соответствует самому названию. Нельзя сказать, что эти три фактора не уцелели; но почему же за периодом порядка следует период смуты?

Дело в том, что ценимое высшими часто идет вразрез тому, что служит основой управления. Звания устанавливаются для оказания почета. В настоящее время есть люди, относящиеся презрительно к славе и пренебрегающие реальностью, а мир называет их людьми высоких стремлений.

Титулы учреждаются для определения социального положения; но люди называют добродетельными тех, кто не считается с высшими и не добивается представления им. Благодаря авторитету и материальным выгодам осуществляются распоряжения; однако мир называет отрицающих вторые и презирающих первый людьми достойными.

Правят на основании закона; но свет считает людьми, преданными престолу, тех, кто не следует закону и делает добро, преследуя личные цели; служба – стимул поощрения народа, а любящих славу и не поступающих на службу мир называет добродетельными. Наказаниями и казнями поддерживают авторитет; а свет называет храбрецами тех, кто презирает законы и не старается избегнуть действий, влекущих за собою наказания, смерть и гибель. Если народ жаждет славы в большей степени, чем богатства, как же в таком случае ученые, голодая, терпя недостаток и умирая, не станут жить в одиночестве, в тяжелых условиях, чтобы добиться славы во вселенной?

Поэтому неустройство империи не есть вина низших, но результат утраты пути к нему высшими: постоянно ценят ведущее к смуте, умаляя то, что способствует устроению. В силу этого желания низших часто противоречат тому, что служит высшим для установления порядка. Повиновение низших крайне необходимо высшим; однако тех, кто прост, чистосердечен, доверчив, внимателен и имеет мало желаний, называют простецами; глупыми называют неукоснительно соблюдающих закон и внимательно повинующихся распоряжениям; трусливыми – почитающих высших и боящихся преступлений; неспособными – говорящих в благовремении, действующих когда следует; необразованными – искренних, слушающих чиновников и следующих их указаниям.

В противность сказанному, труднодостижимое люди считают ныне правильным; скромным – того, кому трудно дать что-нибудь (кто отказывается от всего); равенством – труднозапретимое. Храбростью называют неповиновение распоряжениям; искренностью – если люди не находят себе пользы у высших; гуманностью – снисходительное и милостивое отношение и добродетельные поступки; выдающимися называют почитающих себя за достойных и великодушных; учителями и учениками называются проповедующие личные взгляды и образующие скопища.

Когда люди живут праздно, тихо и спокойно, другие говорят про них, что они – мыслители. Стремление к материальным выгодам, связанное с вредом для гуманности, считается стремительностью; поспешность и колебание признаются за мудрость; ставящих себя после всех, дающих определения терминам и относящихся на словах с одинаковой любовью ко всем называют святыми. Великими людьми называют тех, кто громко говорит попусту о неприменимом и чьими действиями возбуждается общее удивление. Ставящих низко должности и жалованье, не обращающихся к высшим называют рыцарями.

Если среди низших постепенно установятся такого рода действия, это будут бунтовщики дома и непослушный народ на войне. Высшие должны наложить запрет на их желания, уничтожить их след. Однако, не останавливая, им дают волю, относясь с почетом; то есть учат низших бунтовать против высших, считая это управлением. Высшие водворяют порядок наказаниями виновных в нарушении государственных интересов, теперь же отдается почет действиям, направленным к достижению частных целей. Престол утверждается благодаря спокойствию, а на службе находятся люди, кричащие об опасности, и льстецы; повинуются в государстве благодаря доверию и добродетелям, но на деле находят себе применение неправильные знания и извращение. При почтительности, экономии и послушании высшим исполняются распоряжения и устанавливается авторитет, а прославляются отшельничество и презрение к миру.

Благодаря тому, что земледелие признается за основное занятие, бывают полны амбары. Богаты, однако, в настоящее время ткачи шнуров и лент, парчи, вышивальщики, резчики и художники – занимающиеся не делом. Воинами приобретается слава и обширность владений; теперь же сироты умерших в бою, голодные, просят милостыню по дорогам; а актеры, шуты и участники пиров ездят в экипажах и носят шелковые одежды.

Дают жалованье, дабы взять все силы народа и взамен получить жизнь подданных; теперь же воины, одержавшие победу в боях и достигшие успеха при нападениях, трудятся; но наград им не дают; гадатели же, хироманты, хитрецы и говорящие угодливо перед государем награждаются ежедневно. Государь, держа в руках законы, распоряжается жизнью и смертью. В настоящее время соблюдающие законы и относящиеся с уважением к правилам хотят служить государю преданностью; но им не удастся увидеть его, тогда как искусные и острые в выражениях, следующие по пути коварства с целью воспользоваться случаем для захвата вселенной, постоянно находятся при нем.

Водворяют порядок для высших, благодаря прямым речам, основанным на законе, соответствию наказаний преступлениям и законному наказанию коварных; но таких людей тем более удаляют. Льстецы и люди угодливые приводят мир в опасность, а их приближают. Собирают все подати и налоги, сосредоточивают на чем-либо силы народа, готовясь к войне, и таким путем пополняют амбары и склады; теперь же, кто бежит от дела, кто укрывается, пользуется поддержкой влиятельных лиц для уклонения от налогов и кого нельзя привлечь на службу государю, насчитываются десятками тысяч.

Хорошими пашнями и богатыми домами поощряют военных; оказывается, что те, кто лишается головы, кому распарывают животы и чьи кости рассеиваются по полям, не имеют дома для жилья и умирают на полях. Красавицы же, сановники и приближенные, не имеющие никаких заслуг, выбирают себе дома, и им предоставляют выбор пашен и кормление ими. Награды и богатства исходят от государя; своею властью он правит низшими; но воины, бывавшие в боях, не получают мест, тогда как люди, живущие праздно, пользуются почетом и славой. Государь считает, что это служит примером. Как возможно в этом случае, чтобы его слава не стала низкой, а его положение – опасным? Если дело обстоит так, низшие не слушаются законов; они двоедушны, занимаются учениями, преследующими личные выгоды, и действуют так, как не поступают другие; но это не запрещается, не разбивают их сторонников, чтобы рассеять их партии; им потакают и к ним относятся с почетом; это – ошибка вершащих дела.

Высшие ведут себя совестливо, подчиняя этим и поощряя себе низших; теперь же ученые и сановники, не стыдясь грязи и позора, становятся чиновниками; клевреты женщин и влиятельных лиц вне очереди назначаются на места… Награды дают почет, а люди боевых заслуг бедны и в унижении, тогда как угодники и актеры награждаются вне очереди званиями. Благодаря искренности и верности повсюду расходится влияние правителя, но последнего заслоняют, приближенные и женщины представляют ему кандидатов, чиновники играют главную роль в назначении званий и в перемещениях чинов; это – ошибка ведущих дело. Если сановники и чиновники совещаются заранее с низшими и партийны, то даже при их беззаконных действиях выгоды и влияние будут в руках низших. Тогда государь уничижается, а сановники приобретают значение.

Законы устанавливаются для упразднения частного: когда законы действуют, частным интересам нет места; частное вносит смуту в закон. Ученые двоедушны и занимаются частной наукой, живут отшельниками под предлогом, что они предаются глубокомысленным размышлениям; в лучшем случае они презирают мир, а в худшем – смущают низших. Правители не только не запрещают этого, но почитают их, награждая званиями, и дают им средства, то есть без заслуг достигается слава и без труда – богатство. В таком случае, если среди служащих есть указанные люди, они обязательно будут предаваться размышлениям, стремиться к лживости знаний, порицать распоряжения с целью добиться того, что идет вразрез со всем светом.

Смута против высших и несогласие с миром зависят всецело от двоедушия и личных мнений обыкновенных служащих. Поэтому основное положение и гласит: закон вносит порядок, интересы частных лиц – смуту. Когда законы установлены, нельзя делать того, что преследует личные цели. Поэтому я и говорю: руководство последними ведет за собою смуту, руководство же законом – порядок. Если у высших нет этого правила, то у знающих найдутся слова, направленные к достижению частного, у добродетельных – частные мысли; если у государя будут милости по побуждениям частным, а у низших такие же желания, тогда святые и мудрые станут образовывать толпы и распускать слухи, порицая применения закона высшими; если государь не запретит и не поставит им границ, а потакая, станет их чтить, это – заставлять низших не слушаться высших и не повиноваться закону. Поэтому добродетельные славны и живут праздно; предатели пользуются наградами и богаты; при таких условиях государь будет ниже своих подданных.