Медицинские состояния

Как уже было описано, наши способности когнитивного контроля работают на основе сложных взаимодействий нейронных сетей, требующих тонкой настройки и быстрого сообщения между разными областями мозга. Таким образом, практически все, что негативно влияет на функционирование мозга, ухудшает качество когнитивного контроля. Затем это приводит к препятствиям в достижении наших целей, усиливает интерференцию и еще сильнее ухудшает состояние рассеянного ума. Такова реальность для большинства психиатрических и неврологических состояний, с которыми вы уже знакомы: СДВГ, ПТСР, травматическое повреждение мозга, клиническая депрессия, шизофрения и болезнь Альцгеймера. Для всех этих расстройств нарушение когнитивного контроля усугубляется другими клиническими симптомами и часто оказывает самое разрушительное воздействие на качество жизни.

Несмотря на взаимное перекрытие негативных воздействий, эти расстройства проявляются разными способами и возникают в разное время нашей жизни. Они могут развиваться в детстве и подростковом возрасте (например, СДВГ или шизофрения) или проявляться в результате деградации в пожилом возрасте (например, болезнь Альцгеймера). Другие равновероятны в любом возрасте и сравнительно независимы от жизненных событий (например, клиническая депрессия), либо имеют ситуационный характер и сильно зависят от жизненных событий (например, посттравматическое стрессовое расстройство и травматическое повреждение мозга). Давайте рассмотрим каждый из компонентов когнитивного контроля и обсудим, каким образом наличие этих клинических расстройств усугубляет уже существующее состояние рассеянного ума.

Когда речь заходит о внимании, неудивительно, что клиническое расстройство, в названии которого употребляется слово «внимание»: синдром дефицит внимания и гиперактивности, ассоциируется с большими изъянами в данной области. Дети и взрослые с диагнозом СДВГ в большей степени подвержены влиянию отвлекающих факторов, чем их сверстники. Но они не единственные, кто испытывает такую проблему. В тестах на отвлекаемость все люди с вышеперечисленными клиническими расстройствами демонстрируют сходные изъяны. К примеру, рассмотрим тест Струпа, классическую оценку отвлекаемости, когда вы видите слова, написанные цветными чернилами, и должны вслух произнести название цвета, а не неписанное слово. Если вы видите слово «красный», написанное синими чернилами, то вам надо сказать «синий», а не «красный». Когда цвет чернил совпадает с названием (т. е., слово «красный» написано красными чернилами), человек отвечает гораздо быстрее, чем когда это слово написано синими чернилами. Результаты теста Струпа выявляют затруднения способности подавлять неактуальную информацию у людей с СДВГ, ПТСР, травматическим повреждением мозга, клинической депрессией, шизофренией и болезнью Альцгеймера.

Нарушения внимания у людей с такими расстройствами касаются не только избирательности, особенно когда речь идет о способности удерживать внимание. Дефицит устойчивого внимания – одна из наиболее распространенных проблем у детей с СДВГ, что связано с недостаточной активацией префронтальной коры. Нарушения устойчивого внимания также отмечены у людей с посттравматическим стрессовым синдромом, таких как жертвы изнасилования и ветераны войны, которые страдают от этого спустя годы после травматических событий. Сходные симптомы были обнаружены у людей с травматическим повреждением мозга и клинической депрессией. При болезни Альцгеймера дефицит внимания является первым когнитивным нарушением, не связанным с памятью, но хотя избирательное внимание ухудшается на ранней стадии болезни, дефицит устойчивого внимания развивается позже, с прогрессированием заболевания.

У пациентов с СДВГ наблюдается нарушение рабочей памяти при вербальном и визуальном тестировании, и некоторые эксперты считают этот дефицит главным аспектом их функциональных ограничений. Свидетельства нарушения рабочей памяти также были описаны у пациентов с посттравматическим стрессовым синдромом, и это было связано со слабой активностью нейронных сетей префронтальной коры. Этот аспект когнитивного контроля особенно уязвим у пациентов с травматическим повреждением мозга и считается основным в их профиле когнитивных нарушений. Опять-таки, данные томографического исследования мозга выявляют значительные изменения активности префронтальной коры. Завершают список пациенты с клинической депрессией и болезнью Альцгеймера, у которых также наблюдается нарушение рабочей памяти.

Хотя внимание и рабочая память обычно попадают под удар при неврологических и психиатрических расстройствах, эта картина бледнеет по сравнению с более тяжелыми нарушениями способности управления задачами. Изучение научной литературы показывает, что в ходе многочисленных лабораторных тестов, использованных для оценки управления целями были выявлены обширные нарушения, возникающие при всех обсуждаемых клинических расстройствах и во многих других случаях. При попытке выполнения двух задач одновременно люди, страдающие СДВГ, ПТСР, ТПМ, депрессией и болезнью Альцгеймера испытывают огромные трудности в отличие от своих сверстников из контрольной группы. Это справедливо не только для компьютерных лабораторных тестов, но и для реальных жизненных ситуаций. К примеру, мы ежедневно разговариваем на ходу, и большинство из нас легко справляется с этой многозадачной ситуацией низкого уровня. В конце концов, это большей частью автоматические действия, не создающие сильной конкуренции за когнитивные ресурсы. Однако походка пациентов с болезнью Альцгеймера резко меняется в худшую сторону, когда они пытаются говорить на ходу. Это многократно увеличивает риск падения, характерный для таких пациентов. Даже сравнительно молодые люди с болезнью Альцгеймера испытывают сходные затруднения. Риск сочетания ходьбы с выполнением других задач также подтвержден для пациентов с рассеянным склерозом и болезнью Паркинсона. Широко распространенные нарушения когнитивных способностей подчеркивают крайнюю чувствительность рассеянного ума ко всем расстройствам мозговой деятельности.

Первая часть этой книги была сосредоточена на понимании рассеянного ума в контексте того, что происходит в нашем мозге, и что является причиной проблемы интерференции. Мы показали, что наш мозг, несмотря на высокоразвитые способности к постановке целей, во многих отношениях остается древним органом. Наше стремление к поиску информации является видоизмененным продолжением поведения наших первобытных предков, связанного с поиском пищи, а наши ограничения когнитивного контроля сравнимы с такими же ограничениями у многих других животных. Способность к постановке сложных целей в сочетании с жаждой поиска информации толкает нас к поведению с высокой целевой интерференцией, что имеет негативные последствия, которые мы ощущаем в повседневной жизни. Но когнитивные способности – это не единственные факторы, влияющие на поведение в реальном мире. Поведение имеет ситуативный характер; оно обусловлено не только нашим образом мыслей, но и тем, что происходит вокруг нас. Во второй части книги мы расширим то, что было представлено в первой части, и покажем, каким образом современные технологии усугубляют состояние рассеянного ума и самым неожиданным образом влияют на качество нашей жизни.

Способность к постановке сложных целей в сочетании с жаждой поиска информации толкает нас к поведению с высокой целевой интерференцией, что имеет негативные последствия, которые мы ощущаем в повседневной жизни.