Леония Траутман была старательной и дружелюбной. Она совершала пробежки, говорила на трёх языках, немного разбиралась в музыке и современном искусстве. Она позволяла себе время от времени что-нибудь сладкое, баловала себя двухдверным автомобилем и взбивала по утрам зелёный смузи для балластных веществ. Это была хорошая жизнь. Лишь иногда её тянуло в тёмную, тёплую, колышущуюся, сочащуюся противоположность. В такие дни она ехала на главный вокзал и шла в квартал Св. Георгия, не в хиппи-бары, а в более грязную часть, которой избегал бы любой приличный человек из окружения Леонии. Она шла по переулкам, вдыхала едкий запах мочи, ела что-нибудь жареное, заходила в липкие пивнушки, пила сладкий лимонад, говорила с чужими мужчинами, соглашалась на приглашения, отказывалась от контроля, полная распущенной алчности и неукротимой радости. Только на алкоголь не соглашалась. После полуночи Леония шла в самый грязный клуб, какой знала, в «Голден гейт», и растворялась среди танцующих. Леония любила эти ночи и стыдилась их. Она не говорила об этом ни с кем.

Когда Ханнес Прагер стоял перед её пианино на корточках и играл Бетховена, Леония не могла отделаться от мысли, что этот парень со своими тайнами, может быть, мог наконец стать тем мужчиной, который её понимает. Она должна была обойтись с ним осторожно, он был таким ранимым, но именно это и привлекало её в нём. Ей нравилось, как он нуждается в ней и держится за неё. Как вечером пульсируют жилы на его предплечьях. Иметь рабочего в качестве друга – это ощущалось как нечто более настоящее по сравнению с партнёрами её подруг, консультантов и врачей, которые нагоняли на неё такую скуку своими флисовыми жилетками, дорогими часами, хорошими университетскими дипломами и амбициями, что Леония едва выдерживала ужин до конца. У Ханнеса был этот потрясающий талант, этот дар. Он мог бы пойти в Эльб-филармонию и стать звездой, и как раз этого он не сделал. Он скрывал себя ото всех, кроме неё. На неё так и повеяло тайными ночами, это было так, будто он был её тайным партнером в квартале Св. Георгия.

Леония Траутман знала, что Ханнес не будет задавать ей вопросы. Он будет держаться в рамках её правил. Ему придётся учиться, много учиться, чтобы действовать как её партнёр, но в итоге этот юноша станет безупречным. Он никогда её не покинет.