Не иди на поводу у моды
Не любите мира, ни того, что в мире
(1 Ин. 2, 15)
– Пап, помоги мне, пожалуйста, с одним библейским стихом! – попросил однажды Лёша.
– Хорошо, – кивнул папа. – А что тебе непонятно?
– Да вот не пойму, к чему эти слова: Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей (1 Ин. 2, 15). Почему так сказано, пап?
– Прежде всего, сынок, ты не дочитал, а зря! – сказал папа. – Полностью ведь сказано так: Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего. И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек (1 Ин. 2, 15–17). Мне кажется, что так мысль апостола Иоанна выражена более ясно. Или нет?
Но Лёша отрицательно покачал головой.
– Хорошо, зайдём с другой стороны, – улыбнулся папа. – Что делает православный христианин, если не понимает написанного в Священном Писании?
– Открывает книги святых отцов, – ответил Лёша.
– Правильно, – кивнул папа. – Вот сейчас мы откроем и прочтём, что думал по этому поводу преподобный Иустин (Попович). Книги этого святого читать очень приятно, так как у него очень простой и понятный язык изложения.
Папа открыл книгу и прочёл:
«Потому что весь мир лежит во зле, перемешан со злом, крепнет и исполняется злом. Грех очень находчиво и умело с помощью сокровенных узких маленьких входов… входит в мир и оставляет отраву в природе и сущности мира. Своей любовью ко греху мир настолько слился со злом, что зло и мир звучат как синонимы. И таким образом любовь к миру создаёт любовь ко греху и злу».
Папа закрыл книгу.
– По-моему, лучше и не скажешь, как тебе кажется, сынок? Весь мир лежит во зле (1 Ин. 5, 19), и об этом нельзя забывать. Мы, люди, конечно же, сами его таким делаем. Если бы мы усиленно работали над своей душой и стремились к святости, то и мы были бы другими, и мир был бы другим. Но есть то, что есть… К тому же нужно понимать, что мир – не только злая, но и довольно мощная штука. Он мне напоминает «Титаник», идущий ко дну. Помнишь, в знаменитом фильме? «Титаник» погружается, вызывая в водах океана что-то вроде воронки, и нужно приложить большие усилия, чтобы тебя не увлекло на дно вместе с ним. Понимаешь? Ну так вот, мирские моды – как воронка от тонущего «Титаника». Они очень сильны, и им трудно противостоять!
– Какие моды? – не понял Лёша.
– Да разные, их очень много. Ну, например, на татуировки, – ответил папа. – Это именно мода. Когда я был юным, татуировки на тело наносили лишь те, кто сидел в тюрьме, – это было у них чем-то вроде паспорта, сведущие люди легко могли понять по ним, где человек сидел, сколько лет и за какое преступление. А теперь их наносят на себя все кому не лень! Иногда накалывают на себя страшные вещи.
– Какие? – с любопытством спросил Лёша.
– Дракона, например.
– Что же тут страшного? – удивился Лёша.
– Между прочим, Священное Писание драконом называет сатану. Помнишь, в Откровении Иоанна Богослова: И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним (Откр. 12, 9).
Прп. Иустин (Попович)
– Ну и что? – всё ещё не понимал Лёша.
– А разве можно наколоть себе на тело сатану и не пострадать от этого?! Не думаю! Тело с душой связаны очень тесно, и то, что происходит с телом, отражается на состоянии души.
– Значит, татуировок делать нельзя?
– Это Сам Господь запретил, ещё в Ветхом Завете: Не накалывайте на себе письмен (Лев. 19, 28). И вот говоришь людям: не надо, не делайте татуировок. Отмахиваются, смеются. А ведь зря смеются. Если бы это было безопасно для нашей души, Господь и слова против не сказал бы. А раз говорит, значит, это плохо и травмирует душу. Но в тату-салонах очередь, туда за несколько дней до сеанса записываться надо. А почему? Мода! Мода на татуировки по всему миру. И тянет людей эта мода в тату-салоны как мощным водоворотом. Невоцерковлённому человеку перед этим водоворотом очень трудно устоять. Воцерковлённые христиане татуировки обычно не делают, но я знаю истории, когда подростки из воцерковлённых семей просили родителей разрешения сделать татуировку. «Ну пожалуйста! Ну одну! Ну ма-аленькую!»
– И что, родители разрешили? – с интересом спросил Лёша.
– Во всех известных мне случаях родители разрешения не дали и смогли объяснить, почему это плохо. Но сам факт таких просьб (и ведь просили об этом воцерковлённые дети!) говорит о том, как трудно иногда противостоять мирским модам.
А сквернословие? Апостол Павел как учил? Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших (Еф. 4, 29). Но разве неверующие люди воздерживаются от скверных слов? Нет, конечно. Ругаются дома, ругаются на улице, ругаются в транспорте, ругаются со сцены, ругаются по телевизору и в интернет-роликах. Просто мода на сквернословие!
– Да и верующие ругаются часто, – с казал Лёша.
– Ты прав, и это очень грустно. Разве много из нас тех, кто не сквернословит никогда, ни при каких обстоятельствах? А ведь есть и такие, что ругаются очень много. Знаю одного вполне воцерковлённого паренька, речь которого как у портового грузчика. И понимает, что это плохо, а отучиться сквернословить не может. Вот как сложно противостоять мирским модам!
А любовь сплетничать, осуждать или жаловаться? Не знаю, замечал ты или нет, но если соберется компания неверующих людей, то она через пятнадцать минут уже или о чём-то сплетничает, или кого-то в чём-то гневно обвиняет, или на что-то жалуется.
– А почему нельзя пожаловаться? – с недоумением спросил Лёша. – Что в этом плохого?
– Потому что нет заповеди «жалуйся», а есть другая: За все благодарите (1 Фес. 5, 18). По сути, жалующийся на жизнь человек эту заповедь нарушает. А если подумать, то и богохульствует. Ведь обстоятельства нашей жизни даны нам Богом, и любой крест Он нам даёт для того, чтобы мы получили пользу. Да, конечно, бывают ситуации, когда боль невыносима, и никто не кинет в человека камень за его слёзы. Но в подавляющем большинстве люди жалуются на ситуации, которые вполне терпимы. Просто потому, что в нашей культуре модно жаловаться.
– Модно? – задумчиво переспросил Лёша. – А вообще может быть. Как-то никогда не задумывался об этом. Но вообще да, похоже на правду.
– Да, это просто мода такая, – кивнул папа. – И вот воцерковлённый человек, попав в общество неверующих людей, старается не сплетничать и не осуждать, ведь любой, кто попытался окунуться в православное христианство, быстро узнаёт, что Господь такое не одобряет. И вот держится верующий в светской компании пять минут, пятнадцать, полчаса… А вокруг лишь осуждение, сплетни, жалобы да грубые шутки. Проходит ещё немного времени, и вдруг он с ужасом замечает, что втянулся! Там хихикнул, здесь поддакнул, потом сомнительный анекдотец рассказал, и вот уже он ничем не отличается от тех, кто его окружает, – жалуется, осуждает и сплетничает вместе со всеми! И вместе со всеми предаётся гордости житейской, как и написал апостол Иоанн. Понимаешь теперь, сынок, что имелось в виду? Противостоять мирским модам так же трудно, как плыть против течения.
– Да, теперь понимаю, – сказал Лёша.
– Вот потому апостол и предостерегает нас от любви к миру. Потому и преподобный Иустин (Попович) говорит, что любовь к миру создаёт любовь ко греху и злу. Для того чтобы противостоять диктатуре погрязшего во грехах мира, нам нужно держать разумную дистанцию от него. Прежде всего дистанцию душевную.
– Не понял. Какую ещё душевную дистанцию?
– А я тебе сейчас объясню. Ну, вот хороший пример. Ты знаешь, что в каком-то фильме будет много грязи, которая изранит, испачкает твою душу? Не смотри этот фильм, даже если он моден! Пусть его посмотрели все твои одноклассники, а ты не смотри, береги свою душу, она у тебя одна. Или: известный ю-туб канал транслирует сплетни, сплетни и ничего, кроме сплетен. Полезны ли сплетни для твоей души? Неполезны. Значит, не смотри этот канал больше. Или: ты пошёл к кому-то в гости, думая поговорить с людьми о Боге, но не только о Нём не поговорил, но и, поддавшись общему настроению, нагрешил языком немало. Не ходи туда больше, всё равно ведь пользы нет, вред один.
– А как же любовь? – спросил Лёша. – Люди ведь будут расстраиваться, если не будешь к ним ходить.
– Главное здесь именно любовь, – сказал папа. – «Всех люби и от всех беги» – такое наставление от Господа получил когда-то преподобный Арсений Великий. Это всё непросто, разумеется: понять, когда нужно оказать человеку любовь, а когда полезнее удалиться от него, потому что и любви не окажешь, и сам пострадаешь. Но будем молить Господа дать нам духовную мудрость, чтобы знать, как нужно поступать в той или иной ситуации. В молитве Оптинских старцев есть такие слова: «Господи, научи правильно, просто, разумно обращаться со всеми домашними и окружающими меня, старшими, равными и младшими, чтобы мне никого не огорчить, но всём содействовать ко благу». Если мы станем чаще молиться так, то Господь, несомненно, нас услышит, поможет и научит, как нам любить ближних, не любить мир и никогда не путать одно с другим.
– И не идти на поводу у всяких глупых мод, – заключил Лёша.
