Глава 5
Инесса Романовна никак не могла отойти после пятничного происшествия. Это покушение основательно выбило её из колеи. Трудно поверить, но она чудом осталась жива. Киллер подобрался так близко, что мог нанести удар даже ножом. Он каким-то образом обошёл многочисленную охрану, которой заведовал опытный руководитель с армейским прошлым. Стоило Радецкой прикрыть веки, как перед внутренним взором тотчас возникало видение черного зева пистолетного ствола. И эта картина заставляла желудок переворачиваться от ужаса.
Тогда президент «Оптимы» заглянула в глаза смерти. Само осознание этого факта вызывало панику. Но ещё сильнее пугало понимание, что её спас отнюдь не профессионализм тех, кто получает за организацию безопасности немалые деньги. Главу огромной фармацевтической империи спас какой-то случайный прохожий.
К собственному стыду Радецкая не смогла тогда совладать с собой. Она уже привыкла гордиться своими сдержанностью и хладнокровием, которые были не столько врождёнными чертами характера, сколько плодами усердной многочасовой работы с психотерапевтами. В любой даже самой стрессовой ситуации Инесса мыслила трезво и логично. Но это покушение выбило почву из-под ног. Из-за него она на эмоциях сказала много лишнего. Такого, чего никогда не стоит говорить людям, которые тебя защищают.
В пылу суматохи она даже не заметила, как неведомый спаситель куда-то бесследно исчез. Словно какой-то фантом. И это стало новым поводом, чтобы всыпать и без того проштрафившейся охране.
После пятничного разноса начальник личной безопасности «Оптима-фарм», был необычайно тих и не весел. Вот и сейчас он стоял, сцепив челюсти, не рискуя даже смотреть в глаза руководительнице.
— Ну и чем вы меня на сей раз «порадуете», Алексей Аркадьевич? — не скрывая холодка поинтересовалась Инесса Романовна. — Нашли таинственного героя?
— Ищем, — коротко буркнул безопасник.
Президент корпорации подчёркнуто медленно выдохнула и сцепила пальцы в замок. «Только бы не сорваться снова», — напоминала она себе мысленно.
— Почему так долго? — процедила женщина.
— Инесса Романовна, у нас огромный город. Это потребует немало времени.
— Понятно, — поджала губы глава. — Что там по взаимодействию с полицией?
— Пока ничего. Я по своим каналам уточнял, задержанный не назвал организаторов и ни в чём не сознался.
— Сколько нужно, чтобы это дело передали в юрисдикцию нашей службы безопасности? — сухо осведомилась руководительница.
— Боюсь, здесь всё сложнее, и это не вопрос размера залога. Преступник оказался сотрудником силовых структур, и покушение совершал с помощью табельного оружия. Поэтому власти резко отвергли всякую возможность передачи.
Радецкая испустила такой разочарованный вздох, что у начальника охраны аж испарина на бритой голове выступила.
— К обеду я хочу знать имя человека, который лучше справился с вашей основной работой, — строго молвила глава корпорации.
— Но Инесса Романовна, я же упоминал… — заикнулся было Алексей, но собеседница резко прервала его.
— Я сказала, к обеду! — хлопнула она ладонью по столешнице. — Иначе пеняйте на себя. Пятничный разнос вам, Алексей Аркадьевич, покажется всего лишь лёгкой прелюдией.
— Извините, но… — вновь открыл рот начальник личной охраны.
— Свободны, Зорин! Ко мне только по делу! — угрожающе повысила голос Радецкая.
Лысого сразу сдуло из кабинета. Ведь когда президент обращалась по фамилии, это был первый признак того, что она теряет терпение.
Разумеется, такого рода давление со стороны начальства не могло пройти бесследно. Признаться, Алексей вообще удивлялся, почему его ещё не выперли с должности. Но, наверное, это лишь до тех пор, пока о случившемся не узнает Роман Борисович. Тот, который председатель совета директоров «Оптимы» и по совместительству отец Радецкой.
Зорин на фоне всего произошедшего пребывал, мягко говоря, в крайне дурном расположении духа. Ему было решительно не понятно, как они с парнями допустили такую оплошность. Нет, даже халатность. И, конечно же, это не могло не сказаться на его отношении к подчинённым.
Когда Алексей Аркадьевич вошёл на главный пост видеонаблюдения и застал одного из работников зависающим в телефоне, у него попросту упала планка. Он орал и брызгал слюной так, что все присутствующие вжимались в спинки кресел.
Запала хватило на полноценных пять минут. Практически без перерывов.
— И чтобы к обеду вы мне нашли этого долбаного героя, ясно⁈ — пылко закончил свой монолог начальник охраны.
— Мы как раз просматриваем записи, шеф, — немного обиженно отозвался один из ребят за пультом. — Уже готова нарезка с тем мужиком. С момента, как он зашел на парковку и спёр трубу из кузова хозслужбы, до того, как дал дёру.
— Какой мне толк с твоих нарезок⁈ В новости что ли послать прикажешь⁈ — зарычал Зорин.
— Да ё-моё, Алексей Аркадьевич, ну мы же не волшебники, в конце концов! — не выдержал другой подчинённый.
— Толя, твоего нытья сейчас только не хватало! — побагровела лысина начальника. — Меня там Радецкая дрючит, как сидорову козу! Что ты мне предлагаешь ей ответить⁈ Извините, Инесса Романовна, но у Толика ручки опускаются. Так что ли⁈
— Нет, не так! Но надо же какие-то адекватные сроки ставить, — не уступил сотрудник внутренней безопасности. — У нас город на семь миллионов жителей! Официально. А неофициально и все девять. Как мы в этом огромном мегаполисе до обеда отыщем случайного прохожего? А может он вообще турист и просто мимо шёл? А сегодня уже в какой-нибудь Крыжополь на поезде едет? С нашими ресурсами за такое время поставленную задачу выполнить нереально! Поймите, Алексей Аркадьевич, я не пытаюсь отлынивать, но…
— Нашёл.
Толя подавился продолжением своей речи и недоумённо посмотрел на одного из коллег, который со скучающим видом прокручивал записи с камер перед спаренными мониторами.
— Паша, если ты выбрал время пошутить, то оно не подходящее, — угрожающе пророкотал Зорин.
— Нет, шеф, я серьёзно нашел этого дядечку. Сами посмотрите.
Все сотрудники, находившиеся на посту видеонаблюдения, наперегонки ринулись к пульту. Там они дружно уставились в стоп-кадр, на котором был запечатлён искомый человек. А рядом с ним миловидная миниатюрная девушка.
— Мать твою, так это ж наш лифт! Левое крыло, офисный сектор! — озвучил кто-то очевидный для многих факт.
— Какого хрена он забыл в «Оптиме?» — почесал затылок Толя.
— Всё просто. Он наш сотрудник, — снисходительно усмехнулся Паша.
— Быстро поднимите его личный профиль! — утёр вспотевшую от волнения лысину начальник. — Мне надо знать — кто он, что он, и в какой должности.
— Так я уже, — самодовольно улыбнулся охранник за пультом и переключился на другой экран. — Вот, Бугров Пётр Евгеньевич. Финансовый отдел, ведущий специалист второго класса. Стаж в организации одиннадцать лет, десять месяцев, тринадцать дней. Не женат. Прописка корпоративная.
На сотрудников службы внутренней безопасности из монитора действительно воззрился тот самый человек, которого они разыскивали.
— Значит так, срочно вызвать его в управленческий сектор! Но без меня за периметр не пускать, — распорядился Зорин. — Я побежал докладывать Радецкой. Паша, ссылку на профиль мне скинь на «внутрянку!»
— Есть, шеф!
* * *
Новая рабочая неделя началась довольно безмятежно. Оксана Рудольфовна после нашей пятничной перепалки не рисковала на меня наезжать, а предпочитала поискать в отделе добычу полегче. Это, конечно, временный эффект. Скоро она оклемается и вновь попрёт буром. Но до тех пор я мог насладиться покоем.
Да вот только расслабиться у меня не получалось. Гранитно-тяжелые шары невесёлых размышлений катались в голове, распугивая грохотом остальные мысли. Дважды. Уже дважды я встретил одержимых. Что это? Простое совпадение, помноженное на высшую степень невезения? Или всё же и этот мир подвергся полномасштабному вторжению демонов? Кто бы мне ответил…
Из-за своих раздумий я часто косячил. И если бы не Витька, то меня Ольшанская точно б проглотила со всем дерьмом.
— Петя, заявка «ПВ три ноля-шесть-один-пять», — шепнул он, будто бы невзначай проходя мимо моего стола. — Ошибка в коде статьи финансового обеспечения. Это закупка, осуществляемая в интересах подведомственных аптечных пунктов, а ты там поставил соцучреждения.
— Понял, спасибо, Витёк, сейчас переделаю, — поблагодарил я.
Грошев в ответ картинным жестом поправил очки на переносице и свалил окучивать свою ненаглядную Светку Янталь. Вот же чудак-человек. Когда ж до него дойдёт, что эта барышня им крутит? Впрочем, ладно. Взрослый мальчик, сам разберётся. Я ему не мамка…
Погружённый в собственные переживания, я не сразу заметил, что весь опенспейс вдруг погрузился в гробовую тишину. Смолк негромкий гул голосов, затихли редкие смешки, перестали клацать клавиши.
Я бросил взгляд на выход, и увидел там начальницу финансового отдела. Сейчас на ней просто не было лица. Вот ей богу, Рудольфовна белизной кожи могла потягаться с мраморными статуями. В широко распахнутых глазах отражался суеверный ужас, будто сам Всевышний ей явил откровение о немедленном наступлении апокалипсиса.
— Б-б-бугров, подойд-ди с-сюда, — дрожащим голоском проблеяла Рудольфовна.
Испустив до невозможности тягостный вздох, я выбрался из-за стола и вышел в коридор.
— Ч-что ты натворил? — обратилась ко мне Ольшанская, хватаясь за сердце.
— Не знаю, о чём вы, — развёл я руками.
— Тебя вызывают… туда, — начальница многозначительно ткнула пальцем вверх, словно боялась произнести имя и должность того, кто меня хотел видеть.
Но я, впрочем, и так догадывался. Тут впору удивляться, что меня не выдернули с первой минуты рабочего дня. Наверное, заняты чем-то были.
— Пётр, п-почему ты молчишь? — натурально задрожали коленки у собеседницы. — Из-за ч-чего тебя мог-гут вызывать?
— Помните наш последний разговор, Оксана Рудольфовна? — недобро понизил я голос.
Маленькая шалость удалась. От моего толстого намёка у руководительницы отдела чуть ноги не подкосились. Она вцепилась в дверной косяк, как утопающий в обломок мачты, и жалобно воззрилась на меня.
— К… как? — невпопад вымолвила начальница.
— Да очень просто! — хохотнул я. — Ну так мне наверх ехать или чего?
— У… угу, конечно, — потеряно закивала госпожа Ольшанская.
Получив утвердительный ответ, я двинулся к лифту. Но сделал едва ли пару шагов, как услышал за спиной цоканье каблуков Рудольфовны.
— Я иду с тобой! — твёрдо пояснила она, поймав мой вопрошающий взгляд. — Ты всё ещё мой подчинённый, и я несу ответственность за любые твои действия!
Надо признать, она практически мгновенно придумала благовидный повод, чтобы за мной увязаться. Иначе говоря, заглотила наживку по самые жабры. Только бы не спалиться, только бы не спалиться. Уходи с моего лица, дебильная улыбка…
Всю дорогу до сорок восьмого этажа мне приходилось изо всех сил напрягать щёки и делать вид, что не замечаю, как косится на меня начальница. Теперь её лицо было уже не бледным, а каким-то пепельно-серым. Но я всё равно не признавался об истинных причинах интереса высочайшего начальства к моей скромной персоне.
Ну а чего? Одной Ольшанской, что ли, доставать меня? Пусть тоже понервничает, коль такая деловая. А то ишь ты, разошлась в последние дни, тиран в юбке.
Когда двери лифта отъехали, моему взору предстало практически стерильное помещение. Антуражем оно никак не отличалось от нашего тринадцатого этажа. Всё то же оформление стен, ковролин, цветовая гамма и похожая мебель.
О топ-менеджерах байки среди работников самые разные ходят. Якобы у них наверху и оранжерея, и бассейн, и тренажёрный зал, и ресторан, и даже стриптиз-клуб оборудованы. И каждый раз перечень всевозможных заведений ширится или видоизменяется. Поэтому увидав ровный рядок кресел, практически таких же, на которых сидим мы, да стойку с охранником, я где-то глубоко внутри испытал небольшое разочарование.
Опять слухи наврали. У них тут, оказывается, всё точно так же, как и у нас.
— Карты идентификационные предъявите, — командным тоном потребовал охранник.
Мы с начальницей молча протянули зелёные бейджи, висящие у нас на шеях. А сотрудник службы безопасности так же молча их отсканировал каким-то хитромудрым устройством. Потом повернулся к компьютеру и что-то принялся там печатать.
— Ну и? — поторопил я, когда пауза затянулась уже неприлично долго.
— Сказано — ждать, — грубо бросил мне охранник.
А у меня, понимаешь ли, острая непереносимость борзоты. Назовём это так. Когда мне дерзят, то и я начинаю вредничать. Это неконтролируемая ответная реакция организма, которая выработалась с годами. Так что…
— Знаешь, у меня идея получше, — преувеличено оптимистично улыбнулся я. — Прямо сейчас я вернусь на своё рабочее место. А когда вы тут созреете, то ты лично придёшь меня об этом оповестить, ага?
Сотрудник безопасности иронично задрал бровь и посмотрел на меня, как на идиота. Всем своим видом он давал понять, до какого места ему моё предложение. Однако когда я невозмутимо отправился к лифту, кое-какое смятение всё же на его лице отразилось.
— Бугров, ты куда пошёл⁈ — задохнулась от шока госпожа Ольшанская.
— Как куда? «Текучку» закрывать! Вы ж на меня опять под две сотни заявок свалили.
— Но… но тебя же ждут!
— Как видите, это оказалось не срочно, — злорадно осклабился я и шагнул в подъехавшую кабину.
Дальше я, как и обещал, вернулся за свой стол. Успел даже завести в программе несколько операций и отправить два возврата средств на согласование. И лишь после этого в дверях показалась целая делегация.
Итак, мою скромную персону почтили вниманием сама Рудольфовна, лысый как коленка тип, который хотел меня в пятницу задержать, и ещё какой-то охранник. Но не тот, что сидел за стойкой на сорок восьмом этаже. Ц-ц-ц, как нехорошо! Ну я же сказал, чтобы он за мной лично зашёл. Или у меня с дикцией что-то?
— Бугров, быстро сюда! — с ходу наехал на меня бритоголовый, как на какого-то салагу.
— Чего? А может мне ещё и ботинки тебе почистить? — мрачно уставился я на вошедших.
Лысая башка сразу от такой отповеди забуксовал. Он-то привык, что его чёрный бейджик оказывает практически магическое воздействие на рядовой персонал. Но меня его насупленные бровки и упёртые в бока кулачки особо не заставили проникнуться.
Остальные сотрудники финансового отдела, почуяв, что происходит нечто интересное, притихли. Я буквально шкурой ощутил, как они навострили уши и даже думать перестали, лишь бы не пропустить ни слова.
— Бугров, ничего не смущает? Там, вообще-то… кха… ждут, — с нажимом проговорил бритоголовый.
— Не знаю, не знаю. Я ведь уже приходил, но там ваш коллега-вахтёр в довольно неприветливой форме мне сообщил, что срочность сильно преувеличена. Ну я и попросил его лично позвать меня ровно тогда, когда понадоблюсь. Но раз уж он не пришёл, то получается, время ещё не наступило.
— Что ты за детский сад устроил⁈ — зарычал Коленка. — Там тебя вызывает Ине… кхм… сам знаешь кто!
— Неужели Воландеморт? — притворно ужаснулся я.
— Что-о⁈ Ты чего несешь, Бугров⁈
— А… да так, замяли, — отмахнулся я.
Чёрт, забываю, что в этом мире история про мальчика-волшебника если и была написана, то не обрела широкой популярности. Как и многие другие культовые вещицы из моего мира.
— Значит так, поднялся, и бегом за мной! Это приказ! — совсем уж разошёлся лысый.
От переполняющих его эмоций он стал похож на зрелый томат. Даже на белках глаз, кажись, красная сеточка проступила.
— Слушай, да мне как-то по боку, уяснил? — без обиняков заявил я. — Ты мне не начальник, и конкретно тебе я ничем не обязан.
Сотрудник безопасности на мгновение прикрыл глаза, стараясь успокоиться, а затем отошёл в сторону:
— Вы его руководитель? — грозно обратился он к Рудольфовне.
— Д-да, — пискнула Ольшанская.
Надо же, а я и не представлял, что она так тоненько разговаривать умеет.
— Распорядитесь, чтобы Бугров подчинился! — потребовал Коленка.
— Пётр Евгеньевич, п-пожалуйста, давайте не будем…
Начальница финансового отдела принялась за увещевания, но они меня не вдохновили уже с самого первого слова. Я демонстративно покачал головой, и Рудольфовна замолкла.
— Всё ещё жду отмашки от вахтёра с поста, — безапелляционно высказался я.
— Прекращай издеваться и шагай! — в голос уже заорал бритоголовый.
Я ему даже отвечать не стал. Лишь нарочито медленно сложил руки на груди, показывая, что лично у меня целый рабочий день свободен для ожидания.
Кто-то из коллег сдавленно фыркнул, отчего у лысого глаза чуть из орбит не выпрыгнули. Он сделал неуверенный шаг по направлению ко мне, будто собирался выволочь за шкирку. Но потом справедливо оценил, что кабана моих габаритов меньше чем в четыре хари и со стула не подымешь. А я ведь ещё и ответить могу. Да и творить беспредел перед полусотней свидетелей не самое здравое решение.
В конечном итоге Коленка с треском проиграл это противостояние. Помявшись у входа, он рванул назад, сдёргивая с ремня цифровую рацию. «Никулин, подменись и срочно на тринадцатый этаж! Резче, твою мать!» — расслышал я эхо, разнёсшееся по коридору.
Бедные коллеги от такого представления едва чувств не лишались. Я видел по их физиономиям, что они только и ждут момента, когда все действующие лица уйдут. Сотрудников буквально распирало от неистового желания обсудить то, что они сейчас видели и слышали.
Но им пришлось повременить. Ведь некто Никулин потратил целых полторы минуты, чтобы добежать до финансового отдела. И судя по тому, как охранник учащённо дышал, он и вправду сюда добирался бегом.
Вот он заглянул в наш опенспейс, нашёл глазами меня и мотнул своей гривой, дескать: «Ты идёшь?»
Я сделал вид, что не понял, к кому он обращается. Тогда лысый подтолкнул его, и охранник подошёл вплотную к моему столу.
— Пётр Евгеньевич, уже пора, — глухо пробормотал он, сверля меня взглядом исподлобья.
— Вот, умеешь же нормально разговаривать! — ехидно улыбнулся я. — Не забывай об этом навыке. Он тебе по жизни везде пригодится. Ладно, пошли уж.
Я поднялся из-за стола и, провожаемый взорами всего финансового отдела, направился к выходу. Ну сейчас послушаем, чего там высокое начальство надумало.
