[537] Сражение с красноглазой змеей

Налакавшись крови, красноглазая змея свернулась в причудливую фигуру и выбросила голову вперед, круша очередное здание. Дом рассыпался, как будто был сложен из веток. Змея тщательно исследовала обломки, но не используя язык, как это делают змеи, а пригнув к земле голову и внимательно разглядывая их. Ли Цзэ в какой-то момент показалось, что змея сморгнула. Обычные змеи моргать не могли, сомнений не осталось: это демон.

Ли Цзэ обнажил меч и прыгнул на красноглазую змею сверху, метя ей в затылок. Он нисколько не сомневался, что если воткнуть меч змее в затылок или отрубить ей голову, то даже демону не выжить, а его силы хватит, чтобы удар оказался смертельным. Он ударил с размаху, вкладывая в удар столько силы, сколько в нем было, но меч лишь скользнул по черной чешуе, высекая искры, и не оставил даже царапины: шкура демонической змеи оказалась необыкновенно прочной.

Ли Цзэ испытал потрясение. До этого момента он думал, что сила, дарованная ему Небесами, непревзойденная, но если в бою он легко разрубал человека в доспехах надвое, то этому демону не смог причинить никакого вреда.

Змея почувствовала удар и вильнула телом, выгибая его и приподнимая, чтобы впечатать во внезапно явившегося докучать ей противника. Ли Цзэ от этого удара отлетел в сторону, пробив собой стену соседнего дома. Его осыпало камнями, он упал на одно колено, воткнул меч в землю, чтобы удержаться, но по инерции его протащило дальше, а меч оставил в земле глубокую полосу.

– Цзэ-Цзэ! – завопил Янь Гун в ужасе.

От разрушенной стены поднялась пыль, и он не мог разглядеть, что с Ли Цзэ.

Ли Цзэ закашлялся, на подставленную ладонь закапала кровь. Не будь у него силы Небес, этот удар переломал бы ему все кости. Он поднялся, используя меч, как опору, вытер окровавленные губы. Пыль, поднявшуюся в воздух, разорвало со страшным свистом, и в ее клочьях Ли Цзэ разглядел стремительно летящую в его сторону голову змеи с разинутой пастью. Он размахнулся и ударил мечом плашмя, змея отлетела в сторону, но тут же свилась в кольцо и напала снова.

Ли Цзэ уже понял, что меч против демона бессилен, потому полагался на грубую силу. Возможно, если изловчиться, то удастся воткнуть меч змее в пасть или в глаз, – уж это-то должно нанести ей урон, – но красноглазая змея не давала ему возможности приблизиться. Чтобы застать ее врасплох, нужно было превратиться в мангуста размером с гору! Но Ли Цзэ был всего лишь человеком, пусть и получившим благословение Небес.

В какой-то момент Ли Цзэ не смог увернуться, и змея вцепилась ему в левую руку острыми, как кинжалы, зубами. Хлынула кровь, забрызгав все вокруг. В глазах у Ли Цзэ потемнело. Чудовищные челюсти смяли и искрошили ему кости. Руку он чувствовать перестал, так, что даже не был уверен, есть ли она еще у него. Он крепче сжал меч и вогнал его змее в правый глаз по самую рукоять. Кровь у змеи была такая же черная, как и шкура. Змея издала оглушительный рев – еще один признак, что это демон: змеи не могут кричать, только шипят, – пасть ее раскрылась при этом, выпустив левую руку Ли Цзэ, и она так хлестанула его хвостом, корчась от боли и ярости, что Ли Цзэ опять пробил собой еще несколько стен.

Он попытался упереться мечом в землю, чтобы встать, как сделал это в прошлый раз, но обнаружил, что отцовский меч сломан едва ли не по самую рукоять. Клинок остался в глазнице демонической змеи, которая продолжала извиваться немыслимыми кольцами и реветь. Неужели и этого было мало, чтобы ее прикончить? Ли Цзэ знал, что зверь погибает, когда оружие протыкает ему глаз, а ведь его меч глубоко вошел в глазницу демонической змеи и даже застрял в ней.

«Добить… нужно ее добить…» – подумал он, сделав над собой усилие, чтобы встать.

Левая рука его висела, как плеть, кости были изломаны, плоть разорвана. Вероятно, он уже никогда не сможет ею пользоваться, но у него все еще оставалась правая рука. Ли Цзэ выронил сломанный меч, пошатываясь, побрел к агонизирующей змее. Останься у него невредимой левая рука, он мог бы попытаться обхватить шею змеи обеими руками и задушить ее. Но что он сможет сделать одной правой?

Перед глазами мутилось. Ли Цзэ скорее по наитию, чем осознанно, ухватил змею за хвост и, размотав ее над головой, зашвырнул далеко-далеко в сторону гор. Она сшибала собой крыши домов и деревья, снесла несколько горных вершин и упала где-то далеко позади гор, в чужих землях, как представлялось Ли Цзэ. Оглушительный грохот донесся до этих мест, звуковая волна прошила столицу от края до края, земля содрогнулась. Ли Цзэ переступил ногами и устоял.

– Цзэ-Цзэ! – к нему уже бежал Янь Гун и, кажется, еще кто-то, быть может, Цзао-гэ. Ли Цзэ не мог разглядеть.

– Что, Гунгун, – тяжело дыша, выдохнул Ли Цзэ, – пора переписать легенду о силаче Ли Цзэ, а?

– Цзэ-Цзэ… – прошептал Янь Гун, широко раскрытыми глазами глядя на него. – Твоя… твоя рука!..

Ли Цзэ поглядел на левую руку. Кровавое месиво стремительно начало чернеть и пузыриться. Среди осколков собственных костей и клочков мышц торчал змеиный зуб. Ли Цзэ нащупал его и выдернул, черная струйка брызнула следом.

– Яд! – воскликнул Янь Гун. – Из змеиного зуба струится яд!

Ли Цзэ выронил змеиный зуб, с некоторым удивлением поглядел на свои пальцы – они разжались сами собой, сведенные параличом.

– Гунгун, – выговорил Ли Цзэ, покачнувшись, – распорядись…

Договорить он уже не смог, сознание помутилось, и Ли Цзэ ничком упал на землю, прежде чем Янь Гун успел его подхватить.

После – ничего не было, лишь чернота забвения.

Или смерть.