Глава 16

Несмотря на всю уверенность, что демонстрировал, внутри я бегал по кругу и орал. Это на словах просто, взять и столкнуть многотонную машину в сторону, а на деле попробуй ее с места сдвинь. И даже то, что она ехала, работы мне особо не облегчало. Вот будь на моем месте Мастер или даже Кандидат, он бы не парился и решил проблему за пару секунд, но я-то только Юниор, пусть даже у меня в запасе есть пара трюков. Не уверен, что они помогут. Только вот делать было нечего, оставить грузовик на волю судьбы я не мог.

– Догоняй его! – уверенно командовал Зайцев вцепившейся в руль Маше. – Не трогай рычаг скоростей, веди ровно! А теперь прижимайся. Потихоньку, не бойся, я страхую.

На удивление, Ложкарева не впала в истерику или ступор, а выполняла команды, легко догнав МАЗ, благо у того скорость была километров тридцать максимум. Может, сработало поведение инструктора, его спокойствие и моя уверенность в том, что надо делать. Впрочем, неважно, главное, что девчонка крепко держала руль и уже подводила «десятку» к кабине самосвала.

– Так держите! – я кивнул им и наполовину вылез в окно. – Ближе!!! Еще ближе! К дверям меня подвезите!!!

План у меня был простой. Да, сдвинуть груженый МАЗ я не мог, просто силы не хватит. Физика, бессердечная сука, была не на моей стороне. Но вариант все же имелся. Тряхнуть кабину так, чтобы навалившийся на руль шофер соскользнул вправо и тем самым выкрутил баранку собой. Оставалось лишь надеяться, что хотя бы на это сил у меня хватит.

– Ближе… – я, как мог, цеплялся ногами за кресло и двери, наблюдая за приближающейся кабиной МАЗа. – Еще… вот так, держите!!!

Передо мной оказалась дверь в кабину. То, что надо, как раз напротив водителя. Я выдохнул, размахнулся и словно по груше на тренировке выполнил Толчок, и… ничего. Кабина лишь слегка колыхнулась, почти не отозвавшись на мои усилия. Следующий Толчок тоже ничего не принес. Как и два после него. У меня не хватало сил, чтобы как следует встряхнуть кабину, хоть я точно знал, что амортизаторы на ней хорошие, вон от аварии с малолитражкой ее тоже почти не тряхнуло. Значит, шанс у меня был!

– Перекресток!!! – голос Зайцева вырвал меня из размышлений, заставив собраться. – Сто метров!!!

При нашей скорости это означало, что у меня осталось не более двенадцати секунд. И тяжелая грузовая машина врежется в стоящие на светофоре легковые автомобили. И пусть скорость не слишком высокая, только за счет массы МАЗ может натворить жутких дел. Я сжал зубы и еще раз влупил по двери. И снова, и снова. Удар за ударом. Я уже не пытался выполнить Толчок, а просто бил изо всех сил, стараясь хоть что-то сделать. На металле кабины оставались кровавые пятна от разбитых кулаков, но меня это не смущало. Я должен был заставить его повернуть!!! И внутри вдруг что-то щелкнуло, и я, словно нырнув в сатори, понял, что до этого все делал неправильно!

Толчок – это баловство. Он способен лишь сдвинуть что-то, и то есть нюансы. Но если ускорить выполнение, сделать его более резким, хлестким, то и эффект изменится. Что есть сила? Это масса, помноженная на ускорение. Массу я добавить не мог, а вот ускорение… Я размахнулся и вмазал в дверь, вложив всю свою энергию, заставив ее сначала сжаться, а затем выплеснуться, вместе с кулаком. Грохнуло знатно. На металле кабины осталась вмятина, а машина слегка вильнула. Я оскалился и ударил еще раз, сосредоточившись именно на ощущении энергии перед ударом. Сжал ее еще сильнее, словно пружину, толкающую мой кулак, и, когда ее давление стало невозможно терпеть, ударил.

Дверь МАЗа просто вмяло. Кабина закачалась на амортизаторах, а грузовик вильнул вправо и, подскочив на бордюре, уткнулся в тополь, росший на тротуаре. И тут же «десятку» повело юзом, это Маша затормозила, остановив машину перед самым бампером стоящей на светофоре «Волги». А через секунду Зайцев уже подскочил к самосвалу и, распахнув дверь, заглушил двигатель. Я успел разглядеть свалившегося вправо, как я и рассчитывал, водителя и, облегченно вздохнув от того, что все закончилось, полез обратно в кабину.

– Ты в порядке?! – у Ложкаревой, повернувшейся ко мне, голос слегка подрагивал от бушующего в крови адреналина, но девчонка держалась молодцом. – Ты такой крутой! Сделал это!!!

– Мы сделали! – я подмигнул красотке. – Без вас я бы не справился! Так что мы… Ащь!!! – не удержался от возгласа, задев разбитыми костяшками обшивку сиденья.

– Ты ранен?! – Тут же кинулась ощупывать меня девчонка, хоть через кресло это было неудобно. – Где болит?!

– Да нормально все! – Хоть и было приятно, когда тебя трогает юная симпатичная девица, все же сейчас было не время и не место для этого. – Рука только. Кожу рассадил о металл. До свадьбы заживет.

– Ты хочешь заражение крови получить?! – Маша кинула на меня сердитый взгляд и принялась копаться в бардачке, а, не найдя там нужного, высунулась в окно. – Сергей Владимирович, а у вас аптечка есть?!

– В багажнике, – отмахнулся гаишник, вместе с неравнодушными прохожими и водителями достающий из кабины шофера МАЗа.

В следующую минуту я ощутил себя попавшим в безжалостный ураган Мария. Меня вытащили из «десятки», усадили на капот. Девушка шустро сбегала за аптечкой, достала перекись и бинт и принялась обрабатывать мне руку. Я на боль внимания почти не обращал, первый раз дернулся скорее от неожиданности, а так после тренировок у Выгорского на такие мелочи уже не обращаешь внимания. Это же не открытый перелом, когда торчащие кости за одежду цепляются, значит, ничего страшного.

– Инфаркт…, – Ложкарева как раз заканчивала меня бинтовать, когда к нам подошел Сергей Владимирович. – Сердце прихватило, но вроде живой. «Скорая» уже едет. Ты как?

– Да нормально, – я улыбнулся, показывая, что все в порядке, но рукой дернуть не решился, уж слишком грозное лицо было у возящейся с ней девчонки. – Чисто костяшки сбил, но Маша меня уже подлатала. Сергей Владимирович, а подскажите, пожалуйста, мы экзамены сдали? Наше, ну конкретно мое, присутствие тут обязательно?

– А что такое? – удивился капитан. – Ты же герой, людей спас. Стесняешься, что ли?!

– Да не то чтобы, но внимание к себе не люблю, – я пожал плечами. – Сейчас же журналисты налетят, потом начнут по разным собраниям таскать. Расспрашивать, о чем думал, чего хотел. Придется придумывать пафосные ответы, мол, как комсомолец и Юниор, встал на защиту граждан страны Советов, и все такое. А я вообще ни о чем таком не думал. А что крутилось в голове, там приличными были только предлоги. И то не все.

– Пссс ха-ха-ха, – закатилась Машенька, закрывая рот руками. – Точно, точно! У меня тоже.

– Вот видите? – я подмигнул девчонке. – К тому же мои данные у вас есть, если надо будет дать показания – звоните, подойду. Прятаться не собираюсь.

– Ладно, – кивнул Зайцев, а вдалеке послышались сирены «скорой помощи». – Если хотите, можете идти. Экзамен я вам засчитал, так что права получите. И спасибо, вы оба молодцы.

– Вы тоже, – я пожал протянутую руку. – Больше бы таких гаишников и вообще милиционеров. Тогда бы давно уже всех бандитов пересажали.

– Ты сейчас куда? – Маша тоже решила не ждать приезда патруля, а идти домой. – Далеко живешь?

– На Троллейке, – я мотнул головой. – Прилично отсюда.

– Может, ко мне зайдем? – огорошила меня предложением девушка. – Я тут рядом живу, в паре кварталов. А тебе надо руку нормально обработать, а то в аптечке только перекись была. Надо йодом или зеленкой раны обработать.

– Чтобы заражения не было, – рассмеялся я и уже собирался было отказаться, но, глядя в блестящие глаза Машеньки, вдруг подумал, а почему, собственно, и нет. – Ну, раз ты сегодня и за пилота, и за медсестру, тогда веди.

Идти действительно оказалось недалеко, и буквально через десять минут мы уже входили в однушку на третьем этаже. Не слишком большая, квадратов тридцать, Маша жила тут с матерью. Отца не было, про него девушка говорить не хотела, а я не стал спрашивать. За свою жизнь таких историй я мог рассказать пару-тройку сотен. У самого в семье творится что попало, так что кто я такой, чтобы других осуждать и сыпать соль на раны. Да и интересовало меня сейчас совсем не это.

– Проходи, садись на диван, – Маша кивнула и открыла створки шкафа, стоящего к нему боком. – Я сейчас переоденусь и твоей рукой займусь. Только, чур, не подглядывать.

– За кого ты меня принимаешь, – я, в принципе, не собирался, но когда так приглашают… и все же последние крупицы разума говорили не спешить. – Уютно тут у вас. На стене твоя гитара? Играешь?

– Ага, – откликнулась девчонка, шурша одеждой. – Четыре года в музыкалке. А еще я легкой атлетикой занимаюсь, мотокроссом и хочу стать моделью. Как думаешь, у меня получится?

– Не знаю, надо посмотреть. – Больше выдержки у меня не хватило, я встал и зашел за дверь шифоньера, обняв со спины одетую только в белые трусики Ложкареву, стоящую напротив зеркала. – На мой взгляд, тебе лучше в артистки. Модели – это кто? Вешалки для одежды. Они должны быть худыми и высокими. А у тебя фигурка обалденная, и все остальное на месте. – И в подтверждение своих слов слегка сжал нежные девичьи перси.

– Правда? – Маша одним движением развернулась ко мне, но не дала по морде, как можно было ожидать, а наоборот, уставилась в глаза требовательно и даже жадно.

– Честное слово, – выдохнул я и закончил обсуждение жарким поцелуем. А затем подхватил девчонку на руки и вернулся на диван уже с ней. Опасность, погоня, адреналин, эмоциональные качели из любой тихони сделают львицу, а у Маши и до этого, как я видел, особых проблем не было. Я, собственно, потому с ней и пошел, рассчитывая на удачное продолжение, и не ошибся. И не надо считать меня подлецом, воспользовавшимся ситуацией. Девушке это сейчас было нужно не меньше меня, что она со всем пылом и продемонстрировала.

Ушел из гостей я часа через два. Нет, мы не все это время кувыркались, хоть признаю, провели в постели довольно много времени. У Маши я был не первый, так что нам ничего не мешало получить удовольствие, а потом мне все же сделали полноценную перевязку, хоть я и считал это лишним. А еще накормили пюре с котлетами, салатом и вкусным компотом. Короче, все тридцать три удовольствия.

Телефонами мы обменялись, но было видно, что особых планов в мою сторону девушка не строит. У нее была своя компания друзей, свои цели в жизни, даже мальчик, который нравился, а я так, чисто случайный эпизод на пути. Обидно мне не было, да чего греха таить, даже облегчение почувствовал, но и легкое сожаление присутствовало тоже. Такие вот мы мужики долбанутые. Вроде и серьезных отношений нам не надо, но если симпатичная девчонка после ночи любви посылает тебя лесом, тут же включается ЧСВ. Мол, как так, нас отшили. Непорядок.

Понятно, что я в силу опыта прекрасно осознавал причины и следствия и не парился на этот счет. Сколько еще таких Маш будет, не сосчитать. К тому же у меня Ленка есть. И Маринка, кстати, надо к ней наведаться. Мы пару раз после той ночи дружили организмами, и соседка осталась довольной. Нового парня она пока еще не нашла, а мне было не стрёмно побыть заменой. Я уже строил планы на завтра, когда раздался телефонный звонок, и номер был мне незнаком.

– Слушаю, – я спокойно ткнул кнопку ответа, не опасаясь нарваться на спам, рекламу или мошенников, не водились такие звери в стране Советов.

– Чеботарев Семен Павлович? – поинтересовался собеседник с интонациями, с головой выдававшими в нем сотрудника силовых органов. – Полковник Зайцев. Я по поводу сегодняшнего инцидента. Мы можем встретиться?

– Конечно, – я немного удивился постановкой вопроса, но отказываться не стал, тем более меня заинтересовала фамилия. – Когда и где?

– Где вы находитесь сейчас? – в ответ поинтересовался Зайцев. – Я отправлю за вами патруль.

Становилось все чудесатей и чудесатей, но опять же причин беспокоиться у меня не было, так что я продиктовал адрес ближайшего дома и принялся ждать. Всего через пять минут появилась машина ГАИ, но поехали мы не в экзаменационный центр, как можно было предположить, а в ОблГАИ. Впрочем, я уже понял, что дело дошло до высокого начальства, другой вопрос, что ему от меня надо было. Но дергаться смысла не имело, скоро мне это скажут.

Табличка на двери кабинета гласила «Замначальника Управления ГАИ Зайцев П. А.». Инициалы не совпадали, значит, не отец. Но стоило мне войти, как семейное сходство прямо бросилось в глаза. Замначальника был вылитый Сергей Владимирович, разве что постарше. А у меня пропали последние сомнения в том, зачем меня позвали.

– Добрый вечер, – время уже подбиралось к восьми, и хорошо еще, что сегодня воскресенье и мама Маши уехала на дачу, а то спалились бы мы как пить дать. – Вызывали.

– Добрый, – полковник поднялся и протянул мне руку. – Спасибо, что приехал. Присаживайся. Чай, кофе? – И, обращаясь к запустившей меня в кабинет секретарше, кивнул на меня: – Людочка, чай молодому человеку и чего-нибудь к нему.

– Благодарю, я сыт, но от чая действительно не откажусь, – я пожал крепкую ладонь и, не смущаясь, уселся на ближайший стул. – О чем вы хотели поговорить?

– Сразу к делу? Хорошо! – кивнул Зайцев и снова сел в свое кресло. – Во-первых, я хочу выразить тебе благодарность за помощь в столь непростой ситуации. Ты достойный комсомолец, способный на поступок. Именно такая молодежь нам нужна! Только с вашей помощью мы сумеем построить коммунизм не только у нас, в СССР, но и во всем мире!!!

Я отметил оборот про помощь, пропустив мимо ушей все остальное, но комментировать не стал, хоть без меня инструктор никак бы МАЗ не остановил. Но ладно, пусть, пока услышанное не расходилось с моими планами, так что я сделал вид, что внимательно слушаю, проникнувшись серьезностью момента. Ну как же, какого-то школьника пригласил сам замначальника ГАИ. Описаться от счастья можно.

– Кхм, кхм, так о чем это я, – смущенный моим молчанием полковник прекратил славословие и взглянул на меня уже серьезно. – Я вижу, ты уже достаточно взрослый и понимаешь, что у каждого поступка есть последствия. Вы совершили достойный поступок, спасли жизнь и здоровье людей. Честь и хвала вам за это. Но понимаешь, с точки зрения закона, если вы с девушкой, как ее… Ложкаревой, достойны всяческой похвалы, то вот ваш инструктор, подвергнувший вас опасности, нарушил кучу инструкций и правил. И теперь ему грозит разбирательство, которое может закончиться даже увольнением из внутренних органов, а то и сроком.

– Это потому что он не высадил нас? – мои предположения подтвердились, но все равно я решил уточнить. – Неужели это такое серьезное правонарушение?

– Там целый комплекс, – поморщился Зайцев. – И то, что он принимал экзамен в одиночку, хотя, кроме инструктора, должен был находиться еще и эксперт. К тому же вас в машине было двое, а это также не положено.

– И что от меня требуется? – я решил подтолкнуть гаишника, чтобы он не размазывал мысль по древу, а перешел к сути. – Зачем вы меня сюда позвали?

– Ты сказал, что не хочешь общаться с журналистами, значит, слава тебе не нужна, верно? – видимо, мужик не видел моего дела, иначе такие вопросы не задавал бы, но я не стал об этом говорить, а лишь кивнул. – Ну вот. Поэтому хочу с тобой договориться. Мы напишем в протоколе, что Сергей Владимирович возвращался один, после того как уже принял у вас экзамен. И это он, один остановил потерявшую управление машину, а тебя с Ложкаревой там не было.

– Да как хотите, – я пожал плечами, даже не пытаясь торговаться. Булгаков в этом вопросе был абсолютно прав. – Я сразу сказал, что не хочу светиться. Думаю, Маша тоже поймет.

– Я с ней поговорю, – махнул рукой не скрывающий своего удовлетворения Зайцев и, достав из ящика стола папку, подвинул ее ко мне. – Думаю, это покроет твои неудобства. Ты же мотоцикл регистрируешь? Вот заодно к правам, чтобы не ждать.

Я, честно говоря, ничего такого не знал, видимо, Шилов подал документы сам, но тем не менее открыл папку с интересом. И нашел в ней удостоверение, в котором оказались открыты целых две категории – «А» и «В», но вторая с пометкой о вступлении в действие только по достижении восемнадцати лет. А также номер на мотоцикл. И не простой, а такой, что блатнее некуда. 0000 НН, я даже не скажу, что видел когда-то такие. И пусть я никогда понтами не страдал, но, если дают, почему бы нет. Булгаков опять оказался прав. Что же, пусть так и будет.

– Спасибо, – я убрал документы в портмоне, а номер так и оставил в папке, чтобы не светиться. – Раз мы все решили, я пойду? А то уже поздно.

– Я распоряжусь, доставят в лучшем виде. – Зайцев с довольным лицом поднялся из-за стола и протянул мне руку. – Приятно было познакомиться с умным и понимающим молодым человеком.

– Взаимно, – я не стал отказываться от рукопожатия, но все же не выдержал: – Подскажите, а Сергей Владимирович кем вам приходится? Вроде похожи, но инициалы не совпадают.

– Племянник, – не стал строить из себя Незнайку полковник. – Застрял вот в инспекторах. А теперь и звание новое получит, да и должность получше.

– Он это заслужил, – я пожал плечами. – Весьма грамотный специалист. Побольше бы таких. Передавайте ему привет и поздравление с повышением. А сейчас извините, и так мама будет ругаться. Завтра в школу.

– Зато теперь будешь туда ездить на собственном мотоцикле, – хохотнул Зайцев и вызвал секретаршу: – Людочка, проводи молодого человека. Пусть его домой отвезут. А ты, Семен, если что, обращайся. Чем могу, всегда помогу.

– Обязательно, – я кивнул и вышел из кабинета.

Начинаю обрастать связями, это плюс. А что до подвига, то я свои действия таковым не считал. Подумаешь, пару раз машину стукнул. Зато теперь у меня знакомства в ОблГАИ. А это дорогого стоит, и дело даже не в номерах. Злоупотреблять этим смысла нет, да я никогда в жизни бухим за руль не садился, но мало ли как жизнь повернется. Лучше подстелить соломки, если есть возможность, тем более что это мне ничего не стоило.