21

Петрова перевернулась на спину и стерла со лба пот, текущий в глаза. Прожектор еще секунду шарил по крыше, словно выискивая новые цели, а потом выключился. Петрова моргнула, пытаясь привыкнуть к темноте.

Она услышала шум, издаваемый четырьмя винтами, и поняла, что это, скорее всего, какой-то квадрокоптер.

Ревенанты разлетелись на куски – должно быть, оружие мощное. Так, чему учили в Службе надзора… Не рельсовая пушка, иначе разнесло бы половину крыши, – нет, оружие било гораздо точнее. Пушка Гаусса или что-то в этом роде – возможно, флешетты?

– Они еще атакуют! – крикнул Чжан. – Что бы это ни было, оно дало нам пару секунд, но…

Прожектор снова вспыхнул – на этот раз луч бил к западу от медицинского центра. Петрова услышала характерный шипящий звук выстрела, хотя и не видела, в кого целились. Затем она почувствовала удар в бедро и вспомнила, что лежит на люке, удерживая его своим весом. Люк подпрыгнул, когда кто-то резко толкнул его снизу.

– Ребята, – позвала она. – Они пытаются прорваться!

Над краем крыши протянулась рука и попыталась схватить Чжана за лодыжку, но тут же на нем ожил ИМС – золотая змея с головой-гильотиной метнулась вниз и отрубила ревенанту кисть.

Прожектор задвигался вокруг медицинского центра, копьем ударяя по улицам. Раздался еще один выстрел. Не было ни криков, ни другого шума – Петрова не представляла, что происходит внизу.

В люк по-прежнему ритмично били. Она вцепилась в его края, стиснув зубы. Ее тело подпрыгивало при каждом ударе. Ревенанты колотили настойчиво, так же как в двери и окна. А что, это сработало раньше. Еще немного – и они хлынут через люк. Чжан и Плут убьют нескольких, но их будет гораздо больше.

– Кто это? – воскликнул Чжан.

Подняв голову, Петрова увидела, как луч прожектора пронесся на восток, затем на юг. Оружие не переставало жужжать, как пчелиный улей, защищающий свою королеву. Она понятия не имела, кто стреляет, но неужели они считают, что от пальбы есть какой-то эффект? Похоже, ревенантов не волновало, что их убивают десятками. У них не было инстинкта самосохранения, и, насколько она могла судить, они не реагировали на боль. Так что же пытался сделать невидимый стрелок?

От ударов снизу у нее заболели зубы. Хотелось закричать, вскочить и убежать, но бежать было некуда.

Потом удары прекратились.

Не утихли и начались снова, с еще бо́льшим напором. А просто… прекратились.

– Подождите-ка, – произнес Плут.

Петрова посмотрела на Чжана – он, шатаясь, отступал от края крыши, держа свою пилу. Черная пыль покрывала его руки и грудь, пот пропитал ткань комбинезона – он прилип к бедру и плечу. Чжан обернулся и встретился с ней взглядом, его лицо было бледным.

– Они уходят. Не понимаю.

– Бегут, – подтвердил Плут.

– Народ! – крикнул Паркер. – Я не знаю, что вы сделали или что произошло, но они покидают здание. Ползут как тараканы.

– Иди сюда, – позвала Петрова, и призрак, спроецированный линзой в груди Плута, проявился перед ней. Выглядел он обеспокоенным. Может, даже сбитым с толку.

– Они отходят от здания, – сказал Плут. – Не бегут, но двигаются довольно быстро. Как будто вспомнили о важных делах на другом конце города.

– Видишь, куда они направляются? – спросила Петрова.

– Может, на север? – предположил Чжан. – Темно, трудно разглядеть.

– Наш новый знакомый, возможно… – Петрова не успела договорить. Прожектор выключился, а звук винтов квадрокоптера сделался тише. Он удалялся. На север, к горам.

– Подождите! – крикнула она. – Вернитесь!

– Эй! – Чжан принялся размахивать руками над головой.

Но квадрокоптер уже исчез. По всей видимости, выполнил свою задачу.

Петрова подождала минуту, но нет, ночь была все так же тиха, лишь приглушенно завывал ветер.

– Ревенанты могут вернуться, – сказала она. – Мы должны быть готовы.

Чжан решительно кивнул.

Плут, больше похожий на кучку запчастей, чем на робота в рабочем состоянии, поднял большой палец. Его рука была практически единственной уцелевшей частью.

– Мы будем готовы, – пообещала Петрова.