121

Три дня спустя Чжан вышел из центра управления, окинул взглядом бескрайнюю равнину черных скал и стал думать о том, чтобы просто… шагать.

Просто шагать, пока… ну, пока не остановится.

Петрова отлично за ним присматривала: кормила, следила за тем, чтобы он хотя бы пытался заснуть. Несмотря на то, что каждые пять минут в его голове проносились разряды электричества и ему начинало казаться, что он вот-вот умрет. Несмотря на то, что он уходил в себя посреди разговора. Несмотря на то, что, хотя он выглядел совершенно нормально, в голове у него были только мысли о Титане, о женщине по имени Холли, чье лицо он уже начал забывать.

Она поддерживала его. Помогала. Он не хотел, чтобы ей пришлось делать это до конца его жизни. Какой бы длинной она ни была.

А Петрова уже строила планы. Это она умела лучше всего. Что бы с ними ни случилось, как бы плохо ни обстояли дела, у нее всегда был наготове новый план. Следующий шаг. Он восхищался ею, даже сейчас, понимая, что их положение безнадежно.

Лэнг точно не собирается их спасать. Сначала они боялись, что она пришлет за ними солдат, чтобы убить, потому что они слишком много знают. Но потом поняли, что в этом нет необходимости: без космического корабля, без возможности покинуть планету они не представляют опасности. Лэнг просто сядет и будет ждать, пока Рай-1 убьет их. Даже если на это уйдут годы.

Петровой не нравилась эта мысль. Ей хотелось думать, что она может что-то сделать. Три дня она пыталась установить связь через ансибл. Но в результате выяснилось, что его отключили – на этот раз не Мо. Нет, оборудование, которое починил Плут, по-прежнему работало исправно. Проблема заключалась в том, что никто не принимал сигнала. Все сообщения блокировались, не доходя до Земли и ОСЗ.

Что же им оставалось делать?

Они обсудили, куда отправиться.

Они не собирались задерживаться в центре управления или на складах, полных мертвых шахтерских роботов. Так куда? В поселение колонистов? Пустое поселение, где ветер гуляет между сборными домами, разгромленным медицинским центром, зрительным залом с пропитанным кровью ковром?

Дом Мо был создан для выживания, в нем было достаточно места для двоих. Достаточно, чтобы забыть о существовании других людей.

Петрова объявила, что они улетают утром. Чжан оценил перспективу перебраться в дом покойника, пользоваться его вещами, есть его припасы. Пока они не кончатся.

Он обдумал это. А потом составил собственный план.

Подождать, пока Петрова уснет. Как раз сейчас она спала. А потом просто выйти на улицу. День был довольно приятный – на небе ни облачка. Он просто начнет шагать. А потом остановится.

Он посмотрел на плоские горы за пределами грязных улиц горнодобывающего комплекса. «Один шажок, – подумал он, – потом другой». Он поднял голову и взглянул на солнце, чтобы убедиться, что оно позади. Он просто будет идти, пока не догонит собственную тень. Эта мысль заставила его улыбнуться.

Он сделал шаг. И остановился.

В небе появился свет, не солнечный.

Это была и не луна – у Рая-1 не было лун. И не кусок космического мусора, ловящий звездный свет. Это было что-то большое, очень яркое. Оно увеличивалось.

Корабль. Плут говорил, что к планете приближается корабль. Чжан забыл об этом. Корабль…

Он услышал позади шум и посмотрел на Плута, который забрался на крышу центра управления. Новое тело робота было совсем не гуманоидным, за исключением лица, которое висело на конечности, похожей на щупальце осьминога. Плут поднял зеленую маску к кораблю, словно солнцепоклонник, приносящий жертву дурному знамению.

Робот позвал Чжана. Чжан не стал отвечать. Он переместился под защиту здания, и на него обрушился горячий воздух, а затем невероятный шум посадочных двигателей космического корабля. Только когда шум прекратился, он выбрался из укрытия и побежал к посадочной площадке в дальней части горнодобывающего комплекса.

Там стоял транспортник размером меньше «Артемиды». У него были короткие прямоугольные крылья и хвостовой стабилизатор, чтобы летать в атмосфере, двигательная установка в задней части была большой и сложной – Чжан решил, что это привод сингулярности.

Значит, корабль мог перемещаться со сверхсветовой скоростью.

Открылся боковой люк. Никто не вышел, но вокруг люка светились зеленые огоньки, указывая на то, что можно подняться на борт. Своеобразное приглашение.

Чжан замер в нерешительности, а потом вспомнил, что на сегодня запланировал. Он решил, что прогулка может немного подождать.

Он крикнул Плуту, чтобы тот разбудил Петрову и привел к транспортнику.

Затем шагнул вперед.

Кажется, он так давно не был на космическом корабле, что искусственная гравитация его удивила. Он споткнулся и схватился за поручень. Когда он выпрямился, перед ним стояла женщина и критически его разглядывала. Не живая женщина. Он видел сквозь нее, словно она была призраком.

У женщины была огромная грива белых волос и глаза, способные пронзить углеродистую сталь. В ее улыбке не было тепла.

– Здравствуйте, доктор Чжан, – сказала она. – Могу я поговорить с дочерью?