Войти в систему
Войти с помощью соц. сетей:
Многие женщины опасаются, что их «туман в голове» – ранний признак подступающей деменции. Одна моя знакомая в возрасте под 50 лет, нейробиолог и исследователь деменции, призналась, что даже побывала у своего врача. Она хотела обсудить свои симптомы – боялась, что у нее ранний дебют болезни Альцгеймера (БА).
Ее опасения небезосновательны. У менопаузного «тумана в голове» и ранней стадии БА много общих симптомов, в том числе те, которые входят в сферу профессиональной деятельности моей знакомой. БА зачастую начинается с провалов в памяти и с трудностей в подборе точных слов для повседневных предметов.
В следующей главе мы рассмотрим разные типы потери памяти как элемент нормального старения, легкого снижения когнитивных функций и деменции. А пока важно понять, что определенная степень забывчивости нормальна на любом этапе жизни. У каждого из нас бывают моменты, когда слово вертится на языке, но не идет на ум, когда мы путаем имена своих детей и не помним, зачем зашли в комнату. Просто с возрастом нам свойственно обращать больше внимания на такие «минутки склероза».
Как различить симптомы снижения когнитивных функций и менопаузы?
«С клинической точки зрения это невозможно, – ответил Джон Иден, которому я задала этот вопрос. – Простейший способ выяснить это – назначить женщине двухмесячную гормональную терапию и посмотреть, не будет ли у нее улучшений».
Какую роль гормональная терапия играет в устранении «тумана в голове»? Как и в случае с нашим смутным представлением о роли гормонов и потере памяти, исследователи до сих пор стараются найти точный ответ.
Как правило, нормальная потеря памяти – когда мы забыли, куда положили ключи. Деменция – это когда мы забываем, для чего ключи нужны.
На протяжении книги я знакомила вас с людьми, у которых как будто бы есть «иммунитет» или повышенная устойчивость, какие бы трудности ни ставила на их пути жизнь. Дети, демонстрирующие исключительную психологическую устойчивость, сравнивались с одуванчиками, которые растут и цветут в трещинах бетона – в отличие от более нежных орхидей, которым требуется гораздо больше заботы и внимания, чтобы зацвести. В главе 6 мы встретились с 17 % участников Данидинского исследования, которые остались психически здоровыми в среднем возрасте. В последней главе этой книги вы познакомитесь с удивительной группой людей (в которой из каждых четырех человек три женщины), доживших до ста лет и дольше.
Многие женщины «мучаются» всю менопаузу, но мне любопытно узнать о тех 20 %, которые просто «проходят» ее – легко проплывают, ни разу не столкнувшись с бурей. Что отличает этих женщин? Могут ли врачи предсказать заранее, у кого из женщин не обнаружится обременительных симптомов менопаузы? Чему мы можем у них научиться?
Увы, я не сумела найти литературу, посвященную женщинам, которых назвала «менопаузными одуванчиками». Большиство данных указывали на факторы риска для развития различных симптомов менопаузы (наиболее характерными были признаны бессонница и депрессия).
К факторам риска бессонницы или депрессии в период менопаузы относятся:
• Низкий социально-экономический статус.
• Принадлежность к меньшинству или маргинализированной социальной группе.
• Плохое состояние здоровья в целом.
• Влияние психосоциальных стрессовых факторов.
• Такие личностные особенности, как нетипично высокая невротичность, нетипично низкие доброжелательность и сознательность.
• Депрессия или ПМДР в анамнезе.
В материалах организации Jean Hailes for Women’s Health отмечается, что особенности реакции женщины на менопаузу зависят от ряда факторов, в том числе:
• Типа менопаузы – «естественной», ожидаемой и своевременной, ранней, наступившей в результате хирургической операции или химиотерапии.
• Возраста.
• Этапа жизни, а также от того, успела ли женщина добиться, чего хотела – например, завести детей или столько детей, сколько хотела иметь.
• Удовлетворенности своей личностью и успехами – удалось ли женщине достигнуть того, чего она хотела.
• Отношения к собственному телу и ощущений, связанных с происходящими с ним изменениями.
• От того, достаточно ли здорова женщина, насколько это возможно, и способна ли она позаботиться о себе.
Примечательно, что есть культурные различия в опыте менопаузы с разными наборами симптомов, о которых сообщалось в разных странах (как в случае с ПМС). Коренные австралийки могут воспринимать менопаузу более позитивно – не как конец репродуктивной жизни, а как начало своей роли культурного лидера. Женщины некоторых стран Запада более склонны воспринимать менопаузу негативно – для них это конец репродуктивной жизни, а также их сексуальной желанности, который сопровождается ощущением горя и потери.
Заместительная гормональная терапия (ЗГТ), иногда называемая просто гормональной терапией (ГТ), – прием препаратов, содержащих эстроген и/или прогестерон, а также в некоторых случаях и тестостерон.
Замена гормонов с помощью ЗГТ – самое эффективное из доступных лечение симптомов, связанных с падением уровня эстрогенов во время менопаузы. Эта терапия начинается с появлением симптомов, то есть до 60-летнего возраста и примерно за 10 лет до менопаузы, .
Многим женщинам до сих пор страшно решиться на ЗГТ. Пока я работала над этой главой, большинство моих собеседниц признавались, что риск их ужасает, а в преимуществах они не уверены.
Выбор любого типа ЗГТ, в том числе противозачаточных таблеток, непрост. Надо взвесить риск осложнений и преимуществ, изучить запутанную информацию и газетные статьи и даже противоречивые советы профессионалов-медиков. Решение, в сущности, сводится к ответу на вопрос: стоит ли риск тех преимуществ, которые может дать ЗГТ?
Прежде чем мы подробнее рассмотрим этот вопрос, стоит получить представление о довольно провокационной истории ЗГТ.
Войти с помощью соц. сетей: