Загрузка...
Книга: После ссоры п-2
Назад: Глава 119
Дальше: Глава 121

Глава 120

Тесса

– Кто первый начал? – спрашиваю я, стараясь не делать поспешных выводов, как это обычно со мной бывает.

Хардин пытается поймать мой взгляд, но я отвожу глаза.

– Я пошел искать его после того, как проводил тебя на занятия, – говорит он.

– Ты обещал мне, что не будешь к нему лезть.

– Знаю.

– Так почему ты сделал в точности наоборот?

– Он сам нарывался, начал провоцировать меня, говорил, что трахался с тобой. – В его взгляде я вижу безумное отчаяние. – Ты ведь не врала мне? – спрашивает он, и я едва не срываюсь.

– Я не собираюсь снова отвечать на этот вопрос. Я уже сказала, что между нами ничего не было, а ты опять спрашиваешь меня про это, сидя в своей чертовой камере, – разочарованно говорю я.

Он закатывает глаза и садится на небольшую металлическую скамью. Он сейчас жутко меня злит.

– Зачем ты пошел к нему? Я хочу это знать.

– Потому что он должен был получить свое, Тесса. Он должен понять, что я не позволю ему даже подойти к тебе. Мне надоели его чертовы игры и то, что он думает, будто ты дашь ему какой-то гребаный шанс. Я сделал это ради тебя!

Я скрещиваю руки на груди.

– Каково было бы тебе, если это я сегодня пошла бы его искать, пообещав, что не буду? Я думала, мы оба пытаемся все наладить, но ты взял и нагло соврал мне. Ты ведь и не собирался держать слово, да?

– Ладно, не собирался, довольна? Теперь это уже неважно – что было, то было, – ворчит он, как недовольный ребенок.

– Для меня это важно, Хардин. Ты не перестаешь создавать себе проблемы, когда это вовсе не нужно.

– Это очень нужно, Тесс.

– Где сейчас Зед? Тоже в тюрьме?

– Это не тюрьма.

– Хардин…

– Я не знаю, где он, и мне на это похрен, как и тебе. Даже не подходи к нему.

– Хватит уже! Хватит указывать мне, что я могу или не могу делать, – меня это чертовски выбешивает!

– Ты научилась плохим словам? – спрашивает он с удивленной ухмылкой.

Почему ему это кажется таким смешным? Это точно не смешно. Я отхожу в сторону, и его улыбка исчезает.

– Тесса, не уходи, – говорит он, заставляя меня развернуться.

– Я пойду посмотрю, где твой отец и как все продвигается.

– Скажи ему, пусть поспешит.

Я рыкаю на него, именно рыкаю, и иду назад по коридору. Он думает, что с легкостью выпутается из этой ситуации, потому что его отец – ректор, и если честно, я тоже на это надеюсь. Но меня все равно раздражает, что он так легкомысленно к этому относится.

– Какого хрена пялишься? – Я слышу, как он кричит на копа, и потираю виски.

Кен и Лэндон стоят рядом с пожилым седым мужчиной с усами. На нем строгий костюм и галстук, и держится он так, что я сразу понимаю: он – человек важный. Лэндон замечает, что я вышла в холл, и идет ко мне.

– Кто это? – тихим голосом спрашиваю я.

– Провост.

– Проректор, да?

Лэндон кажется встревоженным.

– Ага.

– И как успехи? Что они обсуждают? – Я пытаюсь прислушаться к их разговору, но не могу разобрать ни слова.

– Ну… не очень хорошо. Он разгромил всю лабораторию, в которой работал Зед, – речь идет о нескольких тысячах долларов. Кроме того, у Зеда сломан нос и сотрясение мозга. Его отвезли в больницу.

Я начинаю закипать. Хардин не просто припугнул Зеда, он нанес ему серьезные травмы!

– Вдобавок Хардин толкнул профессора, и тот упал на пол. Однокурсница Зеда уже дала показания – сказала, что в корпусе Хардин искал именно Зеда. Похоже, сейчас все очень плохо. Кен изо всех сил пытается вытащить его из заключения, но я не знаю, что будет дальше. – Лэндон вздыхает, взъерошивая волосы. – Его выпустят только при условии, что Зед не станет выдвигать обвинения. Хотя я не уверен, что это поможет.

У меня начинает кружиться голова.

– Исключение, – говорит седовласый мужчина, и Кен потирает подбородок.

Исключение? Хардина не могут исключить из университета! Боже, это какое-то безумие.

– Он мой сын, – тихо говорит Кен, и я осторожно делаю шаг в их сторону.

– Я знаю, но он напал на профессора и повредил имущество факультета – мы не можем этого так оставить.

Чертов Хардин и его характер!

– Это просто катастрофа, – говорю я Лэндону, и он уныло кивает.

Мне хочется броситься на пол и заплакать или, что еще лучше, вернуться к камере Хардина и врезать ему. Но ни то ни другое не поможет.

– Может, ты уговоришь Зеда не выдвигать обвинения? – предлагает Лэндон.

– Хардин взбесится, если я хоть на метр к нему подойду. – Хотя мне вообще не стоит его слушать, потому что он не слушает меня.

– Знаю, – отвечает Лэндон, – но других вариантов у нас сейчас нет.

– Наверное, ты прав.

Я смотрю на Кена, потом снова – в холл, где находится камера Хардина.

Главное для меня – помочь Хардину, но из-за того, что он сделал с Зедом, с которым, я надеюсь, все будет в порядке, я все равно чувствую себя ужасно. Может, если я поговорю с Зедом и он решит не обращаться в полицию, хотя бы одной проблемой будет меньше.

– Ты знаешь, где он? – спрашиваю я у Лэндона.

– Кажется, кто-то говорил, что он в больнице Грэндвью.

– Понятно. Ну, туда я сначала и поеду.

– Тебя подвезти обратно до стоянки?

– Черт. Я же сегодня без машины.

Лэндон достает из кармана ключи.

– Держи. Только аккуратнее на дороге.

Я улыбаюсь своему лучшему другу.

– Спасибо.

Не знаю, что бы я без него делала, но раз он скоро уезжает, мне придется узнать, каково это. От этой мысли мне становится грустно, но я пытаюсь выкинуть ее из головы – сейчас я не могу думать об отъезде Лэндона.

– Пойду расскажу Хардину, что к чему.

– Еще раз спасибо. – Я крепко обнимаю Лэндона.

Как только я подхожу к выходу, по холлу проносится крик Хардина.

– Тесса! Даже не смей подходить к нему!

Я не обращаю на него внимания и толкаю вперед двойные двери.

– Я серьезно, Тесса! Вернись!

Я выхожу на улицу, где больше не слышу его криков, и вдыхаю холодный воздух. Как он смеет вот так указывать, что мне делать? Кем он себя возомнил? Он попал в серьезную передрягу, потому что не способен контролировать гнев и ревность. Я пытаюсь помочь ему все уладить. Повезло, что я еще не влепила ему пощечину за то, как нагло он нарушил свое обещание. Боже, от него одно расстройство!

 

Приезжаю в Грэндвью, но медсестра на посту отказывается хоть что-нибудь сказать мне про Зеда. Она даже не хочет говорить, здесь ли он сейчас и привозили ли его сюда вообще.

– Он мой парень, и мне надо его увидеть, – говорю я этой явно ненатуральной блондинке.

Она внаглую надувает пузырь из жвачки, продолжая накручивать на палец локоны.

– Твой парень? Этот, весь в татуировках? – смеется она, по-видимому, не поверив мне.

– Да, это он. – Говорю резко, почти угрожающе, и я сама поражена, что могу так.

Судя по всему, это сработало – медсестра пожимает плечами и сообщает:

– Прямо по коридору и направо, первая дверь слева.

Затем она куда-то уходит.

Ну, это было не так уж сложно. Мне надо почаще вести себя так уверенно. Иду вперед, придерживаясь указаний, и в итоге оказываюсь у нужной двери. Она закрыта, и я осторожно стучу, прежде чем зайти. Надеюсь, она не ошиблась с палатой.

Зед сидит на краю больничной койки. На нем только джинсы и носки. Боже, его лицо!

– О господи! – не сдерживаюсь я, разглядев его получше.

У него сломан нос – об этом я уже знала, – но выглядит это просто ужасно. Он опух, а оба глаза подбиты. Почти вся грудь перебинтована, и только на татуировке в виде нескольких звезд, чуть ниже ключицы, нет ни повязок, не порезов.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, подходя к койке.

Надеюсь, он не разозлится из-за того, что я пришла сюда – ведь это все из-за меня, в конце концов.

– Не совсем, – робко отвечает Зед.

Он тяжело выдыхает и взъерошивает волосы, а потом открывает глаза. Он хлопает рукой по кровати рядом с собой, и я сажусь к нему.

– Мне так жаль. Расскажи мне, что случилось.

Карамельно-карие глаза Зеда ловят мой взгляд, и он кивает.

– Я был в лаборатории – не в той, которую показывал тебе, а в лаборатории растительных тканей. Он пришел туда и начал говорить мне о том, чтобы я держался от тебя подальше.

– И что потом?

– Я сказал, что ты не его собственность, и он ударил меня головой о металлическое заграждение.

От этих слов я вздрагиваю и смотрю на его нос.

– Ты правда сказал ему, что переспал со мной? – спрашиваю я, не зная, верю ли я в это.

– Да. Правда. Прости, что я сказал ему такое, но ты должна понимать: он набросился на меня, и это был единственный способ задеть его. Я чувствую себя просто ублюдком из-за того, что сказал это. Мне правда очень жаль, Тесса.

– Он обещал мне, что будет держаться от тебя подальше, если я сделаю то же самое, – признаюсь ему я.

– Ну, похоже, он в очередной раз нарушил обещание, – подчеркивает он.

С минуту сижу молча и пытаюсь представить ситуацию целиком. Я злюсь на Зеда из-за того, что он сказал Хардину, будто мы с ним спали, но я рада, что он признался в этом и извинился. Не знаю, кто из них обоих злит меня больше. Трудно сердиться на Зеда, видя, что по моей вине он получил столько травм и что, несмотря на это, он все равно остается добр ко мне.

– Прости, что из-за меня с тобой постоянно что-то случается, – говорю я.

– Ты не виновата. Это моя вина – и его. Просто он считает тебя своей собственностью, и это меня раздражает. Знаешь, что он мне сказал? Что мне не стоит «связываться с тем, что принадлежит ему». Вот что он говорит, когда тебя нет рядом, Тесса.

Его голос звучит тихо и спокойно, совсем не как у Хардина.

Мне не нравится, что Хардин считает, будто он владеет мной, но когда об этом говорит кто-то другой, это меня раздражает. Хардин не умеет справляться с эмоциями, и у него никогда раньше не было серьезных отношений.

– Просто он по натуре собственник.

– Ты что, защищаешь его?

– Нет, я его не защищаю. Я не знаю, что и думать. Он в тюрьме… в смысле, в камере заключения кампуса, а ты в больнице. Для меня все это уже слишком. Я знаю, что не должна жаловаться, но эти неугасающие страсти мне уже надоели. Как только я чувствую, что могу спокойно вздохнуть, происходит что-то еще. Это меня убивает.

– Он тебя убивает, – поправляет Зед.

Дело не только в Хардине, а во всем, что происходит: этот университет, так называемые друзья, которые меня предали, Хардин, Лэндон, собирающийся уехать, моя мать, Зед…

– Но я сама себя в это втянула.

Зед отвечает с легким раздражением:

– Перестань брать на себя вину за его ошибки. Он делает это, потому что ему наплевать на всех, кроме себя. Если бы ты была ему дорога, он сдержал бы обещание и не подходил ко мне. Он не подвел бы тебя в свой день рождения… Я могу продолжать этот список бесконечно.

– Это ты присылал мне сообщения с его телефона?

– Что? – Упершись рукой в кровать, он двигается ближе ко мне. – Черт! – сквозь зубы ругается он из-за боли.

– Тебе что-нибудь нужно? Может, позвать медсестру? – предлагаю я, сразу забыв о нашем разговоре.

– Нет, я уже скоро поеду домой, сейчас как раз должны заполнить бумаги на выписку. Так что ты говорила про сообщения? – спрашивает он.

– Похоже, Хардин думает, что это ты писал мне с его мобильного на той вечеринке, чтобы я ждала его в гости, когда он об этом даже не знал.

– Он врет. Я бы никогда такого не сделал. Зачем мне это?

– Не знаю, Хардин считает, что ты пытаешься настроить меня против него или что-то вроде того.

Зед слишком пристально смотрит на меня, и мне приходится отвести взгляд.

– Он и сам с этим неплохо справляется, разве не так?

– Нет, не так, – возражаю я.

Как бы сильно я на него ни злилась и как бы ни сбивали меня с толку слова Зеда, я буду на стороне Хардина.

– Он говорит это только для того, чтобы ты стала считать меня каким-то злодеем, хотя я не такой. Я всегда был рядом с тобой, когда он уходил. Он даже не может сдержать обещание. Он ворвался туда и набросился на меня – и еще на преподавателя! Он все повторял, что убьет меня, и я почти был готов ему поверить. Если бы там не оказалось профессора Саттона, этим бы все и закончилось. Он знает, что сумеет побороть меня, потому что у него не раз это получалось. – Зед вздрагивает и поднимается с койки. Берет со стула свою зеленую футболку и поднимает руки, чтобы натянуть ее. – Черт. – Он роняет футболку на пол.

Я вскакиваю, чтобы помочь ему.

– Подними руки насколько сможешь, – говорю ему я.

Он вытягивает руки вперед, и я помогаю ему одеться.

– Спасибо. – Зед снова пытается улыбнуться.

– Что больнее всего, нос? – спрашиваю я, снова глядя на его опухшее лицо.

– Отказ, – робко отвечает он.

Ой. Я опускаю взгляд и начинаю ковырять ногти.

– Да, нос, – предлагает он другой вариант, чтобы сгладить ситуацию. – Особенно когда его вправляли.

– Ты будешь выдвигать обвинения против него? – задаю я наконец вопрос, ради которого пришла.

– Да.

– Не делай этого, пожалуйста, – прошу я, глядя ему в глаза.

– Тесса, так нельзя. Это несправедливо.

– Знаю. Прости, но если ты обратишься в полицию, его посадят в тюрьму – в настоящую тюрьму. – От одной этой мысли я снова начинаю паниковать.

– Он сломал мне нос, и у меня сотрясение мозга. Еще один удар головой об пол – и он бы меня убил.

– Я и не говорю, что это нормально, но я умоляю тебя, Зед! Пожалуйста! Мы все равно скоро уезжаем, я перевожусь в Сиэтл, и Хардина здесь больше не будет.

Зед смотрит на меня с тревогой.

– Он поедет с тобой?

– Нет. То есть да. Он тебя не побеспокоит. Если ты не выдвинешь обвинения, ты его больше не увидишь.

Зед смотрит на меня своими припухшими глазами.

– Ладно, – вздыхает он. – Я не пойду в полицию, но прошу, пообещай мне, что ты серьезно обо всем подумаешь. Обо всем этом: представь, насколько легче станет твоя жизнь без него, Тесса. Он набросился на меня без всякой причины, а улаживать все приходится тебе, как всегда, – крайне раздраженно говорит он.

Но я его за это не виню. Я использую его чувства, чтобы заставить его не заявлять на Хардина в полицию.

– Я подумаю. Большое тебе спасибо, – благодарю его я, и он кивает.

– Жаль, что я влюбился в человека, который не может ответить мне взаимностью, – едва слышно произносит он.

«Влюбился»? Зед любит меня? Я знала, что нравлюсь ему… но любовь? Драка с Хардином, из-за которой Зед оказался в больнице, – это моя вина. Но «влюбился»? У него есть девушка, а я никак не определюсь в отношениях с Хардином. Я смотрю на него в надежде на то, что эти слова – всего лишь побочный эффект обезболивающих.

Назад: Глава 119
Дальше: Глава 121

Загрузка...