Загрузка...
Книга: Чайник, Фира и Андрей: Эпизоды из жизни ненародного артиста. -0
Назад: Сеппо Эскапист
Дальше: Кетцалькоатль и Тескатлипока

Гнойные рожи

Лето, прекрасная погода, у меня — отличное настроение после победы на конкурсе и триумфа в Зальцбурге, моя студенческая жизнь не мешает профессиональной. Все чудесно! Конкурсная слава и заработанные деньги позволили мне купить огромную квартиру в доме на Суворовском бульваре (ныне Никитский). Центр, консерватория в двух шагах! Работай — не хочу. Второй рояль купил. Мечта!

И тут — звонок в дверь. Открываю. Два каких-то типа стоят у входа. Один худой, в костюме и без лица. У второго, старшего — заплывшая, как бы гноем, рожа, с отвисшим синим носом, он тоже без лица. Сколько на них не смотри, запомнить невозможно. Я таких мерзких лиц отродясь не видал. Потом, когда много их навидался, привык и стал даже в толпе на улице различать.

— Можно пройти?

Старший говорит: «Меня зовут Николай Иванович, а это Сережа, мы сотрудники госбезопасности. Нам надо с Вами побеседовать».

Показали удостоверения. «Николай Иванович» высыпал на стол из большого почтового конверта плотной бумаги кучу маленьких фотографий.

— Посмотрите, кого Вы здесь можете узнать?

Смотрю на ковер из маленьких, скверных фотографий. Начинаю кое-кого узнавать — Машу Сперанскую, переводчицу и славистку из Германии, Любу Хормут — известную продюсершу фирмы грамзаписи «Ариола-Евродиск», возлюбленную Давида Ойстраха. Узнаю на фотографиях и других людей, с которыми я общаюсь по работе и не по работе. В основном это иностранцы.

— Все эти люди шпионы, — говорит Николай Иванович, который впоследствии иногда становился Иваном Ивановичем. Замечаю, что он пьян и пьян сильно.

— Это опасная шпионская сеть, о которой мы с Вами должны серьезно поговорить, и Вам для этого надо будет завтра зайти к нам. На улицу Наташи Кочуевской в дом такой-то. Этот дом я в последствии назвал ступкой — там всем «неблагонадежным» дробили мозги и не только…

Ушли. Настроение у меня испортилось. Тогда я еще не понимал, что настроение у меня испортилось на всю оставшуюся советскую жизнь, что этой легкости, солнечности, восторга бытия я уже никогда тут больше не испытаю. Мое счастье длилось неполных три года.

Кстати, ступку на улице Наташи Кочуевской, куда меня для «бесед» вызывали, снесли. Нет больше ступки. Искал я ее там уже в новые времена. Вместо ступки — пустое место. Рядом — новые шикарные дома. Получается так: лубянский бизнес победил в Москве извечное лубянское палачество. А я так хотел туда зайти… Там было интересно… Маленький такой особнячок. Типичная застройка начала девятнадцатого века… Купеческий дом среднего достатка… С одной дверью. Дверь деревянная, как в баню. Туда заходишь — а там с двух сторон стоят бульдоги с автоматами. А за ними — стальная литая дверь. Эта дверь была без замка. Открывалась только изнутри… Врата ада. А за ней — коридоры, коридоры, лестницы вниз и целые этажи под землей. Кабинеты, кабинеты, да так много, что непонятно, как это все в одноэтажном особнячке помещалось. Какое-то особое, гэбэшное расширение пространства… В кабинетах пахали день и ночь следаки…

Назад: Сеппо Эскапист
Дальше: Кетцалькоатль и Тескатлипока

Загрузка...