Жужжание мобильного телефона просочилось в ее сон, выдергивая Бэллард из сновидения о воде. Она сдвинула маску для сна на лоб и потянулась за трубкой. На экране высветилось имя Босха. Было ровно полдень.

— Гарри.

— Черт, ты спала. Перезвони, когда проснешься.

— Я не сплю, я не сплю. Что случилось?

— Кажется, я нашел связующее звено.

Слово «звено» тут же направило мысли Бэллард к жертвам «Полуночников». Это было дело, которым она занималась, пока истощение не свалило ее в тот глубокий сон, из которого Босх ее только что вырвал. Она откинула одеяло, спустила ноги с кровати и рывком села.

— Погоди, — сказала она. — О чем ты? Ты связал трех женщин? Как...

— Нет, не женщин, — перебил Босх. — Убийства. Хавьер Раффа и Альберт Ли.

— А, да, поняла. Извини. Мне надо проснуться.

— Ты когда легла?

— Около восьми.

— Маловато. Ложись досыпай, набери позже.

— Нет, я теперь не усну. Буду думать о деле. Слушай, ты голоден? Я вчера так ничего и не поела. Могу захватить что-нибудь и заехать к тебе.

— Э-э, да. Если ты уверена.

— Уверена. Что тебе взять?

— Не знаю. Что угодно.

— Я приму душ и выезжаю. Напиши мне, что хочешь из «Birds». Это по пути. Меню у них в сети.

— Я уже знаю, что хочу. Четверть курицы с печеной фасолью и салатом коул слоу. И обычный соус барбекю.

— Все равно напиши, чтобы я не забыла.

Она отключилась, потом долго сидела на кровати, гадая, не стоило ли послушать совета Босха и попробовать снова уснуть. Она обернулась и посмотрела на подушку. Четыре года работы в ночную смену, с восьми вечера до шести утра четыре ночи в неделю, научили ее: обманывать сон чревато последствиями.

Она заставила себя встать и направилась в ванную.

Час спустя она припарковалась перед домом Босха. В руках у нее был ноутбук и пакет из «Birds». Ресторан находился всего в нескольких минутах от ее квартиры и во время пандемии стал ее спасением по части еды навынос. К тому же они давали скидку любому со значком, хотя офицерам полиции Лос-Анджелеса не полагалось принимать подобные поблажки.

Босх забрал у нее пакет и поставил на обеденный стол, где расчистил место среди своего ноутбука, принтера и бумаг. Он начал доставать контейнеры с едой.

— Я взяла то же, что и ты, — сказала Бэллард. — Чтобы не путаться. Ты не против, если я сниму маску, чтобы поесть? У меня антитела. Вроде как.

— Да, без проблем. Когда переболела?

— В ноябре.

— Сильно зацепило?

— Выпала на пару недель, но, очевидно, мне повезло больше, чем другим. Думаешь, новый президент ускорит выпуск вакцины? Я не знаю никого в департаменте, кто бы ее уже получил.

— Надеюсь.

— А что насчет тебя? Ты в группе риска, тебе положено.

— Я отсюда вообще не выхожу. Для меня, может, опаснее выйти, чтобы ее получить.

— Тебе надо записаться, Гарри. Не делай из этого проблему.

— Ты говоришь, как моя дочь.

— Что ж, твоя дочь права. Как Мэдди?

— Хорошо. Успевает в академии, завела парня.

Больше он ничего не добавил, но Бэллард догадалась, что это означает: видит он ее нечасто. Ей стало немного грустно от этого.

Они ели прямо из секционных контейнеров. Босх уже достал и разложил нормальные столовые приборы, так что пластиковые остались в пакете.

— В старые времена копам давали скидку, — заметил Босх. — В «Birds».

— Они до сих пор дают, — ответила Бэллард. — Им нравится, когда копы заходят.

Она дала ему время насладиться первым куском курицы гриль, щедро политой соусом барбекю. Это была та еда, после которой приходится тянуться за салфеткой после каждого укуса.

— Так расскажи мне про это звено, которое ты нашел, — сказала она.

— У меня только открытые данные, которые можно найти в сети, — ответил Босх. — Корпоративные отчеты, поданные штату. Тебе придется копнуть глубже с твоим доступом, чтобы подтвердить.

— Хорошо, и что я подтверждаю?

— Думаю, это похоже на факторинг, как в деле Альберта Ли. Три года назад право собственности на автомастерскую, включая землю под ней, перешло от Хавьера Раффы к корпорации, которой владеют Раффа и партнер.

— Кто партнер?

— Дантист по имени Деннис Хойл. Офис в Шерман-Оукс.

— Еще один дантист. Деннис-дантист. Зубной врач в деле Альберта Ли был из Марины, так?

— Ага, Джон Уильям Джеймс.

— Какая связь между Хойлом и Джеймсом?

— Это и есть связующее звено.

Бэллард видела, что Босх гордится своей находкой, тем более что сделал он это, не выходя из дома. Она надеялась, что сохранит такую же хватку, если доживет до его лет и все еще будет вести дела.

— Рассказывай, — попросила она.

— Ладно, начнем с того, что Хойл и Джеймс — стоматологи, — начал Босх. — Совершенно разные практики. Джеймс — в Марине, там своя тусовка: знаменитости, одиночки, актеры, все дела. Твой парень, Хойл, сидит в Долине, клиентура другая, скорее семейная практика. Казалось бы, их пути не должны пересекаться, верно?

— Полагаю, так. Может, знали друг друга по профессиональным ассоциациям. Ну, знаешь, «Вырыватели Зубов Лос-Анджелеса» или что-то в этом роде.

— Близко. Эти ребята — дантисты — когда ставят коронку, имплант или что там еще, большинство из них не делают это у себя. Они снимают слепок зуба пациента и отправляют его в зуботехническую лабораторию, где изготавливают коронки и протезы.

— Они отправляли в одну лабораторию.

— Они «владели» одной лабораторией. Они были партнерами — пока кто-то не пришил Джеймса. Все есть в корпоративных записях штата. Если кто-то готов потратить время, пробираясь через лабиринт холдинговых компаний, всё как на ладони.

— И ты потратил время.

— А что мне еще делать?

— Гоняться за своим Финбаром Макшейном?

— Финбар — это белый кит. Ты сама сказала. А это? Это реально.

Босх тщательно вытер руки комком салфеток, затем потянулся за стопкой документов на краю стола. Бэллард увидела печать штата Калифорния на верхнем листе.

— Значит, ты печатал, — заметила она. — Должно быть, все утро ушло.

— Забавно, — сказал Босх. — Это документы о регистрации совместного предприятия под названием «Краун Лабс Инкорпорейтед». Находится в Бербанке, возле аэропорта. Им владеют четыре другие корпорации, и я отследил их до четырех дантистов: Джеймса, Хойла и двух парней по имени Джейсон Эбботт и Карлос Эскивель.

— Как Джеймс может все еще владеть им, если он мертв уже семь лет?

— Его компания называется «JWJ Ventures». Корпоративные записи показывают, что вице-президентом компании при основании была Дженнифер Джеймс, которая — рискну предположить — была его женой. Через семь месяцев после его убийства в записи вносятся изменения, и Дженнифер Джеймс становится президентом. Так что он мертв, но его доля в лаборатории теперь у нее.

— Ладно, значит, Джеймс — когда был жив — знал Хойла и вел с ним бизнес.

— И каждый из них был связан с бизнесом, где главный владелец или управляющий был убит.

— Из одного и того же оружия.

Босх кивнул.

— Из одного и того же оружия, — повторил он. — Очень рискованно. Гильзы связывают дело прочнее, чем корпоративные бумаги. Должна быть причина.

— Ну, двадцать второй калибр трудно идентифицировать, — сказала Бэллард. — Пули деформируются, расплющиваются. Дело было в гильзах. И в убийстве Раффы нам повезло. Гильза закатилась под машину, и ее не смогли сразу достать.

— То же самое с Альбертом Ли — гильзу не смогли быстро найти. Теперь мы входим в область совпадений, а я не верю в такие совпадения.

— Значит, возможно, есть и другие убийства, где гильз не осталось, а с этими двумя нам просто повезло.

Они оба помолчали, обдумывая это. Бэллард подумала, но не сказала вслух, что должна быть другая причина, по которой убийца сохранил оружие. Это противоречило уровню планирования и точности исполнения заказов. Она знала, что ответ на этот вопрос придется искать в ходе расследования.

— Итак... — продолжила Бэллард. — Допустим, связь Хойла с Хавьером Раффой возникла из сделки по факторингу. У этих дантистов должен был быть кто-то, кто все это организовывал. Кто-то, кто знал, что этим людям — Альберту Ли и Хавьеру Раффе — нужны деньги.

— Именно. Человек-фактор.

— И его нам нужно найти.

— Тебе нужно вернуться к семье Раффа и выяснить, когда у него начались финансовые проблемы и к кому он обратился.

— Ну, я знаю одно. Ему пришлось откупаться от банды. По нашей информации, он заплатил «Лас-Пальмас» двадцать пять штук наличными, чтобы выйти.

— Где такой парень берет такую сумму наличными — не грабя банк?

— Он мог рефинансировать бизнес или недвижимость.

— Что, и сказать банку, что ему нужны деньги, чтобы откупиться от уличной банды? Удачи с этим.

Бэллард не ответила, обдумывая сказанное.

— А что насчет двух других дантистов? — наконец спросила она. — Эбботта и Эскивеля.

Босх постучал пальцем по своей стопке распечаток.

— Они у меня здесь, — сказал он. — У одного практика в Глендейле, у другого — в Вествуде.

— Странно, — заметила Бэллард. — Я только что вспомнила: сын Раффы сказал той ночью, что партнером его отца был белый парень из Малибу.

— Может, Хойл живет там и ездит на работу в Шерман-Оукс. Малибу ближе к Джеймсу в Марине. Тебе придется пробить их всех через транспортный департамент, чтобы узнать домашние адреса.

— Я так и сделаю. Когда «Краун Лабс» была впервые зарегистрирована?

— В 2004-м.

— Значит, эти ребята в деле давно.

— О да. Джеймсу было тридцать девять, когда ему прокомпостировали билет семь лет назад.

Бэллард доела салат, который шел с курицей. Затем в последний раз вытерла рот салфеткой и закрыла контейнер.

— Я мало что могу сделать, чтобы официально пробить все связи через штат до понедельника, — сказала она. — И это только если я все еще буду на этом деле.

— Есть такое, — согласился Босх.

— Буду я на нем или нет, но сегодня мне хочется «прокатать» пару этих мест. Лабораторию, дом Хойла, может, его офис. Посмотреть, насколько широко он живет. Остальных двоих пробью через базу и нанесу на карту. Но пока прямой связи с ними нет. Вот почему я хочу прокатиться. Хочу видеть, с чем имею дело. Потом поеду говорить с семьей Раффа.

«Прокатать», или «skeeing» — чисто лос-анджелесский полицейский жаргон, менее формальное обозначение наружного наблюдения. Это означало проехать мимо объекта интереса, оценить его. Происхождение термина вызывало споры: одни считали, что он произошел от слова «schematic» (схема), означая оценку физических параметров места работы или жительства подозреваемого. Другие утверждали, что это сокращение от «scheming» (планирование) — первый шаг в плане накрытия притона. В любом случае, переводить для Босха Бэллард не пришлось.

— Я поеду с тобой, — сказал он.

— Уверен? — спросила Бэллард.

— Уверен, — ответил Босх. — Возьму маску.

 

Отправить