Загрузка...
Книга: От мыльного пузыря до фантика (сборник) сиос-1
Назад: Шит колпак, кроен колпак
Дальше: Белокрылый ангел с Кокосовых островов

Споры на шкафу

Три бенгальских огня лежали на шкафу. Все давным-давно забыли про них, а шкаф был высокий — и, уж конечно, с пола трудно было разглядеть, лежат там на шкафу три бенгальских огня или нет. Да и кто вообще знает, что у нас на шкафу лежит, чего не лежит. Может быть, там такое лежит… закачаешься!

А бенгальские огни — они ведь тоненькие совсем, незаметные. Их только раз в году и замечают по-настоящему: на новогоднем празднике, в самом конце декабря. Тогда они горят так ярко! Но… то ли слишком много бенгальских огней было куплено к давно минувшему празднику, то ли просто выпали эти три из коробки, когда коробка стояла на шкафу, — так или иначе, теперь они никому были не нужны.

— Это хорошо! — любил повторять Правый Бенгальский Огонь: именно он всегда начинал все разговоры, а так как он лежал справа, считалось, что он один и бывает прав. — Это очень хорошо. Мы остались живы. Все наши братья сгорели в новогоднюю ночь — и их история закончена. Нас же с вами, дорогие мои, ждёт блестящее будущее.

— А что хорошего в том, что мы не сгорели вместе с ними в новогоднюю ночь! — вздыхал обычно Левый Бенгальский Огонь: будучи левым, он, понятное дело, никогда не считался правым, что бы ни говорил. — Мы отсыреем здесь и уже ни на что не будем годны. Какое там блестящее будущее — лучше бы у нас было блестящее прошлое!

И Левый Бенгальский Огонь сокрушённо вздыхал, а Правый в ответ на его слова морщился, подозревая в словах этих большую опасность: опасность ведь чаще всего появляется слева.

Средний Бенгальский Огонь никогда не участвовал в разговорах на шкафу — он только и произносил, что «м-да» в ответ на заявления своих собратьев. Вот и сейчас сказал:

— М-да…

М-да — и ничего больше. Поэтому Правый Бенгальский Огонь подумал, что Средний согласился с ним, а Левый — что с ним, и, как всегда бывало, спор прекратился. Правый Бенгальский Огонь остался при своём мнении: прекрасно остаться живым, когда все погибли. Левый — при своём: ужасно остаться в живых, когда все погибли.

Но вот в один — прекрасный, как сказал бы Правый Бенгальский Огонь, или ужасный, как сказал бы Левый… а мы просто скажем: в один какой-то день залетел на шкаф, неизвестно откуда, Тонкий Солнечный Луч.

— Привет! — кивнул он, присаживаясь рядом с тремя бенгальскими огнями. — Лежим?

— Лежим! — весело откликнулся Правый Бенгальский Огонь.

— Лежим… — уныло откликнулся Левый.

— М-да, — по обыкновению сказал Средний.

— И долго лежим? — поинтересовался Тонкий Солнечный Луч.

— Всю жизнь, — с гордостью отчитался Правый Бенгальский Огонь и, в свою очередь, спросил: — А ты тоже бенгальский огонь?

— Пожалуй, — ответил Тонкий Солнечный Луч, осматриваясь по сторонам. — Однако пыльно у вас тут. — Он чихнул. — Да-a, занесло же меня… Вон, смотрите, мой брат бегает по хрусталикам люстры и зажигает их. А тот, маленький, ест варенье из чашки, видите? — Тонкий Солнечный Луч поёрзал по поверхности шкафа. — И чего это я сюда прилетел?

— Здесь ты сохранишься, — серьёзно возразил Правый Бенгальский Огонь. — А братья твои — погибнут: этот сорвётся с люстры и разобьётся, маленький же просто утонет в варенье — вот и всё. Но тебя ждёт блестящее будущее. Как, впрочем, и нас.

— Пропадёшь ты тут с нами, — не согласился Левый Бенгальский Огонь. — Ни по люстре не поскачешь, ни варенья не поешь — отсыреешь и погаснешь. Подумай: ведь у тебя, по крайней мере, могло бы быть блестящее прошлое.

— М-да… — сказал Средний Бенгальский Огонь.

— Интерееесный разговор! — рассмеялся Тонкий Солнечный Луч. — И часто вы его ведёте?

— Всю жизнь! — Ни Правый, ни Левый Бенгальский Огонь не поняли, что в этом смешного.

— Ну тогда ладно… Вы тогда решайте, что лучше — гореть или не гореть, а мне пора. — Тонкий Солнечный Луч ещё раз огляделся по сторонам и пробормотал. — Хм, блестящее прошлое, блестящее будущее… Их нет у того, у кого нет настоящего!

И, ещё раз чихнув на прощание, он соскользнул вниз: скакать по люстре и поедать варенье.

Трём бенгальским огням стало темно без него. И почему-то вдруг они тоже зачихали — один за другим. Начихавшись вдоволь, Правый Бенгальский Огонь сказал:

— Странный это был бенгальский огонь… Настоящее! Что такое настоящее? Всего-то навсего шаг в блестящее будущее.

— Всего-то навсего шаг из блестящего прошлого! — поправил Левый Бенгальский Огонь.

А Средний ничего на этот раз не сказал — даже своего обычного «м-да».

— Почему ты молчишь? — воззрились на него Правый и Левый.

— Я больше так не могу! — воскликнул тот. — Здесь пыльно, темно, душно…

И он вспыхнул — мгновенно, сам по себе! — и весело посыпались со шкафа ослепительные трескучие искры.

И тотчас же ещё два снопа золотых искр полетели вниз: это вспыхнули по вине Среднего Бенгальского Огня Правый и Левый — ах какой начался фейерверк! И дети запрыгали, заплясали в лучах этого фейерверка, думая, что снова пришёл Новый год.

А три бенгальских огня сгорели за одну минуту — так и не успев сказать больше ничего умного, зато успев, может быть, понять, что же это всё-таки такое — настоящее.

Назад: Шит колпак, кроен колпак
Дальше: Белокрылый ангел с Кокосовых островов

Загрузка...