На Таню ван Бойтен словно обрушился водопад. Казалось, сотни литров прохладной воды льются по её телу, и, не понимая толком, что происходит, она старалась выпить столько, сколько могла. Модель, до этого безжизненно сидевшая на стуле с бессильно откинувшейся назад головой, словно ожила, и с каждым глотком спасительной жидкости Таня всё лучше понимала, в каком положении оказалась. Когда поток наконец иссяк, она открыла глаза.

— Пей! — бросила ей фигура, которую на фоне света потолочной лампы она различала лишь как смутный силуэт.

Таня не могла ответить, но поняла: тот, кто держал её в плену в этом негостеприимном месте, только что дал ей воды. Модель была ещё слишком слаба, чтобы действовать скоординированно или связно мыслить. Но Таня интуитивно знала, что Маффин и бабушка Эрна исчезли. Прежде чем она успела задуматься об этом дальше, последовал рывок — какое-то трудно определимое насильственное движение, грубо отозвавшееся в её ослабевшем теле. Таня не знала, ударили ли её или схватили за волосы и рванули голову назад, но, несмотря на ледяной холод, отчётливо почувствовала на лице приятное тепло, когда кто-то приблизился настолько, что она ощутила его дыхание. Свет потолочной лампы померк, когда кто-то склонился над её лицом.

— Воду получишь снова завтра. Один стакан.

— Где Маффин? — вырвалось у растерянной Тани, и уже в следующую секунду ей стало стыдно за этот вопрос.

— Хочешь маффинов? — услышала она в ответ. — Извини, мне это не пришло в голову.

С этими словами тёмная фигура снова отступила и с глухим стуком закрыла за собой дверь чердака. Таня вновь осталась одна в своей ледяной тюрьме, откуда, казалось, не было выхода.

Сдашься — проиграешь. Сосредоточься наконец! Если сама считаешь себя бессильной, значит, так оно и есть. Никакой слабости!

Вода спасла Таню от смерти от жажды, но требовалось ещё немного времени, прежде чем она снова сможет упорядочить мысли и рассуждать конструктивно. Как член жюри Dein Catwalk, она должна была поддерживать юных участниц всякий раз, когда те сталкивались с казавшимися неразрешимыми задачами. И каждый раз Тане удавалось придумать, как девушки могут собственными силами справиться с ситуацией благодаря порядку и дисциплине. Теперь, поняла она, эту способность нужно было применить к самой себе. Обессиленно обмякнув на стуле, Таня вдруг подумала: А кто вообще сказал, что ты не можешь освободиться от пут?

Отправить