Глава 14

Домой я возвращался через Мири, что заметно быстрее, чем плыть через всё Филиппинское море сразу в Японию. Да, крюк, зато до Калимантана гораздо ближе, а уже оттуда можно вернуться домой авиарейсом. Возвращался я не один — буквально на следующее утро после нашего разговора Акено сообщил, что едет со мной. Я сначала посмеивался про себя, мол, не одному мне интересно посмотреть на реакцию Кагами, но уже на полпути в Мири до меня стало доходить, что Акено слегка того, обеспокоен. Я всяких вопросов от него ожидал по пути домой, но, как ни странно, в основном его интерес крутился вокруг Хирано. А какая она, какой характер, что ей нравится, что нет, какой темы касаться не стоит, как её быстро успокоить? Ну и так далее. Возможно, другой японец сразу же понял бы его озабоченность, ну а я тупил достаточно долго. Тут ведь такое дело… Кицунэ в головах азиатов, не только японцев, это что-то нейтрально-негативное. Для них эти ёкаи — те существа, что в лучшем случае неудачно шутят над людьми, а в худшем — могут и сожрать. Историй, где кицунэ делают добро какому-нибудь человеку, крайне мало, зато все знают о том, как Аматэру сразился с девятихвостым и погиб. Забрав врага с собой, конечно, но тем не менее. Всяких фильмов, мультфильмов и тому подобного, где кицунэ — отрицательные персонажи, гораздо больше, чем тех, где они положительные. Ну а уж о том, что человеческая печень — любимое лакомство кицунэ, знают вообще все. Как минимум в Японии. И тут я говорю Акено, что хочу познакомить его жену с этим вот чудовищем. Да не просто познакомить, а отправить вместе в другую страну. Естественно, он всполошился. И у меня даже не получается ехидничать над его страхами, так как знаю минимум один эпизод, где Хирано вырвала и сожрала сердце какого-то аристократа. Ах да, сделала она это на глазах его родни, которую потом сожгла.

В общем, я успокаивал его как мог, даже удивился под конец путешествия, что Акено всё ещё на нервах. Неужто он мне совсем не доверяет?

— Я вам гарантирую, что Хирано разумная женщина и не станет бросаться на Кагами-сан, — произнёс я раздражённо, когда мы уже подлетали к аэропорту Токусимы. — Хватит уже трястись.

— Ты совсем дурак? — спросил он с удивлением, на что удивился уже я. — При чём тут твоя лисица? Ты вот можешь гарантировать, что Кагами не станет на неё кидаться?!

Так он об этом переживает?

— Я… — не знал я что на это сказать. — Думаю, Кагами-сан тоже разумная женщина.

— Блаженный, — произнёс он раздражённо, отвернувшись к иллюминатору. — Может, всё-таки заранее ей всё расскажем?

Да ладно… Что я, Кагами не знаю, что ли? Нормально всё будет. Как по мне, это о тебе беспокоиться надо, а не о дамах. Истеричка, блин.

— У нас есть план, и мы будем его придерживаться, — ответил я точно таким же раздражённым голосом. — Я не собираюсь упускать шанс посмотреть на такое шоу.

— Псих долбаный, — буркнул он.

— Истеричка трусливая, — ответил я на это.

* * *

— Приветствую, Атарашики-сан, — поклонился Акено.

— И тебе не хворать, парень, — ответила она холодно.

Не простила старуха Кояма и, похоже, уже никогда не простит. Хорошо хоть, для Мизуки исключение сделала, но рыжая и не совсем Кояма, точнее, не урождённая Кояма.

— Поздоровались — и ладно, хватит с меня этих церемоний, — произнёс я, переводя на себя внимание старушки. — Да, да, лохматый, тебя я тоже рад видеть.

Бранд, как всегда, когда я возвращался домой, крутился у моих ног, не давая и шагу ступить, пока его не погладишь.

— Папка! Синдзи! — вскинула руки Мизуки. — На кого мне прыгать-то, демоны вас подери!

— Давай без прыжков, — улыбнулся Акено. — Ты не в том положении.

— Брехня, я ещё могу прыгать! — возмутилась рыжая. — Просто мне лень вдруг стало, — опустила она руки.

Когда тебя встречает такая толпа женщин, приветствия могут затянуться надолго. Вот и в этот раз — со всеми поздоровайся, обними, потискай, поцелуй. Про Казуки тоже забывать нельзя. В общем, в дом отправились только через шестнадцать минут после того, как мы с Акено вошли в ворота токусимского поместья.

Акено пошёл со мной только из-за дочери, которую не видел уже довольно давно. Так-то он был не прочь побыстрее домой вернуться, но и Мизуки проигнорировать просто не смог. В связи с этим первые пару часов я их с рыжей и не видел-то толком, им о многом надо было поговорить. Я же занимался остальными домочадцами. Шестнадцать минут — это только для приветствий много, а вот для общения крайне мало. И если я, старый циник и мужлан, вполне мог этим удовлетвориться, то вот для моих жён, сестры и Атарашики, шестнадцать минут были что мгновенье. Впрочем, я был не против, девчонки не напрягали. Как и дети, которых я тоже был рад видеть. И пусть мой здесь был только один, но детская возня на удивление умиротворяет.

Уже на следующий день мне пришлось втянуться в организацию приёма в честь моего дня рождения. Вернись я домой пораньше, было бы больше времени на отдых, а так… Хотя, справедливости ради, в основном за меня всё женщины делают, а я так, типа командую. Причём, порой всё доходит до смешного. Жёнушки у меня настолько “обаматэрились”, что Родовая наглость даже в их разум проникла —, но в пределах разумного. Типа сижу я такой, газету читаю, тут ко мне подлетает Норико впихивает в руку фотографию скатерти и спрашивает, нормальный ли цвет окантовки. Нет? А этот? И правда, этот лучше. Причём я весь такой важный, степенный только-только первую фотографию начал обдумывать. Фиг с ним, что я и слова сказать не успел, я даже вторую фотографию не увидел. И нафига меня беспокоить, если они и сами во всём разобраться смогут? По-настоящему я влился в дело, только когда начали обсуждать список приглашённых гостей. Правда, длилось это обсуждение всего пару часов, так как в плане приглашений у нас было очень мало времени — их ведь заранее надо выслать, а я, дурак такой, до последнего медлил с возвращением. Почему было не переслать мне список на электронную почту, я спрашивать не стал. Плевать как-то.

Помимо “загруженности” с приёмом занимался и другими делами. В основном, конечно, банальная бумажная работа. Отчёты, заявки, аналитика, претензии. С последним вообще и смех, и грех. Моя служба безопасности находилась чуть ли не в состоянии холодной войны с разведкой и контрразведкой из-за магических артефактов. Понятное дело, камнем преткновения стали самые редкие и дорогие артефакты, которые я физически не мог достать в большом количестве. Не было их на рынке. Особенно часто из рук в руки переходили очки, позволяющие видеть сгустки энергии, причём не только магической, но и электрической. Как пример, эти очки, помимо прочего, помогали на раз вычислять различные следящие устройства. Но это так, примитивный пример, почему артефакт был нужен и тем, и другим.

— Ха-а-а… — выдохнул я, положив голову на спинку кресла, после чего обвёл взглядом свой кабинет.

Ёкаи нужны. А если более точно, нужно больше связей, больше знаний, больше артефактов. С последним, вообще беда — Род Аматэру просто не может в одиночку повлиять на эту магическую экономику. Они там столетиями всё под себя выстраивали и не могут, а порой не хотят предоставить мне то, что нужно. Те же очки. Чтобы их сделать, необходимо провести сложный ритуал над стеклом… не только над ним, но сейчас не об этом. В общем, ритуал. Но проблема в том, что ритуал действительно сложный, а ещё очень дорогой. Проводить его над небольшими линзами для очков просто нерентабельно, я сам такие очки потом не куплю, а значит нужен кусок стекла побольше. Только вот куда его потом девать? Ну хорошо, наделают они из этого стекла различных артефактов, только ведь самим ёкаем эти артефакты не нужны. Большая их часть, во всяком случае. Ёкаям и своих способностей хватает. Эти очки в принципе были разработаны для людей. То есть не сами очки, конечно, а зачарованное стекло… Даже не стекло, ритуал для стекла.

Короче, ёкаи могут предоставить очень много полезного, но не станут этого делать из-за экономической нецелесообразности. Если, конечно, Аматэру не оплатят затраты на создание этого “многого”. И пусть на некоторые вещи я готов потратить неадекватно много денег, но я не потяну делать подобного на постоянной основе. Нужно расширять рынок для удешевления магической продукции, но это… Нереально, вроде… Рынков сбыта слишком мало, однако… Если подумать… Да, если хорошенько подумать, то многие проблемы можно решить.

* * *

Приём прошёл где-то даже скучно. Правда, к такой мысли я пришёл уже после того, как гости разошлись, а вот пока он шёл, мне как и обычно пришлось много говорить, улыбаться, расшифровывать намёки и юлить. Были и моменты, когда я мог расслабиться, как, например, с Акено и Кагами, которой в этот раз ничего не рассказали по причине того, что Хирано в токусимское поместье и под дулом автомата не загонишь, но в целом это было обычное мероприятие. А когда всё закончилось, я понял, что оно ещё и скучным было. Ни одного действительно стоящего разговора. Фактически за редким исключением все темы крутились вокруг войны на Филиппинах и ребёнка от Патриарха. К слову, списочек, кому можно сдать Казуки в аренду, Атарашики уже заполняет. От него самого данный факт никто не скрывает, но ему, как мне показалось, вообще плевать. Вот Эрну список напрягает, а Казуки пофиг. А с другой стороны, чего ему париться-то? От него и требуется лишь удовольствие получать.

Приём в честь дня рождения проходил на следующий день после, собственно, дня рождения, на котором присутствовали только самые близкие. В том числе и Акено с Кагами и Шиной, но это так, к слову. Проблема была в том, что день рождения Шо — сына Акено, был тринадцатого числа, мой— одиннадцатого, посередине — приём, так что было принято решение, что и день рождения Шо мы отпразднуем здесь, в Токусиме. Свой приём Кояма решили не проводить.

— Играть! — громко произнесла Рейка.

— Игать! — повторил за ней Шо, которого Рейка держала за руки.

— Стрелять! — вновь воскликнула Рейка.

— Стеать! — повторил за ней радостный Шо.

— Хедшот!

— Хедшот! — на удивление чётко произнёс мальчик.

— Унижать! — приподняла Рейка руки парня.

— Унижать! — повторил Шо и засмеялся.

Не хочу признавать, но четырёхлетний мальчуган вырос в того ещё милаху. Весёлый и жизнерадостный. Похоже, скоро у Казуки появится конкурент, и мне сложно сказать, кто выиграет в соревновании по милоте.

Находились мы в одной из гостиных особняка, ближайшей к игровой комнате Рейки, и помимо нас троих тут находилась ещё и Фудзикава. Правда, инугами растеклась в одном из кресел и, казалось, не обращала на нас внимания. Впрочем, я тоже сидел в кресле и тоже делал вид, что не обращаю на них внимания.

— Хватит учить его странным вещам, — произнесла Фудзикава с закрытыми глазами.

— Каждый мужик должен знать эти слова, — возразила Рейка. — Так что всё нормально.

— Это ты его матери скажешь, когда она к тебе за ответами придёт.

— Ой, да ладно тебе… — произнесла Рейка неуверенно и, повернув ко мне голову, спросила: — Нормально ведь?

— Всё нормально, пока тебя не поймали, — ответил я, оторвавшись от планшета, в котором лазил в соцсетях.

— Аматэру-сан… — произнесла Фудзикава укоризненно.

Даже глаза для этого открыла.

В этот момент в гостиную вошла Мизуки.

— Что надо сказать Мизуки-сан? — резко произнесла Рейка, встав рядом с Шо на одно колено.

— Унижа-а-ать! — вскинул ручки малыш.

— Унижа-а-ать! — повторила за ним Мизуки, и с удивлением спросила: — А кого унижать-то?

— Нубов, — пояснила Рейка.

— А-а-а, этих, — протянула рыжая, опуская руки. — Этих можно.

Глядя на всё это, я не смог сдержать улыбки, всё-таки никто не может так поднять настроение, как Великая Рыжая.

— Мизуки, — положил я планшет на стоящую рядом тумбу.

— М-м-м? — глянула она на меня.

— Ты здесь как, проездом? — спросил я.

— Ну да, — ответила она, взлохматив брату волосы и кивнув мне за спину, где находился второй выход из гостиной, добавила: — На кухню шла.

— Мизуки, — повторил я, на что она даже говорить ничего не стала, просто брови приподняла в знак вопроса. Я же развёл руки в стороны и произнёс: — Падай.

Буквально пару секунд рыжая смотрела на меня с лёгким удивлением на лице, после чего коварно улыбнулась.

— Главное помни — это был твой выбор, — произнесла она, взяв разбег.

Кажется, мне сейчас будет больно. Но на что только не пойдёшь, чтобы потискать Великую Рыжую?

* * *

— Не все, — поправил я Кагами. — Ушедшие ушли, но не все.

— Хорошо, пусть так, — произнесла хмурая Кагами. — Ушли не все. Часть осталась, и Аматэру с ними сотрудничают.

Разговаривали мы в машине по пути в магазинчик Мику. Я сидел на переднем сиденье, а Кагами с Акено — на задних. И в данный момент, она вслух резюмировала всё то, что я ей рассказал.

— Скорее, взаимодействуют, — поправил я её. — Сотрудничество — это всё-таки другое.

— Пусть будет сотрудничество, — поджала она губы. — Получается, в нашем мире есть некий теневой мир, в котором живут ёкаи. И никто об этом не знает? Только Аматэру?

— Ну… — мне почему-то не хотелось говорить, что много кто знает. — Не только. Род Чакри, например, в курсе. Здесь, в Токусиме, некоторые в курсе. Жрецы по всему миру знают о ёкаях и даже торгуют с ними…

— То есть все знают, а я нет? — прервала она меня.

Чего-то такого я и ожидал. И если кого другого я бы сразу осадил, то вот с, фактически, приёмной матерью, которая заботилась обо мне с тех пор, как я помню себя в этом мире, всё гораздо сложнее.

— Ну почему сразу все… — произнёс я, точнее, промямлил. Сам от себя такого не ожидал. Так Мизуки с Шиной себя ведут, когда Кагами начинает вкрадчивым тоном говорить. — Очень немногие…

— Ага, — вновь прервала она меня. — Значит, есть немногие, элита, а я так, листок к штанине прилипший.

— Но Кагами-сан…

— Да, да, внимательно тебя слушаю, — изобразила она внимание.

— Ну сами подумайте, как я мог вам рассказать? — произнёс я неуверенно. — Вы же не абы кто, вы — жена главы клана, на котором висит серьёзная ответственность. Вы были бы обязаны ему рассказать…

— О, и что же поменялось? — спросила она с любопытством, чуть наклонив голову вбок.

Блин, а ведь и правда. С таким же успехом я мог всё рассказать Акено гораздо раньше. Чёрт, что ж она так прессингует-то?

За несколько секунд молчания я успел подумать о многих вещах. В основном не относящихся к делу. Просто мысли неслись вскачь и то и дело прыгали с одной темы к другой. Сначала я лихорадочно думал, как отмазаться. Перебирал одну причину за другой. Потом я неожиданно для себя подумал о том, что уже и не помню, когда вот так нервничал. Точнее, я не мог вспомнить, когда последний раз меня заставлял нервничать близкий человек. Если совсем далеко взглянуть, то это были родная мать в прошлом мире, потом жена, потом… Кагами уже здесь. В детстве. После этого мысль скакнула, заставляя вспомнить, а были ли мужчины, способные провернуть такое, и ничего на ум не пришло. Хотя… Прапор в армии, ещё в том мире, постоянно докапывался на срочной службе. Тоже порой приходилось лихорадочно искать отмазки, но там всё же несколько иное. В армии я, если что, наказание получил бы, а здесь — обиду. Всего лишь обиду, но именно это и заставляло напрягаться. Блин, эти женщины… С другой стороны, именно от Кагами я впервые почувствовал заботу в этом мире, не от Этсу, которая вроде как родная мать, а именно от жены тогда ещё наследника клана Кояма. Хм, и от Шины, если подумать. В те времена тараканы ещё не захватили её голову, и мелкая девчонка наравне с матерью постоянно окружала меня заботой. С немного другим акцентом, как старшая сестра, но всё же. На этом моменте мысль снова скакнула, и я поблагодарил свою удачу, что пусть и плохонько, но знал японский в прошлой жизни. Когда я попал в тело мелкого пацана, мне это сильно помогло. Человека вообще сложно заподозрить в том, что его тело занял пришелец из другого мира, а уж мелкого мальчишку, у которого из-за возраста характер меняется чуть ли не каждый год, и подавно.

Тут я вспомнил, что надо бы и ответить Кагами, но к этому моменту я уже был спокоен.

— Кагами-сан, вы меня сейчас только не прерывайте, хорошо? — попросил я её.

— Внимательно тебя слушаю, — кивнула она с таким видом, будто приготовилась слушать глупые отмазки провинившегося сына.

— Во-первых… Хотя нет, начнём по степени важности, — начал я, и после небольшой паузы продолжил: — Во-первых, я не считал ёкаев чем-то, без чего вы не сможете обойтись. Вам это, скорее всего, бредом покажется, как так, ёкаи и не пригодятся? Однако… Вы просто не знаете их общество и их возможности. Поверьте, клан Кояма вполне обойдётся без ёкаев. Да и Аматэру тоже, но у меня… особая ситуация. Во-вторых, как я вам и говорил ранее, — а я говорил, вспомните, — это не совсем моя тайна. Не могу я просто бегать по стране и рассказывать всем про ёкаев. Они мне доверились, даже не стали просить помалкивать, и если бы я начал распространять информацию о них… Выглядело бы некрасиво.

— Похоже, — вставил Акено, — в тебе неосознанно работает Божественный дар Аматэру.

Сильно сомневаюсь, но пусть моё мнение останется при мне.

— Может быть, — ответил я и чуть изменил позу, а то постоянно сидеть вполоборота к ним не очень удобно. — Ну и в-третьих… А, собственно, и всё. Главный мой посыл в том, что, ради удовлетворения вашего любопытства мне бы пришлось поступить довольно некрасиво.

— Но ты всё же рассказал, — заметила Кагами серьёзным тоном.

Скорее даже, деловым. Похоже, она приняла мои доводы. Ну или, как минимум, успокоилась.

— Да, — чуть кивнул я. — Для этого есть… Эм… Получается, тоже две причины. Во-первых, было бы полнейшим свинством не рассказать вам, втягивая при этом в конфликт, где ёкаи являются моими врагами. К тому же это отличный повод рассказать вам… про всё это. Тут уж не канает “красиво-некрасиво”, вы мне помогаете, я предоставляю информацию. Не докопаешься.

— Ты говорил, что Императорский Род тоже в курсе, — заметил Акено. — Получается, конфликта с ними у тебя и правда нет?

Типа, раз я и им рассказал, значит, и они мне помогают.

— Есть, — поморщился я. — И о ёкаях знает не Императорский Род, а наследный принц. Да и конфликт у меня не со всем их Родом, а только с Императором.

— Как всё запутано, — произнёс он тихо.

— Что там у тебя за вторая причина? — спросила Кагами.

— Ну… — замялся я. — Это не совсем причина. Надо понимать, что мы сейчас о ёкаях говорим не из-за неё, просто… Она как поддержка, дополнительный фактор.

— Хватит уже ходить вокруг да около, — вздохнула Кагами. — Мне же любопытно.

— Кхм, — кашлянул я. — Ну да. Так вот, вторая причина. Тут я несколько издалека начну. Как я говорил ранее, сотрудничество с ёкаями даст вашему клану не так уж и много, и одна из причин этого — экономическая ситуация в магическом мире.

— Эко… — удивилась Кагами. — И тут суровая реальность.

— Куда ж без этого, — вздохнул я. — В принципе ёкаям есть что продавать людям. Услуги, товары и так далее. Но их проблема в том, что они заперты внутри своего общества. Различный ширпотреб, который они могут нам втюхать, либо не нужен, либо имеет аналоги, либо идёт по категории “забавная безделушка”. Но он и стоит дёшево. Помимо этого есть действительно хорошие вещи. Артефакты, которые могут сильно помочь в том или ином деле, но это уже редкость. И дороговизна. Но опять же… Кланы вашего уровня вполне и без них могут обойтись. Да, магический детектор лжи — крутая штука, но… — покрутил я ладонью. — И без этого как-то жили. Это Аматэру зажаты в тиски ресурсных ограничений, в том числе и человеческих, это для нас подобные артефакты — способ справиться с проблемами, а для Кояма всё гораздо проще. Тем не менее я бы соврал, если бы сказал, что ёкаи и их возможности бесполезны или посредственны. Поверьте, в некоторых вещах они сильно дальше людей, проблема только в том, что… Как бы это… Экономика. Ну не выгодно им производить самые дорогие и, соответственно, полезные артефакты. А я им рентабельность обеспечить не могу. Нет у Аматэру столько денег. Причём, заметьте, я сейчас говорю об очень дорогих вещах и услугах, а есть то, что стоит каких-то космических денег.

— Например? — спросила Кагами.

— Ну например… — задумался я. — У ёкаев есть ряд артефактов и способов их создания, которые работают… даже и не знаю как сказать-то… М-м-м… Работающих на концептуальном уровне. Например, артефакт, который не даёт узнать тайны хозяина. Ставишь такой предмет где-нибудь в доме, и в радиусе ста метров от него можешь болтать о чём угодно. Артефакт сам определяет, что есть тайна, и не даёт услышать её посторонним. Причём нет известных способов обойти эту защиту. Даже если ты будешь в двух шагах от говорившего стоять, ничего не услышишь. Даже если хозяин на бумажке будет что-то писать — не увидишь.

— И сколько такой стоит? — заинтересовался Акено.

— Один миллиард двести тысяч, — ответил я. — И я сейчас не о йенах. Мне цену в долларах озвучили.

— Не, ну на такое можно…

— Нельзя, — оборвала мужа Кагами. — Дорого.

— Но… — попытался возразить Акено.

— Это дорого, милый, — вновь не дала она ему договорить. — Проще думать, о чём и где болтаешь.

— Эх… — вздохнул Акено. — А ты, Син, купил?

Семейным бюджетом управляет именно Кагами. Родовым Акено, а семейным его жена. И вроде, что такого? Бери из Родовой казны, но Акено всерьёз доверяет, именно доверяет, финансовым талантам Кагами. Кварталом Кояма, к слову, управляет именно она, а не Акено. Именно через Кагами я в своё время сбывал украденные у бандюганов драгметаллы.

— Не, — усмехнулся я. — Кагами-сан абсолютно права — проще следить за своей речью и пользоваться стандартными средствами защиты. Да я за такие деньги дом неприступный построю и ещё на пару катеров останется. Ну или на корветик.

— Жадные вы какие-то, — пробубнил Акено, отвернувшись к окну машины.

— Как я понимаю, ты хочешь изменить ситуацию на магическом рынке, — не обратила на него внимания Кагами. — Уменьшить цены.

— Хочу, — кивнул я. — И самый простой способ — расширить этот самый рынок.

— За счёт людей, — произнесла Кагами задумчиво. — Это реально, но пойдут ли на это ёкаи?

— Вы удивитесь, — усмехнулся я. — Но денег хочется всем. И ёкаям тоже. Конечно, на раскрытие себя всему миру они не пойдут, но это и не нужно, достаточно подтянуть избранные Роды и кланы.

— Было бы здорово, — произнесла она всё так же задумчиво. — Но верится с трудом. Ёкаи столетиями скрывались и тут — раскрывать себя нескольким кланам? Причём, насколько я тебя поняла, серьёзным кланам.

— Думаю, смогу их убедить, — ответил я беспечно.

Я и правда так думал. Уверен, у меня получится подобрать правильные слова. Забавный факт, но ёкаи в принципе не против торговать с людьми. Прямым текстом мне об этом не говорили, но обмолвки по типу “вам не советую брать, а вот каким-нибудь людишкам втюхать эту ерунду было бы неплохо” — были. Это наследник клана карасу-тэнгу так говорил. А старейшина одного из кланов тануки со вздохом вспоминал те благостные времена, когда можно было сбагрить людям весь неликвид. Или старая кошка-оборотень, торгующая магической бижутерией, которая сокрушалась по поводу сложности получения некоторых металлов, благодаря которым её товар сильно бы вырос в цене. Но самый цимес ситуации состоит в том, что пусть ёкаи и хотят торговать с людьми, они по-прежнему им не доверяют. Это за Аматэру богиня поручилась, а остальные людишки спят и видят, как бы обмануть и использовать бедных магических существ. То есть основной поток товаров и услуг пойдёт через Род Аматэру, а это ещё больше денег и влияния. Возможно… даже скорее всего, со временем к этому кранику присоединится Императорский Род, но даже так это не сильно изменит ситуацию.

— В общем, я поняла, — произнесла Кагами. — Вторая причина — в том, что ты всё равно хочешь увеличить число знающих о ёкаях и в связи с этим ты так или иначе рассказал бы нам о них.

— Это не причина, — поправил я её. — Я ж говорил, скорее дополнительный фактор. Но, в целом, да.

— Хорошо, с этим разобрались, — слегка кивнула она. — Тогда ответь на такой вопрос. Куда вы меня везёте?

— Знакомиться с ёкаями, конечно, — удивился я.

Что тут непонятного-то?

— Э-э-э… — забегали её глаза. — Но… Мне, конечно, было крайне интересно узнать об Ушедших, только вот… Мо… Может лучше домой поедем?

— Да ладно вам, Кагами-сан, вы чего? — взлетели у меня брови.

— Милая, ты испугалась, что ли? — не меньше моего удивился Акено.

— Я… Да нет… Просто…

— Да вы трусиха, Кагами-сан, — ляпнул я.

— Сам ты трусиха! — рявкнула она. — Да я такое в своей жизни видала, что… Просто… — начала она сдуваться. — Они ж людей едят. А призраки? Их и ударить-то нельзя. А… А тануки? По легендам они любят издеваться над людьми. Женщин лапать! Милый, давай вернёмся, а? Прошу.

Эта короткая, но очень эмоциональная атака сбила с толку Акено, и судя по его растерянному взгляду, брошенному в мою сторону, он просто не знал, что на это ответить жене.

— Кагами-сан, — привлёк я её внимание. — Мы едем в огроменнейший магазин различных магических штучек. Вам что, совсем не интересно?

— Во-о-обще, — протянула она.

— А ещё мы туда по делу едем, — продолжил я. — Так как вам необходимо познакомиться с женщиной, которая будет сопровождать меня в Италии.

— Женщина? — приподняла она бровь. — Впрочем, не важно. Пусть эта женщина сама к нам приедет.

— Увы, но она не станет этого делать, — вздохнул я напоказ. — У неё с моим домом контры.

Осознавала услышанное Кагами несколько секунд.

— Не поняла, — произнесла она уже спокойным голосом. — Контры… с домом?

— Да, он у меня разумный, — кивнул я.

— Ну здорово… — чуть сникла она. — Ещё и дом разумный.

— Вот не надо, Кагами-сан, — изобразил я возмущение. — Дом у меня очень послушный и преданный. Людям без приказа он ничего не сделает, а вот ёкаям очень даже может. Собственно, потому они и не любят ко мне в гости ходить.

Кагами на это поморщилась, но, судя по всему, приняла тот факт, что возвращаться придётся в очень необычный дом.

— Давай тогда в каком-нибудь людном месте пообщаемся с этой женщиной, — произнесла она ворчливо. — Не надо ни в какой магазин ехать.

Вот ведь упёртая женщина.

— В людном месте особо не поговоришь, — качнул я головой, — так что едем в магазин.

— Да я и не хочу ни с кем из них говорить! — воскликнула она.

— А если придётся? — усмехнулся я. — Посреди итальянских аристократов будете панику наводить? Давайте всё-таки познакомимся, и вы поймёте, что всё нормально. Никто не будет на вас бросаться, кусать и уж тем более есть. Ёкаи уже несколько столетий живут скрытно среди людей, думаете, они ради вас будут рисковать раскрытием? А сколько тысячелетий до Ухода они среди нас жили? Да будь они опасны, их бы ещё тогда уничтожили.

— То есть, по-твоему, они не опасны? — с изрядной долей иронии спросила Кагами.

— Не более, чем люди, — пожал я плечами.

Точнее, дёрнул плечом, так как сидя вполоборота, прислонившись к спинке кресла, пожимать обоими плечами неудобно. Кагами же на мои слова поджала губы и молчала целых семь секунд.

— Вы двое за меня отвечаете, — произнесла она раздражённо. — Если что-то произойдёт… Богами клянусь, я вас с того света достану.

— Ничего плохого не произойдёт, — улыбнулся я. — В этом городе никто и пальцем не посмеет вас тронуть. Во всяком случае, пока я жив.

Удивительная штука — жизнь. Кажется, что знаешь о характере близкого человека всё, но тут — бац! — и наружу вылезают какие-то детские комплексы. После того как Кагами согласилась встретиться с Хирано, причём там, где мне надо, она некоторое время ехала вся такая раздражённая, что её и окликнуть-то страшно было. Но чем дольше мы ехали, тем сильнее менялось её настроение. Сначала она была раздражённой, потом нахохлившейся, словно воробей, быкующий на ворону, потом испуганной, словно котёнок, а когда мы вышли из машины… Постояв перед магазинчиком Мику, я обернулся к Акено и Кагами, которые уже должны были вылезти наружу, но увидел только Акено. В первое мгновение, у меня мелькнула мысль, что Кагами сама ёкай, который освоил невидимость, и лишь спустя семь десятых секунды я заметил за ногами Акено, одетого в серый деловой костюм, кимоно его жены.

— Кагами-сан, вам там удобно? — спросил я.

— У меня всё просто прекрасно, — услышал я её голос из-за спины Акено.

— Тогда пошли, — направился я к дверям магазина.

Встречала нас, конечно же, Мику. Бабушка — божий одуванчик. Если не знать, что она нерождённый ёкай, у которых в принципе не всё в порядке с головой. Пока шли по коридорам магазинчика, всё было нормально, но вот Мику открыла дверь в подсобку и нас встретил уже более мрачный коридор. Тёмный и бетонный.

— А куда это мы идём? — услышал я за спиной голос Кагами.

— К совладелице этого магазина, — ответил я.

— Страшная женщина, госпожа, — вставила Мику. — Особенно, когда голодная.

— Мику, — одёрнул я её, и обернувшись, добавил: — Она шутит, Кагами-сан.

Кстати, Кагами хоть по-прежнему и пряталась за спиной мужа, но теперь она шла, выглядывая из-за его правого плеча, двумя ладонями это самое плечо сжимая. Довольно забавное зрелище — видны были только две ладошки, макушка и широко раскрытые глаза.

— Да, да, конечно, — проскрипела Мику. — Эта недостойная лисица всего лишь шутит. Хе-хе-хе… Хозяйка совсем не страшная. Просто всегда голодная. Хе-хе…

— Мику! — повысил я голос.

Сделав пару поворотов по коридору, мы остановились возле двери, ведущей в покои Хирано. Мику остановилась вплотную к двери, и секунду постояв возле неё, резко повернула голову на сто восемьдесят градусов. Причём её тело и на сантиметр не сдвинулось.

— Надеюсь, вы готовы ко всему, госпожа. Хе. Хе. Хе.

Я только глаза закатил. Эту цукумогами уже не изменить. Проводив семенящую по своим делам Мику, посмотрел на Акено и Кагами.

— Вы, конечно, очень милы, когда испуганы, Кагами-сан, но прошу — успокойтесь. Старушка вас просто дразнит.

— Милая, мне немного больно, — произнёс Акено, морщась.

Видимо, Кагами слишком сильно сжала его плечо.

— Что у неё с шеей, Синдзи? — спросила Кагами.

— Это цукумогами, Кагами-сан, — ответил я. — Статуэтка лисы. Она со своими конечностями что угодно может делать. Давайте уже зайдём.

— Милая…

— А давайте домой уедем! — заявила Кагами. — Не хочу я в эту дверь заходить. С кем ты вообще хочешь меня познакомить?

— Вы с ней уже встречались, Кагами-сан, — открыл я дверь.

— Тем более! Раз мы уже встречались, то и… — раздалось у меня за спиной. — Хирано-сан?

Кагами и Хирано не были знакомы, они именно что встречались. Я их представлял когда-то друг другу. В данный момент Хирано развалилась на куче подушек, одетая в свободное кимоно, помогающее ей демонстрировать своё тело с самой лучшей стороны. Плюс длинная китайская курительная трубка. В общем, Хирано всеми силами изображала образ кицунэ, созданный фильмами и мультфильмами. Ну и различными артами в интернете.

— Здравствуй, дитя, — произнесла Хирано медленно. — Проходи, не бойся. Вы, мальчики, тоже на месте не стойте.

— Милая, полегче… — вновь поморщился Акено.

— Только не говорите, что она Кицунэ… — проблеяла Кагами.

На что Хирано тут же подняла уши.

Честно говоря, я подсознательно думал, что Кагами при встрече с посторонними включит аристократическую гордость и будет стараться показать, что ей плевать на ёкаев. Ан нет.

— У-у-у… Акено… — подвывала она. — Это кицунэ, Акено. Кицунэ…

— Успокойтесь, Кагами-сан, — попытался я её успокоить. — Это хорошая кицунэ, она ничего вам не сделает.

— Какая к демонам “хорошая”?! — взбеленилась Кагами. — У меня в предках Семихвостая дьяволица! Да я лучше вас знаю, насколько кицунэ страшные!

Я даже не сразу нашёлся, что на это ответить. Она знает о кицунэ больше меня? Забавно…

— Наверное, и лучше меня? — усмехнулась Хирано.

Что заставило Кагами вновь полностью скрыться за спиной мужа.

— Кагами-сан, это не просто кицунэ — это профессор Хирано. Она много лет преподавала историю в человеческом университете. И жертв среди студентов там не было.

— Не считая пары сломанных ног, — кивнула Хирано. — Некоторые мужчины не понимают по-хорошему.

Через секунду после её слов Кагами выглянула из-за плеча Акено. И смотрела она оттуда, как мне показалось, уже с любопытством.

— Прям вот настолько? — спросила Кагами.

— Девочка, — вздохнула Хирано. — В отличии от тебя, у меня нет мужчины, за которого я могу спрятаться. Пришлось намекать самой.

— Жёсткий какой-то намёк, — пробубнила Кагами.

Слух у Хирано, замечу, не хуже моего.

— Не жёсткий, дитя, просто намёк, — улыбнулась Хирано, чуть изменив позу.

От чего у меня кровь пониже пояса ушла.

Раньше я понимал умом, что столь старое существо, как Хирано, отлично умеет читать людей, как и манипулировать ими, но именно сейчас я на практике увидел, как это происходит. Чуть иронии, чуть близкой женщинам темы, немного личного шарма, и вот Кагами уже не боится, а стоит перед Акено с упёртыми в бока руками.

— Ты одежду-то поправь, прошмандовка! — заявила Кагами.

Как-то она резковато. Видимо, передоз эмоций сказывается, вот Кагами и клинит. А вот я именно что затупил.

— Кагами-сан, вообще-то, Хирано мать той самой Семихвостой дьяволицы. Вы бы повежливей…

— Ну всё, нам конец, — произнесла Кагами опустив руки. — Теперь точно конец.

Вид бледной Кагами мне не нравился совсем. Ни капельки. Бросив взгляд на напряжённого Акено, который стоял у неё за спиной и не видел выражение лица жены, сделал несколько шагов и приобнял Кагами.

— Успокойтесь, Кагами-сан. Всё хорошо, — произнёс я тихо. — Верьте мне, ничего страшного не произойдёт. Я знаю Хатсуми, она хорошая женщина, не сумашедшая. Со своими причудами, но кто без этого. К тому же она слабачка…

— Эй! — возмутилась со своего места Хирано.

— Если что, я точно смогу вас защитить, — продолжал я, не обращая внимание на лисицу. — Никто не пострадает, обещаю.

У меня получилось. Несколько секунд, и Кагами начала расслабляться. Подняв голову, глянул на удивлённого Акено.

— Она ведь наверняка девятихвостая… — произнесла Кагами мне в плечо. — Нельзя её слабачкой называть.

Отстранившись, посмотрел, как к ней возвращается естественный цвет лица.

— Это всего лишь тысячелетняя пигалица, не более, — произнёс я.

— Ну, спасибо! — произнесла Хирано. — Теперь я ещё и пигалица!

— Мы тут недавно… — начал было я, но решил не говорить о Цин-Цине, — когда на моё поместье напали, с другими ёкаями схлестнулись, и мне пришлось спасать эту зазнавшуюся девчонку.

— Да я просто квартал твой разрушать не хотела! — продолжала возмущаться Хирано.

И делала она это ровно теми словами и таким тоном, чтобы помочь мне разрядить обстановку.

— Получается, эта… — запнулась Кагами, — девчонка — мой предок? Вроде как… бабушка?

Кажется, Кагами пришла в норму. Чуть отойдя от неё, бросил взгляд на Хирано, которая уже не лежала, а сидела на подушках и активно изображала молчаливое возмущение. Правда недолго.

— И это ты мне про бабушку говоришь?! — воскликнула лисица. — Синдзи! Эта тётка сошла с ума! Великолепная я в принципе не тянет на бабушку!

Моё место к этому моменту занял Акено, который обнял со спины Кагами за плечи.

— Но технически-то вы бабушка? — произнесла Кагами.

— Технически ты — эмбрион! — скрестила Хирано руки на груди. — Который ещё и готовить не умеет.

— Я-я-я?! — возмутилась уже Кагами. — Не умею?!

— Да чему ты там за свои сорок лет научиться-то могла? — отмахнулась Хирано.

— Да уж побольше вас, Хирано-сан! — произнесла Кагами зло.

А вот она точно ничего не изображала. Кагами всегда принимала критику в адрес её готовки в штыки. Бесилась, короче.

— Эй, милочка, — произнесла Хирано елейным голосом, — а ты вообще в курсе, кто твой Род готовить научил?

— Да уж точно не вы, голубушка, — ответила точно таким же тоном Кагами. — Или будешь на свою дочь семихвостую ссылаться?

Как-то она так… Раз, и уже на “ты”.

— Хорошо, что ты её вспомнила, но нет, — ответила Хирано насмешливо. — Просто я сорок лет преподавала в Центре искусств японской кухни.

Этого пассажа я нифига не понял, но переведя взгляд на Кагами, понял, что Хирано выстрелила довольно удачно. Жена Акено в этот момент была довольно мрачной.

— Всего пара человек не играет особой роли, — поджав губы, произнесла Кагами.

— В каждом поколении? — приподняла брови Хирано. — В каждой семье? Гангоку большой Род, семей там много.

— Да плевать на Гангоку! — огрызнулась Кагами. — Я — Кояма, и я превзошла всех!

— Но только не мой опыт, — усмехнулась Хирано.

— О-о-о… Опыт — это, конечно, здорово. Бабуля, — закончила Кагами иронично.

Замерев на две с половиной секунды, Хирано поднялась на ноги и подошла к Кагами, на что сама Кагами, дёрнув плечом, высвободилась из объятий Акено и тоже сделала шаг вперёд, оказавшись вплотную к лисице. Забавная картина, но я уже перестал понимать, насколько этот спор шуточный, и меня это напрягало. Но лезть к дерущимся кошкам край как не хотелось.

Резко выкинув вперёд руку, Хирано схватила ладонь Кагами и покрутив, презрительно отбросила. Удивительно, что Кагами не стала руку вырывать из захвата.

— И ты думаешь, — произнесла Хирано с презрением в голосе, — что вот этими грубыми культяпками у тебя получится приготовить что-то стоящее? Пф!

Фыркнув, Хирано развернулась, чтобы уйти, но была остановлена необычным способом. Стоило ей только повернуться к Кагами спиной, и та тут же взмахнула обеими руками, задирая подол короткого кимоно Хирано, чем оголила её пятую точку, облачённую в белые трусики. И вновь, которая уже неожиданность за сегодня, Хирано смогла меня удивить. Она подпрыгнула, взвизгнула, и чуть согнув колени, замерла перед Кагами, прижимая подол кимоно к попе.

— Когда тебе масло на руку попадёт, ты так же визжать будешь? — повторила Кагами презрительный тон оппонентки. — И ты ещё хочешь убедить меня, что умеешь готовить? Пф.

И горделиво отвернувшись от Хирано, Кагами замерла со скрещенными на груди руками.

Похоже, пора вмешаться. Бросив на Акено взгляд, заметил, что он тоже смотрит на меня, так что, вскинув брови и расширив глаза, метнулся к фыркающим женщинам. Акено намёк понял. Приобняв жену, он сделал шаг назад, увлекая за собой Кагами, ну а я уже был возле лисицы, встав между ней и буйной жёнушкой Акено.

— Хатсуми, милая, хватит уже сраться, — увещевал я её тихим голосом. — Мы же хотели тихо-мирно познакомиться.

После чего, приобняв за талию, начал уводить в сторону подушек, на которых она нас встречала. Комната, кстати, была выполнена в японском стиле, так что на татами помимо прочего валялись три дзабутона — тоже подушки, но тонкие, предназначенные для того, чтобы на них сидели. Этакий японский аналог стульев.

— Синдзи! — раздалось у меня за спиной. — Сколько раз я говорила тебе не выражаться?

— Прошу прощения, Кагами-сан, — повернулся я к ней вполоборота и чуть поклонился. И как только услышала? — Не надо цапаться, Хатсуми, не для того мы здесь.

— Эта девчонка меня бесит, — не стала понижать голос Хирано. — Молоко на губах не обсохло, а уже взрослую из себя корчит.

— Хватит нудеть, Акено, — Кагами тоже не сдерживалась. — Не каждой старухе стоит выказывать уважение. Многие этого не достойны.

Божечки, как же это напряжно. С другой стороны, стать свидетелем подобного столкновения, пожалуй, того стоит. Так что и фиг с ним.

— Блин, Хатсуми, — шептал я ей, — прекращай уже. Нам с ней ещё в Италию ехать.

— Да лучше бы она со своими навыками дома сидела, — ответила Хирано в полный голос. — Будет ещё японцев за границей позорить.

— Слышь, карга старая, а ты там не оборзела?! — Кагами уже не просто голос не повышала, а как бы даже наоборот. — А ну давай раз на раз! Да отпусти ты меня! — это она из объятий Акено вырваться пытается.

Понятно, у кого Мизуки научилась гопников изображать.

— Чё ты там вякнула, жопа тощая?! — попыталась обойти меня Хирано, но я по-прежнему крепко держал её за талию. — Лапша давно не подгорала?! Так я тебе это устрою!

А может, оно того и не стоило. Уже не уверен.

Отправить