К вопросу о создании Артиллерийской школы

Важным нововведением стала организация артиллерийской школы на Новом Пушечном дворе. Однако вопрос о дате основания остается в историографии дискуссионным. Как отметили историки, сведения о времени возникновения противоречивы, а поэтому «трактуются исследователями неоднозначно».

Н.Е. Бранденбург первым опубликовал указ об основании в 1701 г. в Москве Артиллерийской школы. Несколько позже Д.П. Струков в статье о московской пушкарской школе привел сведения о работе в 1698 г. на Пушечном дворе некой школы «цифири и землемерии», которая являлась, по его мнению, зачатком Артиллерийской школы.

Информации в источниках о работе первой Пушкарской школы сохранилось не так много – часть сведений опубликована в свое время М.П. Парибоком, Е.Г. Сидоренко, В.Н. Бенда, Е.Ю. Манойленко и др.

Школа «цыфири и землемерия» при Пушкарском приказе была образована к весне 1698 г. Под руководством цыфирного дела мастера» Ивана Зерцалова набранные из «пушкарских детей» ученики обучались грамоте, арифметике и геометрии. Сохранились отрывочные сведения о приобретении для этой школы досок и книг.

25 июля 1699 г. «учеником, которые учатся цыфири и учат шестую долю в делении и которые в том учении с радением, дать им государева жалования в приказ по рублю человеку», т. е. наиболее прилежные ученики получали в два раза больше (1 руб. вместо 50 коп.). Однако на следующий день на Пушечном дворе произошел пожар, который уничтожил деревянное строение школы.

По словам В. А. Ковригиной, образованные в 1701 г. Артиллерийская и Инженерная школы были преемницами первой Пушкарской школы Пушечного двора, открытой в 1698 г. под присмотром А. А. Виниуса. Но, как верно заметил Юркин, прямой связи думного дьяка с образовательным учреждением 1698 г. пока не замечено – до февраля 1700 г. Пушкарским приказом руководил боярин A. С. Шеин.

М.И. Парибок, а вслед за ним и В.Н. Бенда, пришли к выводу о том, что школа «цыфири и землемерия» «обслуживала интересы Пушкарского и Иноземного приказов, находясь под высшим руководством майора Преображенского полка А. А. Вейде». «Видимо, для такого вывода о существовании двух учебных заведений нет достаточных оснований. Документы содержат данные о том, что была одна школа под общим руководством А. А. Вейде», – заключает B. Н. Бенда.

Впрочем, этот вывод опровергал еще Е.Г. Сидоренко: школа майора Преображенского полка Адама Вейде должна была выпускать солдатских прапорщиков, между тем как Пушкарская школа – специалистов артиллерийского и инженерного дела.

Точку зрения Е.Г. Сидоренко поддержал Е.Ю. Манойленко: «Утверждения о наличии среди учеников, школы «цыфири и землемерия» «иностранных недорослей» также не подтверждаются документами. Количество учеников во всех известных нам архивных источниках показано как 9; при этом они везде упоминаются как «пушкарские дети». На мой взгляд, школа А. А. Вейде при Иноземном приказе и школа «цыфири и землемерия» при Пушкарском приказе – это действительно два различных учебных заведения. В первой вполне направленно готовили в солдатские прапорщики («они в салдатах никогда не будут, а по наукам своим будут в начальных людях»), во второй обучались «пушкарские дети».

Е. Г. Сидоренко в своей статье «Первая Артиллерийско-инженерная школа в России» описал организацию учебного процесса в этом заведении, а также привел данные о численном и социальном составе учеников. Как отметил историк, школа «цыфири и землемерия при Пушкарском приказе, вследствие ее малочисленного состава… не могла решить задачу массовой подготовки артиллерийских кадров».

Для создания командных артиллерийских кадров и была основана новая школа. 10 января 1701 г. по указу царя «велено на Новом Пушечном дворе построить деревянные школы и в тех учить пушкарских и иных постронних чинов людей детей их словесной и письменной грамоте и цыфирю и иным инженерным наукам, и будучи им в тех школах учитца вышеписанным наукам с прилежанием, а выучась без указу с Москвы не съехать такж и в ыной чин кроме артиллерии не отлучатца». Были построены «нижняя» и «верхняя» школы, в первой обучали начальным навыкам чтения и письма, а во второй – математике и инженерным наукам.

Наглядной иллюстрацией обучения в «верхней» школе служит упоминание о «геометрических пушечных и мартирных чертежах», о черчении осей, втулок и колес пушечных станков. Школа («математическая», «пушкарская», «артиллерийская») была устроена в деревянных помещениях на Новом Пушечном дворе.

С 1 августа по 28 сентября 1701 г. в новую школу набрано 180 человек (на кормленые деньги ушло 43 рубля 6 алтын 4 деньги). А с 28 сентября 1701 г. по 1 июля 1702 г. уже на 200 человек ушло 110 рублей. К ноябрю 1701 г., писал А.А. Виниус Петру, набрано 250 учеников – «чают, будут хорошие инженеры, артиллеристы, мастеры, а расход в них в год менее 1000 рублей».

В ученики брали прежде всего детей пушкарей, а также других чинов служилых людей и дьяков – в записях «Вседневной книги», например, отмечено, что в 1701 г. подьячий Ларион Докунин просил «на Пушечной двор в школу в учение» принять в ученики мальчика Ильюшку Никитина.

28 ноября 1702 г. «цыфирному учителю» Ивану Никитичу дано из приказа Артилерии «для науки пушкарских и иных розных чинов детей их цыфири шесть дестей пищей бумаги».

Детей учили математике («цыфири»), геометрии и фортификации, а за учение предусматривалось жалованье кормовое и суконное. Несомненно, что к организации этой школы был причастен сам «надзиратель над артиллерией». Как писал про себя Виниус в 1706 г., он «школу математическую, ради изучения рускому народу в науке инженерской, бомбардирско (й) пушкарской устроил».

По словам В. Г. Сидоренко, «значительное количество специалистов, подготовленных в этой школе, способствовало успешному исходу Северной войны». Но для столь категоричных выводов все же необходимо проделать просопографическую работу по изучению биографий выпускников школы – кто из них и в каких сражениях участвовал (и участвовал ли?), кто мог стоять у реформ артиллерии. На сегодняшний день такой работы нет.