Войти в систему
Войти с помощью соц. сетей:
Один из превалирующих взглядов заключается в следующем: так как мозг «в процессе обновления», импульсивные подростки чаще совершают рискованные поступки. Они попадают в автомобильные аварии (если речь идет о мальчиках) или беременеют (если это девочки). С полным на то основанием критики возражают, что это чрезмерное обобщение, в котором подросткам отводится роль «авантюристов с отклонениями». Да, тинейджеры действительно более склонны к рискованным поступкам, чем взрослые или дети. Однако тяга к приключениям, погоня за острыми ощущениями и даже синие волосы и селфи в полуголом виде – еще не показатель противоправного поведения. Это нормальная проверка границ дозволенного в новом племени и попытки примерить к себе другие личности.
Кроме того, далеко не вся молодежь принимает «плохие» решения и не все рискованные поступки ведут к негативным последствиям. То, что одному человеку кажется пресным и скучным, другой сочтет невероятной дерзостью. Самый серьезный проступок, который я совершила в старших классах (теперь я ужасаюсь самой себе меньше, чем в то время), – помогла подруге проникнуть в класс в выходной. Я подсадила ее, чтобы она открыла окно, а потом пошла караулить. Подруга забыла в школе свою папку с домашним заданием и не хотела являться в понедельник неготовой к урокам. Ясно, что не сделать домашнее задание для нас было куда страшнее риска, что нас застукают при попытке вломиться в школу.
Когда сравнивается опасный риск, на который идут представители мужского и женского пола, статистика однозначна. В ходе Данидинского исследования выяснилось, что мальчиков и мужчин, совершающих такие рискованные поступки, как употребление наркотиков, вандализм и кражи, намного больше, чем девочек и женщин. Молодые мужчины чаще, чем молодые женщины, погибают в автоавариях из-за опасного вождения. Мальчики и мужчины чаще занимаются экстремальными видами спорта или завоевывают премию Дарвина – посмертную награду, ежегодно присуждаемую тому, кто погиб, совершая какой-нибудь невероятно глупый поступок.
Метаанализ 1999 года, посвященный гендеру и рискованным поступкам, выявил склонность мужчин рисковать даже в том случае, когда риск явно неоправдан. Также обнаружилось, что для девочек и женщин справедливо противоположное: мы с меньшей вероятностью идем на риск даже в довольно безобидных ситуациях, в том числе когда он оправдан – например, на интеллектуальный риск во время экзаменов или в предпринимательской деятельности. Шерил Сэндберг, исполнительный директор Facebook, во всеуслышание заявила, что мужчины претендуют на должность, даже когда их квалификация соответствует требованиям всего на 60 %, а женщины – только в случае стопроцентного попадания. Из-за этой разницы (опять-таки среднестатистической, со значительным совпадением) мужчины и мальчики чаще сталкиваются с неудачами, а женщины и девочки, что очень печально, добиваются меньших успехов. Слова Сэндберг заставляют задуматься.
Существует много социальных и культурных причин для различий в склонности к риску, но наиболее популярна теория, согласно которой рисковать мужчин заставляет тестостерон, а женщины избегают риска из-за недостатка этого гормона. Прочитав предыдущие главы, вы наверняка усомнитесь в правильности этих упрощенных представлений о биологии, действующей «снизу вверх» и применяемых огульно. Разумеется, данные не подтверждают их. Уровень тестостерона редко позволяет прогнозировать склонность к риску так же однозначно, как соединять линиями точки на рисунке. Примечательно, что и высокий, и низкий уровень тестостерона коррелирует с несклонностью к риску у мужчин и женщин (напомню, что тестостерон поступает в организм из яичников и надпочечников женщины). Как говорит Корделия Файн, «вместо того чтобы быть королем, отдающим приказания», тестостерон – всего лишь еще один голос в толпе.
Чтобы быть успешным членом племени и хорошим другом, надо среди прочего развивать способность считывать эмоции окружающих. Чтобы распознать социальные эмоции, такие как раскаяние, смущение, стыд и гордость, требуется особая чуткость к чужому душевному состоянию. А для этого требуется сознавать, что другие люди мыслят и чувствуют несколько иначе, чем мы сами.
Еще в раннем возрасте мы начинаем развивать так называемую «теорию сознания». Происходит также процесс ментализации, и он оказывается даже более изощренным. К нему относится распознавание потребностей, желаний, чувств, убеждений и соображений окружающих. Ментализация – одна из самых сложных задач, которые приходится осваивать людям. Мы отчетливо видим, как ее развитие проявляется в поведении девочек-подростков, когда они становятся чрезвычайно чувствительными и беспокоятся о том, что думают о них другие.
Результат может быть позитивным. Многие девочки-подростки страстно увлекаются общественными движениями и волонтерством. Но рост понимания, что происходит в голове у окружающих, одновременно со сдвигом от безопасности детства создает катастрофическую ситуацию для «воображаемых зрителей». Конечно, подростковый эгоцентризм – нормальный элемент развития, но из-за повсеместного распространения социальных сетей девочки сейчас еще более чувствительны к мнению других, чем это было в предыдущих поколениях. «Воображаемая аудитория» сейчас гораздо многочисленнее и в меньшей степени воображаемая, чем даже всего десятилетие назад.
«В тот момент мысль казалась такой удачной» – распространенное оправдание. Оно отражает простой факт: тинейджеры часто принимают плохие решения потому, что потенциал вознаграждения и удовлетворенности перевешивает все плохое. Что мы узнали благодаря исследованиям, так это что рискованные поступки продиктованы удовольствием в большей мере, чем болью. Принятие решений и оценка риска производятся не обособленно. В процессе задействован и эмоциональный мозг (чувства вознаграждения и удовольствия), и социальный мозг (влияние сверстников). Награда очевидна: одобрение племени.
В классическом исследовании, отчет о котором был опубликован в журнале Developmental Psychology в 2005 году, ученые выясняли, действительно ли подростки легче склоняются к рискованным поступкам в присутствии зрителей.
Участниками стали 306 добровольцев из трех возрастных групп: подростки (13–16 лет), молодые люди (18–22 года) и взрослые (от 24 лет и старше). Каждого из них попросили привести с собой двух близких друзей, чтобы те посмотрели, как участник справится с заданием – пройдет игру в симулятор вождения Chicken. В игре измерялась сиюминутная готовность пойти на риск. «Водители» получали награду в зависимости от того, как быстро им удавалось проехать по виртуальному городу. Например, на одном из перекрестков участникам приходилось принять решение: притормозить на желтый свет или прибавить скорость (рискуя попасть в аварию), но быстрее закончить игру.
Как и следовало ожидать, самые младшие из подростков рисковали значительно больше, чем взрослые, когда за ними наблюдали друзья. И вот что удивительно: когда подростки играли одни, без зрителей, они шли на риск столько же раз, сколько и молодые люди или взрослые.
Разумеется, подростки прекрасно могут оценивать опасность и принимать продуманные решения. Это они и делают, когда остаются одни. Но, похоже, они теряют голову, когда ситуация накаляется. «Горячая когнитивность» – гипотеза, согласно которой наше мышление подвергается влиянию нашего эмоционального состояния. Давление со стороны сверстников или наличие воображаемых зрителей (ваша мама, наверное, назвала бы это «выпендрежем») переключает подростков в режим «горячей когнитивности».
Все мы знаем, что проказничать в компании друзей гораздо веселее, чем в одиночку. Примечательно, что фМРТ-версия игры Chicken обнаружила, что вентральный стриатум в мозге, участвующий в мотивации, удовольствии и предвкушении награды, задействован интенсивнее у подростков, когда они проходят игру в присутствии друзей, а не в одиночестве. У подростков подкорковые дофаминовые пути созревают раньше, чем ПФК с ее рассудительным «почему бы сначала не обдумать все как следует».
В случае с подростками слишком быстрое вождение машины получает одобрение племени. Некоторые девочки-подростки (в том числе и я) удостаиваются одобрения сверстников не за быструю езду. Для меня и моих подруг приоритетом была своевременная сдача домашних заданий! Социальный контекст имеет значение. К выбору друзей следует подходить разумно.
Войти с помощью соц. сетей: