Кит
Он сходит с поезда и направляется прямо к берегу реки. Хотя река и не является его целью – просто это самый короткий путь туда, куда он идет. Порывы ветра налетают сбоку и хлещут его по лицу. Подняв глаза к небу, Кит видит летающую над головой птицу; ее распростертые крылья похожи на растопыренные пальцы. Он не может сказать, коршун это или пустельга. Он смог бы различить их, если б услышал крик, но крики птицы заглушает вой ветра, и он не может четко расслышать, что она кричит: «пий-хёро-хёро» или «кии-кии».
Сейчас четыре часа дня. Солнце еще не село, но оно уже клонится к закату. Верхушки зданий вдали по левую руку от него освещены красноватыми лучами.
Затем Кит замечает, что река начинает неестественно раскачиваться. Ее извилистый поток сдвигается в его направлении, как будто собираясь вот-вот выйти из берегов.
Земля под его ногами вздыбливается буграми, окружающая реальность покрывается рябью и начинает дрожать. Затем его охватывает привычное головокружение.
«Зачем ты звонил Иваниси?» – спрашивает голос.
Кит раздраженно оглядывается вокруг, желая узнать, кто пришел к нему в виде призрака на этот раз, но никого не видит. Он встряхивает головой. Все еще никого.
«Тебе действительно так нужно узнать, кого нанял тот политик?» – продолжает голос.
Вокруг все еще пусто.
«Теперь эти призраки даже не показываются…» Кит вновь оглядывается. Птица все еще летает высоко в небе. Хотя на самом деле она больше парит, чем летит. «Это она со мной разговаривает? Не могу определить, кто это – коршун или пустельга, но слышу ее голос?»
«Зачем ты позвонил ему? – настойчиво повторяет голос. – Только не говори мне, что ты поверил хоть слову из того, что тебе наговорил этот Танака».
Вокруг нет ни души. Не слышно шума машин. Кит не может понять, в чем причина: в простом совпадении или же в том, что он оказался в одной из своих галлюцинаций.
Полчаса назад Кит позвонил по номеру, который он записал на листке бумаги. Это был тот самый номер, по которому пытался дозвониться Кадзи.
Кружащаяся над ним птица вновь обращается к нему:
«Этот Иваниси тотчас признался тебе, где находится его квартира. Это не показалось тебе странным?»
– Он просто растерялся. – Кит отмечает про себя, что как ни в чем не бывало беседует с птицей. – Возможно, он просто не очень предусмотрителен. Такой человек, который просто говорит что-то, чтобы решить свои проблемы в моменте.
Он вспоминает телефонный разговор с Иваниси. Мужчина снял трубку раньше, чем закончился первый гудок вызова, и тотчас принялся тараторить пронзительным голосом:
– Цикада? Почему твой телефон выключен?
– Цикада?
– Ой, это не он… Извини. Кто ты?
«Это что, тебя нанял Кадзи? – спросил про себя Кит. – Это ты должен был убить меня? Если так, то где ты и чем ты там занимаешься? Почему ты не пришел в отель? Кадзи мертв. Ты провалил свою работу. Как ты можешь быть таким спокойным?»
Затем его осенило, что этот человек, возможно, был не тем, кто должен был лично выполнить работу. Он не услышал в голосе мужчины настороженной интонации, характерной для голосов убийц. Может статься, он просто администратор или менеджер. Поэтому Кит ответил:
– Твой человек сейчас лежит без сознания. Мы в отеле.
Он просто выдумывал на ходу, чтобы прощупать почву и посмотреть, как все развернется. Он не был в отеле, и там не было никого без сознания.
– Цикада? – голос в трубке ответил машинально. В нем послышались нотки паники. – Кто без сознания? Цикада?
– Да, Цикада, – продолжил Кит.
– Что он наделал, этот дурачок?! А я уже целую вечность пытаюсь с ним связаться… Не могу в это поверить. Слушай, где ты сейчас?
– Скажи мне, где ты, и я привезу его к тебе, – мягко отозвался Кит.
– Дай трубку Цикаде.
– Я же сказал тебе, он без сознания. Он не может с тобой поговорить. – Это был единственный ответ, который он мог дать. – Ты хочешь, чтобы я отвез его в больницу? Или в полицию? – Он догадывался, что мужчина не захочет ни того, ни другого, – и не ошибся.
– Нет, нет, в этом нет необходимости. Просто привези его сюда.
– Куда сюда?
– Кто ты?
– Я работаю на Кадзи.
Эта ложь была вполне оправдана. Кит решил, что, если назовет имя его клиента, это обманет бдительность собеседника.
– А-а, вот как… На Кадзи-сана.
Это успокоило его, дав объяснение, откуда у Кита его номер телефона. Он продиктовал адрес кондоминиума. Кит запомнил его наизусть, с удивлением отметив про себя, что этот человек, очевидно, совсем не заботится о собственной безопасности.
– Я могу просто оставить его у входа в здание, так? – уточнил Кит безразличным скучающим тоном.
Мужчина заглотил наживку.
– Лучше принеси его в мою квартиру. Номер шестьсот три. Меня зовут Иваниси.
– Тогда я еду к тебе.
Кит уже собирался отключиться, когда Иваниси задал свой вопрос:
– Эй, постой. Цикада выполнил свою работу? Ту, которую заказал ему Кадзи-сан?
– Выполнил, – еще одна ложь. – До встречи.
Кит дал отбой. Размышляя о времени и месте, посчитал, что поехать на поезде будет быстрее, чем брать такси и толкаться по пробкам. Он пошел напрямую к ближайшей к нему станции линии JR и оказался на платформе в тот самый момент, как к ней подъезжал поезд.
* * *
«Этот человек, который ответил тебе по телефону, был возмутительно беспечен», – говорит птица. Сейчас она не похожа ни на коршуна, ни на пустельгу – просто неясный силуэт.
– Этот Цикада – тот, кто должен был выполнить работу.
«Что ты планируешь делать, когда придешь к этому Иваниси?»
– Поговорю с ним. – Сказав это, Кит размышляет над своими словами. «Это правда? Я иду туда просто для того, чтобы поговорить?»
«Ты сам знаешь, что это будет не просто разговор, – птица кругами парит в недосягаемой высоте. – Стоит ему заговорить с тобой, этот парень, Иваниси, умрет. Ты – специалист по самоубийствам. Так что все закончится тем, что он покончит с собой. Правильно? Но позволь мне спросить тебя – зачем?»
– Потому что я устал от всего этого. Я хочу начать жизнь с чистого листа. Все, что вокруг меня, – я просто хочу, чтобы все это исчезло. Я хочу расплатиться по моим долгам.
«Слова Танаки, – издевательски говорит птица. – Ты просто делаешь то, что он сказал тебе сделать».
Кит чувствует в своей голове мерцание. Крепко зажмуривается, затем вновь открывает глаза. Теперь пейзаж кажется более естественным, цвета – более яркими. Над его головой больше нет никакой птицы. Вместо нее он замечает ворону на телеграфном столбе по правую руку от себя, но она, возможно, все это время там сидела.
Со стороны берега реки до него доносятся жизнерадостные голоса. Он смотрит вдаль и видит там огороженный сеткой теннисный корт, на котором четверо людей, одетых для гораздо более теплой погоды, играют в парный теннис, ритмично размахивая ракетками.
«Кажется, я снова нахожусь в реальности, – думает Кит, но затем встряхивает головой. – Это тоже может быть галлюцинацией. Кто способен сказать наверняка? Точно не я».
Он может все еще пребывать в мире привидений и духов, полностью оторванный от реальности. В этом нет ничего невозможного. Что его пугает, так это тот факт, что, даже если сейчас он все еще находится в потустороннем мире, его это совершенно не тревожит.
Кит сразу находит кондоминиум, о котором говорил Иваниси. Девять этажей, бетонные стены тоскливого серого цвета, излучающие ощущение заплесневелой сырости даже несмотря на то, что дождя уже нет.
Он переступает порог, заходит в лифт и нажимает кнопку шестого этажа. Неужели Иваниси принял его слова за чистую монету? Сейчас он просто покорно ждет его там, наверху? Кита охватывают сомнения. Весьма вероятно, что Иваниси сейчас сидит в квартире номер 603 с заряженным пистолетом, направленным на дверь.
«Даже если так – все будет нормально». Так думает Кит. Чтобы убрать с дороги все несущественное и избавиться от всех сложностей, чтобы упростить свою картину мира, не нужны специально продуманные схемы или дар предвидения. Ему не требуется запутанный план, чтобы рассчитаться со всеми своими долгами.
Стоя перед квартирой 603, Кит без колебаний звонит в звонок. Ответа нет. Он пробует еще. Опять ничего.
«Так все-таки это ловушка», – решает он в конце концов, но не помышляет об отступлении. Кладет руку на круглую дверную ручку. Медленно поворачивает, тянет на себя. Не заперто. Он делает шаг в прихожую. Из глубины квартиры раздается голос:
– А ты не торопился!
К нему приближается звук шагов.
– Следовать времени – это то же самое, что следовать самому себе, знаешь ли.
В то мгновение, как Кит слышит беззаботный голос этого человека, он понимает, что тот ни о чем не подозревает. Он не сидит в засаде с пистолетом на изготовку, и он не вызвал своих приятелей. Он искренне верит в то, что один из подчиненных Кадзи привез к нему попавшего в беду Цикаду.
В конце коридора в дверном проеме появляется худощавый мужчина. На нем очки, но они не придают ему интеллектуального вида. У него узкое лицо с заостренным подбородком.
– Да, долго ж ты добирался… А где Цикада? Ты ведь привез его, да? Все, что он делает, – это создает проблемы. Он ни разу не вышел на связь, и я понятия не имею, что происходит. И от Кадзи-сана тоже никаких вестей… – Он говорит очень быстро, идя по коридору. – Эй, какого черта, мужик, ты стоишь посреди моей квартиры в уличной обуви! А?!
– Ты – Иваниси? – Кит медленно приближается.
– Постой-ка, что происходит? – Иваниси делает шаг назад, потом другой. – Ты не назвал мне свое имя, даже не поздоровался… Ты когда-нибудь слышал о правилах приличия? У тебя есть манеры? Тебя этому не учили, нет? Вежливость – это ключ к жизни, которая стоит того, чтобы ее прожить. Знаешь, кто это сказал?.. В любом случае, Цикада выполнил свою работу или нет? Убрал большого парня? – Он говорит оживленно, так что капли слюны летят во все стороны, пока вдруг внезапно не замирает с открытым ртом.
До него наконец постепенно доходит, что приближающийся к нему человек – это и есть тот самый «большой парень».
– Это ты, – шепчет Иваниси.
От ужаса и изумления его тело как будто сминается, оседая на пол. На четвереньках он пытается уползти обратно в свою комнату.
Кит следует за ним. Слегка наклонившись в дверном проеме, заходит в комнату; его туфли оставляют грязные следы на чисто вымытом деревянном полу. Слева от него черный диван, прямо перед ним – стол с гладкой стальной поверхностью.
Иваниси с другой стороны стола судорожно пытается нащупать выдвижной ящик.
Кит молча подходит ближе. Твердо упирается в пол левой ногой, а правой наносит жестокий пинок по руке Иваниси, шарящей в ящике. Иваниси опрокидывается навзничь. Пистолет, который он уже успел схватить, со стуком падает на пол и отлетает в сторону.
Не обращая внимания на пистолет, Кит подходит к сидящему на полу Иваниси, слегка наклоняется и протягивает правую руку, чтобы схватить мужчину за нижнюю челюсть. Иваниси скулит от боли, и Кит сжимает сильнее, сжимая его щеки так, будто раздавливает в руке яблоко, – пока Иваниси не умолкает. Кит с легкостью поднимает его над полом. Ноги мужчины болтаются в воздухе, слабо брыкаясь.
Его зубы, должно быть, глубоко врезались в мышечную мякоть щек, потому что изо рта выливается кровь вперемешку со слюной, капает на пол, пузырится у него на губах. Как будто он засыпал в рот пригоршню клубники и одновременно разжевал все ягоды.
Кит опускает руку и разжимает пальцы. Иваниси падает на пол. Прижимает ладонь к щеке, потом смотрит на нее, видит кровь на пальцах и кричит со слезами:
– Что ты такое творишь, засранец?!
Ничего не отвечая, Кит осматривает комнату. Он ищет что-нибудь, подходящее для повешения, но ничего не находит. Собирается пойти в ванную и поискать подходящее полотенце, но затем замечает, что на потолке нет вентиляционного клапана или трубы, на которых мужчина мог бы повеситься. Осматривает окно. Оно достаточно широкое, чтобы кто-нибудь мог в него пройти.
– Так значит, это будет падение с высоты, – тихо произносит Кит, глядя сверху вниз на Иваниси, который медленно поднимается на колени.
– Что тебе от меня нужно? Что я тебе сделал?
– Кадзи нанял тебя. Ты пытался меня убить.
– И за это ты на меня злишься? Когда получаю заказ, я просто устраиваю так, чтобы работа была выполнена. Не имеет значения, что именно это за работа. – Иваниси, кажется, забыл про их разницу в размерах и про то, насколько сокрушительно превосходство Кита в физической силе. – Как будто ты сам заслуживаешь большего уважения… Ты занимаешься тем же самым.
– Тем же самым?
– Ты убиваешь людей!
– Ты ошибаешься. – Кит сам удивляется той твердости, с которой он поправляет Иваниси. – Люди, которые встречают меня, просто кончают жизнь самоубийством.
– Так ты и есть – специалист по самоубийствам? – Лицо Иваниси застывает.
– Ты слышал обо мне?
– Конечно, я о тебе слышал! Так ты и есть Кит… Да уж, ты действительно большой.
– А ты думал, кит будет маленьким?
В это мгновение Иваниси наконец окончательно понимает, почему Кит явился в его дом и стоит перед ним, не выпуская его из комнаты.
– Постой-ка, так тебе нужен я? Ты пришел сюда за мной?
– Кроме тебя здесь больше никого нет.
– Постой… ну правда… почему ты хочешь, чтобы я убил себя? Ты так рассержен тем, что я взял эту работу у Кадзи?
– Нет.
– Тогда почему?
– Я рассчитываюсь со своими долгами. С одним за другим.
– Что значит вся эта хрень? – Иваниси несколько раз моргает. – Так вот что случилось с Цикадой? Ты и до него добрался? Да?
Кит делает шаг вперед, протягивает обе руки и кладет их Иваниси на плечи. Пристально смотрит ему в глаза и произносит низким глухим голосом:
– Ты готов выпрыгнуть из окна?
Глаза Иваниси широко распахиваются, зрачки слегка дрожат. Как будто они сейчас рассыплются на мелкие осколки. Радужные оболочки глаз словно растворяются в белизне глазных яблок. Морщины на лбу и вокруг рта разглаживаются. «То же самое, что и у всех», – думает Кит. Когда человек решается на самоубийство, его лицо приобретает глубоко умиротворенное выражение. Словно он уже преодолел все свои сомнения и страхи. Практически достиг просветления. Как будто он видит прекрасный сон. Как будто он наконец в гармонии с собой.
«Как будто все они хотят умереть».
Они могли протестовать, кричать, мочиться в штаны от страха, пытаться сбежать, могли цепляться слабеющими пальцами за петлю, сдавливающую сонную артерию, и царапать ногтями шею, – но в конечном итоге все они были счастливы закончить свои жизни. Так думал Кит.
– Это прямо за твоей спиной. – Он указывает подбородком за плечо Иваниси.
Тот оборачивается, в его глазах смешались опустошенность и восторг.
– Твой последний взгляд на этот мир.
Иваниси делает шаг к окну, словно его тянет туда невидимая сила. Кит наблюдает, уверенный в том, что ему не придется делать ничего больше. Иваниси спрыгнет.
Затем на него накатывает волна головокружения. «Только не сейчас…» Он не успевает раздосадованно прищелкнуть языком, как чувствует сокрушающее давление в своей голове, будто кто-то сдавливает его мозг, превращая его в желе.
Боль ослабевает. Кит несколько раз моргает. Как и ожидал, он больше не видит перед собой Иваниси. Вместо этого справа от него стоит женщина средних лет.
«Ты, наверное, очень рассержен тем, что из всех возможных моментов я выбрала именно этот», – весело говорит она, и лукавое торжество отражается на полных щеках и двойном подбородке ее призрачного лица.
Кит ничего не отвечает, стараясь не встречаться с ней глазами. «Все это нереально, – напоминает он себе. – Передо мной стоит Иваниси. Я не могу его видеть, но знаю, что он там».
«Так ты собираешься заставить этого жалкого человечка в очках совершить самоубийство, – грубо говорит женщина, показывая на то место, где стоит Иваниси. – Ты собираешься заставить его выпрыгнуть из окна собственной квартиры – точно так же, как поступил со мной, не так ли?»
Кит моргает, изо всех сил пытаясь увидеть Иваниси, но там ничего нет. Он все еще заперт в собственном видении.
«Вот что я тебе скажу, – говорит женщина; ее речь похожа на непрекращающийся поток – видимо, точно так же она говорила, когда была жива. – Этот человек посмотрел в твои глаза и ведет себя так, будто он готов совершить самоубийство, но это лишь притворство».
– Что? – безотчетно отвечает Кит и поворачивается, чтобы посмотреть на призрак жены политика.
«Этот парень – хитрец, так что он только прикидывается, что собирается спрыгнуть. Он вводит тебя в заблуждение».
Кит вновь медленно поворачивается к тому месту, где должен был находиться Иваниси. Все, что он видит, – это окно. Заходящее солнце за светло-коричневыми кружевными занавесками. Огни на зданиях разной высоты, плющ, обвивающий телеграфные столбы, рассеянные по небу гонимые ветром облака. Все это он видит вполне отчетливо, но только не Иваниси.
«Стоит тебе ослабить бдительность, как он схватит пистолет и застрелит тебя. Но, может быть, это и к лучшему. В конце концов, все люди хотят умереть, не так ли? Ты – не исключение».
Когда она произносит это, Кит чувствует непривычное ощущение, распространяющееся от самых подошв по всему его телу, – подобно крови, выступившей из старой раны. «Что это?» – спрашивает он себя удивленно, чувствуя, как каждый волосок на его теле поднимается дыбом. Мгновение спустя он понимает.
Это страх.
Его охватывает страх.
Заполняет все его существо.
Он открывает глаза, вглядываясь в пустоту комнаты. Иваниси нигде нет. «Где же реальный мир?» Его взгляд мечется по сторонам в поисках реальности.
Звонит телефон. Пронзительный электронный рингтон. Пока длится первый гудок, его тело пребывает в оцепенении. На втором гудке державшая его сила как будто отпускает его голову, и Кит обретает способность поворачивать шею. Он яростно трясет головой и несколько раз моргает.
Комната обретает ясность. Болтливая домохозяйка исчезла, и вместо нее вновь появляется Иваниси.
Раньше он стоял прямо перед Китом, глядя в окно, но в какой-то момент переместился вправо – и сейчас стоит на четвереньках, что-то лихорадочно пытаясь нащупать.
Там на полу, прямо возле вытянутых пальцев Иваниси, лежит пистолет. Кит тоже бросается к нему. За его спиной мобильный телефон на столе продолжает звонить – монотонно, назойливо. Кит сгибает правую ногу и пинает Иваниси в лицо. Тот переворачивается и падает на пластиковую мусорную корзину. По полу разлетаются обрывки бумаги и упаковки из-под рамена быстрого приготовления.
Кит поднимает пистолет.
– Не двигайся.
Телефон, судя по всему, не собирается прекращать звонить.
– Ты просто открылся, дурачок.
– Открылся?
– Стоял там в прострации и разговаривал сам с собой. Ты что, сумасшедший? – В глазах Иваниси отражается вся безнадежность его положения, но на лице появляется вымученная ухмылка. – Тоже мне, специалист по самоубийствам…
Ничего не говоря, Кит направляет на него пистолет. Снимает с предохранителя. У него есть собственный пистолет во внутреннем кармане, но он не заряжен. Он нужен только для того, чтобы запугивать людей и заставлять их совершить самоубийство.
– Да, Самоубийца-сан, не такой уж ты и страшный, – Иваниси заставляет себя громко рассмеяться. – Я уверен, что Цикада вовсе не умер. Сомневаюсь, что кто-то вроде тебя смог бы его убрать.
Телефон продолжает звонить.
– Ты не будешь против, если я отвечу? – Иваниси поднимает обе руки, жестом показывая, что он сдается.
– Почему ты думаешь, что я позволю тебе это сделать?
– Что, не позволишь мне перед смертью хотя бы ответить на звонок?
Иваниси, кажется, говорит не всерьез. Скорее, пытается пошутить, думая, что это может быть смешным.
Все еще держа его на прицеле, Кит отвечает:
– Делай что хочешь. – Это не демонстрация милосердия. Судьба Иваниси уже решена. – Ответь на звонок. Потом ты прыгнешь.
– Так все-таки мне придется прыгнуть? – Губы Иваниси изгибаются в печальной улыбке. Затем он говорит низким голосом – не то обращаясь к Киту, не то к самому себе: – Как говорил Джек Криспин, если хочешь сбежать от этой жизни, просто спрыгни с крыши дома.
Кит собирается поинтересоваться, кто сказал такую глупость, когда Иваниси отвечает на звонок.
