Казалось, убийца специально хотел облегчить арендодателю уборку и сдачу квартиры. Мартина Переса заставили встать на колени в душевой кабине с пожелтевшей плиткой и раздвижной стеклянной дверью. Затем ему выстрелили в затылок один раз. Он рухнул вперед и вправо, брызги крови и мозгов остались внутри кабины, а часть даже удобно стекла в слив.

Криминалисты еще не изъяли визитку, зажатую между передними зубами Переса и легко читаемую, так как она торчала изо рта.

Босху было ясно, что оружие было не 38-го калибра, так как эта пуля прошла сквозь череп жертвы и вышла с разрушительной силой. Босх увидел сколотую плитку на стене, к которой Перес был обращен лицом, а также на полу возле слива. Отметины были чисто-белыми, не пожелтевшими от времени и грязи.

— Нашли пулю? — спросил Босх.

Это был первый вопрос, который он задал после пяти минут изучения места преступления. Он приехал в Альгамбру с Лурдес. Следователь шерифа Ланнарк и его напарник, Бойс, провели первоначальный брифинг по расследованию убийства Мартина Переса, а затем проводили их в ванную для осмотра места преступления. На данный момент это было межведомственное сотрудничество в лучшем виде.

— Нет, — сказал Ланнарк. — Но мы его не трогали. Думаем, она может быть у него в животе. Проходит через голову, бьет под углом вниз в стену перед ним, отскакивает на пол, а затем вверх в него, прежде чем он падает на землю. Новый смысл «двойного удара», а?

— Ага, — сказал Босх.

— Насмотрелись? Как насчет того, чтобы выйти отсюда и поговорить еще снаружи?

— Конечно.

Они вышли во двор в центре двухэтажного жилого дома. Бойс присоединился к группе. Оба сотрудника шерифа были опытными детективами, спокойными, с глазами, которые никогда не переставали двигаться и наблюдать. Ланнарк был чернокожим, а Бойс — белым.

Босх начал с вопросов, прежде чем они успели задать свои.

— Время смерти установлено? — спросил он.

— Другая жительница этого прекрасного места слышала голоса, затем приглушенный выстрел около пяти утра, — сказал Ланнарк. — После этого она слышала еще крики, а затем бег в сторону улицы. По крайней мере, два человека.

— Два голоса кричали после стрельбы? — спросил Босх.

— Да, после, — сказал Бойс. — Но дело не в том, чтобы ты задавал нам вопросы, Босх. Это мы все еще спрашиваем тебя.

— Верно, — сказал Босх. — Спрашивайте.

— Номер один, — сказал Бойс, — если этот парень был каким-то свидетелем по делу, почему он не был под защитой?

— Мы думали, он под защитой, — сказал Босх. — Он думал, что он под защитой. Он был вне района, десять лет как ушел из банды. Он сказал, что никто не знает, где он, и отказался от физической защиты или переселения. Мы не использовали его настоящее имя в отчетах или в заявлении на ордер на обыск.

— Кроме того, мы были на ранней стадии работы с его информацией и не подтвердили ничего из нее, — сказала Лурдес. — Именно для этого и проводился обыск сегодня утром.

Ланнарк кивнул и перевел взгляд с Лурдес на Босха.

— Когда ты дал ему свою визитку? — спросил он.

— В конце первого разговора, — сказал Босх. — Мне нужно посмотреть точную дату — около четырех недель назад.

— И ты утверждаешь, что он не был связан ни с кем из старого района? — спросил Ланнарк.

— Так он мне сказал, — ответил Босх. — Это подтвердили наши ребята из разведки по бандам.

— Так что ты нутром чуешь по этому поводу? — спросил Бойс.

— Нутром? — сказал Босх. — Нутром чую, что у нас протекло. Кто-то с нашей стороны сказал кому-то с той стороны об обыске. Это дошло до кого-то, кто знал, что мы найдем в стене того гаража, поэтому он убрал свидетеля, который мог соединить точки.

— И это тот парень, Транкильо Кортес? — спросил Бойс.

— Кто-то, работающий на него, — сказал Босх.

— Кортес теперь «шот-колер», — сказала Лурдес. — Он в высшем эшелоне банды.

Люди шерифа переглянулись и кивнули.

— Ладно, — сказал Ланнарк. — На данный момент это все. Мы здесь закончим, и я уверен, скоро свяжемся.

По пути из центрального двора к воротам Босх осматривал бетон, выискивая капли крови. Он не увидел ни одной и вскоре оказался на пассажирском сиденье служебной машины, закрепленной за Лурдес.

— Ну, что думаешь? — спросила Лурдес, отъезжая от бордюра. — Мы облажались?

— Не знаю, — сказал Босх. — Может быть. В сухом остатке — Перес отказался от защиты.

— Ты правда думаешь, что кто-то слил информацию «Varrio San Fer 13»?

— Я и в этом не уверен. Мы обязательно проверим. Если была утечка, мы ее найдем. Это мог быть Мартин, сказавший не то не тому человеку. Мы можем никогда не узнать, как это случилось.

Босх подумал о судье, подписавшем ордер. Он задал Босху несколько вопросов о неназванном источнике в аффидевите, но казалось, что он просто проявлял тщательность, и он никогда конкретно не запрашивал настоящее имя. Судья Лэндри был на скамье по меньшей мере двадцать лет и был юристом во втором поколении, баллотировавшись на место в суде высшей инстанции, которое его отец занимал тридцать лет до своей смерти. Казалось маловероятным, что информация из ордера или обсуждение в его кабинете каким-то образом дошли до Транкильо Кортеса или кого-либо из «Varrio San Fer 13». Утечка, намеренная или нет, должна была произойти откуда-то еще. Босх начал думать о Яро, детективе по бандам из полиции Лос-Анджелеса, назначенном присутствовать при обыске. У всех детективов по бандам были источники в бандах. Постоянный поток информации от банды был жизненно важен, и иногда информацию приходилось обменивать.

Лурдес пробиралась к 10-му шоссе, чтобы направиться на запад и вернуться в Сан-Фернандо.

— Казалось, ты что-то искал, когда мы выходили, — сказала она. — Что-то конкретное?

— Да, — сказал Босх. — Кровь.

— Кровь? Чью кровь?

— Стрелка. Ты рассчитала угол рикошета в душе?

— Нет, я не могла туда попасть, потому что вы, мужики, забили всю ванную. Я стояла сзади. Думаешь, стрелка зацепило рикошетом?

— Возможно. Это может объяснить крики, которые свидетель слышала после стрельбы. Шерифы думали, что пуля попала в Переса, но углы мне показались неправильными. Я думаю, пуля прошла низко, между ног Переса и попала в нашего стрелка. Может, в ногу.

— Это было бы хорошо.

— Как только они перевернут тело, они узнают, но у нас может быть шанс опередить их в этом. Думаешь, у твоего парня Джей-Рода есть идея, кого «Varrio San Fer 13» используют в наши дни, чтобы лататься?

— Я спрошу его.

Она достала телефон и позвонила своему кузену Хосе Родригесу, который был штатным экспертом по бандам в «SFPD». По закону каждое отделение скорой помощи и легальный врач обязаны сообщать властям о любом случае огнестрельного ранения, даже если жертва утверждает, что травма случайная. Это означало, что у преступных организаций были нелегальные врачи по вызову, на которых они могли рассчитывать для оказания медицинской помощи в любое время дня и ночи и сохранения молчания после этого. Если убийца Мартина Переса был ранен рикошетом, то, вероятно, он и его сообщники вернулись на свою территорию за медицинской помощью. Территория «Varrio San Fer 13» была обширной в северной части долины, и не было недостатка в сомнительных врачах и клиниках, куда мог обратиться раненый. Босх надеялся, что Джей-Род сможет указать им правильное направление.

Пока Лурдес разговаривала по-испански с кузеном по телефону, Босх впервые задумался над вопросом, который висел в воздухе с момента звонка Ланнарка. Стал ли он причиной смерти Мартина Переса? Это был тот груз, который ни одному копу не нужен и которого никто не хочет, но это был риск, сопутствующий каждому делу. Задавать вопросы может быть опасно. Это может привести к гибели людей. Перес годами не был в банде, имел работу и был продуктивным членом общества, когда Босх подошел к нему за обувным магазином и попросил огонька. Босх считал, что принял надлежащие меры предосторожности, но всегда были переменные и потенциальные риски. Перес не добровольно указал на Транкильо Кортеса. Босх использовал старую полицейскую тактику и выбил информацию угрозами. Именно из этого решения проистекала вина Босха.

Лурдес закончила разговор и доложила Босху.

— Он составит список, — сказала она. — Он не знает, насколько он актуален, но это врачи, к которым обращались парни из «Varrio San Fer 13» и «eMe».

— Когда мы его получим? — спросил Босх.

— Он будет у нас к тому времени, как мы вернемся в участок.

— Ладно, хорошо.

Какое-то время они ехали молча. Босх снова и снова возвращался к своему решению надавить на Мартина Переса. Пересматривая его, он все равно приходил к тому же самому.

— Знаешь, в чем ирония? — сказала Лурдес.

— В чем ирония? — отозвался Босх.

— Ну, Перес привел нас в тот гараж, и мы нашли пули, но они не годились для сравнения. Повторное расследование, вероятно, закончилось бы там этим утром.

— Верно. Даже если бы мы получили совпадение по металлургии, прокурор не стал бы слишком радоваться этому.

— Ни за что. Но теперь, когда Переса убрали, дело есть. И если мы возьмем стрелка, это может вывести нас на Кортеса. Это и есть определение иронии, верно?

— Мне нужно спросить у дочери. Она хороша в таких вещах.

— Ну, как говорится, сокрытие хуже преступления. В конце концов, это всегда их губит.

— Надеюсь, здесь это так и сработает. Я хочу надеть наручники на Кортеса за это.

Телефон Босха снова начал вибрировать, и он достал его. Звонивший был неизвестен.

— Они перевернули тело, — предсказал он.

Он принял вызов. Это был Ланнарк.

— Босх, мы вытащили тело из душа, — сказал он. — Перес не был задет рикошетом.

— Правда, — сказал Босх, изображая удивление.

— Да, так что мы думаем, может быть, стрелок получил пулю от своего же выстрела. Может, в ногу или по яйцам — если нам повезет.

— Это была бы настоящая справедливость.

— Да, так что мы собираемся проверить больницы, но мы полагаем, что у банды, стоящей за этим, вероятно, есть свои люди для таких ситуаций.

— Вероятно.

— Может быть, ты мог бы нам помочь и дать несколько имен, которые мы можем проверить.

— Мы можем это сделать. Мы еще в дороге, но посмотрим, что сможем придумать.

— Перезвони мне, окей?

— Как только у нас что-то будет.

Босх отключился и посмотрел на Лурдес.

— Нет пули в жертве? — спросила она.

Босх подавил зевок. Он начинал чувствовать последствия бессонной ночи, проведенной с Бэллард в Голливуде.

— Нет пули, — сказал он. — И они хотят нашей помощи.

— Конечно, хотят, — сказала Лурдес.

 

Отправить