Вот почему младенцы плачут

Сразу же после родов животные инстинктивно заботятся о своем потомстве, кормят и защищают его. Как правило, мы делаем то же самое: осыпаем нашего малыша поцелуями, считаем пальчики у него на руках и ногах, вдыхаем восхитительный аромат новорожденного. Мы приходим в восторг, и этот процесс мало чем отличается от влюбленности.

Как я уже упоминала, гормоны беременности не обязательно предназначены для успешной привязанности и родительских обязанностей. Даже девственные крысы способны научиться быть матерями просто путем практики. Одно из классических исследований в этой сфере показало: когда необщительных девственных крыс постоянно держали вместе с чужими крысятами, у крыс постепенно проявлялось материнское поведение. Они перетаскивали крысят в одно место, вылизывали их, вили гнезда, принимали позу для кормления рядом с ними, хотя у них отсутствовала лактация. Потребовалось семь-десять дней «влияния крысят», но при таком опыте нерожавшие «матери» в конце концов научались заботиться о выводке. Дальнейшие исследования показали, что беременность и роды просто сокращают время на формирование заботливого поведения. Родившие матери сразу вели себя как матери, у отцов и нерожавших матерей в конце концов тоже формировалась очень прочная привязанность. Для этого требовалось лишь немного терпения и времени.

Поскольку младенцы рождаются с внутренне присущей им и настоятельной биологической потребностью быть любимыми, они ведут себя так, чтобы наверняка получить свое. Прежде чем ребенок научится смотреть вам в глаза, улыбаться или словами давать понять, что не так, самым действенным инструментом коммуникации ему служит плач. Это один из способов, которым новорожденные добиваются реакции от родителя или опекуна.

Все дети плачут. Это необходимо им для выживания.

В сущности, плачут все новорожденные млекопитающие. Многие из них, в том числе люди, издают поразительно похожие звуки – настолько, что на записанный и воспроизведенный плач младенца одного вида прибегают взрослые особи другого вида. В одном исследовании взрослый дикий олень реагировал на плач детенышей сурков, тюленей, кошек, летучих мышей и людей. Когда я давала послушать своему кокер-спаниелю записи, предоставленные авторами работы, он тоже настораживал уши и принимался обнюхивать мой ноутбук. Согласно теории, все взрослые млекопитающие «запрограммированы реагировать» на детский плач.

Обычно в исследованиях используют фМРТ, чтобы выявить реакцию мозга матери на крик ее ребенка по сравнению с чужим. Почти во всех исследованиях людей области мозга, которые истончались во время беременности, активизировались при звуках детского плача. Примерно в пяти исследованиях оказалось, что отцы тоже реагируют на плач детей. (Кто бы мог подумать!) Исследовательница материнского мозга Рут Фельдман обнаружила, что у матерей в ответ на младенческий плач сильнее активируется миндалевидное тело, а у отцов – кора головного мозга. Фельдман полагает, что, если гормоны беременности прокладывают уникальный лимбический путь «снизу вверх» к материнству, у отцов родительская забота строится по принципу «сверху вниз» и «снаружи внутрь» вместе с опытом выполнения родительских обязанностей.

Взаимодействие с собственными детьми повышает уровень окситоцина, пролактина, кортизола и даже эстрогена у мужчин. Уровень тестостерона снижается у «практикующих» отцов – либо в ответ на эмпатию и опеку, либо чтобы содействовать этим проявлениям. Что касается гормонов и родительских обязанностей, трудно разделить причину и следствие. Тем не менее взаимодействие с малышами, по-видимому, модулирует гормоны в организме их отцов и активирует нейронные цепочки таким же образом, как у матерей.

А это ваш мозг во время грудного вскармливания

«Он родился для кормлений, – сразу сказала акушерка о моем первенце, – и эти соски тоже!» За несколько лет я не раз припомнила моему старшенькому эти слова (про его способности, а не мои). Он до сих пор не прочь как следует поесть и известен способностью обстоятельно умять восемь или девять злаковых лепешек «уитбикс» – и так каждое утро. Я пыталась было купаться в похвалах, расточаемых моей груди. Но оказалось, что это не та тема, которую я способна поднять в качестве повода для гордости (хотя эта книга наконец дала мне такую возможность).

Если вы рожали, скорее всего, у окружающих вас людей сложились более близкие, чем обычно, отношения с вашей грудью. Мы ведь как-никак млекопитающие, а определяющая черта всех млекопитающих женского пола – наша способность вырабатывать молоко и кормить свое потомство. Разумеется, грудное вскармливание легко дается не каждой маме и ребенку, поэтому вот вам оговорка: в следующих нескольких абзацах я буду использовать выражение «материнское поведение» как общий термин, в том числе и для лактации. Это не значит, что женщины, которые предпочитают искусственное вскармливание, или не могут кормить грудью, или родители, у которых нет груди, или любые другие любящие и заботливые опекуны ребенка не демонстрируют «материнское поведение». Пусть кормление грудью считается «лучшим» (по утверждению ВОЗ). Но здоровый и счастливый ребенок – это сытый ребенок, и не важно, откуда взялось молоко.

Беременность готовит наш мозг и нашу грудь к материнству. Под влиянием эстрогена и пролактина наши молочные железы увеличиваются, развиваются млечные протоки. Высокие уровни эстрогена и прогестерона препятствуют выработке молока, но рождение плаценты приводит к резкому падению уровня этих гормонов, в итоге молоко «приходит».

После родов груди и млечные протоки продолжают развиваться, поддержание выработки молока и его выделение остаются под контролем гормонов. Но теперь гормонами управляет ваш младенец. Сосание стимулирует выработку окситоцина, который вызывает сокращение гладкой мускулатуры и выброс молока. Со временем одной мысли о кормлении ребенка оказывается достаточно для ни с чем не сравнимых ощущений истечения. Кроме того, сосание также стимулирует выработку пролактина, а пролактин поддерживает лактацию. Важно то, что окситоцин и пролактин воздействуют на мозг, модулируя поведение, мысли и чувства.

Матери, кормящие грудью, слегка отличаются от нелактирующих родителей в некоторых отношениях. Первые сообщают о более низком уровне стресса и негативного настроения, большей восприимчивости к позитивным эмоциональным сигналам, меньшей восприимчивости к негативным, связанным с угрозами сигналам и к тревожности, – в отличие от матерей, не кормящих грудью. Снижение тревожности сочетается с изменениями в вариабельности сердечного ритма, снижением артериального давления и снижением кортизоловой реакции на стресс.

Слышали поговорку «Не вставайте между медведицей и медвежатами»? Это справедливо и для матери, кормящей грудью. К одному исследованию ученые привлекли 40 матерей с детьми в возрасте от трех до шести месяцев. Половину детей кормили исключительно грудью. Женщин оценивали по показателям гнева, агрессии и враждебности, в том числе в ходе интервью с психологом и в созданных ситуациях, где исследователь, играющий роль одной из матерей, провоцировал враждебную реакцию во время игры. Матери, кормившие своих детей исключительно грудью, оказались вдвое агрессивнее женщин, этого не делавших. У них также наблюдалось пониженное артериальное давление, которое принималось за показатель сниженного возбуждения и стрессовой реакции.

Когда мать-медведица кидается на непрошеного гостя, ее реакция называется «лактационной агрессией» или «материнской защитой». Как бы нелогично это ни звучало, агрессия – это «поведение приближения». Если базовый уровень стресса и страха у вас низкий, вы становитесь смелее, более способны подойти ближе и посмотреть в лицо кому-либо.

Я отчетливо помню свою первую реакцию матери-медведицы. После рождения моего первенца прошло два дня, медсестра пришла делать ему пяточный тест – безвредный анализ крови, он нужен для проверки на различные генетические заболевания. Как и следовало ожидать, сын закричал, и моя реакция на его боль оказалась мгновенной и животной. Мне пришлось сдерживаться, чтобы не оттолкнуть медсестру и не накрыть ребенка своим телом, оберегая его. Когда медсестра ушла, я расплакалась. Отчасти сочувствуя его боли, но главным образом потому, что до меня дошло: я стала матерью и мое поведение изменилось до неузнаваемости.