Перевёртыш
На работе меня знают как весёлого парня, который на всё реагирует шутками. Мне говорят: «Тебе что, на всё пофиг? Страшно ведь стало жить – не знаешь, каким будет завтра… для всех и для тебя лично. Неужели на тебя не давит повсеместная напряжённая атмосфера?»
Давит! Ещё как давит! И, кстати, я терпеть не могу нарочитый позитив.
Просто у меня всегда была непростая жизнь. Юмор – защитная реакция. Пошутил, посмеялся, и уже не так страшно. Жизнь полна неприятностей, с ними надо справляться. Иначе можно и чокнуться.
Мне всегда было тяжело. Во время учёбы в университете приходилось подрабатывать и часть денег отдавать за съёмную квартиру, а ещё надо было что-то есть. Не хотелось, чтобы меня содержали родители, поэтому я работал в доставке еды. Быть курьером непросто. Везде нужно успеть вовремя, и люди не всегда встречались приятные, не только среди клиентов, но и среди работников ресторанов – с доставщиком сторонней фирмы ведь не обязательно быть вежливым.
Я старался со всеми поддерживать хорошие отношения, но было одно кафе, которое мне особенно не нравилось. Оно называлось «Гектор». И мне, как на беду, пришёл заказ оттуда – острая лапша с курицей на имя Ани Рыковой.
Весь персонал в том кафе оказался среднего возраста. И все, как по сговору, были неприветливы с доставщиками. Такие сухари, что не хотели тратить на меня ни капли любезности. Я здоровался, а они молчали в ответ, дескать, жди заказ, получай, уходи.
Я зашёл в зал и сел напротив кухонного окна, где виднелась сутулая спина повара. Он уже отбивал и рубил куриное филе.
Поговорить там было не с кем, поэтому я вставил наушник в ухо и принялся смотреть, как поют корейские герлз-бэнды. К подобной музыке я был равнодушен, но мне нравились их яркие клипы и то, как эти девочки танцевали.
В потреблении развлекательного контента я себя не ограничивал. Всё делал, чтобы не терять хорошего настроения, особенно в таких хамоватых заведениях, как «Гектор».
Я вздрогнул, когда повар резко ударил по настольному звонку. Мог и просто сказать – я же тут, рядом!
Он выдал мне пакет с заказом. Я его поблагодарил. Каменное лицо повара и не дрогнуло. Вот так всегда!
До заказчицы было двадцать семь минут пешком. Я любил длительные походы. Во время пешей прогулки мысли становились чище или появлялось время послушать какой-нибудь интересный рассказ. У меня было много любимых каналов со страшными историями.
Улица Подвойского, дом двадцать один, недалеко от парка аттракционов. Запустелый дворик, обычный пятиэтажный дом, домофон не работал.
Я поднялся на третий этаж, позвонил в дверь и включил всё своё дружелюбие и обаяние. Всего-то надо улыбнуться, поздороваться, сказать «пожалуйста» и пожелать приятного аппетита. Но когда дверь открылась, у меня язык отнялся.
Передо мной стояла женщина, чей вид вызывал единственный вопрос: «Как она ещё жива?» Иссохшее туловище было чуть шире головы, такое худое, что край воротника бордового платья свесился с плеча. Она прятала лицо в волосах, чтобы уродства были не так заметны, но сразу бросались в глаза шрамы на подбородке. Не то от ожогов, не то от многочисленных порезов. Женщина оказалась почти лишена губ, и были видны все её зубы.
Я заставил себя выйти из ступора и спросил:
– Анна Рыкова?
– Не-е-ет. – Голос женщины напоминал тихое шипение змеи.
– Оплатили заказ на этот адрес, извините, наверное, ошиблись, – мне было жаль, что я побеспокоил настолько больного человека.
– Это для меня… – Казалось, женщине каждое слово стоило немалых усилий.
Она протянула руку, и теперь я заметил, что рука у неё была только одна.
Я отдал пакет, и у меня почему-то вырвалось: «Спасибо!» Получилось машинально, а вышло, будто благодарю за то, что теперь могу уйти!
Женщина склонила голову набок, волосы упали с лица, и мне открылось ужасное. У неё не было глаз, а только красноватые углубления, как у испорченной куклы. А ещё лоб был исполосован шрамами, словно её голову собирали по кусочкам!
Я не смог скрыть своего испуга. Да и какая разница? Она же не видела моё лицо, перекошенное от страха.
Я возвращался домой с тяжёлым сердцем. Жизнь в очередной раз напомнила, какие ужасы случались с некоторыми людьми.
Больно было не только от того, что подобное может случиться и с тобой. Больно, что это уже с кем-то случилось!
За выполненный заказ мне поставили пять звёзд и прислали щедрые чаевые. Их бы хватило на целый ужин, но аппетита не было…
Придя домой, я заперся в своей комнате, подальше от всех, и позвонил родителям, спросил, как у них дела. Мама и папа сказали, что у них всё по-старому. Это успокаивало. А когда я рассказал, что и у меня всё нормально, то и сам в это поверил. По учёбе не было проблем, со здоровьем тоже, на работе не сильно уставал. Всё хорошо!
Воспоминания о несчастной калеке стали уже не такими пугающими.
Тёплая и сухая погода вернулась. Я взял самокат и целый вечер резво развозил заказы. Мне захотелось побить свой рекорд по количеству – хватал одну доставку за другой из ближайших точек.
И вдруг, раз – поступила заявка из «Гектора» на острую лапшу с курицей… Аня Рыкова, улица Подвойского, дом двадцать один…
Проверить адрес!
Опять ехать в эту жральню, а потом к той женщине, которая меня напугала…
«Что ж, ладно! Я не ребёнок, чтобы бояться калек. Мой моральный долг – сочувствовать им и помогать», – решил я и поехал за острой лапшой.
В кафе сидели несколько человек, и все бездушного вида. Потухшие, немолодые лица. Крупные дядьки и полноватые тётки склонились над своими тарелками и молча жевали.
«Здесь не только работники суровые, но и посетители им под стать. Но! В этом есть свой колорит и шарм!» – подметил я, и моя неприязнь к этому кафе поубавилась.
Забрав у повара коробку с лапшой, я помчал, желая побить личный рекорд ещё и по скорости. Немного дрейфил, конечно, однако понимал, что ничего страшного не случится: отдам заказ, пожелаю приятного аппетита, уйду…
Звонить пришлось несколько раз – никто не открывал.
«Приехал раньше, и женщина не была готова», – подумал я, подождал пару минут и снова надавил на кнопку звонка.
Дверь медленно отворилась.
– Здравствуйте… – сказал я и увидел, что меня никто не встречает. Прихожая пуста. Дверь открылась сама по себе.
– Добрый вечер! Это доставка! – крикнул я.
Ни голоса, ни шагов. Только тихий писк телевизора висел в воздухе. Обстановка в квартире говорила о том, что у её обитателей сейчас плохие времена – всё старое и пыльное. Серо-жёлтые обои, странные узоры, похожие на те, какие были в нашем доме. Много лет таких не видел. И как можно было жить с такими обоями?..
Я посмотрел на тумбу в прихожей. Есть правило: отдавать заказ лично в руки, но хотя бы раз можно сделать исключение.
Я шагнул в квартиру. Мне открылся вид на ближайшую комнату. Там светился рябью старый телевизор, напротив стояло истрёпанное кресло, а в нём развалился жирдяй в полосатой майке. Он сидел ко мне полубоком. Я видел только плечо, пузо и складки на шее. Его храп был похож на свиное хрюканье.
Полный мужик, уснувший перед телевизором. Его вид заставил меня вспомнить то, чего я не вспоминал уже много лет. Моего отца… Моего настоящего отца!
Те люди, которых я называл мамой и папой, на самом деле мне не родные. Они меня усыновили, а родился я не в самой благополучной семье.
Мой настоящий отец остался в памяти как чужой человек. Вспыльчивый и сильно пьющий. Он тоже засыпал в кресле и храпел. Неприятно было это вспомнить…
Я поставил пакет на тумбу. Шорох разбудил жирдяя. Он взвизгнул и поднялся. Вздёрнув голову, хлопнул огромными ушами и развернулся.
На меня смотрели мелкие чёрные глаза, здоровенный пятак брызгал слизью. У него была свиная голова и свиные копыта! Жирдяй раззявил пасть и заголосил по-звериному. Это был злобный гортанный рёв! Как свёрлами в уши!
Я ещё никогда не бегал так быстро. Летел вниз и не чувствовал под собой ступенек, убегал из того двора, держа сложенный самокат в руках. Я был так напуган, что не сообразил встать на него и поехать.
Оказавшись на людной улице, я остановился, чтобы обдумать пережитое.
Кто-то напугал меня поросячьей маской? Нет, это не маска! Подвижная морда, щетина, слюнявая пасть, огромные жёлтые зубы. Настоящий антропоморфный свин… Случайно вспомнил этот термин… «антропоморфный». Такое же уродливое слово, как и это существо!
Так что это было? Бред сознания! Что же ещё?
Не трудно было разгадать символизм моего видения. Оно отсылало к моему раннему детству. Я, пятилетний мальчик, живу с матерью, которая постоянно куда-то уходит, и с отцом, что вечно торчит дома. Мать, я и лица её не помнил, называет отца «свиньёй», когда он храпит в кресле перед телевизором. Он злобный пьяница, лучше не попадаться ему на глаза. Уходя, мать оставляет меня с ним и предупреждает: «Ты его не буди, а то голову тебе открутит. Играй у себя тихонько».
Я ходил мимо на цыпочках, видел, как от храпа дрожали жировые складки на его шее. Я его боялся!
Та квартира нагоняла на меня страх, вот мне и явилось давно забытое прошлое. Даже и вспоминать не хотелось, что у меня когда-то была другая жизнь, другая семья.
На счёт снова упали хорошие чаевые. Хоть какая-то компенсация морального ущерба! Насколько страшной и реалистичной была эта свинья… Меня удивляла живость и красочность собственного воображения. Думал, что на это могли повлиять образы из ужастиков, которые я смотрел. Например, Свиное Рыло из первого сезона «Американской истории ужасов». Чёрт! Это мой любимый сериал! Хотя там был не монстр, а мясник, который надевал на себя свиную голову…
«Ладно, какая разница? Откажусь от этого адреса и больше не буду доставлять туда заказы», – твёрдо решил я.
В следующую смену мне опять достался заказ на острую лапшу с курицей от имени Ани Рыковой на всё тот же адрес. Я отклонил запрос и написал в службу поддержки официальное обращение, что отказываюсь обслуживать этого клиента и этот адрес. В качестве причины написал «личные обстоятельства».
Наша служба доставки с уважением отнеслась к моей просьбе. Пришёл ответ, что «базу скорректировали» и у этого заказчика больше не будет возможности воспользоваться моими услугами.
И я успокоился.
Но только на время. В другой вечер, когда я вышел на работу и только заступил на смену, мне сразу пришло уведомление о заказе. Острая лапша с курицей из кафе «Гектор»! 
Я, не раздумывая, отклонил заявку. Спустя пару минут пришло новое уведомление. Острая лапша с курицей на имя Ани Рыковой! Проклятье какое-то! Я отклонил, и опять пришёл тот же заказ!
Отклони я ещё раз, и мой рейтинг стал бы ниже. Если его понизят, я буду получать меньше заказов и бонусов. Я был хорошим работником, который дорожил своим рейтингом, поэтому принял заявку… Те два похода в двадцать первый дом на улице Подвойского были страшными, но не смертельными.
Когда я пришёл в «Гектор», повар уже заканчивал с готовкой. Помешивал еду на сковородке. И мне пришла интересная мысль: «Ладно! То, что я видел в той квартире, было бредом. Но как надо любить острую лапшу с курицей из этого кафе, чтобы каждый раз её заказывать? И каждый раз я в этом участвую! А вдруг меня втянули в какие-то тёмные делишки?!»
Однажды в дороге я слушал на одном канале страшную историю о доставщике еды. Не на реальных событиях, просто выдумка, но всё же… Рассказ так и назывался «Курьер».
Хм! Этот рассказ написал я!
Так вот! Герой истории тоже работал в доставке еды. У него был странный работодатель и странные клиенты, а потом оказалось, что курьер доставлял куски человеческих тел!
Почему я каждую смену таскаю что-то из этого кафе по одному и тому же адресу? Во что меня втянули хозяева этой забегаловки? О чём договорились с компанией, на которую я работал?
Как герой того рассказа, я решил проверить по пути, что на самом деле находилось в этой китайской коробочке. Я сделал это сразу за углом кафе. В коробке была пшеничная лапша в соусе, овощи и волокнистые куриные кусочки. Я знал, как выглядит мясо птицы.
Просто еда. Вот и славно! Однако мне было страшно снова звонить в ту квартиру. Что я увижу там на этот раз?
Мне открыл мальчик. Просто чумазый и нестриженный пацан в футболке и в шортах. Он был маленький и выглядел безобидно.
– Привет! Можешь взять заказ? – Я дал ему пакет.
– А зачем ты его открывал? Тебе не стыдно? – с улыбкой спросил мальчик.
– Чё? – Я так и обомлел.
Мальчик резко повернул голову… Сначала я увидел его ухо, а потом и затылок! И снова лицо! Его голова провернулась! И ещё раз! И ещё раз! Шея сжалась тугой спиралью, но этот мальчик заливался смехом. Его голова вращалась, а он смеялся. И даже когда башка рухнула с плеч к моим ногам, этот смех продолжался.
Я опять без оглядки бежал из того дома и опять зарекался, что больше туда ни ногой. Семейка уродов! Не хочу их видеть!
Добравшись до дома, я решил не ограничиваться письмом, а позвонил в службу поддержки и заявил, что не буду обслуживать тот адрес:
– Исправьте ошибку, примите меры!
Поняв, как это для меня серьёзно, оператор пообещал, что если мне вдруг по ошибке будут приходить заказы от этого клиента, то я могу сколько угодно их отклонять, и это не скажется на моём рейтинге. Такие гарантии меня устраивали.
Ладони вспотели, когда мне снова пришёл заказ из кафе «Гектор». Но я облегчённо выдохнул, увидев, что это не острая лапша, а рис и мясные тефтели в соусе. Заказчик другой, и дом в десяти минутах от кафе. Вот и хорошо…
Кстати, звучит, как поросячье имя. Случайно ли это?
Я пришёл, сразу сел напротив окошка, залип в телефон. Повар рубил и строгал, шаркал ножом по доске.
Не слишком ли долго он возился?
Я посмотрел уже несколько музыкальных клипов. Но повар ещё и не жарил, а только рубил сырое мясо увесистым тесаком. И то было не просто мясо… На его столе грудой лежали человеческие руки и ноги, к полу свисали кишки, дрожала печень. 
У повара была не человеческая рука, а свиное копыто, сжимающее нож тремя толстыми пальцами. В зале кафе наперебой раздавались… нет… не голоса, а ворчливое хрюканье.
Я оглянулся. За столами сидели жирные антропоморфные свиньи в свитерах, брюках, пиджаках и платьях. И они алчно пожирали человечину со своих тарелок. Раздавленные глаза, пальцы, уши сыпались на пол.
– А-а-а! – вскрикнул я.
Повар смотрел на меня с изумлением. Зал был пуст. Я уснул, пока ждал заказ, но этот сон был похож на реальность. Никогда не видел таких красочных сновидений.
– Забирай, – сказал повар.
Я взял пакет. В ней была только китайская коробочка.
– Постойте… Это не то! – сказал я.
– Да что с тобой сегодня? Заболел? Острая лапша с курицей, как обычно, – строго ответил он.
– Нет, нет, не может быть! – Я стал проверять и увидел, что он прав… Чёртова острая лапша с курицей для Ани Рыковой!
Кто же такая эта Аня Рыкова? Знакомое имя… Лично для меня неприятное. Кажется, так звали девочку, которая задирала и унижала меня в детстве, называла бомжарой и оборванцем.
Кто она? Настоящая хозяйка квартиры, которую извела эта семейка уродов, чтобы жить там вместо неё? Или там жил только один монстр-перевёртыш?
Точно! Я не видел вместе изуродованную женщину, мужика-свинью и мальчика, у которого голова вращалась, как в «Экзорцисте»… Всех видел по одному.
Этот парень большой знаток всяких ужастиков.
«В квартире обитает существо, которое воплощает мои кошмары. Назвалось самым неприятным для меня именем. Питается моим страхом!» – догадался я.
Женщина – это моя настоящая мать… Она погибла, когда мне было пять лет. Автобус попал в аварию и перевернулся. Мне сказали: «Твоя мама разбилась».
Я не знал, как человек может разбиться. На осколки? Как фарфоровый заварной чайник? Я не видел её тела, а только представлял по-детски: наверное, её лицо растрескалось на части, глаза вылетели, рука откололась, как носик чайника. И мою маму собрали из кусочков, чтобы похоронить.
Свинья – это мой настоящий отец. С ним меня не оставили после гибели матери. Его лишили родительских прав. А тот мальчик – это я в детстве. Тот, кому могли «открутить голову» за проступок…
Этот перевёртыш вцепился в меня и не хотел оставлять в покое. Обманом заманивал снова и снова.
Я решил, что дам ему бой. Пойду! Кину лапшу в его уродливую морду, какой бы она ни была на этот раз. И я пришёл!
Надавил на кнопку звонка. Никто не открыл… Я смело дёрнул ручку. В лицо ударила такая вонь, что я кашлянул. Пахло прокисшей едой.
За дверью была другая обстановка. Ни жёлтых обоев, ни старой мебели. Обычная современная квартира. И множество пакетов на полу. В них размокшие плесневелые коробки с лапшой и курицей! Сколько доставщиков приходили сюда?..
Из ближней комнаты выскочила уродливая безглазая женщина с криком:
– А вот и еда пришла!
Это всё, на что хватило моей смелости. Я опять в ужасе бежал вниз по ступенькам. Уродливая женщина преследовала меня, встав на четвереньки, неслась сзади на свиных копытах. Когда я добежал до двери, голова чудовища упала сквозь перила, покатилась и тяпнула меня за ногу.
Это была голова мальчика, он вгрызался кабаньими зубами мне в голень и смеялся. Свободной ногой я ударил башку, она лопнула, как арбуз.
Я выбежал из подъезда. Нога перестала кровоточить, как только я добрался до центральной улицы. Дырок на штанах и ран не осталось. Это был очередной кошмарный мираж.
Я решил, что найду другую работу. Подрабатывать в доставке мне больше не хотелось.
Если бы вы встретили монстра, который принимает облик вашего самого большого страха, на что бы он был похож?Говорят, что писатели ужасов особенно чувствительны к страху. Я и правда пуглив – вздрагиваю от любого скрипа и шороха в доме. Но сейчас я больше всего опасаюсь провести свою поездку в Петербурге впустую и не встретить ни одного монстра. Наверное, поэтому они все от меня попрятались. Я сходил по адресу, о котором мне рассказал курьер. И знаете что? Нет никакого двадцать первого дома на улице Подвойского!Влад Райбер
Назад: Технический этаж
Дальше: Король птиц
