Плутарх
Между 45 и 50 г. – между 119 и 125 г
Римское имя – Лу́ций Ме́стрий Плута́рх. древнегреческий писатель и философ римской эпохи. Вырос и прожил бо́льшую часть жизни в беотийском городке Херонея, общался с влиятельными римскими политиками и интеллектуалами, был жрецом храма Аполлона в Дельфах. Большинство сочинений он написал в зрелом возрасте, после свержения императора Домициана.
«Сравнительные жизнеописания», самая крупная и известная работа Плутарха с ярко выраженной морализаторской направленностью, включает 22 тщательно составленные парные биографии 46 выдающихся греческих и римских политиков и является ценным историческим источником. Разносторонние и многообразные сочинения на философскую, педагогическую и литературную тематику для различной аудитории объединяют под условным названием «Моралии». Крупнейшая работа в составе «Моралий» – частично автобиографические «Застольные беседы» с философским обсуждением различных проблем. Взгляды эрудированного Плутарха характеризуются близостью к среднему платонизму, повышенным вниманием к этическим вопросам, оригинальностью многих суждений и некоторым влиянием перипатетического и пифагорейского учений.
Сохранилось менее половины сочинений Плутарха. В античную эпоху его труды высоко ценились, но в начале Средних веков были почти забыты. С IX века Плутарх вновь стал популярным автором в Византии, а с конца XIV века – и в Западной Европе. В Новое время благодаря переводам на латинский и новоевропейские языки он стал одним из самых читаемых древних писателей, а «Сравнительные жизнеописания» оказали большое влияние на развитие биографического жанра, сделав имя автора нарицательным.
Правда необорима, если её высказывают умело.
Правдивое дело, раз оно правильно изложено, несокрушимо.
Из самых диких жеребят выходят наилучшие лошади, только бы их как следует воспитать и выездить.
Непрестанно учась, к старости я прихожу.
Высшая мудрость – философствуя, не казаться философствующим и шуткой достигать серьёзной цели.
Два основных достояния человеческой природы – это ум и рассуждения.
Речь политического деятеля не должна быть ни юношески пылкой, ни театральной, как речи парадных ораторов, плетущих гирлянды из изящных и увесистых слов… Основу его речей должна составлять честная откровенность, истинное достоинство, патриотическая искренность, предусмотрительность, разумное внимание и забота… Правда, что политическое красноречие, гораздо больше, чем судебное, допускает сентенции, исторические параллели, выдумки и образные выражения, умеренное и уместное употребление которых в особенности хорошо действует на слушателей.
Когда из мира уходит солнце, все омрачается, так же и беседа, лишённая дерзости, вся не на пользу.
Подчас не без пользы бывает заткнуть обидчику рот остроумной отповедью; такая отповедь должна быть краткой и не обнаруживать ни раздражения, ни ярости, но пусть она умеет со спокойной улыбкой немного укусить, возвращая удар; как стрелы отлетают от твёрдого предмета обратно к тому, кто их послал, так и оскорбление словно бы летит от умного и владеющего собой оратора назад и попадёт в оскорбителя.
Или как можно короче, или как можно приятнее.
Когда ты бранишь других, смотри, чтобы ты сам был далёк от того, за что другим выговариваешь.
Ни одно произнесённое слово не принесло столько пользы, сколько множество несказанных.
Мы часто задаём вопрос, не в ответе нуждаясь, а стремясь услышать голос и снискать расположение другого человека, желая втянуть его в беседу… Опережать с ответами других, стремясь захватить чужой слух и занять чужие мысли, – все равно что лезть целоваться к человеку, жаждущему поцелуя другого, или устремлённый на другого взор стараться привлечь к себе.
Кто хочет соблюсти пристойность в насмешках, должен понимать различие между болезненным пристрастием и здравым увлечением… насмешки над первым оскорбляют, а над вторым воспринимаются благосклонно…
Есть различия и в замечаниях, касающихся телесных недостатков. Горбоносый или курносый только усмехнётся, если подшутить над его носом… А вот намёк на дурной запах из носа или рта крайне тягостен. Лысые снисходительно относятся к подшучиванию над их недостатком, а имеющие глазное увечье – неприязненно… И вообще различно отношение людей к своим внешним недостаткам: одного тяготит одно, другого другое… Поэтому кто хочет, чтобы его поведение в обществе было приятно окружающим, должен учитывать их характер и нравы в своих шутках…
Надо учитывать и состав присутствующих: то, что вызовет у вышучиваемого смех в обществе друзей и сверстников, будет ему неприятно услышать в присутствии жены или отца, или учителя…
Очень важно также следить за тем, чтобы насмешка пришлась кстати в обстановке общего разговора, в ответ на чей-либо вопрос или шутку, а не вторгалась в застолье как нечто чуждое и заранее подготовленное.
Есть три способа отвечать на вопросы: сказать необходимое, отвечать с приветливостью и наговорить лишнего.
Менее обидна насмешка и в том случае, если она в какой-то мере относится и к самому говорящему…
Беседа должна быть столь же общим достоянием пирующих, как и вино.
Злоречивый язык выдаёт безрассудного.
Клеветы и злоречия надо остерегаться, как ядовитого червя на розе, – они скрыты тонкими и лощёными оборотами.
Болтун хочет заставить себя любить и вызывает ненависть, хочет оказать услугу – и становится навязчивым, хочет вызвать удивление – и делается смешным; он оскорбляет своих друзей, служит своим врагам.
Сила речи состоит в умении выразить многое в немногих словах.
Научись слушать, и ты сможешь извлечь пользу даже из тех, кто говорит плохо.
У наказываемого не остаётся повода упорствовать против исправления, если он сознает, что наказан не в порыве гнева, а на основании беспристрастного изобличения.
Победившие спят слаще побеждённых.
Совершать дурные поступки – низко, делать добро, когда это не сопряжено с опасностью, – вещь обычная. Хороший человек – тот, кто делает большие и благородные дела, даже если он при этом рискует всем.
Если похвально благотворить друзьям, то нет постыдного и в том, чтобы принимать помощь от друзей.
Человек здравомыслящий должен остерегаться вражды и озлобления.
Мне не нужно друга, который, во всем со мной соглашаясь, меняет со мною взгляды, кивая головой, ибо тень то же делает лучше.
Из золотой чаши пить отраву и от друга коварного совет принять – одно и то же.
Порядочная женщина… даже разговоры не должна выставлять напоказ, и подавать голос при посторонних должно быть ей так же стыдно, как раздеваться при них, ибо голос выдаёт и нрав говорящей, и свойства её души, и настроение.
Не прав был Геродот, сказав, что вместе с одеждой женщина совлекает с собой стыд; напротив, женщина целомудренная, снимая одежду, облекается в стыд, и чем больше стыдливости между супругами, тем большую любовь это означает.
Смелость – начало победы.
Украшает женщину то, что делает её более красивой, но делает её таковою не золото, изумруды и пурпур, а скромность, благопристойность и стыдливость.
Подобно огню, который в тростнике, соломе или заячьем волосе легко вспыхивает, но быстро угасает, если не найдёт себе другой пищи, любовь ярко воспламеняется цветущей молодостью и телесной привлекательностью, но скоро угаснет, если её не будут питать духовные достоинства и добрый нрав юных супругов.
Любовь всегда многообразна как во многих отношениях, так и в том, что затрагивающие её шутки одних тяготят и вызывают у них негодование, а другим приятны. Тут надо сообразовываться с обстоятельствами момента. Подобно тому как дуновение может погасить возникающий огонь вследствие его слабости, а когда он разгорится, придаёт ему питание и силу, так и любовь, пока она ещё тайно возрастает, возмущается и негодует против раскрытия, а разгоревшаяся ярким пламенем находит в подшучиваниях пищу и отвечает на них с улыбкой.
Ловля с помощью отравы позволяет легко и быстро добыть рыбу, но портит её, делая несъедобной; так и жены, которые ворожбою или приворотными зельями стараются удержать при себе мужей, чувственными наслаждениями пленяют их, но живут потом с умалишёнными и безумными.
Жениться следует не глазами и не пальцами, как это делают некоторые, подсчитывая, сколько за невестой приданого, вместо того чтобы выяснить, какова она будет в совместной жизни.
Супружеский союз, если он основан на взаимной любви, образует единое сросшееся целое; если он заключён ради приданого или продолжения рода, то состоит из сопряжённых частей; если же – только затем, чтобы вместе спать, то состоит из частей обособленных, и такой брак правильно считать не совместной жизнью, а проживанием под одной крышей.
Целомудренная супруга должна показываться на людях не иначе как с мужем, а когда он в отъезде, оставаться невидимой, сидя дома.
Сластолюбивый муж делает жену распутной и похотливой; супруга порядочного и добродетельного человека становится скромной и целомудренной.
Заводить собственных друзей жена не должна; хватит с неё и друзей мужа.
Разговаривать жена должна только с мужем, а с другими людьми – через мужа, и пусть этим не огорчается.
Злобе и вспыльчивости не место в супружеской жизни. Замужней женщине к лицу строгость, но пусть эта резкость будет полезной и сладкой, как у вина, а не горькой, как у алоэ, и неприятной, словно лекарство.
Суровость делает отталкивающим целомудрие жены. равно как и неопрятность – её простоту.
Всякое дело у разумных супругов решается с обоюдного согласия, но так, чтобы главенство мужа было очевидным и последнее слово оставалось за ним.
Справедливый муж повелевает женою не как хозяин собственностью, но как душа телом; считаясь с её чувствами, и неизменно благожелательно.
Поначалу особенно следует молодожёнам остерегаться разногласий и стычек, глядя на то, как недавно склеенные горшки легко рассыпаются от малейшего толчка; зато со временем, когда места скреплений станут прочными, ни огонь, ни железо их не берут.
Умная жена, пока разгневанный муж кричит и бранится, хранит молчание, и лишь когда он умолкает, заводит с ним разговор, чтобы смягчить его и успокоить.
Избегать столкновений мужу с женой и жене с мужем следует везде и всегда, но больше всего на супружеском ложе… Ссорам, перебранкам и взаимному оскорблению, если они начались на ложе, нелегко положить конец в другое время и в другом месте.
Жена невыносима такая, что хмурится, когда муж не прочь с ней поиграть и полюбезничать, а когда он занят серьёзным делом, резвится и хохочет: первое означает, что муж ей противен, второе – что она к нему равнодушна.
Движение – кладовая жизни.
Никакое тело не может быть столь крепким, чтобы вино не могло повредить его.
Кто держится с женой слишком сурово, не удостаивая шуток и смеха, тот принуждает её искать удовольствий на стороне.
Не на приданое, не на знатность, не на красоту свою следует полагаться жене, а на то, чем по-настоящему можно привязать к себе мужа: на любезность, добронравие и уступчивость, и качества эти проявлять каждодневно не через силу, как бы нехотя, но с готовностью, радостно и охотно.
Характер есть не что иное, как долговременный навык.
Лесть подобна тонкому щиту, краской расцвеченному: смотреть на него приятно, нужды же в нем нет никакой.
Кто рассчитывает обеспечить себе здоровье, пребывая в лени, тот поступает так же глупо, как и человек, думающий молчанием усовершенствовать свой голос.
Как вороны налетают, чтобы выклевать очи мёртвых, так и льстецы, обсев, богатство неразумных растаскивают.
Предатели предают, прежде всего, себя самих.
Немного пороков достаточно, чтобы омрачить многие добродетели.
Почести меняют нравы, но редко в лучшую сторону.
Ученик не сосуд, в который нужно поместить знания, а факел, который нужно зажечь.
Уча других, ты продолжаешь учиться сам.
