Глава 17
Надеюсь, вы не посчитали последнюю строчку предыдущей главы слишком интригующей? Если что – тот момент был просто удобен для ее завершения. Видите ли, разрывы глав в некотором роде сходны с талантами Смедри. Они не берут в расчет ни пространство, ни время. (Одно это обстоятельство должно вас убедить, что вся традиционная в странах Тихоземья физика не наука, а куча грязных подштанников!)
Сами подумайте. Вводя разбивку на главы, я делаю книгу длиннее. Всякие там разрывы, лишние пробелы, добавочные страницы… И в то же время, опять-таки благодаря разбивке на главы, повествование делается короче. Вы его прочитываете быстрее. Ведь даже такой незамысловатый и не очень захватывающий «крючок» вроде внезапного появления Австралии побуждает вас быстренько перевернуть страничку и скорее читать дальше!
Пространство искажается, когда у вас в руках книга. Время утрачивает значение… На самом деле, хорошенько вглядевшись, вы можете заметить золотую пыль, порхающую в воздухе кругом вас прямо теперь! (А если вы не видите ее, значит плохо стараетесь. Может, все-таки треснете себя по кумполу какой-нибудь большой и толстой книгой фантастики?)
– Мы тут! – проорал я, задрав голову.
Бастилия рядом со мной с видом явного облегчения убрала кинжал обратно в ножны.
– Алькатрас? – спросила Австралия. – Э-э-э… вы что там на дне делаете?
– Чаи гоняем, – крикнул я в ответ. – Сама-то как думаешь? Мы в ловушку попали!
– Вот же глупость, – сказала Австралия. – А зачем вы влезли в нее и попались?
Я посмотрел на Бастилию. Та закатила глаза. Дескать, вот она, Австралия! Вся как есть!
– Да у нас как-то выбора особого не было, – крикнул я вверх.
– Однажды я влезла на дерево и никак не могла слезть, – сказала Австралия. – Это же что-то в том же духе, ведь так?
– Точно, – подтвердил я. – Слушай, ты веревку там не поищешь?
– Ага, – сказала она. – А куда мне за веревкой пойти? Назови точное место.
– Не знаю!
– Ну ладно.
Австралия громко вздохнула и скрылась из глаз.
– Безнадежный случай, – сказала Бастилия.
– Это я понял. По крайней мере, ее душа еще при ней, уже хорошо. Я немного боялся, что она допрыгалась до самого худшего.
– Например, угодила в лапы киборга Нотариуса или в яму свалилась?
– Вроде того, – сказал я, опускаясь на колени.
Я ни в коем случае не рассчитывал, что Австралия нас вытащит. Я уже достаточно близко с ней познакомился, чтобы понять: помощи от нее, скорее всего, никакой не будет. (И это, на секундочку, причина того, почему ее появление в конце той главы не должно было особо вас взволновать… Но ведь страничку-то вы перевернули, а?)
Я раскупорил рюкзак Бастилии и вынул ботинки, оснащенные стеклом зацепера по подошвам. Активировав стекло, я приложил ботинок к стенке колодца. Как и следовало ожидать, он не прилип. Стекло липло исключительно к другому стеклу.
– Ну так что… может, все-таки попытаемся твоим талантом стены обрушить? – сказала Бастилия. – Пусть нас завалит камнями, но это всяко лучше, чем сидеть на попе ровно, болтая о чувствах и другой ерунде!
Я смотрел наверх, улыбаясь.
– Что? – спросила Бастилия.
– Ничего, – сказал я. – Просто здорово, что ты… вернулась.
Она фыркнула:
– Короче, что делать будем? Ломать или как? Ты сможешь?
– Попытаться могу, – проговорил я задумчиво. – Хотя исход вправду непредсказуем…
– Раньше нам не приходилось всецело зависеть от подобного, – сказала она.
– Так и есть, – согласился я, прикладывая ладони к стене.
«Намеренно разрушать – Темный талант… Берегись…» – отдались у меня в голове слова из могилы. Бумажка с надписью по-прежнему лежала в кармане, но я отогнал мысли о ней. Теперь, когда я приблизился к пониманию своего таланта, не время было пытаться переосмыслить его природу. Для этого еще найдется возможность… когда-нибудь потом.
Я осторожно направил в стену импульс сокрушающей силы. От моих ладоней, змеясь по поверхности камня, разбежались трещины. Нам с Бастилией на головы посыпались осколки и пыль, но я решил не отступать.
Скала застонала…
– Алькатрас! – Бастилия схватила меня за плечо и отдернула от скалы. Я шагнул назад, неуверенно спотыкаясь, и туда, где я только что стоял, рухнул здоровенный обломок.
Мягкий, упругий пол колодца подался под ударом. Ох и тяжко пришлось бы моей голове, окажись она на пути камня! Кровища, вопли и все такое. Я оглядел стену снизу вверх. Она была вся изломана, куски камня только и ждали случая обвалиться.
– Ладно, примерно этого мы и ждали, – сказала Бастилия. – Но все равно… как-то мы бездарно спасаемся, не находишь?
Я кивнул, наклоняясь за ботинком со стеклом зацепера на подошве. Поднял, приложил к стене… Он по-прежнему отказывался прилипать.
– Без толку, Смедри, – сказала Бастилия.
– В скале кремний, – возразил я. – По сути то же, что и стекло.
– Ага, – покачала головой Бастилия. – Только его там недостаточно, чтобы зацеперы прилипали.
Я все равно решил попытаться. Я сосредоточился на стекле, зажмурившись и воображая его еще одной парой линз. Зря ли дед Смедри меня столько месяцев натаскивал? Учил пробуждать самые упрямые линзы? Хитрость была в том, чтобы насыщать их энергией. Вкладывать в них часть себя, чтобы заработали.
«Ну?.. – мысленно сказал я ботинку, притиснутому к скале. – Работай давай! Там, в стене, есть стекло. Крохотными кусочками. Ты можешь к ним прилипнуть. Ты должен прилипнуть! Иначе не отстану!»
Надежда была. Я ведь уже связывался с дедом на гораздо большем расстоянии, чем считалось возможным. А получилось это, когда я изо всех сил сосредоточился на своих линзах курьера, тем самым хорошенько подпитав их энергией. Так, может, и с ботинком получится?..
И я вроде уловил слабый отклик. Ботинок легонько потянулся к стене.
Я сконцентрировался как только мог, напрягся и ощутил, как накатывает усталость.
Не сдаваться!
Я продолжал давить, открыв глаза и пристально глядя на камень. Наконец стекло подошвы начало тускло светиться…
Бастилия потрясенно молчала, заглядывая мне через плечо.
«Давай, давай…» – твердил я про себя.
Ботинок тянул что-то из меня, забирал, питался энергией…
Я осторожно убрал руку…
Он остался висеть.
– Невероятно, – прошептала Бастилия, стоявшая рядом со мной.
Я вытер пот со лба и торжествующе улыбнулся. Бастилия осторожно потянулась к ботинку, потрогала… и с легкостью оторвала от стены.
– Эй! – сказал я. – Ты видела, каких трудов мне стоило его туда прилепить?
Она только фыркнула.
– Он очень легко отвалился, Смедри. Ты реально думал, что прямо так в ботинках взойдешь по не стеклянной стене?
Мой павлиний хвост поник. Она была права. Если я чуть не помер, заставляя один ботинок слегка прилипнуть к стене, где взять сил и энергии, чтобы проделать этот трюк вновь и вновь, до самого верха?
– И тем не менее, – сказала Бастилия, – результат потрясающий. Как тебе удалось?
Я пожал плечами:
– Да просто энергию направил в кремний…
Бастилия ответила не сразу. Довольно долго она молча смотрела то на ботинок, то на меня.
– Это силиматика, – сказала она. – Техника, не магия. Ты заставил ее работать за пределами возможностей. Повторюсь, как тебе вообще это удалось?
– Думаю, – сказал я, – техника и магия, о которых ты говоришь, связаны теснее, чем кажется большинству…
Бастилия медленно кивнула. А потом быстрым движением засунула ботинок обратно в мешок и вжикнула молнией.
– Линзы ветродуя еще при тебе? – спросила она.
– Да, – кивнул я. – А что?
Она подняла голову и посмотрела мне в глаза:
– Есть идея!
– Мне начинать бояться?
– Возможно, – сказала она. – Идея такая… малость нетривиальная. Вроде тех, которые ты сам порой выдаешь.
Я поднял бровь.
– Доставай линзы, – скомандовала она, надевая рюкзак.
Я послушно вытащил линзы.
– А теперь ломай оправу!
Я помедлил, не понимая.
– Просто делай, что говорю!
Я пожал плечами и применил свой талант. Оправа легко поддалась.
– Теперь сложи линзы вместе!
– Как скажешь… – Я поместил линзы одну над другой.
– Можешь провернуть с ними то же, что с ботинками? Ударить сквозь них добавочной силой?
– Ну… пожалуй, – протянул я. – Хотя…
И не договорил, потому что до меня наконец дошло.
Если с моей помощью линзы как следует шарахнут воздухом, меня же понесет вверх! Как истребитель на реактивной тяге, только вместо сопла будут линзы!
Я посмотрел на Бастилию:
– Идея, конечно, безумная…
– Знаю, – поморщилась она. – Это я, наверное, слишком долго терлась с вами… со Смедри. Но, понимаешь, для моей матери счет идет на минуты… Ну так что? Попробуешь?
Я улыбнулся:
– Еще как попробую! Круто же!
Тут надо учесть, что при всех моих глубочайших раздумьях о лидерстве или отсутствии оного, при всей моей уверенности или неуверенности в себе я оставался мальчишкой-подростком. Так что «крутость» не мало для меня значила, а идея, предложенная Бастилией, была, согласитесь, нереально крута!
Бастилия встала вплотную ко мне и одной рукой обхватила за пояс, другой вцепилась в плечо.
– Я с тобой, – сказала она. – Держись крепче!
Я кивнул. Ее физическая близость меня слегка отвлекала. В тот момент я даже осознал, впервые в жизни, как странно и загадочно пахнут девчонки. Впрочем, мне и без этого было о чем волноваться. Если воздушный поток окажется слабоват, мы свалимся обратно в колодец. Если я перестараюсь, нас размажет по потолку. Нужно было найти точную меру. Очень точную…
Я опустил руку, нацеливая линзы вниз, а другой рукой, чуть робея, обхватил Бастилию за талию. Поглубже вдохнул, готовясь задействовать талант…
– Смедри, – сказала Бастилия.
Ее лицо было в каких-то дюймах от моего. Я моргнул. Вот и попробуй тут сосредоточься как следует! Она еще и держала меня очень крепко, мертвой хваткой воина с Телесным кристаллом в загривке. Я хотел ответить, но мозги почему-то плохо работали.
(Вы небось замечали, как рядом с девчонками парни часто тупеют? Всему виной их мощные феромоны. Такими женщин сделала эволюция, а все для того, чтобы подгадывать момент и лупить нас по башке томиками фантастики в твердых обложках, а потом похищать наши чипсы и сырные палочки!)
– Ты в порядке? – спросила она.
– Мм… местами, – кое-как выдавил я. – А что?
– Я просто хотела сказать спасибо…
– За что?
– За то, что вдохновляешь, – сказала она. – Ты заставил меня думать, что кто-то специально обрек меня на неудачу. Может, все на самом деле не так, но мне эта мысль помогла. Если есть вероятность, что меня намеренно подставили, я хочу знать, кто мог это сделать – и почему. Мне бросили вызов! Есть для чего жить!
Я кивнул. В этом была вся Бастилия. Распиши ей, какая она чудесная и замечательная, – и она будет сидеть в углу, мрачно надувшись. Но стоит намекнуть, что где-то есть скрытый враг, – и она вскочит на ноги, полная энергии и готовая действовать.
– Ну что, поехали? – спросил я.
– Поехали!
Я сконцентрировался на линзах – насколько это вообще было возможно, учитывая тепло и близкий запах Бастилии – и вызвал внутри себя прилив окуляторской силы. Потом задержал дыхание…
И выплеснул накопленное.
Шаткий столб воздуха вознес нас над полом. Со дна взвилась пыль, полетели мелкие камешки. Мы рванули вверх. Ветер ерошил мне волосы, устье колодца приближалось очень быстро. Слишком быстро! Я закричал, деактивируя линзы, но мы уже взяли разгон. Инерция вознесла нас над краем и устремила дальше. Потолок стремительно приближался. Я вскинул руки, защищая лицо…
Неумолимое тяготение остановило нас в каких-то дюймах от потолка, и, лишенные опоры на воздушный поток, мы начали стремительное падение.
– А теперь – пинок! – заорала Бастилия, изворачиваясь по-кошачьи и упираясь обеими ступнями мне в грудь.
– Заче… – не сразу сообразил я, но тут Бастилия выдала тот самый пинок, отбрасывая меня назад и отлетая в противоположном направлении.
Мы приземлились по разные стороны ямы. Я перекатился и замер лицом вверх. Комната, казалось, кружилась: мы были свободны!
Я сел, держась за голову. Бастилия, отделенная от меня провалом, с улыбкой вскочила на ноги:
– Сработало! Поверить не могу!
– Ты меня пнула, – проговорил я со стоном.
– Так за мной должок был. Помнишь, как ты мне на «Драконауте» вмазал? А я долгов не люблю…
Я поморщился… Хотя знаете что? Отличная получилась метафора, описывающая все мои отношения с Бастилией. Книгу, что ли, написать? «Как отпинать друзей: забава и польза»…
И тут я спохватился:
– Мои линзы!..
Возле ямы на полу поблескивали осколки. Я выронил линзы в момент приземления. Вскочив, я бросился к ним, но толку? Там нечего было спасать, нечего использовать снова.
– Собери стекло, – сказала Бастилия. – Его можно переплавить.
– Возможно, – вздохнул я. – Вот только придется без них противостоять Килиману.
Бастилия замолчала. Никаких ударных линз у меня больше не было, да и она осталась с потрескавшимся, готовым сломаться кинжалом. И как, спрашивается, мы собирались драться с грозным охотником?
Я смел остатки линз в мешочек и спрятал в кармашек, где они прежде хранились.
– Итак, мы на свободе, – сказала Бастилия. – Но что делать дальше, я по-прежнему без понятия. В том числе и как до Килимана добраться…
– Ничего, – сказал я, вставая. – Уж что-нибудь да придумаем.
Бастилия посмотрела на меня и – небывалое дело! – согласно кивнула:
– Ладно, и что делать будем? Мы…
Она смолкла на полуслове, потому что в комнату ворвалась отчаянно запыхавшаяся Австралия:
– Порядок! Я вам веревку нашла! – и продемонстрировала пустую ладонь.
– Спасибо, – поблагодарил я. – Веревка что, воображаемая?
– Да нет же, глупенький, – рассмеялась она и взяла что-то двумя пальцами. – Присмотрись!
– Проволочка от растяжки, – пояснила Бастилия.
– Вот, значит, как это называется? – удивилась Австралия. – Я ее тут на полу подобрала.
– И как, – спросил я, – ты с ее помощью собиралась нас из ямы вытаскивать? Там же ни длины не хватит, ни прочности, чтобы выдержать наш вес.
Австралия склонила голову набок:
– Так вам для этого веревка была нужна?…
– Ну а то для чего же, – сказал я. – Мы хотели вылезти из колодца.
– Но вы ведь уже вылезли!
– Это мы сейчас вылезли, – пояснил я безнадежно. – На тот момент мы сидели внизу, и я просил тебя раздобыть веревку, чтобы нам подняться оттуда.
– А-а-а, – сказала Австралия. – Надо было все толком и объяснить!
Я мгновение помолчал, чувствуя себя идиотом. Потом сказал:
– Ладно, проехали… – и взял у нее тонкую проволочку. Хотел уже было спрятать в карман, но помедлил, разглядывая.
– Что? – спросила Бастилия.
Я улыбнулся.
– Никак идея посетила?
Я кивнул.
– Поделишься?
– Погоди минутку, – сказал я. – Сообразим для начала, как добраться к центру библиотеки!
Мы все посмотрели друг на дружку.
– Я целый день по коридорам бродила, а эти, как их, привидения на каждом углу предлагали мне книги, – сказала Австралия. – Я уж объясняла им, объясняла, что ненавижу читать, да кто ж меня слушал? По счастью, я набрела на твои следы, Алькатрас, иначе так и металась бы наугад!
– Следы! – сказал я. – Австралия, ты различаешь, где Каз прошел?
– Конечно! – и она коснулась пальцем желтоватых линз – моих линз следопыта, все еще сидевших у нее на носу.
– Двигаемся по ним!
Она кивнула и повела нас прочь из комнаты… впрочем, лишь для того, чтобы остановиться, едва пройдя несколько футов по коридору.
– Что такое? – спросил я.
– След кончился…
Я понял: здесь сработал дядин талант. Он прыжками носил Каза по библиотеке, постепенно ведя к центру. Выследить коротышку не было никакой возможности.
– Приплыли, – сказала Бастилия. Кажется, она снова готова была впасть в безнадегу. – Мы нипочем не поспеем туда вовремя…
– Нет! – сказал я. – Пока я тут за главного, мы ни за что не сдадимся!
Она озадаченно уставилась на меня. Потом кивнула:
– Будь по-твоему. Так каков план?
Несколько мгновений я судорожно размышлял. Должен был найтись способ! «Информация, мой мальчик, – прозвучал в моем сознании голос деда Смедри. – Вот оружие превыше всех мечей и пушек!»
Я вскинул голову:
– Так. Австралия! Можешь пройти по моему следу задом наперед, прочь от комнаты с колодцем?
– Конечно, – сказала она.
– Тогда давай!
Она бодро повела нас казематами и коридорами. Всего через несколько минут мы покинули пустынные лабиринты и вновь увидели по бокам книжные полки. Золотые слитки, лежавшие брошенными на полу, свидетельствовали, что мы действительно вышли к месту старта. Я поднял их и загрузил в рюкзак Бастилии. Нет, не потому, что у меня созрел великий план по их применению. Я просто решил – если повезет и я выживу, золотишко наверняка мне пригодится! (Не знаю, понимаете ли вы это, но за золото что угодно можно купить…)
– Отлично, – сказала Бастилия. – Мы снова здесь. Я не собираюсь подвергать сомнению твои приказы, о Великий вождь, но, помнится, стоя здесь в прошлый раз, мы точно так же не знали, куда идти. Что изменилось?
Я молча сунул руку в кармашек и вынул линзы различителя. Надел их, осмотрел полки и улыбнулся.
– Ну и?.. – спросила Бастилия. – Убеждаешься, что здесь собраны все книги, когда-либо написанные?
– Так кураторы утверждают…
– И что?
– А то, что они их собирают последовательно. Выйдет где-нибудь книжка, кураторы добудут себе экземпляр и поставят на полочку.
– Нам-то что с того?
– А то, – сказал я, – что относительно новые книги должны размещаться на периферии библиотеки. Чем книги старше, тем ближе они к середине. Центр там, куда они поставили свои первые книги!
Бастилия чуть приоткрыла рот, глаза округлились; она поняла мою мысль:
– Алькатрас, да ты гений!
– Это, должно быть, все тот удар по башке… – Я вытянул руку, указывая направление по коридору. – Нам туда! В ту сторону книги становятся все древнее!
Бастилия с Австралией согласно кивнули:
– Погнали!
