44
Петрова смотрела, как Плут карабкался на последнюю коричневую гряду. Робот лег на живот, медленно двигая головой вперед-назад и осматривая лачуги внизу. Через мгновение он махнул рукой, и Петрова бросилась в обход скалы с пистолетом в руке. Чжан последовал за ней и присел рядом.
– Достаньте оружие, – прошипела она.
Он вытащил пистолет и уставился на него так, словно впервые увидел. Петровой захотелось прикрикнуть, чтобы он собрался и приготовился к тому, что сейчас произойдет. Но она не осмелилась шуметь и вместо этого тихо позвала:
– Паркер?
– Здесь. – Призрак решил не проявляться в виде голограммы. Так он мог незаметно перемещаться по хижинам. Хорошая тактика. Она досадовала, что сама до такого не додумалась.
– Так. Вижу… шесть строений, – сказала Петрова. Убогие домики образовали широкий полукруг на большом пространстве недалеко от воды. – Зачищаем по очереди. Не стреляйте, если не уверены, что это ревенант. Ищите черные глаза. Приготовились. Вперед!
Они вчетвером пересекли открытый участок и разделились: Чжан и Петрова заняли позицию у ближайшей постройки, Плут и невидимый Паркер остановились у второй. В хижине, выбранной Петровой, дверь была сделана из чего-то вроде фрагмента грузового контейнера. Толстолистовая сталь – но висела на до смешного простых петлях, и не было ни замка, ни даже защелки.
Петрова кивнула Чжану, и он медленно, осторожно надавил на дверь. Зарычав, Петрова толкнула его плечом, ворвалась внутрь, крутанулась, осматриваясь и проверяя каждую тень.
– Чисто.
– Чисто, – крикнул в ответ Плут.
– У меня тоже чисто, – отозвался Паркер мгновение спустя.
Петрова поспешила к четвертой хижине, подняла оружие и приготовилась войти, но Паркер уже открыл перед ней дверь.
– Чисто, – сказала она.
Плут проверил пятую хижину. Паркер – шестую.
– Все чисто, – доложил он.
Петрова кивнула. Не самая профессиональная работа. Остальные совершили несколько серьезных ошибок. Это могло стоить им жизни, если бы в лачугах кто-нибудь был.
Но они были так же пусты, как поселение и вышка связи.
По сравнению с модульными жилыми домами городка хижины казались чуть ли не пережитками палеолита. Их собрали из чего попало, металлические швы были грубо сварены, конструкции едва держались под натиском ветра. Из мебели внутри были в основном только лежанки. Одеяла, простыни и подушки на них давно испачкались и порвались. По всей видимости, их привезли из города, а потом использовали, пока они совсем не износились.
У воды расположилось огромное кострище и широкое расчищенное пространство с нарисованным на камнях неровным кругом – посадочная площадка для квадрокоптеров, которых, разумеется, сейчас не было.
Беглый осмотр не прояснил, зачем это место было построено. Почему оно вообще существовало.
– Почему здесь? – спросила Петрова.
По крайней мере на этот вопрос у Плута был ответ.
– Река – единственный источник воды поблизости. Если необходимо разбить лагерь в этих горах, то эта территория подходит лучше всего.
Петрова вышла на берег. На такой высоте русло было едва ли метр в поперечнике. Прозрачная вода неслась вниз. Оглядевшись, Петрова заметила, что в реку впадает множество мелких ручейков, перепрыгивающих струйками с камня на камень. На горах было мало снежных шапок, и она предположила, что ручейки образует роса, которая конденсируется на холодных вершинах и скатывается по склонам.
– Лагерь беженцев, – предположил Чжан. – Примитивные условия. Никто не выбрал бы такую жизнь по своей воле.
Петрова пожала плечами:
– На Земле люди ходят в походы в самые странные места. Поднимаются на вершины ледников, едут в пустыню. Ради, знаете, развлечения.
– И надолго? На несколько дней? Неделю? – Чжан указал на хижины. – Вы видели, в каком они состоянии. Думаете, колонисты явились сюда посидеть у костра и попеть народные песни? Нет, люди тут жили месяцами. И я думаю, вы знаете почему.
– Они бежали из города, – сказала Петрова. – После бойни.
– После бойни, – кивнул Чжан. – Возможно, скрывались от ревенантов. Уходили в спешке, не успели захватить много ресурсов.
– Значит, они пришли сюда в поисках воды. Не захотели идти к вышке связи или, во всяком случае, не стали там задерживаться. Потому что там нет воды? Или по другой причине? Думаете, это они разгромили пульт управления ансиблом?
– Неразумно строить догадки, не имея данных, – хмыкнул Чжан. – Может, найдется что-то, что поможет нам выяснить больше.
– Хорошо, – согласилась она. – Оставьте детективную работу человеку, который этому обучен.
Чжан кивнул и сел у ручья, предоставив ей заниматься своим делом. Он был прав: она слишком многое хотела выудить из обрывков информации, и это раздражало. Петрова теряла концентрацию. Стресс, вызванный зачисткой, наполнил ее организм кортизолом и адреналином, мешая мыслить ясно.
Стараясь успокоиться и сосредоточиться, Петрова направилась обратно к хижинам. Перед ближайшей она повернулась и посмотрела на темные скалы вокруг, на голубое небо… Внезапно возникло ощущение, что за ней наблюдают. Но когда она обернулась…
– Босс, – сказал Плут, – тебе надо взглянуть.
Она последовала за роботом в самую большую лачугу. Грязные одеяла были сложены в углу, открывая ржавый стальной пол.
– Я провел сканирование и обнаружил, что внизу есть какое-то пространство, похожее на подвал. Оно было скрыто под всем этим беспорядком. – Робот указал на одеяла. – Ничего, что я их переложил? Я знаю, нельзя ничего убирать с места расследования.
– Если ты нашел что-то интересное, я тебя прощу. Как туда попасть, не знаешь?
Один из участков пола представлял собой квадрат тонкого металла – похоже, алюминия. Он не был закреплен. Вдвоем с роботом они подцепили его пальцами за края и подняли. Совсем не тяжело.
Открылось темное пространство, достаточно большое, чтобы человек мог встать там почти в полный рост. Петрова спустилась туда, Плут страховал. Но опасности не было. Когда глаза привыкли к темноте, она увидела каменные стены, почти гладкие и плавно изгибающиеся. Петрова поняла, что это жилище, скорее всего, было построено над лавовой трубкой гораздо меньшего диаметра, чем та, где они недавно ночевали. Трубка тянулась в обе стороны от хижины, примерно повторяя изгиб реки.
– Интересно, – произнесла она. – Здесь внизу туннель. Не видно, куда он ведет.
– Думаешь, он для побега? – спросил Плут.
– Может быть. А может, просто укрытие.
Или, если уж на то пошло, просто кладовка. Вдоль одной из стен выстроился ряд бочек – на вид обычные стальные бочки для воды или другой жидкости. Петрова пнула одну, и та издала глухой звук. Воздух в туннеле был довольно холодным. Возможно, здесь, недалеко от реки, действительно оборудовали кладовую, чтобы иметь возможность дольше хранить продукты.
Петрова всмотрелась в глубину туннеля – там сгущалась тьма, в которой могло скрываться что угодно. Она вспомнила о ревенанте, напавшем на Чжана, когда они только прибыли на планету. Он тоже прятался в темноте, пока его не потревожили.
– Паркер, – позвала она.
Он появился без единого слова.
– Нужно, чтобы ты прошел туда. Как можно дальше. Посмотри, ведет ли этот туннель куда-нибудь.
– Конечно. Только… ты ведь знаешь, что я проявляюсь через проектор на животе Плута?
Она чертыхнулась про себя.
– Плут, можешь помочь? Не хотелось бы столкнуться в темноте с чем-то. Во всяком случае, с зубами.
Робот спустился к ней – Петровой пришлось прижаться спиной к стене рядом с бочками. Плут и Паркер направились вверх по туннелю, медленно, потому что Плуту приходилось ползти на четвереньках.
Некоторое время она наблюдала за ними, потом снова посмотрела на бочки и подумала, что в них может быть еда. Если это в самом деле кладовая, вдруг здесь найдется что-то, что они с Чжаном смогут съесть. Было бы здорово отдохнуть от протеиновых батончиков и овсяных хлебцев.
Она сняла крышку с одной из бочек и поставила ее на пол. Из бочки вырвалась противная вонь – пришлось отвернуться. Вероятно, ничего съедобного, но проверить все равно нужно.
Внутри она обнаружила нечто выглядящее как консервированное мясо. Четыре или пять крупных костей какого-то животного с аккуратно срезанной плотью. Петрова не видела настоящего мяса с самой Земли. На Марсе или Ганимеде можно было купить только искусственное, выращенное в чане или отпечатанное в ресторане на пищевом принтере. Она вспомнила пикники с барбекю, на которых бывала подростком, вечеринки, которые устраивала мать на их даче на Черном море: свиней и быков зажаривали на вертеле целиком – к столу бюрократической элиты ОСЗ. Вспомнила, как Екатерина держала в руках что-то вроде мачете или меча, отрезая длинные полоски сочного мяса для своих прихлебателей.
Против воли Петрова улыбнулась. У нее было трудное детство. Мать была тираном как на работе, так и дома. Но выдавались и хорошие дни.
Она потянулась за мясом. Нет смысла осторожничать. Она и так вся в каменной пыли после спуска в дыру. Позже помоется в реке, по-настоящему помоется впервые за… ну, слишком долгое время.
Вытащив длинную кость с остатками плоти, она положила ее на крышку соседнего бочонка, собираясь посмотреть, что за животное отдало жизнь, чтобы накормить этих людей.
Когда на конце кости она увидела человеческую кисть, ей удалось не закричать.
