Глава 15

Мы с Кагами заняли небольшой домик на заднем дворе токусимского поместья — так называемую летную кухню, которая используется только во время приёмов. Сомневаюсь, что построили эту кухню только для этого, но обычно всем хватает и той, что в доме, так что эту открывают только в особых случаях. Либо, как я и сказал, во время приёмов, либо как сейчас. От Хирано мы вернулись вчера, а с утра Кагами подошла ко мне и попросила кухню в своё распоряжение, типа нервы успокоить. Ну а так как в доме кухня используется чуть ли не весь день, я запустил её сюда.

— Ну хватит уже дуться, Кагами-сан, — произнёс я усталым тоном. — Вы как ребёнок, право слово.

Кагами стояла ко мне спиной, нарезая овощи на столе и после моих слов ответила даже не оборачиваясь.

— Как будто у меня есть выбор, — произнесла она раздражённо.

Её ответ слегка сбил меня с толку.

— Хотите сказать, что у вас нет выбора кроме как изображать обиженного ребёнка? — удивился я.

— Не обиженного, — ответила она, по-прежнему не оборачиваясь. — Просто ребёнка.

— А чем вам образ гордой аристократки не нравится? — спросил я.

Тут она даже повернулась, бросив на меня ироничный взгляд.

— Против тысячелетней старухи? — усмехнулась она криво. — С её-то жизненным опытом? Да всё что я могу — это провоцировать её на такое же поведение!

Её слова заставили меня поморщиться — не такого ответа я ожидал.

— Ну а дуться-то зачем? — спросил я.

— Я не дуюсь! — вновь обернулась она и тут же вернулась к нарезке овощей. — Просто раздражена.

— Зачем вообще с ней цапаться? — вздохнул я. — Ну не нравится она вам, и что? Мало ли кто вам не нравится? На всех, что ль, бросаться? Есть такая штука — нейтральное поведение, используйте его.

— Невозможно, — буркнула она, продолжая орудовать ножом. — Старуха перегнула палку и должна понести наказание.

— Она просто хотела избавить вас от страха, — вздохнул я ещё раз.

— Ну тогда она использовала очень неудачный способ, — ответила Кагами.

— Но ведь получилось же, — произнёс я.

— Нет, — обернулась она. — Не получилось. Как вообще можно не бояться этих тварей? Только если не знать, насколько они опасны. Они же как монстры из глубин океана — то ли есть, то ли нет, то ли нападут, то ли не нападут. Даже хуже — ёкаи точно нападут, если слабину дать! Если бы не вы с Акено… А-а-а, если бы не два глупых мужика, меня бы там вообще не было, — произнесла она с кислым видом, после чего вернулась к овощам. — Ты, кстати, так и не сказал, с кем воевать собрался. В Италии, я имею в виду.

— А вы уверены, что вам стоит об этом знать? — спросил я устало. — Может, спокойнее будет в неведении?

Ответила она не сразу, шесть секунд думала, даже ножом перестала работать.

— Нет уж, говори, — произнесла она, продолжив нарезку овощей.

Правда, тут же прекратила и, взяв половник, подошла к кастрюле на плите.

— Это Древний, — подавил я вздох.

Услышанное Кагами осознала не сразу, лишь через три секунды резко обернулась, позволив мне лицезреть свои широко раскрытые глаза.

— Древний? — переспросила она тихо. — Но… Так они тоже живы?

— Нет, — качнул я головой. — Он последний. Убью его — и всё. За него даже мстить некому.

— А… А лиса тут причём? — спросила Кагами.

— Древний убил её дочь, — ответил я. — Ту самую Семихвостую дьяволицу.

— Оу… — отвернулась Кагами к плите. — Что ж, это действительно повод желать его смерти. А он её дочь лично убил?

— Приказ отдал, — пожал я плечами. Правда, стоящая ко мне спиной Кагами этого не увидела. — Проблема в том, что до самого убийцы она добраться не успела.

— В смысле — не успела? — вновь повернулась она ко мне.

— Она с ним при нападении на моё поместье столкнулась, — ответил я. — Но я торопился и вместе со своими противниками убил… ранил и того убийцу, а он потом самоубился, чтобы секреты не выдать. Так что Хирано осталась ни с чем. Ни победить не смогла, ни убить.

— Я б тебе за такое волосы повыдирала, — покачала она головой. — Но Древний… Неужто нельзя как-то без твоего участия обойтись?

— Скорее всего, нельзя, — усмехнулся я. — Сложно будет бахирщикам против того, кто артефакты создаёт. Один подавитель — и всё, нет нападающих.

— Но он ведь тогда… — начала было Кагами.

— Сомневаюсь, что он у себя дома без охраны сидит, — прервал я её. — И эта охрана наверняка состоит из ёкаев, которым плевать на бахир.

— Как ты вообще с ним поссориться умудрился? — спросила она обеспокоенно.

— А я с ним и не ссорился, — ответил я. — Он первым начал.

— Вечно у вас, мужиков, кто-то другой виноват, — резко отвернулась она от меня.

Но тут уж и я нахмурился. Типа, я должен был проигнорировать смерть друга и попытку вырезать мою семью? Она что, про нападение на мой особняк в Токио забыла?

— Вы сначала перед Хирано извинитесь, — поднялся я из-за стола. — А потом уже мне что-то предъявляйте.

— Син… — произнесла она мне в спину, так как я пошёл на выход из дома. — Я не имела в виду…

Остановившись у двери, повернулся к Кагами. Набрал в грудь воздуха, выдохнул, покачал головой.

— Давайте не будем о плохом, — произнёс я. — Отдыхайте. И постарайтесь не ссориться с Хирано.

— А если это она хочет ссоры? — спросила Кагами спокойно.

Я процентов на семьдесят уверен, что она сейчас специально так ответила. Кагами, если что, умеет подставиться, чтобы разрядить обстановку. Конкретно сейчас она просто хочет, чтобы последнее слово осталось за мной. Дабы я успокоился. И в первое мгновение я хотел поломать её план, так как всё ещё был раздражён, однако… Вырос я уже из подобных детских обид.

— Вечно у вас, женщин, кто-то другой виноват, — вздохнул я и вышел из кухни.

* * *

На сегодня у меня запланировано два дела. Первое — переговоры с Советом токусимских ёкаев. Изначально у меня только этот разговор и был запланирован, но вчера, когда мы вернулись из магазинчика Мику, мне передали официальное письмо от клана Тоётоми с просьбой о встрече, и, честно говоря, мне стало любопытно. Чего им от меня надо-то? Так что теперь на вечер у меня встреча с ёкаями, а на обед — встреча с главой клана Тоётоми. Первое важно, второе — не очень, хотя сначала придётся поговорить именно с Тоётоми.

Когда сообщили о приезде брата Кена, я приказал проводить его в одну из беседок поместья — типа в доме я его видеть не желаю. Мне-то было плевать, где с ним беседовать, но Атарашики настояла. На дворе, напомню, зима, так что сначала мне потребовалось накинуть на плечи тёплое хаори. Да, я ведьмак, да, подобная температура для меня не критична, но это не значит, что я должен задействовать ресурсы организма, когда можно просто одеться потеплее.

Такуми ждал меня в северо-западной беседке, расположенной вплотную к лесу. Одет он был в коричневое пальто, а вид имел усталый и подавленный.

— Здравствуй, Такуми, — зашёл я в беседку и тут же сел на лавочку напротив парня.

Сам Такуми заметил меня только когда я подал голос, до этого он ссутулился и смотрел в пол пустым взглядом.

— Аматэру-сан, — вскочил Такуми на ноги и сразу же поклонился. — Приветствую.

— Оставим политесы. Садись. Рассказывай, зачем пришёл, — не стал я затягивать разговор.

— Я… — присел он на лавочку. — Я здесь… чтобы молить вас о помощи, Аматэру-сан. И прощении.

Говорил он через силу. У меня сложилось впечатление, что он буквально сломал себя, чтобы прийти ко мне, но остатки былой гордости всё ещё удерживали парня от того, чтобы упасть передо мной на колени. А ведь именно так он и должен сделать, учитывая содеянное его кланом и им лично. Это не моё желание — это традиции. Мне-то плевать, в каком положении будет находится Такуми, хоть на коленях, хоть стоя, хоть сидя на лавке.

— О прощении забудь, — ответил я. — На твоём месте даже Кен его бы не получил. Хотя будь на твоём месте Кен, и я бы реально обиделся. На тебя же мне плевать, Такуми. И на твою ненависть, и на твой удар в спину.

— Мы не были союзниками, — пробормотал он, не поднимая глаз. — И в спину не могли ударить.

— Твой брат перед смертью просил присмотреть за Тоётоми, и я делал что мог, чтобы вам помочь. Просил за ваш Род. В долги влезал. С Тайра чуть не разосрался окончательно. А Тоётоми в ответ на это пришли нам на Филиппинах мешать. Может, это и не удар в спину, но плевок в лицо точно.

— Я… — походу не знал он что сказать. Или пытался гневную тираду сдержать, не знаю. Слишком низко он голову опустил.

— В общем, забудь о прощении, — так и не дождался я его ответа. — Радуйся тому, что мне плевать. Был бы злым, и мы бы сейчас не разговаривали.

— Кагуцутивару… — почти прошептал он.

— Отомо, Матарэн, да, — произнёс я. — В курсе твоих проблем. Но я не просил их нападать, просто сказал, что больше не желаю вас поддерживать.

— Пощади, прошу… — простонал он, так и не подняв голову. — Последний раз.

Ох и несладко же ему сейчас… Только вот, как и было сказано ранее, мне плевать.

— С какой стати? — задал я вопрос.

Такуми молчал шесть секунд. С хвостиком, но это не важно. Шесть секунд — это довольно много с одной стороны, и весьма мало с другой. Такуми, скорее всего, за эти шесть секунд пришлось сломать себя во второй раз.

— В память о Кене, — произнёс он тихо. — Помоги нам в память о друге. Прошу.

— Мёртвого брата, значит, решил использовать, — произнёс я медленно. — В память о Кене я к Тайра пошёл просить. В память о Кене я вас своим авторитетом прикрыл. И как ты ответил? Молчишь? Ну впрягусь я за вас ещё раз, и что? Как именно клан Тоётоми в следующий раз мне в спину ударит?

— Этого не будет! — вскинулся он. — Клянусь! Клан Тоётоми будет в неоплатном долгу перед Родом Аматэру! Мы никогда… — замолчал он, так как я поднял руку. — Синдзи, прошу… В последний раз…

— В память о Кене… — произнёс я, поджав губы. — Дам тебе совет. Забирай все силы клана с Филиппин, соберитесь в одном месте и ничего не делайте. Абсолютно всего вас не лишат… Я просил за вас. В последний раз. То, что останется, позволит вам не помереть от голода, а дальше… Сумеешь усмирить гнев, выживешь. Не сумеешь — туда вам и дорога. Некоторые аристократические Роды и из худшей ситуации выбирались. И вот ещё, держи, — кинул я ему флешку. — Это чтобы между нашими Родами не было недопонимания. Не я ваше падение организовал. Сами виноваты. А теперь иди и не возвращайся.

Сжав в кулаке пойманную флешку, Такуми поднялся на ноги, после чего низко поклонился, почти ударившись лбом в стоявший посреди беседки стол.

— Благодарю, Аматэру-сан, — произнёс он, после чего разогнулся и вышел из беседки, направившись на выход из поместья.

Передал я ему аудиофайлы, где Тайра обсуждают, как будут избавляться от Тоётоми. Если парень не растерял остатки разума, то его клан затаится, а когда восстановится, будет Тайра сюрприз. Ибо нефиг подлянки Аматэру делать.

* * *

Совет токусимских ёкаев собрался в ресторанчике, расположенном на краю города. Среди простых людей ресторан не был знаменит. Когда мне сказали, куда приезжать, я, честно говоря, думал, что это одно из тех мест, которым владеют ёкаи, но ошибся. Ехавшая со мной Хирано пояснила, что ресторан принадлежит семье простолюдинов, которые были в курсе существования всякой там потусторонней нечисти. Лет двести назад они помогли разрешить один серьёзный кризис, и с тех пор это место используется как нейтральная территория для ёкаев. Естественно, данный ресторан был защищён всеми возможными способами. За двести лет сотрудничества защиту территории вокруг ресторана прокачали до десятого класса. Из двенадцати возможных для современных ёкаев. Само собой, с моим токусимским поместьем это даже близко сравнить нельзя, но вот токийский особняк по окончании всех работ будет защищён восьмым классом. Дальше — уже индивидуальная работа отдельно взятых мастеров.

Когда я зашёл в ресторан, выполненный во вполне себе современном стиле, посреди зала уже стоял огромный круглый стол, за которым сидели одиннадцать Старейшин. Всего их двенадцать, но последний член Совета приехал сюда со мной. Причём стоило только этому члену Совета зайти в ресторан, так она сразу подняла уши и распушила семь серебристых хвостов.

Подойдя к столу, я слегка поклонился.

— Аматэру приветствуют Совет Токусимы, — произнёс я.

После чего все сидящие за столом поднялись на ноги и отвесили мне точно такой же поклон. Ну ладно, поклоны всё же были разные. Три члена Совета поклонились глубже остальных. Мацусита Момота, тануки и капитан полиции, Мидзуно Кин, глава клана хэби, змей-оборотней, и Киносита Нёко, старушка нэко, поклонились вполне себе уважительно. С капитаном всё понятно — полиция вообще ко мне довольно уважительно относится, если не больше. Киносита, пусть и старше меня, но всё же женщина, да и… одиночка она, пусть и очень уважаема в городе. Видимо, решила перестраховаться и поклониться пониже. А вот с Мидзуно всё довольно интересно. Я, когда узнал, кто состоит в Совете, довольно сильно удивился, так как семья Мидзуно в Токусиме — не абы кто. Начать стоит с того, что весь клан змей-оборотней, единственный в Японии, к слову, работает в онсэнах Аматэру. То есть фактически на меня. Они не являются Слугами Рода, да и работают в простых онсэнах, где очень сложно встретиться с аристократами, но тем не менее. Так они ещё и среди простого народа известны. Во время второй мировой Мидзуно на свои деньги выкупили огромный особняк на территории города и организовали там больницу. Вроде что такого, но в то время с этим были проблемы, так как все более-менее хорошие больницы реквизировали военные, при том, что гражданские как болели, так и продолжали болеть. Плюс авианалёты американцев. Храмы пытались помогать людям, но это всё же не их профиль. А тут — бац, и очень даже неплохая больница для простых людей. Ну и как полагается в таких случаях, вояки попытались забрать её для своих нужд. Жители города, по словам Хирано, отнеслись к подобному с пониманием, всё же военные умирали, в том числе и за них тоже, а вот Мидзуно решили отстаивать больницу до конца, что вылилось в арест половины семьи и мольбу второй половины, добившейся аудиенции с Аматэру. Глава Рода тогда отсутствовал, как и большинство мужчин, так что отбивать больницу пошла мать Атарашики. Проблема была в том, что командиром токусимского гарнизона был Отомо, а это вам не хер с горы, тоже весьма сильный и древний Род, в то время как спорить к нему пришла женщина. Но ничего, отбили. После войны больницу отдали городу. Лет пятьдесят назад её полностью перестроили, так что теперь это вполне себе современная больница. Ну и как результат той истории, токусимцы с тех пор знают, помнят и уважают семью Мидзуно.

Так что да, я сильно удивился, узнав, что данное семейство являются хэби, то есть змеями-оборотнями.

Помимо Мидзуно, кстати, управляющего одного из наших онсэнов, капитана и старушки нэко, за столом находились также кузнец Каруиханма, Сунь Мучи — обезьяна из клана Сунь. Мне про него ещё Хирано как-то рассказывала. Саканди Мору — глава одного из кланов тануки, старейший тануки Токусимы. Собственно, именно он на пару с Хирано и организовал анклав ёкаев в Токусиме. Ямада Акио — инугами, старейшина самой мощной стаи инугами в городе. Уэда Кичиро — глава клана тэнгу, третий по силе ёкай в Японии. Первые Хирано с Саканди. Маэда Сачио — барсук-оборотень, его клан занимается курьерской службой и такси. Такаяма Шима — цуру, а если по-простому, то журавль-оборотень. Единственный представитель своего рода в Японии. Вроде в Китае есть и другие цуру, но здесь он один такой. Ну и последний, представитель нерождённых Сикоку — Ватанабэ Киоши. Интересен этот ёкай тем, что его истинное имя — Нурарихён. Тот самый Нурарихён, овеянный кучей сказок и баек. Для меня он стал самым удивительным среди этой компашки, так как я про него ещё в прошлой жизни слышал. Будучи русским, замечу. Среди японцев это вообще легенда.

Усевшись за стол, отметил для себя, что ёкаи сели только после этого. Типа уважают?

— Прошу прощения, если отвлёк кого-то от дел, — начал я. — Но, к сожалению, мне скоро уезжать, и когда мы с вами сможем встретиться в следующий раз, я не знаю.

— Всё в порядке, — ответил за всех Саканди Мору.

Учитывая, что этот тануки даже постарше Хирано, нет ничего удивительного, что он имеет право говорить за всех. Он ещё и второй по силе в городе.

Чуть кивнув старику, я продолжил:

— Что ж, тогда перейду сразу к своему делу. Точнее, к предложению. Возможно, оно покажется вам слишком… — взял я паузу, чтобы подобрать слово. — Слишком грандиозным, но всё же прошу обдумать его, а не отбрасывать сразу. Как вы все знаете, в последнее время я часто совершаю покупки у ёкаев. Далеко не всё, что вы можете предложить, мне необходимо, хоть я и не отрицаю полезность ненужных мне вещей, но гораздо больше меня беспокоит то, что я банально не могу купить некоторые из ваших товаров. Род Аматэру не из бедных, но… — покачал я головой. — Некоторые вещи и услуги стоят слишком дорого. Я в курсе, что вам просто невыгодно снижать цены, а в некоторых случаях это и вовсе невозможно, но хотя бы с тем, что невыгодно, мы с вами разобраться можем. Нужно лишь увеличить количество клиентов. Поднять спрос. Догадываетесь, как это сделать?

Ответом мне была тишина. Старики переглядывались и то ли не понимали, то ли не хотели озвучивать свои выводы.

— Необходимо увеличить количество клиентов, — подала голос Киносита Нёко. — Но это невозможно, так как… — покрутила она ладонью. — Нас ограниченное количество. А это значит, что вы предлагаете рассказать о ёкаях людям.

— Неприемлемо, — покачал головой Саканди. — Если мир узнает о нас, ёкаев подчинят. Какой вообще тогда был смысл скрываться?

— Это если о вас узнает весь мир, — уточнил я. — А если это будут избранные Роды и кланы?

— Это почти одно и то же, просто растянутое во времени, — произнёс Ямада Акио.

Мощный старикашка, к слову. И наверняка сильный, так как является старейшиной инугами, где сила — не просто стремление, но и необходимость. Точнее, старейшиной одной из их стай, но по факту имеет право говорить от имени всех инугами-наёмников страны.

— Не совсем, — произнёс Саканди задумчиво. — В Индии все достаточно древние кланы в курсе о нас и даже активно сотрудничают. Правда, ёкаев там очень мало.

— Япония отличается от Индии, — не согласился с ним Ямада. — Там Род Раджпута всех за яйца держит. А у нас? Если кто-то проболтается, то что ему будет? Вон, Тайра…

— Нет, нет, нет, — прервал я его. — Никаких Тайра.

— Отомо, — тут же поправился он. — Если проболтаются Отомо, кто их накажет? Вы, Аматэру, конечно, сейчас на подъёме, но станете ли воевать с Отомо?

— Так я и не предлагаю просто взять и рассказать, — пожал я плечами. — Обещание не болтать мы с них возьмём.

— Обещание… — усмехнулся Ямада презрительно. — Для вас, людей, это просто слова.

— Не все слова простые, Ямада-сан, — произнёс я серьёзным голосом. — Особенно у аристократии.

— Как будто аристократы не нарушают обещания, — произнёс он вздохнув.

— Гораздо реже, чем ёкаи, — ответил я.

После чего на меня с удивлением уставились все сидящие за столом. Даже Хирано.

— Бред, — нахмурился Ямада.

— Понимаете, — начал я пояснение, — вы, ёкаи, привыкли, что ваши обещания скреплены различными договорами и магическими клятвами, поэтому их никто не нарушает. Вам и в голову не может прийти, что какой-то договор будет нарушен. Но всё это стоит на магии. На фактически магическом принуждении. А у нас этого нет. Человечество… Хотя лучше сказать, современное аристократическое общество столетиями, если не тысячелетиями, вырабатывало систему взаимоотношений, где клятва и обещание стоят очень много. Естественно, существует и система наказания, когда нарушивший клятву… да и весь его Род, становится отверженным. Вам, ёкаям, не понять, что такое человеческая честь. У вас, если нет условной бумажки с договором, можно лгать, предавать, нарушать обязательства и это даже позором не считается. У вас это будет нормой.

— Вы, Аматэру-сан, заговариваетесь, — заметил хмурый Саканди. — Мы знаем, что такое честь и что такое держать слово без договора.

— Это всего лишь слова, — улыбнулся я ему. — А на деле я вам без договора не доверюсь.

На это нахмурились уже все.

— Даже мне? — спросила Хирано.

Пауза, подготовка, ответ:

— Ты не в счёт, — солгал я. — Тебе я на слово доверяю.

В конце концов, у меня с ней тоже договор. О сотрудничестве. Заключённый ещё при знакомстве. И как бы она вела себя без него я, честно говоря, не представляю.

— Мне жаль, что вы настолько плохого мнения о ёкаях, — произнёс Саканди. — Мы доверяем Аматэру гораздо больше.

— Не Аматэру, — качнул я головой. — А метке поручительства богини.

— Это не так, — влез кузнец. — Аматэру и без метки давно доказали, что достойны нашего доверия.

— Это… прозвучит грубовато, — произнёс я медленно, — но ёкаи подобного доверия у меня не вызывают.

— Мы сделали вам что-то плохое? — спросил Саканди.

— Нет, — ответил я, вновь улыбнувшись. — Но позвольте задать вопрос. Почему Род Асикага знал о ёкаях, а Аматэру — нет? — ответа не последовало. Они просто молчали и переглядывались. — Я отвечу, если вы не можете…

— Асикага — это вынужденная мера, — не дал мне сказать Саканди. — Они контролируют полицию, в которую мы интегрировали свой отряд. А так молчание — это общее правило для всех.

— Мне всех, кто про вас знал, перечислить? — спросил я. — Почему Аматэру про вас не знали? Вы ведь так нам доверяете, — взяв небольшую паузу, я ответил на собственный вопрос: — Просто нас контролировать сложно. Практически невозможно. В отличии от Асикага и остальных.

— Аматэру-сан… — начал было кузнец Каруиханма.

— Хватит, — поднял я руку. — Не будем об этом. Аматэру не в обиде. Я просто продемонстрировал вам, что люди и ёкаи разные. Вы не можете доверять нам, мы — вам. Но… Сотрудничество будет выгодно обеим сторонам. Вы получите колоссальный приток прибыли и, как это ни странно звучит, ещё больше возможностей для сокрытия своего существования от человечества. Мы же получим кучу уникальных товаров по доступным ценам.

— По поводу больших возможностей не поясните? — спросил Саканди.

— Как по мне, это очевидный момент, — изобразил я удивление. — Ёкаи — это уникальный рынок. Вот вы, если найдёте жреца, который втайне ото всех будет продавать магические камни втрое дешевле, станете кричать об этом на весь город? Или будете использовать предоставленную возможность? То же самое и с людьми, — пожал я плечами. — О вас не просто молчать будут, аристократы ещё следить начнут, чтобы о вас никто не узнал. Представляете себе прикрытие нескольких могущественных Родов и кланов? Поверьте, оно будет очень хорошим. Тут как бы сами ёкаи под таким прикрытием не зарвались. Дурной молодняк, он и в Африке дурной молодняк.

Задумались. Причём серьёзно так.

— Нурарихён-сан, — произнёс через двадцать одну секунду молчания Саканди. — У вас есть что на это сказать?

Время тянет.

— Нерождённым плевать, — ответил легендарный ёкай. — Наш образ жизни не сильно зависит от того, знают ли о ёкаях люди. Нас атланты подчинить не смогли, про людей и вовсе молчу.

— А вы жили в те времена? — не удержался я от вопроса.

— В какие именно? — приподнял бровь лысый старик.

— Ну… Атланты, все дела, — ответил я.

— “Атланты, все дела”, — передразнил он меня. — Выражайся яснее. Впрочем, забудь. Скажем так — я помню времена, когда Древние ещё не прибыли в наш мир.

Ох ты ж мать…

— Как вы ещё до бога-то не развились? — произнёс я удивлённо.

— А кто сказал, что не развился? — усмехнулся он.

Да… Да ладно…

— Он над тобой издевается, — произнесла со вздохом Хирано. — Нурарихён-сан, конечно, силён, но рождённый из шуток и розыгрышей не способен стать богом.

— А возраст? — уточнил я.

— Не знаю, — пожала она плечами. — Но мой дед обращался к нему с уважением.

— Чего от тебя, похоже, не добиться, — проворчал Нурарихён.

— Я женщина, мне можно, — вздёрнула она подбородок. — А, я ж ещё и малолетка. Не научилась такому пока что.

— Пороть таких малолеток надо, — пробормотал он.

А Хирано на эти слова только усмехнулась. Похоже, Нурарихён действительно старый, но по силе уступает лисице.

Внятного ответа на своё предложения я в тот вечер так и не получил. Но это нормально. Даже если они там все поголовно “за”, то всё равно будут обсуждать вопрос не один день. Как сказала Хирано — у этих стариков в крови неторопливость. Быстрые решения они принимают только в случае, если дело касается безопасности общины. Напоминать ей о том, что она старше большинства членов Совета, я, естественно, не стал. Был там ещё наш доблестный капитан полиции, который действительно молод относительно всех остальных, но он один и повлиять на скорость принятия решения не может. Ну а Хирано… Лисица вообще не стала там задерживаться, уйдя вместе со мной. Разве что заявила всем, что примет решение большинства. То есть она не за меня проголосовала, а за большинство. Я ей на это ничего не сказал, но позже, в машине, она пояснила, что они всё равно примут моё предложение — деньги-то всем нужны, зато она таким образом покажет Совету, что всё ещё нейтральна. А вот когда мне потребуется действительно что-то серьёзное, её голос в мою пользу будет более значимым.

* * *

Дождавшись, когда Аматэру с кицунэ покинули помещение, сидящие за столом ёкаи переглянулись.

— Я пошёл, — произнёс поднявшийся из-за стола Нурарихён.

— Подожди, мы должны… — начал было Саканди, но не договорил, так как нерождённый просто растворился в воздухе.

И это несмотря на все ограничения, наложенные на данное место. Может, Нурарихён и не самый сильный ёкай в стране, но дразнить его могли только отморозки навроде Хирано.

— Может, для начала каждый просто выскажет своё мнение? — спросила Киносита, глядя на вздохнувшего тануки.

— Я скорее за, чем против, — произнёс Мацусита. — Если люди будут помогать скрывать наше присутствие, то полиции будет гораздо проще работать.

— От тебя я иного и не ждал, — покачал головой Саканди.

В общем-то никто от капитана иного и не ждал. Всем известно, что полиция стоит за Аматэру горой. Удивительнее было то, что остальные члены совета тоже были за. Старая нэко уже не первое столетие сокрушается, что ей некуда сбывать товар. Инугами Ямада предвкушал, как наёмники начнут получать гораздо больше заказов, за которые будут больше платить, а самим наёмникам придётся меньше скрываться. Глава токусимских тэнгу уже прикидывал, какие товары он бы мог сбагрить людишкам. Старый барсук Маэда радовался тому, что его клан наконец-то сможет сбывать скрывающие амулеты, которые в мире ёкаев хоть и считались одними из лучших, но по факту не очень-то были и нужны. Из-за этого весь его клан жил за счёт курьерской службы и такси. Из-за чего денег постоянно не хватало. Тут вообще всем денег не хватало. Ёкаи в принципе не особо шиковали, зарабатывая деньги среди людей, где и без них высокая конкуренция. Тот же Такаяма Шима, единственный цуру в Японии, и вовсе живёт за счёт пожертвований, изображая монаха-отшельника. Ну или Хирано. Несмотря на то, что она совладелец магазина артефактов, ей всё равно приходится иметь кучу побочных бизнесов среди людей. И то… Говорят, что лисица не такая уж и богатая. Даже змеюки, очень неплохо устроившиеся за пазухой у Аматэру, не могут толком скопить деньжат. Нет, это не означает, что тут одни бедняки. Не считая журавля, здесь весьма состоятельные ёкаи собрались, но на магические камни им чаще всего не хватает. Пять-шесть штук в год, если этот год был удачным, никак не могут покрыть потребности их кланов. А что говорить о других ёкаях Токусимы? Большинство о магических камнях только слышали.

В общем, если не считать всё того же журавля-псевдоотшельника, которому в целом плевать, члены Совета были за предложение Аматэру. Ну ещё есть Нурарихён, но он уже высказался — нерождённым тоже всё равно. Тем не менее в Совете собрались не самые сильные и богатые, а самые уважаемые в городе ёкаи, которые решали дела исходя из полезности или опасности для всех, а не только для них, так что обсуждение предстоит долгое. Слишком многое нужно обдумать и прикинуть. Выявить все минусы… И попытаться их решить — как ни крути, а торговать с людьми всё же хотелось.

* * *

Технически вернуться на Филиппины можно было и из Токусимы, но если можно хоть чуть-чуть помочь моей маскировке, то почему бы не организовать отъезд из Токио? Именно поэтому мы с Акено, Кагами, Шо, и Шиной сначала отправились к ним домой. Хирано тоже полетела в Токио, но отдельно от нас, обычным гражданском авиарейсом. В Японии я успел решить все свои дела, так что оставалось лишь собраться и отправиться вместе с Кагами в Италию. Можно было, конечно, ещё с Веймином дела порешать, но я всё никак не мог довериться молодому кицунэ. Да, он не врал, но нет никакой гарантии, что его не используют. С другой стороны, Хирано настаивала на том, чтобы воспользоваться помощью клана Иллюзорного пламени. По её словам, дом Древнего просто обязан быть защищён. И эта защита минимум восьмого класса, а по уму с его-то возможностями и наличием времени там как бы не “крепость”. И если это так, то без посторонней помощи нам в его дом не проникнуть. Правда, я на это особо и не рассчитывал, в поместье Древнего даже без магической защиты, скорее всего, фиг попадёшь. Попытка подключить к делу Цин-Цина обернулась провалом — хитрожопый Древний прямым текстом запретил Цин-Цину как-либо трогать защиту поместья. То есть, он даже банально смотреть на неё магическим взглядом не мог. Заранее все чувства приглушал, когда в дом к хозяину ехал. Он то же самое и его клану приказал, но как раз клану плевать на подобные приказы. Они только Цин-Цина слушают. Почему он не отдал приказ главе, чтобы тот приказал своему клану, я не знаю. Видимо, даже великомудрым Древним свойственны тупые ошибки.

В общем, Хирано хотела припрячь Иллюзорное пламя, а я сомневался. В конце-то концов, нам не обязательно нападать на его дом, можно и вне его цель подловить. К тому же время у нас есть — лис можно и в Италии к делу подтянуть.

В квартал Кояма мы прибыли днём, а уже вечером мне позвонила Хирано, сообщив, что она рядом, и чтобы её пропустили внутрь. Она могла в дом и незаметно прокрасться… скорее всего, так что, нажав на “отбой” и убрав мобильник, порадовался разумности лисицы. Как-то так получилось, что мы не обговаривали данный момент и, если бы Хирано просто появилась посреди дома, это могло принести некоторые проблемы — вряд ли людям понравится, что к ним могут так легко проникнуть ёкаи. Да и Кагами бы ещё сильнее бояться стала.

Напарницу свою я встретил вместе с Акено у калитки его дома, после чего проводил её в выделенную для неё комнату. Ужинали мы все вместе — я, Акено, Кагами с сидящим рядом Шо, Шина и Хирано. Последняя пыталась отмазаться от ужина, но Кагами настояла. То ли готовкой хочет похвастаться, то ли ещё что. Сам ужин прошёл на удивление мирно. Я к тому, что Кагами не цапалась с Хирано. Правда, напряжение скрыть всё равно не смогла, из-за чего удивлённая Шина весь ужин косилась то на мать, то на Хирано.

Весь следующий день Хирано просидела у себя в комнате, читая книги на планшете. Ну а вечером того же дня Акено отбыл на Филиппины. Когда мы с ним прощались, “я” уже сидел в машине, так что в аэропорт мы отправились как бы вместе.

— А ты когда уезжаешь? — спросила Шина, глядя на удаляющуюся машину отца. — Только не подумай, что я тебя выгоняю, хорошо? Просто я думала вы вместе с папой вернётесь.

Хм, а ведь и правда, ей-то мы ничего про мой план не рассказали. Ладно — ёкаи, она и про то, что я скрытно в Италию проникнуть хочу, не знает.

— А я уже с твоим папой уехал, — ответил я улыбнувшись. — Меня здесь как бы и нет.

— Поясни, — нахмурилась она.

— Идите в дом, — произнесла Кагами. — Нечего о таких вещах на улице говорить.

Как будто нас здесь подслушать могут. Посреди кланового квартала, ага.

По мере рассказа мы плавно переместились на кухню, где, сев за стол, я закончил говорить.

— То есть, — произнесла Шина задумчиво, — тебе надо замаскироваться? А под кого?

— А вот это, дочь, — влезла воодушевлённая Кагами, — нам ещё предстоит решить!

— Надо в женщину! — тут же отреагировала Шина. — Чтоб точно не узнали!

— Тут вопрос, в какую именно, — подняла палец Кагами.

Всё-таки они очень похожи.

— Никаких женщин, — произнёс я. — И сделайте мне уже кофе.

— Главное, чтобы тебя… — начала было Кагами.

— Кагами-сан, — поморщился я. — А если мне придётся взаимодействовать с посторонними? Забудьте. Охранником буду или каким-нибудь слугой.

— Да брось, Синдзи, — пошла Кагами к полке с кофе. — С кем ты там будешь… взаимодействовать?

На последнем слове я услышал явную насмешку. Похоже, сейчас дамы начнут поднимать настроение за мой счёт, но и просто уйти я не мог — они только что проводили мужа и отца на войну, что на них явно давит. Так что пусть расслабятся, потерплю. Всё равно последнее слово за мной будет. Но не сегодня.

Отправить