Бэллард была подавлена. Она уехала из поместья Монахэнов, так и не решив, кто из двух опрошенных ею людей был более отвратительным представителем человеческого рода. И все же ни одному из них не грозили последствия за их ночные выходки. Она решила сосредоточить свою враждебность на Хлое как на предательнице общего дела. В любой благородной инициативе или попытке человечества продвинуться вперед всегда находились предатели, отбрасывающие всё на шаг назад.

Она попыталась стряхнуть с себя это чувство, входя через заднюю дверь участка и направляясь по коридору в детективное бюро. У нее оставалась половина коробки карточек полевого опроса, с которыми она хотела закончить до конца смены. Бэллард взглянула на часы. Было 4:15 утра. В её планах было составить рапорт о вызове на Электра-драйв. Она не собиралась ничего сглаживать: назовет всех фигурантов расследования и опишет их действия, даже если само расследование пока ни к чему не привело. Она положит рапорт в лоток командира детективов, и пусть дальше решает кто-то другой. Бумага может спуститься в спецгруппу, а может даже дойти до прокуратуры для рассмотрения. Попутно информация может утечь в прессу. Как бы то ни было, она просто перекладывала ответственность, и это ей совсем не нравилось. Она могла бы арестовать их обоих на месте за разные преступления, но такой шаг привел бы к тому, что её действия начали бы изучать и ставить под сомнение начальники, которые её не любили и не хотели здесь видеть. Наверняка нашли бы какую-нибудь ошибку, и департамент закопал бы её еще глубже, отстранив от единственного, что ей было нужно больше всего: работы в «ночную смену».

Она свернула в детективное бюро и направилась в дальний угол, где устроилась ранее. Она почти дошла до места, когда увидела знакомую седую курчавую шевелюру над одной из перегородок рабочего места.

Босх.

Подойдя к нему, она увидела, что он просматривает последнюю четырехдюймовую стопку карточек из коробки, которую она принесла из хранилища.

— Значит, тебе разрешают заявляться сюда когда вздумается? — спросила она вместо приветствия.

— Честно говоря, сегодня я вроде как сам себя впустил, — сказал Босх. — Они так и не забрали мой универсальный ключ, когда я уволился.

Бэллард кивнула.

— Ладно, мне нужно написать рапорт. Я не смогу заняться карточками, пока не сдам его.

— Я на последней стопке. Схожу назад и возьму еще одну коробку.

— Я лучше пойду с тобой. Давай сделаем это сейчас, пока я не села писать. По дороге расскажу тебе последние новости про Иоанна Крестителя.

Они прошли через участок обратно к задней двери и вышли на парковку. Бэллард ввела Босха в курс дела о своем возвращении в миссию «Лунный свет» и беседе с Макмалленом. Она сказала, что интуиция по-прежнему подсказывает ей: Макмаллен — не их парень. Она рассказала про подсчет спасенных душ, который он вел в календарях, и про найденную фотографию Дейзи.

— Значит, ты фактически связала его с жертвой, — сказал Босх. — Он знал её.

— Он крестил её за несколько месяцев до убийства, — ответила Бэллард. — Но брось, она была обитательницей ночи, а он бродит по Голливуду в темное время суток в поисках душ для спасения. Я бы удивилась, если бы их пути не пересеклись. Я по-прежнему думаю, что здесь ничего нет, и у меня, возможно, есть алиби для фургона Макмаллена.

Она рассказала ему, что в ночь похищения и убийства фургон находился в ремонте.

— Макмаллен нашел информацию и оставил мне сообщение с адресом сервиса, — сказала она. — Как только они откроются сегодня утром, я проверю, смогу ли подтвердить, что фургон был там, когда забрали Дейзи. Если подтвердится, думаю, мы оставим Иоанна Крестителя в покое.

Босх промолчал, давая понять, что он пока не готов вычеркнуть миссионера из списка подозреваемых.

— А что с твоим делом по ордеру на обыск? — спросила Бэллард.

— Мы продвинулись лишь отчасти, — ответил Босх. — Нашли пули, которые искали, но они оказались непригодны для сравнительного анализа. А потом мой информатор оказался мертвым где-то в Альгамбре.

— Вот дерьмо! И это связано?

— Похоже на то. Его прикончила собственная банда. Спецназ «LAPD» взял стрелка вчера вечером в Силмаре. Когда я уезжал, он молчал, но известно, что он тесно связан с нашим подозреваемым по «висяку». Иногда, когда сдуваешь пыль со старого расследования, случаются плохие вещи.

Бэллард посмотрела на него в тусклом свете парковки. Она подумала, не было ли это своего рода предупреждением насчет дела Дейзи Клейтон.

Остаток пути до хранилища они прошли молча. Там они взяли по коробке с карточками и направились обратно в участок. Перед уходом Бэллард обернулась и оценила количество коробок в коридоре. Они просмотрели примерно половину.

Возвращаясь через парковку, Босх остановился передохнуть и поставил свою коробку на багажник черно-белой патрульной машины.

— Колено ни к черту, — объяснил он. — Когда оно начинает ныть, я хожу на иглоукалывание. Просто времени не было.

— Я слышала, что искусственные суставы сейчас даже лучше настоящих, — заметила Бэллард.

— Буду иметь в виду. Но это выведет меня из игры на какое-то время. А я могу и не вернуться.

Он поднял коробку и двинулся дальше.

— Я тут подумал, — сказал он. — Ты помнишь программу «GRASP»? Ты уже работала тогда?

— Я была в патруле, — ответила Бэллард. — «Возьмем преступность в ТИСКИ». Помню. Пиар-ход.

— Ну да, но мне кажется, эта программа еще работала вовсю, когда забрали Дейзи. И мне стало интересно, что случилось со всеми данными, которые они собрали. Я подумал, если они где-то сохранились, мы могли бы получить другой взгляд на расклад сил в Голливуде на момент убийства.

«GRASP» действительно была пиар-уловкой бывшего шефа, который, взяв бразды правления департаментом, продвигал идею полицейского «мозгового центра»: изучение преступности через географию, чтобы определить, как выбираются цели среди людей и объектов. Департамент презентовал её с большой помпой, но программа тихо скончалась пару лет спустя, когда пришел новый шеф с новыми идеями.

— Я уже не помню, как это расшифровывалось, — сказала Бэллард. — Я патрулировала в Тихоокеанском дивизионе и помню, как заполняла формы на бортовом компьютере. Географическое что-то там.

— Программа Географической Отчетности и Безопасности, — сказал Босх. — Ребята из офиса «ЖОПА» реально над ней попотели.

— Офиса «ЖОПА»?

— Жизненно Обоснованный Подбор Аббревиатур. Ты никогда не слышала? Там сидит человек десять на полной ставке.

Бэллард рассмеялась, подняв колено, чтобы удержать коробку одной рукой на бедре, пока другой использовала ключ-карту, открывая дверь участка. Затем она толкнула дверь бедром, пропуская Босха вперед.

Они пошли по коридору.

— Я поищу файлы «GRASP», — сказала она. — Начну с офиса «ЖОПА».

— Дай знать, что найдешь.

Вернувшись на рабочее место, Бэллард заметила синюю папку, оставленную на её столе. Она раскрыла её.

— Что это? — спросила она.

— Я же говорил, что завел новую «книгу убийств» для повторного расследования, — сказал Босх. — Подумал, ты захочешь начать добавлять туда материалы, может, составить хронологию. Думаю, она должна быть у тебя.

В данный момент в папке было всего несколько отчетов. Одним из них была сводка Босха о беседе с управляющим «American Storage Products» по поводу контейнера, в который, как он полагал, было спрятано тело Дейзи Клейтон.

— Хорошо, — сказала она. — Я распечатаю все, что у меня есть, и вложу. У меня уже ведется хронология в электронном виде.

Она закрыла папку и увидела, что та старая, а синий пластик выцвел. Босх использовал старую «книгу убийств» по второму кругу, и это её не удивило. Она догадывалась, что у него дома хранятся материалы по нескольким старым делам. Он был именно таким детективом.

— Ты закрыл дело, от которого осталась эта папка? — спросила она.

— Да, — ответил Босх.

— Хорошо, — сказала она.

Они вернулись к работе. В эту смену вызовов у Бэллард больше не было. Она закончила писать и сдала свой рапорт, а затем присоединилась к Босху в разборе карточек. К рассвету они покончили с двумя коробками, принесенными из хранилища. Еще пятьдесят карточек были добавлены в стопку, требующую повторной проверки, но не дотягивающую до уровня немедленных действий. Пока они работали с карточками, они разговаривали, и Босх рассказывал истории о своих днях в убойном отделе Голливуда в девяностых. Она заметила, что он, а в некоторых случаях пресса, давали названия многим его делам: «Женщина в чемодане», «Человек без рук», «Кукольник» и так далее. Казалось, тогда убийства были событием. Сейчас, похоже, ничто не было в новинку, ничто не шокировало.

Бэллард собрала их стопки отобранных карточек вместе с «книгой убийств».

— Я положу это в свой шкафчик, а потом поеду в автосервис, — сказала она. — Хочешь со мной? В сервис, я имею в виду.

— Нет, — ответил Босх. — То есть, я бы хотел, но, думаю, мне лучше добраться до Долины и посмотреть, как там идут дела. Может, по дороге получится повтыкать иголки в колено.

— Тогда созвонимся позже. Я дам знать, что выясню.

— Договорились.

 

Отправить