Спаривание в неволе: вам просто скучно?

Маккимми объяснила, что начало отношений называется лимеренцией – в этот потрясающий период невозможно оторваться друг от друга. Затухание лимеренции обычно происходит спустя несколько лет, когда вмешивается реальность повседневной жизни. «Это не значит, что вы больше не влюблены или что вам все равно – просто вы вступаете в новую фазу», – сказала она. Беда в том, что «смерть эроса» часто сопровождается потерей либидо.

Вот он, любопытный поворот сюжета: потеря либидо – это не столько биология, сколько скука, особенно для женщин средних лет, состоящих в длительных отношениях.

Деннерштайн обнаружила, что женщины, у которых новый партнер появлялся после менопаузы, сообщали, что их либидо не изменилось в связи с «гормональным старением». В своем австралийском исследовании 2002 года Деннерштайн изучила данные сотен женщин с 40 лет и на протяжении всей менопаузы. Она выяснила, что снижение сексуального энтузиазма связано скорее с длительными и утратившими новизну отношениями, чем со старением яичников. У женщин, состоящих в новых отношениях, лимеренция восторжествовала над гормональными факторами, . Эти результаты противоречат расхожей мудрости (и традиционной терапии пар), подразумевающей, что женщинам требуется надежность, близкое знакомство и моногамия, чтобы ощущать сексуальное желание.

Дэниел Бергнер, автор книги «Чего хотят женщины? Наука о природе женской сексуальности», и Эстер Перель, автор труда с очаровательным заглавием «Право на “лево”. Почему люди изменяют и можно ли избежать измен», убедительно доказывают, что причиной отсутствия желания у женщин является скука, .

Опираясь на свой опыт сексотерапевта, Перель считает, что рост эмоциональной близости зачастую сопровождается снижением желания. «То, что способствует качественной близости, не всегда способствует качественному сексу», – говорит она. У некоторых пар хорошая коммуникация, взаимное уважение и честность тесно коррелируют с «постоянными и возбуждающими эротическими узами». Но у других близость оборачивается спадом желания. В своей практике терапии Перель объясняет парам, что фундаментальные факторы желания и влечения можно воссоздать в длительных отношениях, если привнести в них загадку, расстояние, спланированные эротические и сексуальные выходки, «отличающиеся от обычных и пресных». Дэниел Бергнер и его давняя подруга решили возродить желание более прагматичным способом и теперь живут на расстоянии шести кварталов друг от друга.

Сексуальная ориентация и мозг

Недавно один из моих коллег, психолог из Отагского университета и писатель Джесси Беринг, объяснил, что гендер находится между ушами, секс – в хромосомах, а ориентация – это то, что возбуждает вас и что не выбирают.

Заявление Беринга подкреплено масштабными исследованиями биологических факторов, влияющих на сексуальную ориентацию. Как вкратце говорилось во вступлении к этой книге, все люди обладают сексуальной ориентацией, обособленной от их биологического пола и гендерной принадлежности.

Что способна сказать нейробиология по вопросу сексуальной ориентации? На данный момент наука еще не в состоянии дать подробное объяснение тому, как именно мозг порождает различные виды гендерно-ориентированного поведения, сексуальную ориентацию или гендерную принадлежность. Высказывание «относительный вклад генетических детерминант и социального опыта еще только предстоит определить» из «Основ нейробиологии» (Principles of Neural Science) очень типично для литературы.

Однако широко признано, что сексуальная ориентация многомерна и что у некоторых людей, особенно женщин, она динамична и меняется с течением жизни. Данидинское исследование показало, что влечение к представителям того же пола распространено среди женщин всех возрастных групп в большей мере, чем среди мужчин.

Следует отметить, что группа участников Данидинского исследования родилась в середине 1970-х годов, а если обратиться к более молодым поколениям, многие в них отвергают типичные гендерные и сексуальные нормы и признают, что сексуальная ориентация и гендер изменчивы. Например, в Массовом опросе поколения двухтысячных (The Massive Millennial Poll) с участием 1000 человек в возрасте 18–34 лет выяснилось: больше половины убеждены, что гендер – это целый спектр, который не следует ограничивать такими категориями, как мужской и женский пол.

Независимо от сексуальной ориентации глубокое чувство влюбленности в мужчину или женщину активирует одни и те же нейронные цепочки в мозге. Семир Зеки сканировал мозг 24 человек, половину из которых составляли женщины (шесть гомо- и шесть гетеросексуальных), половину – мужчины (шесть гомо- и шесть гетеросексуальных), которым показывали изображения их возлюбленных. Оказалось, что особенности активации одинаковы для всех. Как указывает Зеки, это мы можем утверждать и без нейробиологии. В мировой литературе, посвященной любви, не делается различий между геями, натуралами и т. д. «В сущности, выраженные чувства настолько схожи, что создают глубокую двойственность, облегчающую прочтение этих слов в контексте противоположного и того же пола, независимо от намерений автора, – пишет Зеки. – Это справедливо в том числе и для сонетов Шекспира, и очень помогает в тех случаях, когда использованный язык умалчивает о гендере, как в лирике Руми или Хафиза на фарси». Любовь побеждает все. #loveislove.