12

Петрова вышла на улицу, опустилась на дорожку из гравия, прижалась к металлической стене, приятно холодившей спину.

Расследование всегда помогало ей успокоиться. Когда мыслишь логически, можно отключиться от всего остального, сосредоточившись на уликах, складывая их в единую картину. Но что дальше – когда разгадал тайну?

В такие моменты она всегда чувствовала себя опустошенной.

– Ты в порядке?

Паркер внезапно оказался рядом. Просто возник из воздуха. Теперь он так мог.

Сколько они уже потеряли? У каждого появились новые шрамы, каждый из них изменился. Призрак Паркер или нет, но она была рада его видеть. Он тоже влиял на нее: если расследование успокаивало, то он помогал ей почувствовать тепло, почувствовать, что кому-то небезразлично, жива она или умерла.

– Нормально, – сказала она, одаривая его, как она надеялась, мужественной улыбкой, и похлопала по земле рядом. – Просто нужна была пауза. Все в порядке.

– Можешь поговорить со мной, если хочешь. Если поможет. – Он сел рядом с ней, очень близко. – Но это вовсе не обязательно.

Ей очень хотелось положить голову ему на плечо. Прижаться хоть на миг. Но – без шансов. Здесь не было проекторов жесткого света.

Поэтому она раскрыла ладонь здоровой руки. Появился крошечный экранчик.

Она вызвала старое видеосообщение – последнее, полученное перед отлетом с Ганимеда на Рай-1. На видео было это место, это поселение. Улыбающиеся и смеющиеся колонисты в комбинезонах и толстых перчатках сажали крошечные деревца. Судя по их виду, им было очень хорошо. Среди них была и ее мать, Екатерина, – ее сослали сюда, или, как писали в прессе, она ушла на пенсию и решила улететь в новую колонию. Новая глава жизни знаменитой государственной деятельницы и директора Службы надзора. На видео Екатерина тоже смеялась. Знаменитую гриву вьющихся волос прикрывала мягкая шапочка.

Видео было ложью. С самого начала. Пропагандой, придуманной Службой надзора, Объединенными Силами Земли, ее начальством. Заманчивой выдумкой, чтобы заставить людей эмигрировать на Рай-1. Новый мир, новая жизнь. Шанс начать все сначала.

Петрова поняла это, как только увидела. Мать никогда в жизни не выглядела такой счастливой. И она бы скорее умерла, чем надела эту шапочку.

Нет, не так. Екатерина уже мертва. Петрова видела, как орущая толпа уносит ее мать в недра корабля-колонии, который так и не приземлился на Рай-1.

– Скучаешь по ней? – спросил Паркер.

– Я бы так не сказала, – фыркнула Петрова. Ее отношения с матерью были, мягко говоря, сложными. Но разве это имеет значение? – Она так и не добралась сюда. Но даже если бы добралась… – Петрова покачала головой. Даже если бы ее мать надела ту гребаную идиотскую шапку, даже если бы посадила эти жалкие маленькие деревца, она все равно была бы мертва. Она была бы в том помещении вместе с остальными.

Может, именно она бросила бы бутылку с коктейлем Молотова.

– Пора бы уже понять, что тут происходит, – прошептала Петрова и придвинулась к Паркеру. Он попытался обнять ее. Рука прошла прямо через ее плечи и грудь. Он немного приподнялся и попробовал снова.

Когда-то они были любовниками. Она не забыла запах его кожи на худой груди, прямо над бьющимся сердцем. У него руки оставались теплыми, даже когда ее собственные заледеневали.

Она открыла глаза, посмотрела, как его призрачная рука имитирует объятие, и вдруг поняла, что не может этого выдержать. Просто не может. Она поднялась, прошла сквозь него и направилась прочь.

Он окликнул ее, но она не обернулась. И не остановилась.