Глава 18

Компания из пяти человек имела угрожающий вид. От них несло проблемами, которые эти люди собирались нам устроить.

— Откуда такие будете? — спросил мужик с землистым лицом.

— Из Коммунарки, — ответил я. — А вы откуда?

— Те двое тоже ваши?

— Какие двое?

— Которые десять минут назад прошли в калитку.

— Без понятия. Вы кто такие? — повторил я.

— Вы в курсе, что находитесь на чужой территории? Почему без спросу охотитесь? Нехорошо получается. Так не делается.

— Надо же…

Мне сразу стало понятно, кто передо мной. По сути обычные гопники. Предъявили нам, что мы, якобы, на их территории охотимся. Сейчас начнут требовать карточки или ещё что-нибудь.

Моя ладонь лежала на рукояти автомата, а в голове бродили вопросы. Успею ли выстрелить первым? Какими способностями обладают эти люди? У них бронебойные патроны или обычные? Стоящий передо мной человек имел уровень не намного ниже моего, но невозможно было даже примерно определить, какие навыки и характеристики у него прокачаны. А от этого зависело почти всё.

И больше всего меня терзал вопрос: сумеем ли мы выжить. Я не был уверен в своих силах. Казалось бы, уже столько раз попадал в передряги, но всё равно боялся. Смерть вновь отбросила на меня свою беспросветную тень.

— Ну так что делать-то будем? — продолжал давить старший.

Я пожал плечами:

— Пойдём каждый своей дорогой.

— Не, пацаны, так не годится. Вы охотились на нашей территории, забрали кучу добычи, а теперь просто так уйдёте? С тем, что вам не принадлежит?

— Похоже на то.

Парни захмыкали, один даже отметил вслух, что я слишком борзый.

— Может, и пойдёте, — согласился старший. — Но вначале отдадите то, что вам не принадлежит.

Мне и так было понятно, к чему клонит этот мужик. Нас либо оберут до нитки, либо убьют, либо вначале оберут, а потом убьют. Ни один из этих вариантов меня не устраивал.

Если ударить первым, шанс есть. Внутри всё сжалось. Я готовился начать бой и лишь ждал подходящего момента, надеясь, что мои скорость и реакция спасут положение. Ни одного движения этих ребят не ускользнуло от моего внимания.

Я мысленно дал команду активировать «каменную кожу» и вскинул автомат. Старший гопник не ожидал такого и не успел среагировать. Быстро и тихо заклацал затвор. Несколько пуль ударились в бронежилет мужчины, одна пробила шею. Красной вспышкой брызнула кровь.

В следующий миг улица потонула в грохоте автоматной пальбы. Я двинулся в бок, уходя с линии огня и продолжая стрелять. Резкие мощные тычки говорили о попаданиях.

Следующим в прицеле оказался полный мужик с раскосыми глазами, одетый в спортивные штаны, грязную серую футболку и разгрузку. Он пятился, одной рукой удерживая автомат. Вторую вытянул. Огненный вихрь пролетел совсем рядом. Я ощутил жар, закатанный рукав моего кителя сожгло. Толстяк упал замертво.

Передо мной возникло странное животное, похожее на крупную собаку, которая состояла из той же материи, что и демоны. Существо бросилось на меня. Я в последний миг направил на него ствол. Животное прыгнуло, я выстрелил и оказался на земле, сбитый с ног.

Собака шлёпнулась рядом, я вскочил, она — тоже. Меня так сильно кольнуло в бок, что я согнулся от боли. Собака рванула вперёд и повалила меня на асфальт. Я схватил её за горло. Чёрная оскаленная пасть оказалась передо мной, но чтобы дотянуться до моего горла, существу не хватило силы.

Одной рукой я навёл автомат на парня, который стрелял по мне. Пули попали ему в ногу и живот. Затем я уткнул ствол в голову собаке и нажал спуск. Башка разлетелась, словно комок грязи. Тварь рухнула на дорогу рядом, но не сдохла и продолжала шевелить лапами.

Последний парень, опустошив магазин своего автомата, бросился наутёк. Я стиснул зубы от боли, приподнялся, опёрся на локоть, прицелился, всё так же удерживая оружие одной рукой. Два тихих хлопка — и незадачливый гопник распластался на траве.

Один раненый достал из кармана небольшой предмет, поднёс ко рту — вылечиться собрался, сволочь. Не успел. Первая пуля пролетела над его головой, вторая попала точно в лоб. Мужик растянулся на тротуаре, чёрная собака с расквашенной башкой исчезла, не оставив и следа.

Грохот прекратился так же внезапно, как и начался. Когда на улице всё стихло, никого из участников перестрелки на ногах не осталось.

Иван был ранен, он лежал на спине и кашлял кровью. Шевелился один из подстреленных мной бандитов. У меня китель был весь в крови, а половина живота превратилась в сплошное пятно боли. «Каменная кожа» снова не сдержала попадание бронебойной пули.

Я лёг на дорогу, вытащил дрожащими пальцами стимулятор и пшикнул в рот.

— Помоги! — прохрипел Иван. — Я умираю. Сраные выродки.

— Стимулятор, — проговорил я настолько громко, насколько хватило сил. — Возьми стимулятор.

— Не могу пошевелиться.

— Можешь.

Однако я всё равно перевернулся на живот и пополз. Мне казалось, от боли потеряю сознание. Каждое движение давалось неимоверным трудом. А Иван, как назло, ещё и лежал далеко — так далеко, что пока я к нему подполз, моя рана под действием регенератора начала затягиваться.

Достав ещё один стимулятор, я помог Ивану использовать его, после чего растянулся рядом.

— Ты как сам? — прохрипел Иван и закашлялся.

— Заткнись. Жди, пока рана затянется, — ответил я.

Некоторое время мы просто лежали, дожидаясь выздоровления. В голову приходили мысли, что друзья этих бандитов могут придти с минуты на минуту и добить нас, но сил что-то делать не было. Даже фатализм какой-то появился. Ну помру и помру.

Впрочем, состояние это быстро ушло. Едва боль уменьшилась настолько, что стало возможно двигаться, не боясь потерять сознание, я поднялся на ноги и осмотрелся. Улица была по-прежнему пуста. Ни демонов, ни людей. Однако задерживаться не стоило. Если она пуста сейчас, не значит, что будет пуста через пять или десять минут.

— Ты куда? — проговорил Иван, увидев, что я ухожу.

— Лежи отдыхай. Сейчас пойдём дальше.

Я направился к старшему, что распластался в луже собственной крови, натёкшей из сквозной раны в шее. Глаза мужчины были открыты. Дотронулся до холодной руки. Перед глазами появился инвентарь покойного. Карточки, еда, патроны, большой системный нож, куча всякой мелочи. Я забрал карточки, патроны и оружие — автомат Калашникова, оснащённый удлинённым стволом и оптическим прицелом.

Переместив всё нужное в своё пространственное хранилище, я направился ко второму. Тот был ещё жив, но даже стимулятор не мог принять. Выстрел в голову прекратил его муки. Остальные оказались мертвы.

На всю компанию было почти двести белых карточек, двадцать шесть зелёных, тридцать три синих. Имелись у них при себе и стимуляторы, и разумеется, патроны. Всё это я отправил в собственный инвентарь, где оставалось ещё много свободного места, поскольку все ненужные стволы лежали дома. Так же мне достались три штурмовые винтовки, две самозарядные винтовки (все с оптикой), два пистолета и один револьвер. Было и холодное оружие — тесак, ножи, топорики.

— Можешь идти? — я вернулся к Ивану и присел на корточки рядом с ним.

— Не могу. Я сейчас сдохну.

— Уже не сдохнешь. Не надейся. Вставай, — я схватил парня за руку и потянул, поднимая с дороги.

— А-а-ай. Осторожнее, твою мать! Как болит! Мне грудину пробили! — кашель подтвердил его слова.

— Уйдём в безопасное место, тогда валяйся.

Иван встал на четвереньки, держась за грудь. Я осмотрел его. Спина и рукав тоже были в крови — оба отверстия оказались сквозными. У меня же выходного отверстия не обнаружилось. Ещё одна пуля застряла в теле. Лицо парня искажала маска боли, да мне и самому выть хотелось.

— Пуля прошла навылет, — объяснил я. — Тебе повезло.

— Повезло? Да иди ты. Прикалываешься?

— Нет. Давай, вставай, говорю.

Мы доковыляли до ограды и зашли на территорию коттеджного посёлка. Тут было безопаснее. Приняли ещё по одному стимулятору. Иван посидел на траве, пока боль не стихла, и мы продолжили путь, чувствуя себя уже более-менее нормально.

Девушки ждали в машине. Мы устроились на заднем сиденье.

— Что у вас произошло? Это вы стреляли? Откуда кровь? — Оля, что сидела на переднем кресле рядом с Викой, тут же засыпала нас вопросами.

— На нас напали, — сказал я.

— Какие-то чуваки решили, что это их территория, — стал рассказывать Иван. — Пришли и такие предъяву кинули, мол, вы охотитесь у нас, отдавайте карточки…

— А мы их убили, — закончил я за Ивана, не желая, чтобы он трындел полчаса. — Поехали. Вик, езжай в больницу.

— В больницу? Что случилось? — Вика с беспокойством посмотрела на меня.

— У меня пуля в животе. Надо на хрен вытащить.

Мало было с первой пулей мучиться, так теперь ещё и вторая появилась. Она осталась в брюшной полости, поскольку выходного отверстия я не нащупал. Да и боль не прекращалась — тупая, ноющая боль сверлила живот. После второй регенерации стало более-менее терпимо, но это мало утешало.

И я решил: хватит, надо с этим что-то делать. Вначале думал, пройдёт само — как-нибудь уляжется, зафиксируется, затянется. Но со временем стало понятно, что пуля в моём организме успокаиваться не желает, и я постепенно свыкся с неприятной мыслью, что её придётся извлекать насильственным методом. А теперь ещё и вторая появилась. Ну зашибись!

Значит, надо действовать, и чем скорее, тем лучше. Я плохо представлял, как извлекать пули, но решил сделать это сегодня во что бы то ни стало. Вот и сказал Вике, чтобы ехала в больницу. Там было всё необходимое для операции.

Иван принял ещё один стимулятор. Его рана до сих пор полностью не затянулась. Он то и дело кашлял кровью.

— Но ведь среди нас нет врачей, — проговорила Вика. — Как ты будешь вытаскивать пули?

— Без разницы. Там есть обезболивающее, есть инструменты. Вези в больницу. Как дела, кстати? Вам эти ублюдки не попадались?

— Нет, мы не видели людей, — Вика завела мотор, и машина тронулась с места. — Я, по крайней мере, никого не замечала.

— Я видела, — сказала Оля. — Днём ещё ходили. Но они были далеко.

Дела у девушек обстояли неплохо. Обе получили уровни: Вика — девятый, Оля — десятый. Вика, правда, чуть не погибла от зубов крушителя. Еле унесла ноги. Монстра она так и не убила, и тот до сих пор бегал по Южному Бутово, но Вика смогла спрятаться, подлечилась и пошла охотиться дальше.

Бандиты, скорее всего, следили за кем-то из них, а потом, видимо, решили догнать и ограбить, но вместо этого напоролись на нас с Ваней.

На автомобиле здешние расстояния преодолевались очень быстро, особенно когда на дорогах — ни пробок, ни светофоров. Местами на проезжей части попадались разбитые машины, но тут их было в разы меньше, чем в Москве, и они почти не затрудняли передвижение.

Минут через пятнадцать мы уже были возле шлагбаума больницы. Я предложил Оле и Ивану идти домой, но Оля сказала, что останется на случай, если понадобится помощь. Ваня тоже решил поехать со мной.

На дороге по-прежнему валялись трупы монстров, они сильно расплылись, а местами слизь начала подсыхать, образуя тёмно-серую корку, похожую на материал, из которого демоны делали свои копья.

Биомасса на территории больницы тоже засохла, образовав твёрдый, пусть и не очень ровный наст, по которому спокойно проехал наш Лэнд Крузер.

Я вышел из машины. Бок до сих пор ныл, но эта боль уже не мешала жизнедеятельности. Ни на самой территории, ни в окнах корпусов не наблюдалось ни одного подозрительного движения.

Вика немного разбиралась в больничной организации, она сразу сказала, что надо искать приёмное отделение или хирургическое (впрочем, я и сам догадался, что операцию лучше всего делать именно там). Оно находилось в главном корпусе — длинном жёлтом здании в семь этажей, что стояло напротив ворот.

На первом этаже мы сразу же наткнулись на зародышей демонических существ. Сейчас коконы представляли собой расплывшиеся кучи засыхающей слизи. С уничтожением порталов прекратилась подача питательных веществ, и личинки сдохли.

На втором и третьем этажах попахивало гнилью — там валялись обглоданные части человеческих тел, а вот на шестом, где находилось хирургическое отделение, оказалось чисто и опрятно. Сюда иномирные твари не добрались.

Мы перерыли всё в поисках нужных для операции вещей. Времени ушло немало, за окном уже смеркалось, но в конце концов, у нас оказались инструменты, спирт и бинты. Дольше всего искали отсасыватель крови. Я когда-то слышал, что такие используются во время операций, но плохо представлял, как они выглядят.

Солнце за окном садилось. Белое, обложенное кафельной плиткой, помещение тонуло в полумраке. Хорошо, что у всех при себе были фонарики.

Я снял разгрузку и окровавленный китель с обгоревшим рукавом и лёг на кушетку. Бок мне протёрли спиртом. Рубец от последней раны ещё бугрился на коже, а вот место, куда угодила предыдущая пуля, было уже не найти. Непонятно, что делать. По ощущениям, что ли, ориентироваться?

И тут обнаружилась ещё одна проблема: никто не знал, как ставить анестезию. Нашли какие-то лекарства, но на них не было написано, как они работают и куда их колоть. Это могла оказаться общая анестезия, а мне вовсе не хотелось несколько часов проваляться без сознания. Интернета тоже не было. А без интернета никто ничего не знал.

Предстояло резать без обезболивающего. Я даже пожалел, что Лена не пошла со мной. Был бы личный врач под рукой. А теперь меня будут оперировать блогер, офис-менеджер и студент-журналист.

Но желание избавиться от пуль в организме оказалось настолько сильно, что я даже на такое был готов пойти.

— Кто резать будет? — спросил Иван.

— Давайте я попробую, — предложила Вика. — Я извлекала у себя пули… правда, я тогда находилась во второй форме. Не знаю, получится ли у меня сейчас…

— Без разницы. Режь, — велел я ей.

Вика взяла скальпель и при свете налобного фонарика попыталась сделать разрез у меня на боку, где розовел шрам.

— Не получается, — сказала она.

— В смысле? — удивился я. — Сильнее нажимай.

— У меня сил не хватает. Слишком прочная кожа.

— Давайте я попробую, — предложила Оля.

Она надавила изо всех сил, но всё, что смогла сделать — это неглубокий разрез, который тут же начал зарастать. Я даже боль почти не почувствовал.

— Кажется, у тебя очень прочные ткани, — пожала плечами Оля. — Ничего не получается. Тут нужна большая сила.

Возникла непредвиденная проблема. Прочность сделала мой организм настолько крепким, что никто даже кожу разрезать не мог.

— Дай сюда, — я взял скальпель из рук девушки.

Никто не может, значит, придётся самому. Тем более, у меня силы больше всех.

— Может быть, не стоит? Ты же нормально себя чувствуешь, — засомневалась Вика.

— Нормально? Я уже несколько дней мучаюсь из-за пули в лёгком. Постоянно болит. Помнишь, как мы в Бутово нарвались? Вот. Тот снайпер, падла, мне лёгкое прострелил. А теперь ещё и в животе пуля? Ну на хрен! Я её вытащу. Готовьте расширитель для раны.

Я собрал все силы и надавал на скальпель. И снова дело ограничилось царапиной.

Получен особый навык: сброс характеристики прочность.

Я прочитал описание. Оказывается, навык давал возможность на пять минут полностью обнулить данную характеристику. Система буквально спасла ситуацию.

— У меня появился навык, — объявил я. — Я смогу убрать прочность на пять минут. Держи, Вика, режь. Только быстрее! У тебя всего пять минут.

Я активировал навык. Вика взяла скальпель и легко разрезала кожный покров. Оля стала пихать в рану расширитель. Я чуть не заорал от боли, еле-еле сдержался. Иван прижал меня к кушетке, чтобы я не дёргался.

Но тут Вика запаниковала. Из раны хлестала кровь, и девушка не могла разглядеть пулю.

— Я не знаю, как найти эту чёртову пулю! — Вика выглядела растерянной и расстроенной. — Я не вижу её. Что делать?

— Делай уже что-нибудь! — стонал я. — Мне вообще-то больно!

Успокаивала только одна мысль. Сейчас мне дадут регенерацию, и всё пройдёт.

— Так, Вик, не нервничай, — Оля поставила рядом отсасыватель. Тот работал от аккумулятора, благодаря чему его было возможно использовать в отсутствии электричества. — Всем спокойно. Сейчас всё будет. Вик, свети мне фонарём.

Оля включила пробор, а потом взяла пинцет и принялась разглядывать мои внутренности.

— Вижу! — она и ткнула мне пинцетом прямо в рану, от чего я аж вскрикнул. — Спокойно. Я её вижу.

Оля показала мне сплющенный кусочек свинца.

Расширитель убрали и сразу же дали мне стимулятор регенерации. Через пятнадцать минут рана затянулась и почти не болела. К счастью, пуля проникла неглубоко. Иначе мои криворукие друзья не справились бы.

Но вот как доставать пулю из лёгкого, я даже представить не мог. Ребята могли и час провозиться, потроша моё лёгкое. А мне терпеть?

— Надо найти обезболивающее, — я сел на кушетке, обтирая полотенцем окровавленный бок.

— И где его искать? — пожал плечами Иван. — Тут есть какое-то, но это, наверное, для наркоза. Хочешь, вколем куда-нибудь?

— В бошку себе вколи, — проворчал я и задумался. — Аптека. Возможно, тут есть аптека. Она в любой больнице обычно есть. Пошли искать.

— Может быть, завтра поищете? — предложила Оля. — Уже стемнело. Лучше при дневном свете искать пулю. Тем более, мы уже устали. На ногах еле стоим.

Стоило признать правоту Оли. Искать аптеку, а потом нужный препарат — дело непростое. Да я и сам был уже никакой. Вымотался. Хотелось спать.

Больницу мы покинули, когда на улице уже совсем стемнело. После трёх стимуляторов регенерации мне стало хорошо, а китель после использования синей карточки был как новый.

— Как тихо вокруг, — заметила Вика, когда мы подошли к машине.

— Это точно. Стрелять перестали, — сказала Оля. — Наверное, всех тёмных тварей перебили.

— Вот уж не знаю, — засомневалась Вика. — Вдруг порталы ещё остались?

— Да кто их знает… Надеюсь, нет. Как бы хотелось, чтобы эти твари уже сгинули.

— Тогда люди будут драться меж собой, — вставил я.

— Ну почему же?

— Потому. Поехали.

Я был уверен в этом на сто процентов. Стоит появиться на одной территории двум и более группам с разными взглядами и противоположными интересами, как они сразу же начинают грызть друг другу глотки. А если ещё и оружие всем выдать — пиши пропало. Люди любят воевать. Как в песне пелось, дескать, единое желание у них убивать всех иных прочих.

Но я в местных разборках участвовать не собирался и раздумывал над тем, чтобы сменить место жительства. Много вещей к этому подталкивало: и большое удаление портала, куда придётся регулярно ходить на охоту, и возможность появление здесь военной группировки, которая начнёт устанавливать свои порядки.

Мы сели в машину. Я и Вика — спереди, Иван и Оля — сзади. Фары осветили дорогу и засохшую чёрную слизь на газоне и на стене здания.

— Возле Бутово неплохой коттеджный посёлок, — сказал я. — Мы можем обосноваться там. Оттуда до портала близко.

— Так на машине же и от Бачурино можно быстро добраться, — возразила Оля.

— Бензин не бесконечный, — напомнил я.

— Погоди, мы что, уедем? — удивилась Вика. — Ты же говорил, мы тут надолго, на несколько месяцев.

— Тогда я не знал, что в портал придётся ходить.

— Там нет воды и вообще… — хотела возразить Оля.

— Пруд есть за заводом, — перебил я. — Там тоже коттеджный посёлок. Когда очистим завод, переместимся туда.

— А как же мы? У меня, например, дежурства, обязанности, — продолжала спорить Оля. — И так мало народу умеет охотиться. А без нас ещё меньше станет.

Я обернулся:

— Какие дежурства? Ты вообще о чём? Нам в портал надо идти, уничтожать конгломерации. На этом надо сосредоточиться.

— Конечно! — подхватил Иван. — Ты чего, Оль, тормозишь? Когда мы раз…бём их города, сюда больше никто не придёт. Забей на дежурства. Пусть сами разбираются. У нас дело поважнее.

— На нас, вообще-то, рассчитывают, — возразила Оля. — И мы так просто кинем всех?

— Демонов здесь нет, — напомнил я. — Все ближайшие порталы закрыты. А скоро сюда приедут военные из Битцы. Всё тут будет хорошо.

— А ты откуда знаешь, что военные приедут? — усомнилась Оля.

— Потому что приходил их шпион. Я сам с ним разговаривал.

— Ну… военные всех построят, — почесал свою рыжую башку Иван. — Надо сваливать, значит. А то нас в рабство возьмут.

— И когда они придут? — недовольно проговорила Оля.

— Скоро, — повторил я.

— Скоро… — передразнила Оля. — И когда это скоро наступит? Сам-то знаешь? Нет? А сейчас что людям делать?

— Разберёмся, — ответил я. — В любом случае, завтра идём на охоту. На этот раз, возможно, на завод. Теперь надо быть ещё осторожнее. Местные захотят нас убить.

— У меня дежурство завтра. Надо с Карасенковым согласовать

— Нет-нет, так не пойдёт, — замотал я головой. — Мы либо работаем вместе, либо расходимся.

— Я же говорю, я спрошу у Карасенкова, — настаивала Оля.

— И что он тебе скажет? — поинтересовался Иван. — Думаешь, он так просто отпустит двух человек?

— Что значит, отпустит? — я снова обернулся. — Вы что, работать на него устроились?

— Мы почти с самого начала держались вместе, — объяснила Оля. — А теперь просто сбежать? Никому ничего не сказав?

— Сейчас наша цель — порталы. Сами же пришли, сказали, хотим в порталы идти, — напомнил я. — А теперь в чём проблема?

— Да Оля пургу гонит, — хмыкнул Иван. — Конечно, ты прав, нам надо качаться. Дежурства какие-то… Обосраться, блин. Придумали тоже. Мне эта хрень, кстати, всегда не нравилась.

— Так шёл бы, жил сам по себе, — упрекнула его Оля. — Чего тогда торчишь у нас, раз не нравится?

— Хватит, — остановил я перепалку. — Ещё раз говорю, Оль. Либо ты с нами, либо занимаешься своими делами.

— Я не могу просто уйти, никому ничего не сказав. Я поговорю с Борисом и решу, что делать.

Мне было сложно понять Олю с её чрезмерным чувством ответственности. Она создавала проблему на пустом месте. А может быть, причина крылась в чём-то другом? Может быть, Оля боится? Боится идти в портал или… оказаться изгнанной из коллектива, к которому привыкла? Хрен поймёшь этих баб… да и вообще людей.

С другой стороны, если Оля настолько ответственно подходит к доверенному ей заданию, это даже хорошо. Значит, на неё можно положиться. Главное, убедить её в том, что наша цель — благо, ради которого надо трудиться.

— Так скажу, — подытожил я. — Реши, что ты хочешь делать и делай это. Мне голову не надо морочить. Понятно?

— Разумеется, я хочу попасть в демонический мир и окончательно разобраться с этими тварями, — с чувством проговорила Оля. — Иначе зачем я пришла бы к тебе?

— Вот и отлично. Тогда завтра едем в Бутово.

За разговором мы не заметили, как добрались до деревни. Главная улица была перекрыта. Поперёк дороги стоял грузовой прицеп. Тут Оля и Иван вышли. Напоследок я отдал Ивану тридцать карточек из тех, которые собрал с убитых бандитов. Парень подстрелил одного из них, и я посчитал, что так будет честно. Предложил так же забрать один из автоматов, но Иван не мог определиться с тем, какой взять, и мы отложили данный вопрос на завтра.

Вика ужасно устала, она засыпала за рулём, но всё же дотянула до дома.

Фары осветили ворота. Вика хотела выключить мотор, но я остановил её. Возникло странное ощущение. Я даже не понял вначале, что именно не так, просто общая картина в какой-то детали не совпадала с тем, что было утром. А потом взгляд мой скользнул по примятой траве возле ограды.

У меня было настолько широкое восприятие, что я замечал сломанные веточки на дереве или едва видные царапины на стене. Внимание к мелочам невероятное. И теперь я отчётливо понимал, что трава у забора помялась не просто так — там ходили люди.

— В доме кто-то есть, — сказал я.

— С чего ты взял? — Вика зевнула.

— Трава у забора примята. Возможно, кто-то залез внутрь.

— Да? Ты уверен?

— Не знаю. Не глуши мотор и не выключай фары. Поставь машину вон там, поближе к тому дому и приготовься. Я схожу проверю.

Отправить