Книга: Кровавые вороны Рима
Назад: Глава 26
Дальше: Глава 28

Глава 27

 

 

Выйдя из караульной будки, Макрон прикрылся щитом и направился к остаткам центурии, выстроившейся неподалеку. Заметив Макрона, центурион Север перестал расхаживать и устремил на него вопросительный взгляд.
– Готовься к бою! – приказал Макрон, и легионеры поспешно подняли щиты и взяли копья наизготовку, как на учебном плацу.
Макрон с удовлетворением наблюдал за их слаженными действиями, но удрученное выражение на лице Севера ему не понравилось. В этот момент силуры в очередной раз ударили тараном по внешним воротам, и Север, вздрогнув, обернулся на грохот.
– Скоро они прорвутся, – обеспокоенно заметил он. – Потом останутся только внутренние ворота, и нам их уже не остановить.
– Сомневаюсь! – громко, чтобы слышали легионеры, возразил Макрон. – Потому что именно нам предстоит задать хорошую трепку грязным дикарям. Вы двое, ко мне, – указал он на легионеров, занимавших место в строю слева. – Откройте внутренние ворота. Да смотрите, аккуратно.
От неожиданности Север разинул рот.
– Как это открыть ворота? Какого…
Макрон заставил себя улыбнуться и принялся уверенным голосом объяснять:
– Не переживай. Эти ублюдки вот-вот разрушат внешние ворота, но будь я проклят, если позволю им оставить даже малую царапину на вторых воротах.
Север смотрел на Макрона как на сумасшедшего, но Макрон не дал ему возможности возразить. Вынув из ножен меч, он обратился к легионерам:
– Положите копья, сейчас придется поработать мечами.
Воины мгновенно выполнили приказ и застыли в строю, держась за эфесы коротких мечей в ожидании следующего приказа.
– В колонну по четыре стройся! Сомкнуть ряды, щиты вперед!
Легионеры, шлепая сапогами по глубоким лужам, стали по местам. Два легионера, посланные открывать внешние ворота, уже подняли засов в виде бревна. Послышался скрип петель на деревянных гвоздях, и обе створки распахнулись внутрь, открывая взорам черную утробу короткого прохода, ведущего к внешним воротам. Выполнив задание, легионеры присоединились к товарищам, Макрон стал во главе отряда и жестом подозвал Севера.
– Врежемся в противника клином. Мы с тобой будем острием. Как гласит девиз центурионов: первые в бой, последние с поля битвы! – усмехнулся он.
– Первые в бой, последние с поля битвы, – с вялой улыбкой повторил Север.
Лицо Макрона посуровело. Обнажив меч, он взметнул его в пропитанный влагой воздух.
– Первая центурия, Четвертая когорта, мечи наголо! За честь и славу Четырнадцатого легиона, в атаку!
С победным кличем легионеры ринулись вперед. Вверху, на стене, все воины, не сражавшиеся в данный момент с врагами, оглянулись на шум. Макрон с радостью отметил, что Кровавые Вороны присоединились к общему хору голосов, который раскатистым эхом пронесся вдоль всей стены. Опустив меч, Макрон указал острием на проход. Из темноты раздался оглушительный треск: таран расколол одно из бревен на внешних воротах.
– Медленным шагом… вперед!
Легионеры бросились к проходу, подняв щиты и оставив без прикрытия только глаза. Едва они успели зайти внутрь, как последовал очередной удар, и таран пробил насквозь поврежденное бревно, сместив соседнее. В проломе Макрон различил темные силуэты людей, а также заметил, что бревенчатый засов пока не поврежден. Продвинувшись по переходу, он приказал легионерам остановиться невдалеке от внешних ворот, чтобы враг не разглядел их в темноте.
Под радостные вопли силуров таран снова ударил по воротам. Они понимали: еще немного, и цель достигнута. Еще одно бревно с треском раскололось. Следующий удар пришелся по бревенчатому засову. Подпрыгнув на железных скобах, что удерживали его с внутренней стороны ворот, засов упал на прежнее место, но тут же дал трещину. Еще два удара завершили дело. Бревно раскололось, и одну створку ворот отбросило внутрь. Легионеры увидели тесные ряды вражеских воинов, готовых ворваться в крепость. В этот момент Макрон заметил два пущенных вниз копья. Вскрикнув от боли, силурский воин дернулся всем телом и ухватился за древко, пронзившее насквозь спину и внутренности. В следующее мгновение он рухнул с моста в ров.
– За Рим! – крикнул Макрон, и на его призыв мгновенно откликнулось эхо голосов из перехода. – Вперед!
Столпившиеся у тарана силуры, напрягая зрение, всматривались в темноту, а их самих было отлично видно в свете недогоревших вязанок хвороста. Не давая противнику опомниться, легионеры под командой Макрона вырвались из прохода. Макрон ударил первого попавшегося под руку воина щитом, и тот, не устояв на ногах, упал на товарищей. Не теряя времени, Макрон прикончил его мощным ударом короткого меча в грудь. Рядом Север разрубил зазевавшемуся силуру плечо и руку, прежде чем тот успел прикрыться щитом. Легионеры не отставали от командиров и наступали с обоих флангов, разя мечами врагов. Для силуров контратака в момент триумфа стала полной неожиданностью. Воины, удерживающие таран, бросили его на мосту и поспешили убежать от опасного места, предоставив сражаться своим вооруженным товарищам. Некоторые силуры быстро опомнились и, подняв круглые щиты, бросились на выбегающих через разгромленные ворота римлян.
Завязался ближний бой, искусством которого превосходно владели легионеры. В образовавшейся на мосту толчее мелькали короткие, несущие смерть мечи, рубили направо и налево, убивая и калеча противников. На губах Макрона застыла свирепая ухмылка. Прокладывая путь щитом, он без устали наносил удары мечом. Иногда они проходили мимо цели, порой их удачно парировали, но промахивался центурион нечасто. Теплая кровь, стекая ручьем по гарде, пачкала руку, но Макрон ничего не чувствовал и шаг за шагом продвигался со своими людьми по мосту. Бросил мельком взгляд на ров, склоны и дно которого были усыпаны убитыми и умирающими врагами. Группа силуров столпилась на узкой полоске земли между эскарпом и стеной, намереваясь взобраться по лестницам наверх и наброситься на защитников крепости.
– Опустить копья! – послышался сверху голос Катона. – Это свои!
В пылу битвы Макрон не думал о риске погибнуть от рук товарищей и мысленно поблагодарил Катона за предусмотрительность. Вот он снова взмахнул мечом, и противник, прикрываясь щитом, попытался отбить удар. Неожиданно по рядам силуров словно прокатилась волна. Огромного роста воин, одетый в звериные шкуры, уверенно двигался вперед. Мощные руки сжимали гигантский боевой топор. Соплеменники смотрели на него с благоговением, торопливо уступая дорогу, чтобы не попасть под удар топора, которым великан размахивал над головой. Его внимание привлек увенчанный гребнем шлем Севера. С яростным ревом он ринулся на центуриона, намереваясь расправиться с офицерами и сломить моральный дух следующих за ними легионеров.
Север не дрогнул и, подняв щит, приготовил меч к бою. Иного выбора не оставалось. Плотные ряды воинов сзади сделали отступление невозможным. Выставив вперед ногу, гигант описал топором дугу на уровне груди. Головка топора со свистом пронеслась в воздухе и врезалась в кромку щита Севера, мощным ударом разбив вдребезги бронзовый обод и слои дерева и кожи. Поврежденный щит выпал из онемевших пальцев Севера и скатился по мосту в ров. Великан с торжествующим воплем снова взмахнул топором, на сей раз чуть выше. Север с полуоборота попытался парировать удар, с его губ сорвался последний отчаянный крик:
– Н-е-е-е-т!
Топор выбил меч из рук центуриона, и оружие закувыркалось в воздухе. В следующее мгновение лезвие полоснуло Севера по шее, и его голова, увенчанная шлемом, скатилась с плеч.
– Мать твою… – оторопел от неожиданности Макрон, и тут же холодный рассудок подсказал, что следующей жертвой великана станет он сам.
– Шалишь, дружок! Со мной эти штучки не пройдут! – прорычал Макрон и двинулся на гиганта, слегка присев, чтобы было легче удержать равновесие.
Макрон понимал, что противостоять удару огромного топора невозможно. Нужно подобраться к противнику поближе, лишить возможности размахнуться наводящим ужас оружием. А силур, расправившись с Севером, переключил внимание на Макрона и уже готовился нанести удар. Но Макрон его опередил и, подняв щит, врезался в гиганта. Ободок щита ударил дикаря в подбородок, вынудив закрыть рот и оборвать воинственный клич. Не теряя времени, Макрон нанес мечом удар под углом. В такой удар нельзя вложить всю силу, но он пришелся силуру в бок, пониже ребер. Клинок прошел через складки мехового плаща и вонзился в тело. Макрон рванул на себя меч, поражаясь силе и выносливости противника. В следующее мгновение он принялся наносить без остановки удар за ударом. Из груди противника вырывались хрюкающие звуки. Поняв, что топор стал бесполезным, он бросил оружие на землю и ухватился за щит, пытаясь вырвать его из рук Макрона.
– Хрен тебе, ублюдок! – выдохнул Макрон, крепче сжимая рукоятку.
Над центурионом нависло искаженное яростью лицо великана. Напрягшись всем телом, Макрон ударил силура в лицо облаченной в шлем головой, раздробив переносицу. Варвар ослабил хватку и попятился. Кровь стекала по бороде, пропитывая складки плаща, склеивая мех. Хватая ртом воздух, Макрон выпрямился и увидел, что находится на дальнем краю моста. Впереди удирал отряд силуров, которому поручили разрушить ворота, оставляя за собой тела убитых соплеменников. Большинство врагов погибло от ударов сброшенных со стены копий.
– Макрон!
Центурион поднял голову и увидел на стене Катона.
– Макрон, затащите таран внутрь!
– Понял!
Макрон приказал нескольким легионерам вложить мечи в ножны и подобрать обрубки ветвей, которые силуры использовали как рукоятки. Остальные легионеры образовали защитную стену на краю моста, чтобы прикрыть товарищей. И успели вовремя. Как только противник обратился в бегство, из темноты на римлян обрушился град снарядов, с грохотом отскакивающих от щитов. Кряхтя под тяжкой ношей, легионеры затащили таран в караульную будку, а Макрон проследил, чтобы все легионеры из защитной стены вернулись обратно в крепость.
* * *
Катон с облегчением вздохнул. Благодаря захвату тарана можно выиграть еще несколько часов. Внешние ворота разрушены, но внутренние – целы, и есть время засыпать переход землей и камнями, сделав его неприступным для врага. Глянув на небо, он увидел среди дождя и облаков первые проблески рассвета, тонкую серую полоску вдоль горных хребтов на востоке. Теперь была хорошо видна территория по обе стороны караульной будки и площадка перед ней. Там, упершись в бока стиснутыми кулаками, стоял Каратак и смотрел на крепость. Его глаза горели ненавистью. В следующее мгновение силурский вождь отдал своим сторонникам какой-то приказ: затрубил рог, оглашая гортанными звуками поле битвы.
Воины, добравшиеся до верхних ступенек лестниц и стремящиеся залезть на стену, отказались от своей затеи и стали поспешно спускаться вниз. Те, кто стоял на нижних ступеньках, стали осторожно пятиться. Спрыгнув на землю, они спускались по склону, а затем выбирались изо рва. Некоторые сохранили присутствие духа и не забыли захватить осадные лестницы. Несколько минут Каратак не двигался с места, но вдруг заметил на башне Катона и, подняв палец, указал прямо на префекта. В его жесте была неприкрытая угроза. Значит, Каратак не собирается отступать, пока не сотрет с лица земли форт Брукциум и не перебьет весь гарнизон вместе с командующим.
Развернув коня, силурский вождь вместе со своей армией стал медленно спускаться по склону.
За спиной у Катона скрипнула лестница. Оглянувшись, он увидел Макрона, который встал рядом с префектом.
– Первый бой мы выиграли, – прошептал Катон.
– Верно. Но потеряли Севера и других легионеров. Ты же сам видел.
– Видел.
Катон глянул на мост, где лежало обезглавленное тело центуриона, упавшее на труп силура, убитого копьем. Префект сразу же вспомнил свой первый долг, который необходимо исполнить в подобной ситуации.
– Дай приказ отменить боевую готовность. Фракийцы сменят часовых на стене. Пусть раненых отнесут к врачу, а остальным раздадут пайки. А еще скажи, что я горжусь своими воинами. Теперь враг надолго запомнит гарнизон Брукциума и поймет, что мы умеем драться в честном бою, а не только жечь деревни и устраивать резню.
– Последние слова тоже передать? – засомневался Макрон.
– Пожалуй, не стоит, – согласился Катон. – Просто передай, что я горжусь ими. Горжусь, что являюсь их командиром. Это должно воодушевить воинов… Очень скоро Каратак вернется, и надо укрепить боевой дух гарнизона.
Назад: Глава 26
Дальше: Глава 28