К вопросу о создании Артиллерийского полка

Вопрос о дате формирования Петром I особого Артиллерийского полка в историографии по-прежнему спорный. Н.Е. Бранденбург полагала, что часть была создана в 1700 г. «частью из прежних пушкарей, частью же из новых «приверстанных из солдатских полков». Однако прямых источников нет – есть сведения на 1701 г., причем «новоприборные» пушкари, набранные из солдат, не получали в первое время жалованья из Приказа Артиллерии – в том же 1701 г. в Псков «в Артиллерию» было прислано из солдатских полков 387 человек.

В.Н. Бенда также предполагает, что есть основания считать начало создания артиллерийского полка 1700 г. Но все дело в том, что в документах не говорится о полке – упоминается только «Артиллерия», – на мой взгляд, ошибочно считать упоминаемую в документах «артиллерию» артиллерийским полком.

Во-первых, нет нигде сведений о тождественности этих терминов. Именно с 1700 г. модное (но не новое – оно употреблялось как минимум до 1676 г. – см. упоминание «росписи образцовой арталорейским пушкам» и т. д.) слова «артилерия», «арталория», «артиглерия» фактически вытесняли «наряд» из лексикона делопроизводственных документов. Сам А. А. Виниус был, как уже отмечалось, «надзирателем над артиллерией», Пушкарский приказ переименовывается в «приказ Артиллерии». Фразы из делопроизводственных документов и писем Петра I «отдано в Алтилерию лекарю Фридриху Фивенесту шесть дестей бумаги белой», «Артиллерию отпускать вели не мешкав», «Инженерам вели быть при Артиллерии» (14 мая 1701 г.) никак не свидетельствуют о существовании особого «Артиллерийского полка» – имелось в виду именно то, что раньше называлось емким термином «наряд», т. е. совокупность осадных и полковых пушек, приготовленных для боевых действий.

Во-вторых, Артиллерийский полк – это особая воинская часть со своим штатом пушкарей, бомбардиров, инженеров с приданными пушками и мортирами определенных калибров. Если, по мнению некоторых исследователей, Артиллерийский полк создали в 1700 г., то почему нет никаких документов, связанных с его подготовкой к походу на Нарву? Тогда ведь спешно собиралась артиллерия, комплектовались команды пушкарей и бомбардиров, но в сохранившихся ведомостях и списках по комплектованию нет и намека на Артиллерийский полк. А после капитуляции под Нарвой русских войск, во второй половине ноября-декабре 1700 г. у Петра I попросту не было времени на формировании артиллерийской части (да и где взять артиллерию для нее?), ему необходимо было экстренно решать другие проблемы. Поэтому можно лишь очень осторожно согласиться с В. Гиппиусом, что не ранее 1701 г. «Петр начал формировать особый артиллерийский полк, поступивший в управление артиллерийского полковника Гошке».

А о составе Артиллерийского полка можно узнать только из документов 1702 г.: он включал в себя три роты, включая одну бомбардирскую, всего «13 бомбардиров, бомбардирских учеников 102, пушкарей 246 и 387 пушкарей, присланных в Псков в артиллерию к солдатским полкам в 1701 г.», а также трех инженеров: Давида Гольцмана, Ивана Кестера, Ягана Адлера, понтового капитана Вили Бругмана, понтового поручика Эрста Фондерграфа, понтового мастера Германа Фондеркрита и понтовых вспомогателей Говерта, Андриса, Петра Кубитовского.

Позже Артиллерийский полк по штату мирного времени насчитывал 129 чел. (4 пушкарские роты по 22 чел. и полковых чинов – 5 офицеров, 10 инженеров, 14 огнестрельных мастеров, 12 бомбардиров, а штат военного времени – 674 чел.).

Таким образом, создание к 1701–1702 гг. Артиллерийского полка можно причислить к реформам, начатым царем после Нарвского поражения. Задачи сведения полевой артиллерии в одну часть решались не один год. Особенностью Артиллерийского полка было то, что он, по сути, имел пехотную организацию, где состав рот определялся не количеством пушек и мортир, а числом людей в ней. Орудия, боеприпасы и средства передвижения не были закреплены за полком на постоянной основе – он получал все это при следовании к театру боевых действий.

В некоторых работах можно встретить информацию о том, что Петр I якобы повелел рассверлить для полевой артиллерии 6-фунтовые пушки массой в 50 пудов до калибра полупудовой гаубицы из-за недостатка последних. Причем некоторые исследователи подвергают сомнению этот факт. В связи с этим хочется сказать следующее.

Во-первых, речь шла об экспериментальных работах по рассверливанию орудий меньшего калибра – и это вовсе не означает, что рассверливались все 6-фунтовые пушки. Во-вторых, это мероприятие было весьма сомнительным для практичности стволов. Если калибр в 6 фунтов составлял 92 мм, то калибр полупудовой гаубицы – более 150 мм. Увеличение калибра на 60 мм ведет к значительному уменьшению стенок ствола и, соответственно, его прочности. Из такого орудия было бы просто опасно стрелять. Были ли это задумки, опытные образцы – неизвестно. Никаких документов об этом мероприятии не найдено. Как отметил В. Гиппиус, «ни одного такого орудия мы не находим, в нашем артиллерийском музее, что произошло, вероятно от того, что впоследствии генерал Гюнтер, будучи генерал-фельдцейхмейстером, для уничтожения разнообразия в орудиях велел перелить все прежние гаубицы короткие 1/2 пуд(овые)». Тем не менее в документах сохранились сведения о намерениях рассверлить для опыта 3-фунтовые короткие пушки образца 1700 г. Так, в августе 1706 г. Я. Брюс писал Н.П. Павлову «Да из и тех коротких (полковых 3-фунтовых пушек 1700 г. – А. Л.) вели розсверлить на 6 фу (нтов) и на 8 фу (нтов). И вели из них вывесть в поле 6-фу (нтовую) одну, да с нею 6-фу (нтовую) долгую, и стрелять из них Шперрейтеру, и которой даже возьмет». Но чем закончились эти эксперименты – неизвестно.