Глава восемнадцать: Неожиданный гость

Несмотря на мои опасения, взрывы при разминировании прохода монстров не привлекли, а даже наоборот, разогнали большую часть тех, которые маячили вдалеке. Саргос деактивацию ловушек проводил одним из самых древних способов: к длинной и прочной веревке примотал камень весом в пару килограмм.

Спрятавшись за надежным, на его взгляд, укрытием, забрасывал такую импровизированную кошку подальше там, где он хотел сделать проход и, оставаясь за укрытием, постепенно тянул веревку на себя, пока не раздавался взрыв. Единственная проблема заключалась в том, что практически после каждого взрыва приходилось подыскивать новый камень из-за того, что чаще всего веревку просто перебивало детонацией или осколками.

А вот когда участок был очищен и заброс его «кошки» не приводил к подрыву несколько раз подряд, наступала самая кропотливая работа. Буквально на несколько сантиметров продвигаясь вперед, он подолгу замирал и внимательно изучал пространство перед собой в поиске еще каких-нибудь закладок или сюрпризов. Надо признать один, раз такая перестраховка его и спасла, позволив обнаружить укрытый температурный датчик, настроенный на человеческое тепло и подключенный к осколочной мине направленного действия.

В общем, ему там было весело, а мы тем временем расслаблялись каждый по-своему. Кастру я загнал наверх одной из несущих опор, которая наполовину обрушилась и теперь представляла из себя удобную площадку для наблюдения. Вот она там и сидела с мощным цифровым биноклем, крутясь на триста шестьдесят градусов и стараясь высмотреть опасность еще на подходе.

Кварц с Тилорном что-то химичили, сидя под той же опорой, отобрав у Кастры ее рапиру. Вроде испортить не должны, у обоих руки растут из нужного места, а если смогут чем-то улучшить, то это пойдет только на пользу. Я же сидел, подобрав под себя ноги по-турецки, положив винтовку на колени, и наблюдал за Литарой, которая что-то воодушевленно рассказывала Ирале, умостившись на один из обломков местной архитектуры, используя его вместо скамейки.

Вот как-то у меня в голову не укладывается механизм того, как люди сбегают к псионикам в подобных случаях. Точнее не понимаю, как их принимают, ведь для псиоников они будут подсвечиваться агрессивным красным цветом, аналогично тому, как сами мутировавшие люди подсвечиваются для условно-нормальных. Опять же, как умудрился Саныч не получить красную подсветку и спокойно передвигаться по верхним уровням?

Хотя, чего это я? С Санычем-то как раз все более-менее понятно, он же, как я понял, связан контрактом со скурфайферами, соответственно, имеет свои преференции. Но вот как быть с Литарой? Довести-то я ее доведу, а дальше что? Как она впишется в жизнь псиоников? Как обеспечить ей безопасность от них же, чтобы она спокойно могла родить ребенка, да и потом что ей делать?

Ладно, чего себе голову забивать, я физически не могу решать абсолютно все встречные проблемы. Доберемся до псионов, там посмотрим, что дальше делать, ну в крайнем случае… а что я смогу? Забрать Литару с собой на нулевой уровень? Так там не то что о ее безопасности нужно будет думать, там уже самим бы не помереть. Отправить наверх? Значит, ослабить свою группу, потому что отправлять нужно будет как минимум двоих с ней, чтобы пока один чистит дорогу, второй страховал Литару. Блин, прям вилка получается, из которой я пока не вижу выхода, если не получится договориться с псионами.

Изучая карту, пытался построить потенциальный маршрут для движения, вдруг заметил, как практически на самой границе карты мигнул красный маркер и моментально сменился на оранжевый. Я бы не обратил на него внимания, — таких было много, подсвечивая места, где был замечен противник Кастрой, даже если она сама этого не осознала, — вот только буквально через секунду оранжевый огонек тоже погас. Такого еще не было, они раньше стабильно держались, минимум пять секунд.

Внимательно всмотревшись в карту, сосредоточил все свое внимание только на маркерах, которые выдавала пассивка разведчицы. Вот еще раз мигнула красная точка, сразу сменившись на оранжевую, и опять через секунду погасла, только на этот раз я заметил причину такого быстрого затухания.

Метров на тридцать ближе к нам появилась новая красная точка и дальше по предыдущей схеме, только на этот раз оранжевая подсветка задержалась секунды на три. Похоже, кто-то к нам очень быстро приближается, вот и получается, что система дает новую подсветку раньше, чем затухает оранжевый маячок.

— Кастра, внимание на полвторого, дальность шестьсот. Остальным приготовиться, похоже, к нам гости.

— Мля, мне пара метров осталась, — раздался в шлеме голос Саргоса.

— Бросай все и бегом сюда, занять круговую оборону, Литару в центр. Даю добро на использование полного арсенала.

Четыре секунды, ровно столько нам понадобилось, чтобы сбиться в круг, ощетинившись оружием возле опоры, наверху которой продолжала сидеть Кастра. Срывать ее с наблюдательного пункта я не стал – в случае опасности она может буквально одним прыжком добраться до нас, а ее глаза нам сейчас важнее в качестве детектора противника.

– Сколько у нас времени и насколько гость опасен? — сразу же спросил подскочивший последним Саргос, единственный, кто не уложился в четыре секунды, ему понадобилось раз в пять больше времени, но и бежать ему пришлось до нас метров двести.

– Если будет двигаться с той же скоростью, то полминуты максимум. Опасность… не знаю, но чертяка очень уж быстро движется.

– Успею, — уверенно заявил Саргос.

Не теряя времени, он сразу откинул барабан на одном из револьверов и, разблокировав его, снял с откидного механизма. Закинув в ствол какую-то вставку, вслед за ней на место барабана поставил круглый блок, слегка отсвечивающий красным цветом и один в один повторяющий габариты барабана. Закончив с первым, провел такую же манипуляцию со вторым револьвером.

— Вот теперь повоюем, – удовлетворенно сообщил он, закончив свои манипуляции с оружием.

– Не понял. — Не, ну я реально не понял, что он сделал.

— Технари на базе подогнали комплект модификаций, проверить не успел, но вроде должно работать. Барабан с плазмой, а в стволе переходник, чтобы плазма ствол не прожигала.

– Приготовились, удаление двести. – Не стал я отвечать Саргосу, потому что сейчас все мое внимание было на моргающей отметке, приближающейся к нам.

– Где оно? Я никого не наблюдаю, – занервничала Кастра.

Странно, если судить по карте, то красная точка остановилась на открытом пространстве, мне обзор закрывали остатки забора в той стороне, метрах в ста пятидесяти от нас, но Кастра-то со своего места должна была его видеть. Напряжение нарастало, Тилорн чуть сдвинулся вперед, встав слева от меня, готовый принять атаку на щит. Ирала, подшагнув, прикрыла меня слева, оставив винтовку на прежнем месте, высвободив дула импульсников в каждой руке, что и правильно – если будет бой, то на ближних дистанциях, а ее винтовка хороша только на расстоянии свыше ста метров.

Кварц с Саргосом разошлись по противоположным сторонам, превращая круговую оборону в полукруг, но при этом не забывая про Литару, сдвинув ее немного в сторону, чтобы со спины ее прикрыла бетонная опора, на которой сидела Кастра. Все внимание было нацелено в ту сторону, откуда ожидалось появление этого скоростного противника. Ну как-то вызывает у нас сомнение возможность на четвертом уровне встретить союзника.

Отметка сдвинулась метров на десять вправо, потом вернулась на прежнее место, после чего сдвинулась снова на десяток метров, только уже влево. При этом цвет ее ни разу не сменился на оранжевый, явно постоянно находился в зоне видимости Кастры. Только та шепотом, без остановки комментировала то, что наблюдает. Самое противное, что сейчас она уже была на грани паники – несмотря на то, что точка на карте четко указывала местонахождения этого странного противника в трехмерной проекции, Кастра там никого не видела.

За спиной наверху начало нарастать потрескивание, похоже, девочка, не понимая, что происходит, начала нагнетать энергию в разрядники на перчатках. Я тем временем весь подобрался – сомневаюсь, что это может быть сбой в ее способности, скорее какая-то способность противника из разряда невидимости, но чем-то себя выдающая, раз система подхватывает его местоположение, а Кастра визуально не наблюдает его.

Тут индикатор псионической энергии в блоках питания начал постепенно, со все нарастающей скоростью опустошаться. Секундная заминка, за которую я успел удивиться, немного запаниковать и, наконец-то, вспомнить дополнительные свойства шлема, из-за чего он может так резко начать жрать энергию.

– КАСТРА, ВНИЗ! – рявкнул я, совершенно забыв, что она и так меня прекрасно слышит через рацию. – Уплотнить оборону, у нас в гостях псион с ментальными способностями. Ориентируемся по мне, огонь в ту же точку, куда стреляю я или Ирала.

Кастра, спрыгнув, приземлилась у нас за спиной и сразу, подхватив брошенную ей Кварцем рапиру, заняла позицию возле Литары, формируя последнюю линию обороны перед девушкой, которую нужно было сберечь любым способом. Несмотря на то, что мы и так шли к псионикам, а впереди стоит один из них, все равно остается достаточно большой шанс, что нам тут придется очень и очень серьезно повоевать.

Проблема была в том, что среди псиоников мнения и отношения были весьма неоднородны: если одни пытались выстроить какие-то отношения и спасали разных изгоев и тех, кому пришлось покинуть верхние уровни из-за того, что их дети сформировались в утробе с мутациями, то встречались и кардинально настроенные псионы, которые желали только одного – под корень уничтожить всех, кто имеет хоть какое-то отношение к верхним уровням.

Активировав крылья и опустив их по бокам от себя, приготовился пустить их в ход, как для атаки, так и в качестве щита. Чуть согнув руки в локтях, выставил перед собой пистолет-пулеметы, чуть разведя их в стороны. Сбоку от меня Ирала, слегка повернувшись, встала вполоборота, вытянув правую руку, а левую согнув в локте на уровне груди, периодически кидая взгляд назад, контролируя обстановку возле Кастры с Литарой.

Сейчас надежда только на меня и Иралу, девушка, как андроид, не подвержена ментальному влиянию, а меня защищает скурфовский шлем. Осталось теперь только надеяться, что у потенциального противника ментальные способности ограничиваются на уровне банального “отвода взгляда”.

Каждая секунда тянулась как целая вечность, едва отмеряя время. А противник все не появлялся в зоне видимости. Осторожничает гад, видно, понял, что его заметили, из-за этого и дергался из стороны в сторону, проверяя, случайно ли в его сторону смотрят или действительно обнаружили.

Решил пообщаться, или просто попытка покопаться в мозгах? Согласно имеющейся у меня информации практически все псионы, имеющие ментальные способности, владеют телепатией, но девяносто процентов из них только на уровне “пообщаться”, в смысле может послать свои словесные мысли, как и уловить направленные на него, но не более. Телепатия на уровне “покопаться в чужой голове” встречается достаточно редко, да и в большинстве случаев имеет массу ограничений. Нужен прямой визуальный контакт глаза в глаза, или даже прямой физический, да и если верить той же информации, это им очень тяжело дается, а на случай если нам попался какой-то уникум в этом плане, – а ведь такие все равно появляются, – у меня есть защита шлема для подстраховки. Поэтому сразу подтверждаю открытие канала.

– Оставьте беременную девушку и уходите. Вы меня заинтересовали, поэтому даю возможность выжить.

Голос звучал в шлеме как при общении через рацию, только он явно был синтезирован, у него напрочь отсутствовали какие-либо интонации, и даже непонятно было, кому принадлежит – мужчине или женщине.

– Может, нам еще голыми, верхом на крамбере, проголопировать по центральной дороге?

– Хм, интересное предложение, но вынужден отказаться. У меня не так много времени, а я еще должен забрать девушку. – Блин, похоже, мой сарказм до него не дошел.

– Тогда предлагаю тебе развернуться и смыться отсюда пока не получил множество новых отверстий несовместимых с жизнью.

– Дерзкие… Тогда придется по-плохому.

Дернувшись вперед, Тилорн вскинул щит, пытаясь отразить что-то летящее в меня, но через секунду ошарашено отступил обратно на свое место, суматошно дергая головой из стороны в сторону. Чуть дальше от меня Кварц закрутил во все стороны головой, очень часто моргая, а справа Саргос заскрипел зубами.

– Он воздействует на зрение! – донесся до меня голос Тилорна на внутренней частоте.

– Я ничего не вижу! Этот ***** ослепил меня, – практически в то же время зазвучал голос Кварца.

– Во-во-во-волпер, – вторил им голос Кастры, наполненный ужасом.

Черт, черт, черт… Не знаю, что они сейчас видят вместо реальной обстановки, но этот гад достаточно силен, если смог взять под контроль сразу четверых, заставляя каждого видеть что-то свое. Быстро окинув взглядом, что творится сзади, с сожалением констатировал, что даже Литара вся побелела и замерла на месте то ли от страха, то ли еще от чего. Значит, минимум пятеро, а, может, даже больше.

– Спокойно! Все под контролем, – я старался говорить максимально мягким голосом, успокаивая остальных. – То, что вы видите – ненастоящее, слушайте мой голос и доверяйте только ему. Закройте глаза и расслабьтесь, это все только обычные галлюцинации и ничего больше. Кастра, солнышко, закрой глаза Литаре, – скорректировал я указания, заметив, что глаза закрыли все, кроме дочери Карфаера. – Действуем только по моим голосовым сообщениям. Ориентир временной разметки двенадцать часов по направлению вашего лица. Повторяю, это обычные миражи, то, что вы видели – ненастоящее…

Вот в таких ситуациях становится понятно насколько тебе в действительности доверяют. Не знаю, что они видели, но явно что-то страшное для себя, и при этом беспрекословно выполнить команду закрыть глаза… В общем, в очередной раз убеждаюсь, что они меня никогда не подведут, по крайней мере, по собственному желанию, и я постараюсь оправдать их доверие.

Продолжая говорить и попутно успокаивать остальных, я все свое внимание сосредоточил на стене впереди, по сторонам ему нас не обойти – там достаточно большое открытое пространство, а я теперь знаю, что это человек, пускай быстрый, с некоторыми способностями, но человек, причем один, значит, ждать его стоит только с этой стороны.

Выдвинувшись вперед на десяток шагов, я немного сдвинулся влево. Ирала поняла меня без слов, зеркально повторив мой маневр, освобождая мне и себе место для боя, чтобы случайно не зацепить своих и при этом друг другу не мешать. Основная проблема сейчас была в том, что нам придется не только пытаться завалить этого хрена с бугра, но еще и прикрывать остальных.

Короче, мы в полной заднице, с какой стороны ни посмотри. А ведь у этого псиона могут быть еще сюрпризы. Если верить Карфаеру, а оснований сомневаться в его словах нет, то у псионов бывает по несколько проявлений способностей, даже с десяток за его службу попадалось с пятью проявлениями. По его сведениям, где-то бродит зверюга с шестью проявлениями псионики, но это только на уровне слухов.

Медленно, шаг за шагом мы приближались к стене, стараясь увеличить разрыв между нами и остальными ребятами, а я продолжал болтать без умолку, раз за разом стараясь успокоить остальных. Тилорн даже не выдержал.

– Волпер, заткнись уже и сосредоточься! Мы в порядке. Если не открывать глаза, то все нормально. Поэтому нефиг сотрясать воздух попусту, а выходи в эфир только по надобности.

Ребята стояли с закрытыми глазами, плотно сгруппировавшись вокруг Литары и вжав ее своими спинами в бетон опоры, ощетинившись при этом во все стороны оружием, и ждали. Просто стояли и ждали приказа от командира, полностью доверив в мои руки свои жизни.

– Вы не перестаете меня удивлять, – раздался голос этого гада, преобразованный с телепатической… Эм… волны в звуковую динамиками внутри моего шлема. – Обычно сразу начинается пальба в разные стороны и друг в друга, а тут прям тишина, и только куча злости в мою сторону. Вот честно, аплодирую вам стоя, первый раз такое встречаю.

– А ты выходи, я тебе еще и не такое покажу, – огрызнулся я.

– Похоже, придется принять твое предложение.

Как только он договорил, стена взорвалась мелкой пылью, да таким огромным было это пылевое облако, что накрыло даже меня с Иралой, напрочь лишая нас визуальных ориентиров. Я сразу же открыл автоматический огонь примерно туда, где должна была образоваться дыра в стене после такого взрыва и, судя по звукам справа от меня, Ирала поступила также.

Тень, проступившую чуть левее траектории стрельбы сквозь пылевое облако, я заметил в самый последний момент, едва успев отпрыгнуть назад, скрещивая перед собой крылья, по которым сразу же пришелся жесткий удар, вызвавший зеленоватую вспышку и просадивший мне энергию примерно на четверть. Это же, блин, сколько должно быть урона в цифрах, чтобы сожрать столько энергии?

Очень сильно хотелось посмотреть, сколько я урона заблокировал, но как-то ситуация не располагала к тому, чтобы отвлекаться на лог, даже несмотря на то, что он практически у меня перед глазами, ну точнее в левом нижнем углу, как бы не лишиться своей тупой головушки за такое любопытство.

Пару раз перекатившись, успел перед приземлением отключить крылья, а по новой вскочив на ноги, сразу же завертелся юлой, пытаясь понять, откуда будет атака. Стрелять я не решался, потому что потерял ориентиры в пространстве из-за прыжка и боялся открыть огонь в сторону своих.

Громкий металлический лязг двух столкнувшихся железяк – и мимо меня буквально в полуметре пролетает Ирала спиной вперед и, похоже, своим приземлением серьезно добавила разрушений местной архитектуре, потому что звук был, как будто уронили пару тонн бетона.

– Ирала… – обеспокоенно начал я, но меня прервали.

– Я в порядке, ну почти, успела в последний момент импульсом сбить с его железяки какую-то энергетическую составляющую. Вот только меня зажало огромной кучей обломков здания, понадобится пара минут, чтобы выбраться. Так что придется тебе самому надрать этому засранцу задницу, потому что если ты его не уделаешь до того, как я выберусь, я за себя не отвечаю, мне Кастра только два дня как маникюр сделала, и он теперь безнадежно испорчен.

Пары секунд, которая ей понадобилось на всю фразу и во время которой противник по какой-то причине не атаковал, мне хватило, чтобы активировать тепловой режим в очках, и я взглядом поймал едва заметный силуэт противника буквально в десяти метрах от себя.

Из-за большого количества пыли в воздухе встроенный тепловизор сбоил, но справлялся, стоит мне отпустить этого псиона чуть подальше от себя, и я его потеряю из виду. Он стоял на одном месте и, судя по движению головы, переводил взгляд с зажатого в руках длинного предмета на то место, куда улетела Ирала.

Похоже, псион был удивлен тем, что смогла проделать наша снайперша в ближнем бою. Ну ничего, я его заставлю еще смертельно удивиться. Рванув вперед, сближаясь с тепловым силуэтом, открыл на ходу огонь из пистолет-пулеметов, по большей части рассчитывая не на их огневую мощь, а надеясь, сблизившись, применить свое самое мощное рукопашное оружие – активацию крыльев, собираясь в этот удар вложить большую часть оставшейся энергии, чтобы наверняка уделать этого кадра.

Фигура немного дернулась, видно, от попадания пули в плечо, но сразу вскинула руку, активировав какой-то барьер, видимый для меня слабым, едва заметным теплом, которое он, похоже, выделял. Но я все равно смог зацепить его, хотя при этом раскрыл направление, с которого двигаюсь.

Противник отреагировал практически мгновенно: сразу после активации барьера он, слегка присев, развел руки в стороны, и его мечи – да, теперь я точно уверен, что это изогнутые полумесяцем мечи – налились ярким светом, выделяя огромное количество тепла и увеличившись раз в пять, по направлению от кромки лезвия, полностью повторяя форму основы. Буквально на доли секунды замер так, что кончики этих мечей находились буквально в сантиметре от дорожного полотна.

Это поза показалась мне крайне знакомой, я ее точно где-то видел не так давно, буквально уже здесь, в Альфариме. Мое тело скрутило пиконитами, уводя его с траектории явно смертельного для меня удара, именно в таких ситуациях срабатывает пассивный навык уворота. А мое сознание продолжало на огромной скорости перебирать мои похождения в этом мире, подстегиваемое конвульсивно бьющимся в голове вопросом. Где я видел точно такую стойку?

И уже выходя из самостоятельно сделанного моим телом кувырка в сторону, когда мимо меня пронеслась яркая для тепловизора полоса моего противника, я наконец-то вспомнил, где я это уже видел. А главное, я понял, какую мы сейчас совершаем ошибку.