Книга: Мономах. Снова в деле
Назад: ГЛАВА 8
Дальше: ГЛАВА 10

ГЛАВА 9

Мономах разлил кофе по чашкам и с недоверием посмотрел на Дардыкина. Тот сидел на стуле напротив и усиленно массировал небритый подбородок. Кожа на подбородке покрылась багровыми пятнами, от чего Леха стал похож на индюка. Только не напыщенного, с распушенным хвостом, а жалкого, потрепанного в житейских передрягах. В любое другое время Мономах пошутил бы по этому поводу, но сейчас ему было не до смеха — несколько часов назад трое его лучших людей погибли в бою. И не где-нибудь в горячей точке, а всего лишь в шестидесяти километрах от Москвы, охраняя старую, пустую дачу. А непосредственный клиент, генерал Бобров, в это время был совершенно в другом месте. А если конкретно, то в Дрездене, на презентации собственной книги.
— Послушай, Леха, а ты уверен, что это были чеченцы? — на всякий случай уточнил Мономах.
Дардыкин обиженно поморщился.
— Я что, идиот? Да он базарил на чистейшем чеченском!
— Прости, я совсем забыл, что ты вполне сносно владеешь этим языком.
Несколько секунд Мономах молчал, а затем спросил:
— Ты кого-нибудь отправил в Выковку на замену?
В глазах Дардыкина промелькнуло искреннее возмущение. Его можно было понять — как в такие трагические минуты можно думать о какой-то дурацкой замене?
— Значит, не послал, — констатировал Мономах и, не сдержавшись, принялся отчитывать Ле-ху: — Черт побери, ты же профессионал! Ведь нет никаких гарантий, что они не захотят повторить свою попытку! А у нас ведь контракт! Слава богу, что сразу же после твоего звонка я отправил туда группу Степаныча. Ну а милицию ты хотя бы вызвал?.. Хотя, какой от них прок…
— Милицию я вызвал. Только не дождался, пока они приедут. Сразу помчался сюда, — Дардыкин горестно вздохнул и нахмурил брови. — Послушай, Мономах, что-то здесь нечисто. С этим генералом… Мать его за ногу…
— Ты прав. Я все время сам об этом думаю. Зачем чеченцам, у которых и так натянутые отношения с нашим правительством, устраивать такую крутую перестрелку? Может быть, это очередная провокация спецслужб? Желание окончательно поссорить Россию с Ичкерией?
— Да нет, — уверенно заявил Леха. — Никакой провокации. Это были самые натуральные чеченцы. Оттуда! Понимаешь?.. Действовали они не как лохи, а вполне профессионально. Палили будь здоров. Как наш спецназ на зачистке территории. Если бы не я, то всем был бы каюк. Я появился так внезапно, что чеченцы растерялись…
— О твоих сегодняшних подвигах я уже слышал, — перебил Мономах. — Лучше скажи, зачем ты поехал в Быковку? Я же приказал тебе сидеть в Москве!
В глазах Дардыкина появилось скучающее выражение. Он пробормотал что-то неопределенное и пожал плечами. Впрочем, Мономах не требовал от него конкретного ответа. Просто хотел немного осадить не в меру зазнавшегося товарища.
— Ладно, замнем, — махнул рукой он. — Давай лучше поговорим о чемоданчике. Как ты думаешь, что тот парень имел в виду?
— Черт его знает? Я сам не мог понять. На всякий случай обыскал весь дом. Никакого чемоданчика там и в помине не было.
— Ты уверен?
— На все сто.
— Допустим, что чемоданчик все-таки был. Хотя глупо хранить в доме, где нет никакой сигнализации, важные документы или деньги. Бобров не похож на наивного человека, хотя иногда пытается внушить всем эту мысль… Но даже если в доме и имелись какие-то ценные бумаги, то весьма странно, что генерал не предупредил меня об этом. Так?
— Так, — согласился Леха.
— Это во-первых. Во-вторых, загадочная смерть его телохранителей. Не успели парни отъехать от дачи, как их машина взлетела на воздух. Кто и когда успел сунуть им в багажник бомбу? Или не в багажник, но это уже не имеет значения.
— Да, рвануло будь здоров!
— Если я правильно понял, охранники генерала торчали на даче целую неделю. За это время никто из посторонних там не появлялся. Только свои. Гараж запирается, подойти к дому незаметно весьма проблематично. Тем более, когда дом охраняют профессионалы. Ну и что ты думаешь по этому поводу?
— Ничего, — признался Леха. — Да и что теперь об этом думать?
— Ты не прав. Чем больше я размышляю об этом странном происшествии, тем больше я убеждаюсь, что за нашей спиной, Дардыкин, происходит что-то такое, о чем мы не знаем. А должны знать.
Леха никак не отреагировал на эти слова. Точнее, не отреагировал словесно. Но его лицо напряглось, сделалось как бы каменным, а затем обмякло. Он внимательно посмотрел на Мономаха и покачал головой.
— Серега, я не понимаю, к чему ты клонишь, — признался он.
— Пока ни к чему. Я бы и сам не стал ломать голову, кто и зачем убрал телохранителей Боброва, если бы не одно «но». Помнишь тот пистолет, который ты конфисковал у киллера?
— Помню. Ты обещал узнать, чей он.
— Да, обещал. И узнал. Бесшумный малогабаритный специальный пистолет, больше известный под названием «Гроза», зарегистрирован на имя Окоркина С. П. Точнее, был зарегистрирован. Теперь Окоркин мертв, о чем имеется официальное подтверждение. По факту его смерти начато расследование.
— А кто такой этот Окоркин? — немного удивился Дардыкин. Происшествие в Быковке оттеснило на задний план все мысли о Жанне, и о киллере в подъезде, а уж тем более о пистолете.
— Капитан Окоркин — бывший спецназовец, воевал в Карабахе, награжден орденами и медалями. Его послужной список, будь здоров. Тебе даже и не снились такие заслуги.
— Не понимаю, — растерянно пробормотал Леха. — Выходит, мне померещилось, что он хотел застрелить Жанну?.. Но, Серега, честное слово, я сам видел…
— Погоди, не горячись. Лично я тебе верю. Особенно после того, что случилось сегодня… Знаешь, а ведь этот Окоркин был одним из личных охранников Боброва. Чуть ли не самым доверенным лицом. Как тебе такая новость? Впечатляет, да?
На лице Дардыкина появилось изумление. Несколько секунд он молча переваривал услышанное, а затем выдавил из себя:
— Не то слово… Вот удивил, так удивил… Если я тебя правильно понял, мы опять впутались в какую-то мерзость?
— Думаю, да, — улыбнулся Мономах. — И не без помощи знаменитого генерала. Проще говоря, он по уши увяз в дерьме и решил подстраховаться за счет нас. То, что он чем-то напуган, мне было ясно с самого начала. Уж слишком настойчиво он уговаривал меня играть с ним в одни ворота. Вначале предложил вступить в его партию и пообещал неплохую должность. А когда понял, что это меня особенно не греет, пообещал солидный гонорар за сотрудничество. Тогда я не совсем понял, чего он добивается. Теперь ситуация немного прояснилась — у Боброва конфликт с чеченцами, его телохранители мрут, как мухи, и вполне естественно, что он хватается за нас, как утопающий за соломинку. Но лично я не уверен, что хочу помогать ему.
— Значит, мы разрываем с ним контракт? — обрадовался Леха.
— Нет. Мы по-прежнему будем работать на него.
— Но зачем? Не понимаю…
— Сегодня утром погибло трое наших ребят. Это мои люди, и я отвечаю за них головой. Еще неделю назад я мог с уверенностью сказать: мне наплевать, что вчера Бобров и чеченцы были друзьями, а сегодня что-то не поделили. Но после того, как генерал послал моих людей на верную смерть, я этого так не оставлю. Я не люблю, когда за моей спиной начинается мышиная возня, а меня водят за нос. Уверяют, что все в полном порядке, что ситуация под контролем и что все происходящее — чистой воды случайность. Но больше всего я ненавижу, когда чужие проблемы бьют рикошетом по мне и моим людям. Понятно?
— Короче, ты объявляешь Боброву войну?
— Не совсем так. Мне почему-то кажется, что тут необходимы особые стратегия и тактика. Да, война, но тайная. Он не должен догадываться о моих истинных намерениях. Пусть думает, что мне все еще нужны его деньги. Возможно, тогда он станет менее осторожен.
— Что-то я не совсем въезжаю: куда ты клонишь?
— Пока и сам не знаю. Есть несколько вопросов, на которые я хотел бы получить ответы немедленно. Думаю, тогда ситуация прояснилась бы.
Только сейчас Мономах вспомнил о кофе. Вкусном, ароматном напитке из Бразилии. Увлекшись разговором, они даже не притронулись к своим чашкам. Кофе, естественно, давно остыл. Впрочем, судя по лихорадочному блеску в глазах
Дардыкина, он выпил бы сейчас чего-нибудь покрепче.
— Хочешь водки? — просто спросил Мономах.
— Хочу.
— Тогда возьми в правом ящике шкафа. Там бутылка «Абсолюта» и стаканы.
Повторять не пришлось: Дардыкин вскочил со стула и метнулся к шкафчику. Открыл дверцы, вытащил на свет божий литровую бутылку прозрачной, чистой водки. Повертел ее в руках, осматривая этикетку и недовольно поморщился.
— Тебя что-то не устраивает? — удивился Мономах.
— Вообще-то я люблю чистую, без всяких примесей. А тут — смородиновая.
— Другой нет.
— Нет так нет.
Вообще-то Мономах старался не пить. Особенно в такие моменты, когда на его голову сваливались неприятности. Это только в юности человек обманывает себя, стараясь утопить свое горе в спиртном. Похмелье проходит, а проблемы все равно остаются. Однако сейчас выпить все равно следовало. Хотя бы ради Лехи. Ведь прошло всего несколько часов с тех пор, как почти на его глазах погибли охранники «Олимпа». Забыть это не так-то просто. Для этого и нужна была водка.
Дардыкин разлил спиртное по стаканам и посмотрел на Сергея.
— Давай, за ребят.
— Давай.
Они выпили, и Мономах закурил сигарету. Он чувствовал себя моряком, выброшенным с погибшего судна на необитаемый остров. Неизвестно, как долго придется ждать помощи, а делать что-то надо. Не сидеть же сложа руки, тем более, что на острове полно дикарей.
— Послушай, Леха, ты не против, если я поразмышляю вслух? — Сергей мог бы и не задавать этого вопроса, но, угадывая внутреннее состояние друга, решил немного отвлечь его от горестных мыслей.
— Размышляй, — пожал плечами тот. — Мне-то что?
Он налил себе еще полстакана водки и залпом выпил.
— Для того чтобы сложить мозаику, то есть разобраться во всей этой запутанной истории, у меня не хватает нескольких деталей. Деталь первая: что искали чеченцы на даче? Какой такой черный чемоданчик? Деталь вторая: при чем здесь твоя знакомая Жанна? Почему ее собирался убить телохранитель Боброва? Деталь третья: кто убил самого Окоркина? Сюда же можно отнести и еще один вопрос: кто взорвал машину телохранителей? Те же, кто убрал Окоркина, или нет. Когда я отыщу ответы на эти вопросы, я смогу разговаривать с генералом на равных. А пока мы находимся в несколько разных весовых категориях… Между прочим, не напивайся, — вдруг сказал Мономах. — У тебя на сегодня еще очень много работы.
— Работы? — машинально переспросил Леха, наливая себе третий раз. — Какой?
— Ты должен заняться похоронами. Это во-первых. А во-вторых, разузнать все о Жанне. Выяснить, кто она* где конкретно работает. Осторожно прощупать, не была ли Жанна знакома с покойным Окоркиным или его коллегами. И что это за чеченец Аскер, который мог заявиться к «малознакомой» девушке в пять часов утра. Да, мне совсем не нравится то, что и тут и там всплывают чеченцы. Это не может быть простым совпадением.
— Как быстро все это нужно сделать?
— Чем быстрее, тем лучше. Желательно, до приезда Боброва из Германии. Только прошу тебя, осторожнее… Ну не мне тебя учить — ты же профессионал! А затем, когда ты сойдешься с Жанной поближе, ты устроишь нам встречу…
— Не понимаю, к чему ты клонишь.
— Ни к чему. Я просто хочу познакомиться с Жанной.
— Черт побери, что ты задумал?
— Пока и сам не знаю. Просто чувствую, что эта девушка многое не договаривает. А если мы подберем к ней ключик, то узнаем все. Или почти все.
Дардыкин в сомнении покачал головой.
— Эта крошка не так проста, как ты думаешь. Я видел ее в самой что ни на есть экстремальной ситуации. Она держалась — будь здоров!
— И все-таки попробуй. Я думаю, что у тебя получится.
Назад: ГЛАВА 8
Дальше: ГЛАВА 10