30

Чжан очень смутно осознавал окружающую обстановку, едва замечая скалы и редкие струйки воды. Он сосредоточился на одном: левая нога, правая нога. Левая нога, правая нога. Не останавливаться. Не отставать, не отставать. Он даже не заметил, как кто-то пошел рядом – вполне возможно, один из многочисленных призраков, один из тех, кого он потерял. Он понял, что это реальный человек, только когда Петрова с ним заговорила.

– Жестокая шутка – назвать это место раем.

Он хотел промолчать. Сберечь силы. Он не был готов к походу, к тому, насколько тяжелым он окажется. Меньше чем через час после того, как они начали подъем, перед глазами замелькали темные пятна. Он задыхался так, что горло судорожно сжималось, слышал, как сердце колотится в груди, с каждым ударом выдавая порцию боли.

– При слове «рай» я представляю пушистые белые облака и людей с крыльями. Или, может, зеленые поля, птиц, животных и много воды. А здесь даже солнце не того цвета.

Он бы с радостью промолчал, но, похоже, это был не вариант. Петрова продолжит говорить, пока он не ответит.

– Вы думаете, что «рай» означает «небесное царство»? – спросил он.

– Ну да. А это не так?

– Нет, – сказал Чжан, тяжело дыша. – Я думал так же. Раньше. До того, как мы сюда прилетели. Другое значение, – он попытался вспомнить точную фразу, – «сад, обнесенный стеной».

– Сад, – повторила она. – Эдем.

Он кивнул.

Какими бы древними ни казались окружающие их скалы, они были совсем юными с точки зрения геологического времени. Эта планета только что родилась и едва начала развиваться.

– Жизнь здесь возникла совсем недавно, – прошептал Чжан.

На Земле каждая капля воды, каждая затененная впадина были заполнены большими и малыми организмами. На Рае-1 жизнь пока была исключением. Эта планета выглядела как Земля четыре миллиарда лет назад, когда первые микробы вылезли из морей и научились расти на солнце.

Чжан был врачом, а не молекулярным биологом. Он не знал, когда появился лишайник, мимо которого они проходили, миллион лет назад или сто миллионов. Может, больше. Пройдет очень, очень много времени, прежде чем на Рае-1 появится что-то более сложное, но он был уверен, что это случится.

– Вы хотите сказать, – продолжила Петрова – видимо, потому, что была настроена на разговор, – что это место совсем юное. Невинное.

Он поднял бровь.

– Невинное? Нет.

Позже, когда они нашли еще один водопад, он смог объяснить, что имел в виду. Сперва они вволю напились – из-за восхождения во рту пересохло – и немного привели себя в порядок. Он подвел ее к камню, где лишайник рос гуще.

– Потрогайте, – произнес он и положил руку на холодный камень.

Петрова повторила его жест, затем с отвращением посмотрела на свою ладонь.

– Что это? – спросила она и подняла руку, чтобы показать ему большой и указательный пальцы. Между ними тянулись тонкие бесцветные нити, похожие на слизь. – Я думала, камень просто мокрый. А это что-то липкое. К чему вы заставили меня прикоснуться?

– Биопленка, – сказал Чжан. – Я заметил ее в прошлый раз. Это колония одноклеточных организмов. Они растут вплотную друг к другу и образуют что-то вроде слизи.

Опасно думать, что инопланетные существа поведут себя так же, как земные, – вряд ли к ксеножизни можно применять уроки земной биологии. Но в том, что касается биопленки, Чжан был уверен.

– В каком-то смысле они работают вместе. Выделяют пищеварительный фермент, который расщепляет лишайник до моносахаридов. Говорите, это невинное место. Нет. Виды пожирают друг друга. Буквально плавят друг друга, чтобы получить пищу. Жизнь никогда не бывает невинной.

Петрова бросила на него неприязненный взгляд.

– Вы мне так мстите? Заставляя прикасаться к чему-то отвратительному?

– Вы думаете, я сержусь? – удивился Чжан.

– Или разочарованы во мне из-за того, что я пыталась использовать василиска против ревенантов.

– Вы сделали то, что считали нужным.

– Я хотела спасти нас. Вот и все.

– Я понимаю. Вы сделали то, что считали нужным. Но в этом и проблема. Вы думали, что так будет лучше.

– Чжан. – Она потянулась к нему.

Он отшатнулся – он не любил, когда к нему прикасались.

– Поговорим об этом, когда я смогу дышать.

Она кивнула и оставила его одного. Он вымыл руку в водопаде, потом долго пил ледяную воду и, поправив рюкзак, снова направился вверх по тропе.