Океан был гладким, словно туго натянутая на постели простыня. Баллард взяла с собой и доску для сёрфинга, и доску для сапбординга, чтобы быть готовой к любым условиям на воде. Она нашла место для парковки на Тихоокеанском шоссе у западной оконечности пляжа Ла-Коста в Малибу. Оказавшись достаточно близко к воде, она поняла, что сегодня день для гребли.

Это было хорошо. Это означало, что Пинто сможет поплавать вместе с ней. Ему не придётся сидеть на привязи у палатки, пока хозяйка покоряет большие волны.

Было воскресенье, но ещё довольно рано, так что пляж не успел заполниться людьми. Баллард открыла заднюю дверь «Дефендера» и села на откидной борт, натягивая гидрокостюм. Пинто всё ещё сидел рядом в своей дорожной переноске.

Она уже собиралась убрать телефон в водонепроницаемый чехол, когда он завибрировал. Звонила Дарси Трой, и пульс Баллард мгновенно участился.

— Дарси, порадуй меня хорошими новостями, — сказала Баллард.

В ответ повисла тишина.

— Дарси? Алло?

— Я здесь. И хороших новостей у меня нет, Рене. Мы получили качественный образец со стакана, но мне жаль: совпадений с двумя предыдущими делами нет.

Теперь замолчала Баллард. Она была абсолютно уверена, что Хастингс — тот самый парень.

— Рене, ты ещё здесь?

— Я не понимаю. Это должен быть он. Он потерял почку. Он путался в показаниях. Я не могу в это поверить. Ты уверена, Дарси? Может, произошла какая-то ошибка?

— Нет, ошибки нет. Мне очень жаль. Но что ты имеешь в виду, когда говоришь, что он потерял почку?

— У нас есть его медицинские записи из Министерства по делам ветеранов. Через три года после убийства Лоры Уилсон ему сделали радикальную нефро-как-её-там.

— Нефрэктомию. Удаление почки. Но это не значит, что у него была болезнь почек. Он мог пожертвовать почку. То есть, мне нужно посмотреть медкарту или попросить кого-то более квалифицированного взглянуть, но…

— Вот чёрт. Мы не… Мне нужно позвонить Гарри Босху. Дарси, ты гений. Я перезвоню тебе позже. И огромное спасибо, что потратила на это свой выходной.

Баллард отключилась. Она тут же набрала номер Босха и начала расстёгивать гидрокостюм, ожидая ответа.

— Баллард. Что стряслось?

— Есть хорошая и плохая новость. ДНК Хастингса не совпадает с ДНК из дела.

— Это хорошая или плохая?

— Плохая. Хорошая новость в том, что он мог отдать свою почку другу или родственнику. И именно этот человек страдал болезнью почек и может быть нашим новым подозреваемым.

Босх молчал.

— Гарри?

— Думаю. У нас особо нет выбора. Придётся идти к Хастингсу.

— Следуй за почкой.

Баллард улыбнулась, но реакции от Босха не услышала.

— Это была шутка, Гарри.

— Да, я понял. Так где ты сейчас?

— Ну, я собиралась поплавать на доске. Я в Малибу.

— Хочешь подождать до завтра?

— Не особо. У нас появился новый импульс. Поехали к нему.

— Если сможем его найти.

— Ну, мы знаем, где он живёт и работает, и где он проводит ночи. Я могу просто позвонить ему.

— Думаю, будет лучше, если он не узнает о нашем визите заранее. Никогда не знаешь наверняка: он может позвонить кому-то, если поймёт, зачем мы едем.

— Согласна.

— Когда?

— Я вернусь через час. Переоденусь, завезу собаку и заеду за тобой. Скажем, в полдень.

— Буду готов.

Они попрощались, и Баллард закончила стягивать с себя гидрокостюм. Она посмотрела на Пинто в клетке.

— Прости, малыш, — сказала она. — Мамочке нужно на работу. Мы вернёмся на следующей неделе и поплаваем. Обещаю.

Она бросила костюм в багажник внедорожника и натянула спортивные штаны поверх купальника. Повернувшись, она снова посмотрела на океан. Сквозь морскую дымку на горизонте проступал силуэт острова Каталина. День обещал быть ясным и жарким.

— Чёрт, — выругалась она.

 

Отправить