Сон-видение оборвался, картинка померкла. Превратилась в черноту закрытых глаз.

«Спящий сталкер» вернулся. Вернулись и чужие воспоминания с призраками.

– Лоцман! Лоцман, просыпайся! – услышал Онисим сквозь дрему, и оклик этот на мгновение заглушил происходящую где-то рядом перепалку. – Лоцман!

Голос принадлежал Вихрю. Ругались Гор и Муха и, судя по всему, снаружи медкабинета. Со стороны раковины слышалось журчание воды из крана. Среди всех этих звуков был еще один – неизменный, еле слышимый, но все такой же невыносимый.

Падение несуществующих капель на несуществующий металл.

– Лоцман!

«Что опять стряслось?» – Лоцман наконец открыл глаза.

Тряпье, кафельная стена, деревянный плинтус. Под головой родной вещмешок.

– Лоцман!

Повернул голову. Утренний свет в окне. Вихрь на кушетке. Под кушеткой фантом гнома.

Лоцман закрыл глаза, тряхнул головой, открыл глаза. Гном пропал.

Сон вкупе с «лечением» медальона пошел на пользу. Самочувствие улучшилось, усталость прошла.

– Лоцман!

– Да что?

– Пока ты спал, они опять подрались. – Вихрь приподнялся на кушетке. – Ну как подрались. Муха на эмоциях дал сдачи, Гор еще сильнее его нахлобучил.

– Что успели не поделить? – Лоцман поднялся, прошел к умывальнику ополоснуть лицо.

– Муха устроил умывание, Гор проворчал, что спать мешает. Этот в ответ: типа тоже помойся, воняешь. Ну тут и началось слово за слово. Гор вытолкал Муху за дверь, решил прокачать немного.

– Все не слава богу, – вздохнул Лоцман. – Егор! Серега! Что там у вас? – крикнул он.

Голоса за дверью стихли.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Первым зашел Гор, следом Муха. Лицо у последнего было раскрасневшимся и помятым. Мокрые черные волосы превратились в колтун грязи и пыли.

Лоцман покачал головой.

– Мужики, заканчивайте с разборками. Серьезно говорю. Однозначно сдохнем с такими отношениями.

– Лоцман, вот по чесноку, других перспектив ваще не наблюдаю! – рявкнул Гор.

– Перспективы есть, – медленно произнес Лоцман. – Как минимум одна.

– Слышали вчера, ничего нового.

– Да, что-то нам вообще не везет, – подал голос Вихрь.

– Попробуем еще раз проверить главную подстанцию.

– Опять в подземелья? – Муха побледнел. – Мы же были там!

– Лоцман, на хрена опять туда лезть?! – взорвался Гор. – Мы едва не сдохли! Что мы там забыли?

– Гор. – Лоцман развязал вещмешок, принялся доставать сухпай. – В военсталы метишь, а жалуешься хуже бабы. Смотри, какой опыт получил! Я за три года столько не видывал.

Гор хотел что-то сказать, но осекся. Ударил кулаком по стене, выпуская пар.

– Лоцман, и все-таки! – не унимался Муха. – Ради чего туда лезть? Выхода из «зазеркалья» там нет!

– В Зоне и прямых путей нет, – деля еду на четыре части, произнес Лоцман.

– Лоцман, скажи как есть, без уверток. – Вихрь со стоном сел на кушетке. – На что надеяться?

– Есть кое-какие соображения. Вдаваться в подробности не буду, но в глубину лезть не придется.

– В общем, выхода нет. Я понял.

– Вихрь, поверь, я тоже хочу выбраться. Я тоже ранен, тоже устал и могу сдохнуть. Но надеюсь на лучшее.

– Дай-то бог. Но внизу мне точно каюк.

– Давайте еще раз пощупаем периметр, – угрюмо произнес Гор. – К прыгунам и зомби я больше не сунусь.

– Согласен, – поддержал Муха. – Лоцман, без обид, но твоя затея с подземельями ухудшила наше положение.

Лоцман смотрел на них, видел, что доверие к «ветерану» основательно пошатнулось. Хотя он делал все, чтобы выбраться из смертельной ловушки и спасти эту троицу.

Нет результата – нет для отчаявшихся и веры в лидера. Нет веры – нет единства.

Такова человеческая натура.

Что ж, придется начинать сначала.

– Ладно. Будь по-вашему, – кивнул он. – Пройдемся по периметру. Вместе. Но если выйти не получится, вернемся к моей идее. Тоже все вместе. Без обид.

Парни переглянулись. Помолчали. Взвесили предложение.

Молчаливо согласились.

Кап. Кап. Кап. Кап.

– Еды мало осталось, – буркнул Гор.

– Да, мало, – согласился Лоцман. – Кстати, поедим – настроим для вас наладонники. Бомжами не дело ходить.

– Ну хоть какие-то добрые новости, – забирая долю пайка, съязвил Муха. – Других проблем в «зазеркалье» нет…

Покончив с сухпайком, Гор подключил КПК мертвецов к «этаку». Выяснилось, что когда-то наладонники принадлежали Еноху, Иову, Шрайбикусу и капитану Вервейко. Машинку капитана оставили как есть, остальные Муха перенастроил на трех «вольных сталкеров».

Пока они разбирались, Лоцман взялся сделать себе и Вихрю перевязки. Почти отработанная «печень» отреагировала на «Спящий сталкер» мороком, из которого Лоцман узнал, что гном попал в «омут» среди цистерн с физраствором. Отсек «З-К-5». Сунулся за кадавром. Накрыв медальон под повязкой рукой, Лоцман глянул на остальных. Парни ничего не увидели, не заметили.

При подготовке к выходу Лоцман обнаружил любопытный факт: когда он прошел мимо ранца Гора к окну, «Спящий сталкер» легонько завибрировал.

Точно так же, как когда-то вибрировал на «пустышку», артефакт из Зоны Посещения.

Гор, сидящий на стуле и чистящий «Абакан», заметил заминку и с подозрением покосился на «ветерана». Лоцман сделал вид, что заинтересовался, как Муха чистит «макар».

«Шахты Рыжего леса, значит. Хитер брат… Одним “этаком” тут точно не обошлось».

– Надо будет найти пару алюминиевых трубок для носилок, – сказал вслух. – На всякий случай.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Покончив со сборами, сталкеры вышли на улицу. Осмотрелись на разгрузочной площадке. С включенными детекторами пошли от главного корпуса вдоль забора на север, вслушиваясь в малейшие изменения тональности сигналов. Медальон реагировал на границу «зазеркалья» слабым нагреванием. Лоцман попробовал выйти с территории через восточную и северную проходные; через памятные ворота; пытался перелезать через забор, но раз за разом оказывался перед хмурыми спутниками. Гор пробовал тоже, но после третьего раза с зеленым лицом и ворчанием: «Еще раз, и точно блевану. Черта лысого нам, а не выход», – наотрез отказался. Муха привел аналогичные аргументы, а Вихрь даже не стал пытаться. Налегке, без комбинезона и ранца, он все равно не поспевал за товарищами и нагонял только тогда, когда те останавливались «экспериментировать».

Они прошли вдоль забора около километра, миновали АБК, транспортно-складские постройки, и, когда оказались у корпусов лабораторий, Лоцман решил, что хватит. Убедившись, что находится в «обычном измерении», он сказал:

– Почти половину прошли. Пора завязывать. Пусть я не страдаю, как вы, от зеркалирования, но вдруг число попыток конечное? Возвращаемся на исходную.

– Будем ждать Шторм? – как ни в чем не бывало спросил Муха. Остальные с угрюмыми лицами уставились на серый потрескавшийся асфальт.

Словно не было уговора идти в подвал.

– Нет. – Лоцман не собирался отступать. – Как договаривались, идем в подвал подстанции.

До разгрузочной площадки шли молча, не глядя друг на друга.

Полчаса отдыха прошли аналогично.

Пришло время выполнять договоренность.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Чтобы дойти до подстанции, отряду предстояло либо обойти главный испытательный цех, либо пройти сквозь него и подземный переход. Лоцман смотрел на полыхающее в здании «сияние» и чувствовал, что готов рискнуть. С медальоном появилась возможность выудить из архианомалии добычу, которая в дороге до Дока наверняка пригодится.

– Серега, – обратился он к Мошкину. – Нужна помощь. Небольшая.

– Чего еще?

– У «Стали» хорошая защита, надо добыть парочку артефактов из сияния.

– Опять «отмычкой» идти? – Муха покосился на сидящих поодаль Гора с Вихрем, скривился. – Лоцман, не ожидал от тебя такого.

– Я подскажу, что делать.

– Лезь сам, если надо. Мне бочки хватило.

– Артефакты понадобятся, чтобы выйти.

– Слышал уже. Всё выходим и выходим, никак выйти не можем.

– Тогда одолжи комбез. – Кое-как залатанная «Сталь» выглядела не столь презентабельной, как в день прилета в Рыжий лес, но Лоцман полагал, что с учетом медальона защита будет сносной. – Но в этом случае лучшие артефы оставлю себе.

Муха задумался.

– Ты и так мне должен, – сказал он. – Когда гномы утащили тебя к идолу, я шуганул их. Так что пятьдесят на пятьдесят.

Лоцман потерял дар речи. При всей своей недалекости бывший лейтенант умел набивать цену.

– Ну что, ветеран, идем? – Гор все-таки решился. – Видит бог, как же тошно лезть в эти подвалы…

– Да, сейчас пойдем. Договариваюсь с Мухой поискать в сиянии артефы на выносливость. – Онисим кивнул на прилегшего на обломок плиты Вихря. – Юре точно не помешают.

– Думаешь, со своим «Нюхачом» обскачешь меня с «Шерлоком»? – Гор покрутил пальцем у виска. – Но фигня-вопрос, лезьте, если хотите. Артефы действительно не помешают.

– Кстати, Гор, а что за артефакты у тебя в ранце? – воспользовался моментом Лоцман. – Тоже из Рыжего леса? Покажешь? Вдруг помогут выбраться?

Вихрь с Мухой уставились на чернявого товарища. Их недоуменные и недоверчивые взгляды Лоцман ощущал едва ли не физически. Гор показал себя молодцом. Несмотря на вспыльчивый и сварливый нрав, сумел сдержать эмоции.

– Лоцман, ты че, перезеркалился? Какие артефакты? – ровным голосом, будто принял пси-блокаду, произнес Пинчук. – Я те че, Муха? За крысу меня держишь?

– Ни в коем случае, – пошел на попятную Лоцман. – Детектор среагировал на твой ранец, вот и поинтересовался.

– «Этак» у меня там. Забыл?

«Подобралась команда… Болван, больной, бывалый. Ни на кого нельзя положиться».

Медальон подсказывал, что артефактов несколько, но поиск истины сулил проблемы.

Пусть Гор знает, что его секрет – не секрет. Может, будет сговорчивее.

– Точно. – Лоцман пожал плечами. – Прости, думал, ты в контейнере его держишь, вот и обнадежился.

– Так что с сиянием? – Гор хищным взглядом окинул внушительный корпус цеха. – Какой план?

– Муха с твоим «Шерлоком» заходит первым, я иду у него за спиной с «Нюхачом». Говорю, куда ступать и что делать.

– Э-э-э! – возмутился Мошкин. – Мы не так договаривались!

– Да иди уже! – Вихрь лежал с закрытыми глазами, но все слышал. – Хрен знает, сколько нам еще придется выживать…

– Держи. – Гор сунул Мухе в руки детектор аномалий. – Ветеран сказал, что один не справится, значит, надо помочь.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Лоцман включил «Нюхач», пошел к серым воротам в цех.

– Пошли, Серега, – бросил он за спину. – Покажу, как артефакты добывать.

Поглядывая на Гора и шепча под нос ругательства, Муха отцепил от ранца шлем. Водрузил на голову, пошел за сталкером-ветераном.

Здание находилось в плачевном состоянии. Испытательные, подсобные и служебные помещения по большей части лежали в развалинах, разрушенные катаклизмами Зоны. Металлоконструкциям повезло больше, но и они пострадали. Хуже всего было то, что, помимо аномального поля и непроходимых завалов, весь цех зарос черными колючими кустами. Их заросли скрывали и битые кирпичи, стекло, деревянные и бетонные обломки. Подвернуть ногу или порвать штанину было проще простого.

Лоцман опытным взглядом оценил обстановку, надвинул на глаза очки и сосредоточился на медальоне. В цеху преобладал «второй свет», рабочие площадки верхних уровней в основном располагались вдоль стен, но все видимые подъемы к ним были обрушены. Обширное, насыщенное энергией аномальное поле заполняло все пространство, однако, как подозревал Лоцман, где-то его концентрация была ниже. Настолько, что мог проскользнуть человек. Молнии «электронов» в большей части гуляли по металлическим колоннам и фермам; «огни-шельмы» демонстрировали броуновское движение, хаотично перемещаясь по лабиринту помещений; само «сияние» царственно полыхало в основном пространстве цеха вровень с высокими окнами из стеклоблоков. Воздух был сухим и стерильным.

«Спящий сталкер» ощутимо менял температуру, предупреждая об опасном приближении к аномалиям. Детекторы пищали что есть мочи. Положив Мухе руку на плечо и сверяясь с показаниями детектора, Лоцман направлял экс-лейтенанта в самый эпицентр бушующих энергий. Чтобы избежать дезориентации от пси-активности, оба приняли по розовой таблетке.

– Смотри внимательно на индикацию! – ощутив покалывание медальона, крикнул Лоцман. – Артефакты не видны в родительской аномалии, и для их подсветки нужен детектор. Это свойство и служит для сталкеров защитой – роднит с аномалией, и та калечит послабже.

– Смотрю… – Из-за шлема ответ Мухи был едва слышим. – Пытаюсь навести.

Покалывание ощущалось в трех направлениях, нагрев уменьшался в секторах между ними.

– Я брошу железки, ты запоминай границы аномалий и где полыхнет в кустах, – предупредил Лоцман. – Дальше пойдешь один, но только по команде.

– Мы так не договаривались.

– Мне дальше не пройти! Не робей, все нормально будет.

– Какого черта я согласился…

Лоцман бросил железную мелочовку.

Пространство вокруг сталкеров взорвалось искрами, молниями, вспышками. Муха заорал. Светопреставление длилось с полминуты. Сталкеры все это время наблюдали сквозь поляризованные стекла. К их удивлению, ни одна черная колючка на кустах даже не дрогнула. Сопровождаемый писком в ушах, гром разрядов сменился треском, а после шипением.

Наступил краткий момент перезарядки.

– Запомнил? – Лоцман пихнул Муху в спину. – «Шерлок» на изготовку и три шага на вершину кучи. Забираешь артефакт, возвращаешься ко мне. Потом заберем остальные.

– Попробую…

Мошкину удалось. Первая «искра» отправилась в приготовленный контейнер. Окрыленные удачей, сталкеры приготовились добыть следующий.

Действуя по указаниям Лоцмана, Муха двинулся сквозь сухие заросли к лабораторному верстаку, у которого прятались аж два артефакта. Он почти добрался, как вдруг угодил ногой в неприметную яму, споткнулся и рыбкой полетел вперед.

По «Стали» побежали искорки, и Лоцман в ужасе закрыл глаза.

В этот раз сверкало дольше и сильнее…

Кап. Кап. Кап. Кап.

Гор с Вихрем оценили добычу. Две «искры», «эльма» и целый «луносвет» – редкий артефакт, усиливающий организм и снижающий пси-воздействие! Три других обладали схожим эффектом, но послабее.

– Как делить будем? – поднял насущный вопрос Гор.

– «Луносвет» Вихрю, мне «эльму», с «искрами» вопрос открытый, – произнес Лоцман. Не удержавшись, добавил: – Поделишься артефактами – одна «искра» твоя.

– Что? – Смуглая кожа Гора стала серой. – Ты…

– Шучу, Гор, шучу! – перебил его Лоцман, широко улыбаясь. – Напряжение снимаю. Электроаномалии – они такие.

Гор еле сдержался, чтобы не выругаться.

– Не очень-то и хотелось на самом деле, – процедил он.

– Тогда заберу обе. – Муха в потемневшей «Стали», взъерошенный, но живой, появился из-за старого «ЗиЛа-130», где справлял нужду. – Мне они чуть жизни не стоили. Едва успел прикрыться от молний столешницей!

– Идет. – Лоцман раздал контейнеры. – Для допинга обеспечьте контакт с кожей. Муха, с тебя блистер пси-блокады.

«Балабол», – подумал про себя, вспомнив, как экс-литеха голосил и прятался под верстаком. Выводить его пришлось чуть ли не за ручку.

– Ветеран, из ловушки будем выбираться? – злясь на происходящее, проворчал Гор. – Или хваленое сталкерское чутье тоже хохма?

Сталкеры нахмурились, притихли.

Поднявшийся ветер погнал по площадке жухлые листья, поднял в воздух пыль. Искривленные сухие ветки деревьев тихо поскрипывали. Откуда-то издали донеслось бряцанье цепей.

Производственный комплекс «Вектор» не горел желанием отпускать залетных гостей.

Лоцман украдкой нащупал медальон. Бархатистая поверхность добавила уверенности.

– Идем, – сказал сталкер и первым зашагал к четырехэтажной кирпичной подстанции.

Фантомные капли все капали и капали.

За ночь в здании ничего не поменялось, следов в пыли не прибавилось. Сталкеры прошли через двухстворчатые двери в тамбур, остановились, переглянулись. На лестничной клетке было довольно светло – свет проникал из открытых дверей операторской и в окно первого этажа. Лестница в подвал с бурыми кляксами на ступеньках бередила душу каждого.

Лоцман вытащил «Нюхач», с сосредоточенным видом прошелся вдоль стены, спустился на пролет вниз.

– Гор, попробуй подняться наверх и просканируй внешние стены лестничной клетки! – крикнул он снизу. – Вихрь, отдохни пока в операторской! Муха, спустись, помоги мне!

Не без скепсиса они подчинились. Онисим достал из мешка найденные ранее молоток и зубило. Отметил кирпич, где температура медальона повышалась сильнее всего.

– Держи, – протянув Мухе инструменты, сказал он. – Нужно выдолбить парочку кирпичей вглубь стены. Под уклоном!

– Точно поможет выбраться? – с кислым видом Мошкин взял инструмент. – Я думал, нужно будет в подвал лезть…

– Индюк тоже думал! – Лоцман почувствовал нарастающее раздражение. – Сделай, что прошу.

– Не понимаю зачем? Там еще кирпичей с полметра, а то и больше.

– Затем, что если сделаю сам, то уйду из «зазеркалья» один.

Муха хмыкнул, но все же принялся за дело. Лоцман в свою очередь полез в трансформаторные шкафы, чтобы добыть проволоку, а после пошел за парочкой целых кирпичей, листом железа и ломами.

К его приходу кирпичи в кладке были раздроблены, обломки из углубления вычищены. После короткого спора, стоит ли тратить последнюю гранату, вдвоем с Гором сделали закладку, закрыли листом и подперли подходящим бруском.

Бум!

Сто десять граммов тротила проломили старую кирпичную кладку стены, пробив отверстие на другую сторону. Сталкеры по очереди посмотрели сквозь отверстие. Дыра вела в техподполье пристройки, куда от зданий комплекса приходили кабельные трассы электроснабжения. С той стороны было темнее – тусклый дневной свет проникал вниз через открытый в полу люк.

Лоцман поднес детектор. «Нюхач» запищал, но не слишком энергично. В ход пошел фонарь. Сталкеры сгрудились у пролома, вчетвером наблюдая за лучом света.

– Смотрите, – сказал Лоцман. – Видите, вроде как рябь и искажение обстановки? Похоже, «мясорубка». Соваться туда пока нельзя.

Приноровившись, бросил в пролом болт. Тот звякнул о лоток с кабелями и упал в пыль.

Сталкеры не поверили глазам – он не исчез!

Не исчез!

Кап. Кап. Кап. Кап.

– Мужики, – еле слышно сказал Лоцман. – Слушайте внимательно. Выход есть, но придется рискнуть. Для начала расширим пролом, чтобы можно было пролезть на четвереньках. Потом самое сложное…

Он замолчал, ожидая, что скажут парни.

Те лишь переминались с ноги на ногу и выжидающе смотрели на него. Они отчаянно хотели выбраться из ловушки, мысль о свободе парализовала способность размышлять – лишь осознание неминуемой смерти в «мясорубке» удерживало от опрометчивых действий.

– Что самое сложное? – наконец произнес Вихрь. – Как нам пройти сквозь «мясорубку»?

– Чтобы пройти сквозь «мясорубку», нам придется слазать вниз и притащить сюда четверых зомби.

Какое-то время, кроме ветра и падающих капель, не раздавалось ни звука.

Лоцман терпеливо ждал: балабол, больной и бывалый должны были принять решение сами.

Не то чтобы трудное, но и не легкое.

Первым определился Гор.

– Зона знает, как довести до белого каления, – криво ухмыльнулся он. – Раз надо, притащим. Но не дай бог кто-то в этот раз сделает ноги… сам завалю!

– Главное, чтобы все нормально было, – поспешил согласиться Муха, отряхивая «Сталь» от кирпичной пыли.

– Чем смогу, тем помогу. – Вихрь отер со лба пот вязаной шапочкой.

– Тогда поехали. – Лоцман кивнул на ломы.

Пока Гор с Мухой расширяли пролом, Вихрь добыл еще проволоки. Лоцман спустился в подвал и через гермозатвор вновь проник в «Омегу-16». С замирающим сердцем подошел к служебной лесенке за платформой, прислушался. Со дна шахты не доносилось ни звука. Спустившись на два пролета, посветил вниз фонариком. Зомби никуда не ушли. Израненные, усохшие человеческие оболочки стояли безмолвными статуями. Лоцман насчитал шесть штук. Прислушался еще. Рычания прыгунов не услышал, снизу доносился лишь тихий гул насосных установок.

«Неужто повезло? – поднимаясь наверх, подумал он. – Рыбалка вроде обещает быть несложной».

В следующий раз на площадку вернулись вчетвером. По обкатанной схеме разделились на пары. Гор с Мухой ловили зомби петлей за шею, затягивали на уровень с тоннелем, где Лоцман с Вихрем обездвиживали «добычу» проволокой.

Первым выудили бывшего армейца. Следом – наемника, «анархиста» и вольного, уже знакомых по прошлому спуску.

– Прямо коллекция подобралась, – хмыкнул Гор. – Не так уж страшно оказалось.

Зомбированные были разной степени «свежести», покалеченные пулями и когтями прыгунов. Вольный сталкер показался Лоцману самым «старым», и сопротивлялся он не так активно, как остальные.

Доставка «жертв» к пролому не заняла много времени. Заминка случилась, когда возник вопрос, кому лезть в «мясорубку» первым. Уверения Лоцмана в том, что действие аномалии описано в энциклопедии, что после уничтожения живого существа она какое-то время неактивна, не помогли в поиске добровольца.

– Лоцман, если все так, как ты молвишь, ползи первым! – высказался за всех Гор. – Если не пройдешь, дергаться будет бессмысленно.

Онисим думал об этом. И остальные тоже – он не сомневался.

Одно дело теория, другое – испытать на собственной шкуре. Зона уже столько раз обманывала их ожидания.

– Я готов идти первым, – ответил он, – но нужно смотреть в перспективе. Кто знает, как поведет себя аномалия? Кто знает, что на той стороне? Если я пройду, а вы останетесь? Что будете делать? Ждать голодную смерть?

– Дождемся Шторма, он вскроет «зазеркалье», – сидя на ступеньках повыше и подальше от всех, произнес Муха.

– Я только предположил, что может вскрыть, не обольщайся. – Лоцман не спускал глаз с пролома, изучая малейшие детали. – Мое мнение: первым должен идти либо самый слабый из нас, либо… самый вооруженный.

– Ты вооружен лучше всех, и слабее тебя только Вихрь, – проворчал Гор. – Идеальный кандидат.

– Если пройду, ждать никого не буду.

– Ох и ушлый ты, Лоцман. – Муха сплюнул. – Спаситель хренов.

– Ветеран… – В голосе Вихря чувствовалась боль и усталость.

Обмотанные проволокой зомби с глухими стонами шевелились на полу и не переживали о скорой участи. Аномальная энергия Зоны побуждала их уничтожать живые организмы – человеческая жизнь, человеческие страсти для них навсегда остались в прошлом.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Решение затягивалось.

Сидящий на нижних ступеньках Гор взялся за автомат, поднялся на ноги. Остальные неотрывно следили за ним и тоже положили руки на оружие. Напряжение между сталкерами росло с каждой секундой.

– Муха… – начал чернявый.

– Иди ты! – перебил его Мошкин. – Хватит! Первым в «мясорубку» не полезу!

– Ты че, гнида!..

– Мужики, эй! – Лоцман вскочил на ноги. – Ну-ка без фокусов!

– Ветеран, не встревай! Ща кое-кому мозги вправлю…

– Сунься только, военстал недоделанный, башку прострелю! – Муха отпрыгнул к выходу из подстанции, скрывшись из поля зрения Гора. – Не дорос еще до больших звезд, чтобы в «мясорубку» пихать!

– Мужики, вы охренели?! Убрали оружие! Кому сказал! – заорал Лоцман.

– Литеха охренел!

– Да ты сам охренел!

– Успокойтесь! – крикнул Вихрь. – Я пойду!

Ругань смолкла, все в миг онемели.

– Все равно смертник. – Вихрь схватился за перила, чтобы встать на ноги. Спустился к пролому. – Бог даст, пролезу.

Остальные смотрели на него с изумлением, страхом, надеждой. С облегчением вперемешку с угрызениями совести.

Вызов Зоне бросил кто-то другой. Кто-то другой шагнул навстречу гибели.

Лоцман жестами позвал Гора с Мухой, чтобы затолкать зомби в «мясорубку». Вихрь покорно ждал своей очереди. Глядя на него, Лоцмана осенила идея, и он удивился, почему не сообразил раньше.

– Юра, не торопись, – сказал он, – сначала попробуем одну штуку.

Парень глянул на него с такой надеждой, что очерствевшее за годы сердце Лоцмана екнуло.

Муха и Гор замерли в ожидании откровения.

Кап. Кап. Кап. Кап.

– После первого зомби мы сунем в «мясорубку» второго. Если он вывалится на ту сторону невредимым, значит, «мясорубка» действительно отключается.

Отчаяние, прямо-таки осязаемое в атмосфере, слегка рассеялось. Страх, пропитавший каждый сантиметр подвала старой подстанции, чуть-чуть отступил.

Сталкеры воспряли духом. Ухватились за соломинку нового шанса.

– Давайте попробуем. – Гор первым взялся за торс зомби-наемника. – Че тянуть!

При контакте с живыми кадавр застонал, задергался активнее, но проволока надежно удерживала его. Стараясь не смотреть на лицо мертвеца, Лоцман в паре с Вихрем направил ноги зомби в пролом, а Муха с Гором толкнули за плечи вперед. Кирпичная стена была около метра толщиной, и больших усилий не потребовалось.

То, что случилось дальше, досмотрели двое из четверых. Зомби по другую сторону стены не упал на пол, а остался висеть в горизонтальном положении, и невидимая сила стала деформировать его. Оправдывая свое название, аномалия рвала и скручивала человеческое тело. Кадавр распался на дюжину бесформенных кусков, которые все уменьшались и уменьшались, пока окончательно не исчезли.

«Будь он по-настоящему живым, – Лоцман содрогнулся, – кишков и крови я бы не выдержал».

Гор, серый от шока, стоял, привалившись к стене.

Теперь каждый в полной мере представлял, через что придется пройти.

Три оставшихся кадавра дергались среди обломков кирпичей, движимые стремлением добраться до людей… своих будущих палачей.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Лоцман просканировал пролом детектором, вновь посветил фонариком. Занервничал.

– Давайте второго, – чтобы избежать вопросов, распорядился он.

За наемником последовал армеец.

На этот раз смотрели все. И на этот раз произошло все то же самое. «Мясорубка», как в немом кино – без хруста костей, треска разрываемой плоти и одежды, – превратила кадавра в фарш. Через какие-то минуты не осталось и фарша.

Лоцман занервничал еще больше. Аномалия вела себя не так, как описывалось в КПК. Деактивация не случилась ни после первой, ни после второй жертвы. Искажение пространства не исчезло. Выход из «зазеркалья» не открывался!

Настрой ветерана не укрылся от молодняка и в мгновение ока передался им. Они с тревогой переглядывались.

– Лоцман, почему его уничтожило? – озвучил общее беспокойство Муха. – Мертвяк потому что?

– Давайте третьего!

Ненасытная аномалия получила сталкера-«анархиста».

– Среди ублюдков шел артист, в кожаном плаще, мертвый анархист… – мрачно продекламировал Вихрь, наблюдая как «мясорубка» беззвучно пережевывает человеческую плоть. – Крикнул он: «Хой! Честь долой!» Трупов вел он за собой…

Гор не спускал глаз с Лоцмана. Тот в свою очередь следил, как исчезает надежда.

Комок за комком.

Искажение пространства не исчезло.

– Черт… – Лоцман в отчаянии сел на пол рядом с проломом. – Не работает! Должна работать, а не работает! Не знаю почему.

Ошарашенные известием, Муха с Вихрем привались к стене, застыли немыми изваяниями. Гор кусал губы, поглядывал то на аномалию, то на оставшегося кадавра. Собравшись с мыслями, легонько пнул Лоцмана по ботинку.

– Че, ветеран? Обломчик вышел? Не все знаешь про Зону?

– На то она и Зона, чтобы удивлять, – помедлив, ответил Лоцман. – В прошлом году в Заполье снег выпал. Два дня лежал. А как-то видел паучков, что кровохлеба спеленали и съели.

– Хм…

– Гор у нас горазд на смерть отправлять, а не кровохлебов убивать, – буркнул Муха, поднимаясь по лестнице к месту, где сидел. – Я, сидя в бочке, и то убил. Из пистолета.

– Муха, че, при Лоцмане борзеть начал? – вспылил Гор. – Я прочей нечисти до хрена завалил! Кто растяжкой кровохлеба подорвал? Кто в сиама попал? А?!

– Граната подорвала, не ты. – Муха плюнул между перилами. – А в сиама попал я. Ты только пулемет просрал.

Гор рванулся к Мошкину. Лоцман схватил парня за штанину, но тот вырвался. Вихрь схватил за рукав и тоже потерпел неудачу.

– Ты че, паскуда, нюх потерял? – На середине пролета Гор замер из-за смотрящего в лицо «макара». – Слышь, лейтенант, не много ли на себя взял? Уймись. Обещаю, бить не буду.

– Мужики… – начал Лоцман, но Муха перебил:

– Что – уймись? – Пистолет подрагивал в его руке, в голосе чувствовалась ярость. – Ты уймись! Первый только кулаками махать! Как в аномалию, так последний сразу! Давай сейчас первым в «мясорубку» полезешь! Не все другим первыми лезть!

– Ты сдурел? – Гор побледнел. – Реально хочешь меня четвертовать?!

Он чуть-чуть сдвинул руку к автомату.

Паф!

От плиты лестничного марша над головой Гора откололись кусочки бетона.

Лоцман схватился за автомат, Вихрь за рукоятку ПМ, но доставать и направлять на Муху ни тот, ни другой не рискнул.

– Серега, погоди, – воспользовавшись замешательством, вклинился Лоцман. – Даже если загонишь Гора в «мясорубку», ты не решишь наших проблем. – Глянул на Гора, приложил указательный палец к губам, призывая помолчать. – Где возьмешь еще две жертвы?

– С Вихрем сами определитесь, кому вперед лезть. – Муха раскраснелся, выбившиеся из-под шлема волосы прилипли ко лбу. – Гор, хотел меня в «мясорубку» первым? Уступаю тебе привилегию!

– Думаешь, дамся? – процедил Гор. – Хрен я туда полезу.

– Прострелю руки, прострелю ноги – залезешь как миленький!

– Погодите! – крикнул Лоцман, вставая за Гором так, чтобы Мухе было сложнее попасть. – Никто умирать не полезет! Если мертвяки не подходят, есть прыгуны, гномы, кровохлеб, наконец! Изловим кого-нибудь, куда деваться!

На лице Мошкина мелькнуло смятение. Рыскнул взглядом на пролом, на спутников.

– А чего Гор на меня кивал? – прошипел он. – Такой пнул тебя невзначай и на меня покосился? Где раз предложил, там и второй! Вижу его ушлую натуру насквозь!

– Муха, ты че себе напридумывал?! – Гор поднял руки ладонями вперед. – Я Лоцмана подколоть хотел, что он за шатунов не в курсе!

– Что ты сказал? – чувствуя, как трепыхнулось сердце, переспросил Лоцман. – Шатуны? Что за шатуны?

– Как нервный уберет ствол, так и скажу.

– Серега, – начал Лоцман с осторожностью, взвешивая каждое слово. – Гор дело говорит. Его информация может вывести нас из «зазеркалья». Живыми. Никто не умрет в «мясорубке». Слово сталкера. Под мою ответственность Гор завяжет с разборками, а ты уберешь пистолет. И поклянемся, что впредь таких инцидентов не будет. Вихрь свидетель. И зомби вон тоже руками и ногами за.

Вихрь энергично закивал. Кадавр, утробно завывая, дергал замотанными проволокой конечностями.

Неуклюжая шутка слегка разрядила атмосферу. Муха с подозрением следил за каждым, но затравленность во взгляде постепенно исчезала. Никто не торопил его.

Кап. Кап. Кап. Кап.

Муха убрал «макар» в кобуру.

– Отлично. – Лоцман шагнул вверх по лестнице, заслонил собой Гора и протянул руку Мошкину. – В Зоне нужно объединяться, а не собачиться.

Годы общения с разномастными сталкерскими компаниями даром не прошли. Муха ответил на рукопожатие, сел на замшелую ступеньку. Гор пожал плечами, спустился на площадку к кадавру.

– Мы – сталкеры, – дабы поднять моральный дух, произнес Лоцман. – Пробиваемся сквозь ловушки Зоны к заветной мечте и остаемся при этом человеками.

Если бы только сам он верил в это…

– Твои слова, да богу в уши, – эхом откликнулся Вихрь.

– По ходу, «мясорубке» мы скормили шатунов, – подал голос Гор. – Вспомнил историю, братки-сталкачи рассказывали. Как-то они отстреливались от зомбаков в Кулажине. Прощелкали вспышку, под Шторм загремели. Успели схорониться в подвале. Вылезли потом, ба! Зомбаки целехоньки! Че такое? С ними научник-белорус. Рассказал теорию. Мол, если труп залежался в Зоне, то появляется его реплика. Типа живет вместо него, но безмозглая. Вот она после Шторма и восстанавливается до исходного варианта!

Гор с видом превосходства глянул на Лоцмана, затем на зомби-армейца. Перевернул последнего лицом вверх. Онисим в задумчивости почесал верхушку капюшона.

– Спасибо, Гор. Выберемся, передавай поклон браткам, – сказал он. – Будем пробовать.

– Что пробовать? – отозвался Муха, поднимая голову.

– Этот зомби выглядит давнишним, – терпеливо пояснил Лоцман. – Есть шанс, что он бывший человек, а не шатун. Достанем еще таких и продолжим эксперименты с «мясорубкой».

– И ты так легко в это поверил? – удивился Вихрь.

– Да. Времени не рефлексии нет. Если не получится, вернемся к плану с прыгунами, гномами… Ну ты понял.

– Есть мысля, что оригиналы болтуны… – хмыкнул Гор. – На хрена шатуну молиться в сортире?

– Согласен. – Лоцман поманил рукой остальных и пошел по вниз по лестнице. – По моим соображениям, «мясорубка» работает как триггер, – когда остальные потянулись за ним, продолжил он. – Биополе включает и выключает ее. Из-за этого она непредсказуема. Потому что ты пройдешь через неактивную и ничего не заметишь. А кто пойдет следом – того в фарш. И тайминги активации тоже неизвестны. Может, они от массы зависят, или времени, или от количества одновременных жертв…

– Лоцман, ты че в сталкерах забыл? – съязвил Гор, спускаясь следом. – В научники надо было идти.

– Был я там. – Лоцман шагнул за гермозатвор. – А потом все кувырком…

Оставшихся с предыдущего раза зомби сталкеры оценили как образцы нужной «кондиции». Лоцман признал в них «анархиста» и вольного, которые повторяли «шихр». Затащили наверх. Чтобы подманить новые жертвы, Гор пролез через дыру из шахты в пультовую и поднял шум, дубася железякой по конструкциям. Надежда на скорое освобождение притупила все страхи. Вскоре на дно шахты приковыляли сначала два, потом еще три кадавра. Прискакал прыгун. Двух выстрелов хватило, чтобы он с недовольным рычанием убрался прочь.

– О, вояка из сортира, – узнал Гор последнего «гостя».

– Да, и «Сова» тоже пришел, – сказал Муха.

– Точно, – подтвердил Лоцман. – Их нам хватит. Запасного будем брать?

– Давайте возьмем. – Вихрь держал наготове проволоку. – Здесь… всего можно ждать.

– Гор, Муха, тогда захватите еще вон того «каменщика»…

«Рыбалка» и транспортировка заняли около трех часов. Сталкеры устали. Расположившись на отдых рядом с проломом, они нет-нет да поглядывали на затаившуюся аномалию. Лезть в нее было страшно каждому. Никто не хотел повторить судьбу шатунов. Зомби бубнили свои последние слова.

Кап. Кап. Кап. Кап.

– Осточертело слушать эту капель, – сказал Лоцман, вставая. – Ну что, приступаем к задаче о переправе?

– Че? – Гор потянулся, разминая мышцы.

– Задачка про волка, козу и капусту, – угрюмо обронил Мошкин. – Занимательная математика.

– И в чем проблема?

– В очередности. – Лоцман жестами показал, чтобы приготовились толкать в «мясорубку» «Сову». – У кого какие предпочтения? Юра вызвался лезть первым.

– Темнеет, – отозвался Вихрь, мотнув головой на распахнутые двери, откуда падал тусклый уличный свет. – День коту под хвост катится.

– Потом полезу я! – Муха сделал шаг к дыре.

– А че не последним? – фыркнул Гор. – Тебя же «достало первым лезть в пекло».

– Так-так, стоп! – встрял Лоцман. – Говорю сразу, наедине вас точно не оставлю. Второе, как тоже говорил, – отдайте Вихрю оружие.

Дал время подумать.

После продолжительного молчания Гор с хмурым видом заявил:

– Последним не полезу. Ниче не знаю. Хватило подземелий.

– Ну я же ходил первым, не жаловался! – взвился Муха. – А кто-то всегда последним!

– Кто не жаловался? Че ты несешь?..

– Так, все ясно! – хлопнул в ладоши Лоцман, привлекая внимание. – Серега, раз шел всегда первым, разок можно и последним. Я подстрахую. «Макар» оставь себе. Гор отдаст Вихрю автомат и пойдет вторым, будет помогать с мутантами. Все! Пора уматывать из «зазеркалья»!

Гор с Вихрем молча кивнули. Муха хотел возразить, но потом сдался.

– Ни хрена не занимательная математика, – буркнул он. – Чертова Зона…

Пришло время выбираться.

В отличие от предшественников, «Сова» не исчез в «мясорубке» полностью. Как и надеялся Лоцман, по ту сторону стены на пол упало три бесформенных комка органической массы. Глядя на них, Лоцман вспомнил Седого. Как сунул его труп в «круговерть». Вспомнил, что пришлось пережить в «Омеге-16».

– Еще один шажок… – Он указал на «вояку из сортира». – Давайте его.

– Следующий, кричит заведующий, – пробормотал Вихрь.

– Оза-а… рение-е… – кое-как выговорил кадавр.

Зацепляясь проволокой и одеждой за края кирпичей, выгибаясь и застревая, зомби при содействии сталкеров оказался на другой стороне.

Целым и невредимым.

– Берем «каменщика».

Мясорубка приняла подношение, беззвучно заработала, уничтожая человеческую плоть.

Четверо смотрели.

Бывшие люди – лишь средство. Их путь к спасению. Чтобы они, живые, смогли уйти.

Но каждый знал, что никто из них не выйдет из «зазеркалья» прежним.

Не после такого кошмара.

Дюжина комков органической массы.

– Юрец, ты готов?

Вихрь с автоматом за спиной, с мотком проволоки в руке, кивнул. Перекрестился и, шепча молитву, полез в дыру. Лоцман подсвечивал фонариком, внимательно следя за лучом.

Обошлось.

Молодой сталкер преодолел смертельную аномалию.

Оказавшись на той стороне, Вихрь перевалился через «вояку» и вскочил на ноги. Запинаясь за кабели, забыв про товарищей, бросился к люку из техподполья, вылез наполовину. Остальные с бешено бьющимися сердцами наблюдали за ним. Секунды растянулись в вечность.

Лоцман следил за каждым движением блондина и под ритм падающих капель повторял в уме единственное слово.

Удалось?

Удалось?

Удалось?

Удалось?

Наконец Вихрь спустился обратно. Широко улыбаясь, посмотрел в дыру. Улыбка исчезла. Начал жестикулировать, что-то говорить. Спохватился, махнул рукой, приглашая ползти к нему. Уселся на бетонный лоток.

– Ш-шихр… – «Анархист» отправился в последнее путешествие.

Один комок биомассы.

Отборная матерщина во весь голос.

Гор на другой стороне.

Вне себя от радости.

– Ши-иххр… – Вольный сталкер стал жертвой ради спасения собрата.

– Лоцман! – Муха схватил Онисима за рукав, глаза парня были круглыми от безнадеги и ужаса. – Ты обещал! Не бросайте меня тут! Слышишь?! Не бросайте!

– Серега, не оставим. – Лоцман похлопал перепуганного Мошкина по плечу. – Слово сталкера.

Совладав с собой, Муха поверил. Отпустил рукав «Сумрака».

Три комка биомассы.

Лоцман пополз.

Волоча привязанный к ноге вещмешок, не думал ни о чем, кроме темного техподполья впереди. Сосредоточился на улыбающихся лицах, задвинул за край сознания черную панику.

В какой-то момент правая нога застряла.

Дернул к себе – поддалась, но с трудом. Оглянулся – увидел объятое ужасом лицо Мухи.

– Лоцман, я с тобой! – крикнул он. – Я с тобой!!!

Лоцман почувствовал, как ужас захлестывает и его.

– Назад! – дурным голосом заорал он. – Нельзя вдвоем! Нельзя!!!

Муха не слушал. Вцепившись в ногу, приготовился ползти за Лоцманом.

– Назад!!! Убьешь нас, сука! – Лоцман со всей силы дернул ногой, угодив парню в голову.

Муха, схватившись за лицо, взвыл и отпрянул. Лоцман устремился в дыру.

Медальон под повязкой стал нестерпимо горячим.

– Жди! – успел крикнуть Онисим и с отчаянным рывком вывалился из стены.

Упал на бетонный пол.

Живой.

Гор схватил его под мышки, утянул подальше, помог встать на ноги. Вместе посмотрели в дыру на другую сторону. Как Лоцман и ожидал, ни Мухи, ни зомби не увидел. Бросил обломок кирпича – обломок исчез. «Зазеркалье» не выдавало своих секретов – за исключением мусора от взрыва, лестничная площадка выглядела пустой.

– Ну че, выручаем Муху? – проворчал Гор. – А то, может, ну его?

– Гор, хорош шутки шутить, – произнес Вихрь. – Он живой человек.

– Гор… – Едва соображающий Лоцман подошел к кадавру, взялся за опутывающую ноги проволоку. – Не парь мозги, бери «отмычку».

– Да ясен пень, не бросим. – Гор с кислой миной поднял «вояку». – Понесли, что ли.

Закинуть зомби в «мясорубку» не успели. Аномалия внезапно ожила, в ней появилось человеческое тело, которое тут же стало деформироваться.

– Муха! – в голос крикнули сталкеры, роняя кадавра. – Муха!!!

– Не дождался! – упавшим голосом произнес Вихрь. – Запаниковал…

Три сталкера остолбенели, потрясенные гибелью четвертого.

– О… зарение-е… – напомнил о себе «вояка».

Никто не обратил на него внимания.

Лоцман стоял, впав в ступор, не зная, что делать.

Все продумал, все рассчитал – и все равно ошибся.

Зона не позволила оставить ее в дураках.

Муха умер.

– Лоцман… – Кто-то легонько встряхнул его. – Эй, ты че, уснул?

Голос Гора. Шорохи, стуки. Лоцман удивился, когда осознал, что стоит с закрытыми глазами.

– Лоцман!!! – Новый окрик заставил его вздрогнуть. – И кто из нас сука, а! А?!

Не веря своим ушам, Лоцман проморгался и уставился на лежащего ничком Муху. С синяком, с грязным отпечатком подошвы на лице, Мошкин, приподняв голову, смотрел на Лоцмана и ухмылялся.

– Сука, значит… а я живой. Живой… – уронив голову, Муха зарыдал. – Выбрались!.. Выбрались!..

Выбрались.

Лоцман прислонился к стене. На глаза против воли навернулись слезы.

Вихрь навалился спиной на пучок толстенных кабелей, стянул с головы шапочку, прикрыл лицо. Гор отвернулся.

Выбрались.