Глава 5. Жертвы и происшествия

Я прошел мимо лифта с широкими, как ворота, дверями – на Земле такие бывают только у грузовых – и побежал по лестнице. Ступени были рассчитаны на нормов, и идущий чуть выше морф шагал сразу через четыре. Я обогнал его, вышел на площадку второго этажа. Отсюда и вправо, и влево уходил длинный, плавно изгибающийся коридор с дверями по обе стороны. Я вызвал план гостиницы, чтобы найти свой номер, и только сейчас прочитал его спецификации. Заведение оказалось из недорогих. Здесь в основном размещали командировочных со спутников, у которых нигде на Большом Ю не было постоянного жилья. Собственно, и этажей у гостиницы было всего три. Остальные занимали офисы торговых представительств, служащие которых обитали здесь же в крошечных двухместных каморках. И да, номер, который я сейчас искал, был из таких. И даже наполовину занят.

Пройдя по вытертой за годы ногами жильцов полосе в пластиковом ковре на полу, я остановился у двери с номером 207. На ее полотне мигала красным виртуальная надпись «Пошли к черту!», очень красноречиво подкрепленная фигуркой морфа, раз за разом повторяющей оскорбительный жест. Я подключился к внутренней системе безопасности. Моего допуска хватило, чтобы выяснить, что мой сосед – скат и что он сейчас в номере. К счастью, комнат все же оказалось две. Пискнул замок, и я вошел в узкий, как гроб, холл. За тонкой дверью по левую руку раздались тяжелые шаги, она отворилась рывком, и передо мной возник, сразу заполнив собой все пространство, огромный скат. На миг показалось – тот же самый, которого мы встретили на улице, но у того рисунок на коже был зеленоватого оттенка, а этот носил ярко-красный. Морф уперся в меня тяжелым взглядом широко расставленных глаз, огромный рот его открылся, показывая ряды мелких острых зубов. Он проревел:

– Чего надо?!

Я отступил на шаг, просто чтобы не задирать голову слишком высоко, и ответил:

– Приветствую. Будем соседями.

– Пошел к черту! – Скат повысил голос, но уже потерял ко мне интерес и начал втягиваться обратно к себе.

Когда дверь за ним захлопнулась, я повернулся и вошел в свою комнату.

Обстановка тут была почти спартанская: простая универсальная кровать-трансформер, пара таких же стульев, откидной стол на кронштейне – вот и все. Видеостена оказалась отвратительного качества и со спектром, сдвинутым под расширенное зрение морфов. Вытащив из встроенного шкафа белье, я бросил его на кровать – застелю позже, – затем сел на стул и вывел на виртуальный экран перед собой полученные от Совета данные о погибших.

Итак, Егор Федоров, лидер команды разведчиков. На зацикленном видео появился мужчина с изъеденным оспинами, обожженным лицом. Тяжелые надбровные дуги с густыми седыми бровями, из-под которых блестели в камеру маленькие глаза неопределенного цвета. Седые волосы коротко пострижены, уши плотно прижаты к черепу, кожа на шее дряблая. Я заглянул в данные: 87 лет, после завершения контракта должен был выйти в отставку. Герой Большого Ю: он и его люди спасли целую рабочую станцию, когда та начала падать сквозь атмосферу из-за разгерметизации газовых подушек.

Дело было громкое, его даже на Земле обсуждали почти месяц. Пока шла эвакуация, они с помощником залатали разрыв в оболочке и подключили спасательный катер для подкачки той газом. В процессе эвакуации начался пожар, но удалось обойтись без жертв, а сами работы по удержанию на плаву прошли так хорошо, что станция вот уже несколько лет продолжает погружаться, но никак не утонет.

В ставшем для Федорова последним погружении команда отправилась вытаскивать научный зонд. Тот слишком глубоко нырнул под облака и оказался на глубине, где газовая атмосфера становится плотнее воды. Ничего особо критичного, катер разведки способен выдерживать много бо́льшие нагрузки. В результате зонд перехватили, но с подъемом начались проблемы: заклинило газовую подушку. Можно было дождаться помощи или попробовать справиться самим. Второе было смертельно опасно, однако Федоров решил выйти наружу сам, чтобы не рисковать командой.

Я запустил последнее сохранившееся видео с камеры скафандра. Перед объективом мелькали части обшивки и руки в толстых перчатках, цепляющиеся за скобы на корпусе катера и двигающиеся как в патоке. Он что-то немелодично напевал хрипловатым голосом, когда вдруг завыл сигнал тревоги и изображение пропало, сменившись надписью «Потеря сигнала». По официальным данным, произошла разгерметизация с последующей имплозией, скафандр просто схлопнулся под чудовищным внешним давлением. Остальная команда уцелела: они не стали рисковать и дождались спасателей.

В целом дело виделось ясно: старый опытный человек погиб, переоценив свои силы и возможности. Но почему тогда его поставили в один ряд с другими погибшими? Я прокрутил последнее видео несколько раз, однако ничего подозрительного не заметил. Тогда решил обратиться к предыдущим, запросил записи из катера, но нужной информации не оказалось. Удивленно хмыкнув, я вышел в сеть по защищенной линии и запросил данные непосредственно в системе разведчиков. Через несколько секунд прилетело подтверждение, что видео нашлось.

Я не стал смотреть всю запись, а вместо этого передвигал ползунок, пока не нашел нужный фрагмент. На нем было четко видно, как Федоров надевает скафандр и входит в шлюз. Что-то в этих кадрах царапнуло взгляд, но что именно, я так и не понял. Какая-то неправильность, незаметная глазу, отчего моя интуиция сделала стойку и тихо заскулила: смотри, смотри, смотри!

И я смотрел. Раз за разом прокручивал, переключал кадр за кадром, но ничего не видел. В конце концов я откинулся на спинку стула и потер глаза, перед которыми уже плыли цветные пятна. У меня еще четыре случая, и каждый требует подробного изучения.

Русалку звали Ева Фишер, 27 лет. На видео появилось лицо с огромными глазами, крошечным носом и тонкой линией рта. Очень даже симпатичная, если не обращать внимания на зеленоватый оттенок кожи и крупные чешуйки на лбу, щеках и лишенной волос голове. Я масштабировал изображение, чтобы русалка показалась в кадре вся. Гибкое тело с тонкими длинными руками, вполне человеческое, переходило в хвост, не рыбий, а скорее дельфиний, но все с тем же зеленоватым отливом. От шеи до плавника Фишер обтягивал тонкий прочный комбинезон. Я открыл спецификации.

Русалку модифицировали по высшей категории защиты: плотные кости, укрепленные мышцы и связки, кожа покрыта металлизированной чешуей. Когнитивно русалку тоже усилили, что было оправдано ее работой: станция подо льдом Европы не может вместить большую партию ученых, так что в подводном куполе у каждого три-четыре профессии. И в день гибели вместо лаборатории она оказалась у нижнего слоя льда. Я открыл отчет, пролистал показания участников события, схемы их расположения в момент инцидента, поискал видео, не нашел и вернулся к рассказам очевидцев.

Рутинная операция: подняться к нижнему краю ледяного панциря, закрепиться и начать бурение. Перекрестные ссылки вели к документам о своевременном прохождении инструктажа по технике безопасности всеми участниками, о проверке оборудования, о сканировании рабочего поля. Батискаф, на котором ученые поднялись со дна, отплыл в сторону, чтобы не мешать работе. Я развернул панораму, нашел на ней крохотную искорку, приблизил, металлическая сфера с наростами двигателей заняла весь экран. Базовая модель, без манипуляторов и плавильных дюз, удивительно, что взяли именно ее. И этот выбор оказался роковым.

Когда ученые закрепились и техника начала высверливать первый керн, во льду появилась и стала быстро расширяться трещина. Часть закрепленного на поплавках оборудования провалилась в разлом и начала быстро всплывать к поверхности. Фишер оказалась ближе всех и погнала скутер вдогонку, но пласт сместился, и трещина сомкнулась. Ученые пытались добраться до русалки, подогнали батискаф, однако тот, лишенный специального оборудования, оказался бесполезен. На подъем вызванной со дна спецтехники ушло 12 часов, а в итоге удалось найти только лоскут комбинезона со следами крови. Анализ подтвердил, что это кровь Фишер.

Закрыв окно с данными по русалке, я переключился на следующего погибшего. Лука Хоффман, 105 лет, радиоастроном. Крепкий сухой старик, очки на морщинистом лице – скорее статусная вещь, чем необходимость. Взгляд становился пустым и тяжелым, когда на записи он снимал их и начинал протирать тонким платком. Костюм старый, но чистый и наверняка надевался только на время подобных записей. Герр Хоффман работал на одном из внешних спутников, у которого даже имени не было, только числовое обозначение. Проект, в котором он принимал участие, назывался «Второе Кольцо», но, кроме названия, информации по нему в свободном доступе не нашлось. Даже полицейский допуск не помог обойти плашку «Данные отсутствуют». Была скрыта и ранняя информация по Хоффману, включая биографию. У меня имелось только видео. Прекрасно.

Я развернул карту системы Юпитера и вывел на нее траекторию последнего полета ученого. Результат впечатлил. За несколько земных суток он облетел все крупные спутники, некоторые – не по разу, чудом не разбившись и не вылетев за пределы системы. Станционный десятиместный катер перехватили за час до входа в атмосферу, обнаружив на борту тело ученого. Проверка выявила халатность работников, установивших вместо баллонов с кислородом и азотом только азот. По мере убывания кислорода поглотители связывали углекислоту, а на ее место поступал азот. Детекторы аварийной системы оказались вне сети, старик потерял сознание и умер, не успев ничего понять.

Тут нужно разобраться сразу с несколькими «почему». Даже если баллоны перепутали, почему были отключены детекторы? Почему старик оказался на катере? Почему никто не заявил о его исчезновении? И, наконец, почему скрыта информация о «Втором Кольце», и что это вообще? Какие-то работы по модификации уже существующего Кольца? Марсианского? Ведь именно оно было построено вторым… Я связался с портовыми службами и зарезервировал себе челнок до лаборатории – его обещали подготовить в течение часа, – а пока раскрыл информацию по четвертой жертве.

Сергей Ромашин, 29 лет, морф-ремонтник. Начальник смены в той самой мастерской, где был убит управляющий. Поджатые тонкие губы, кривой, не раз ломанный нос, темные глаза. Высокий и лысый, как и все в линии его модификации, грубый шрам начинается на виске и пересекает лицо, заканчиваясь на подбородке. На видео он был в парадном комбинезоне, явно чувствуя себя в нем некомфортно.

В личном деле было указано, что Сергей работал в этих мастерских с момента прибытия, сначала простым исполнителем, но очень быстро поднялся до зама, а после и до начальника смены. Судя по десятку страниц официальных благодарностей и отзывам коллег, с работой справлялся отлично. Несколько раз продлевал контракт, на Землю не стремился, но оно и понятно: родители Ромашина погибли, когда ему не было и пяти, жил в приюте, по слухам состоял в банде. Десять лет назад оказался на Юпитере, где зарекомендовал себя с лучшей стороны. Прирожденный лидер, с нечеловеческим чутьем на опасность.

Тем удивительнее, что он погиб так глупо. Я посмотрел отчет и сделал поправку: признан погибшим. Возвращался домой, случилась авария, и его катер застрял в глубине. К отчету была приложена запись аварийного сигнала, транслируемого катером, зацикленное сообщение, вложенное в стандартный цифровой код запроса помощи. Я включил ее и услышал хрипловатый низкий голос, раз за разом спокойно и с расстановкой повторяющий: «Это КРС-12-74. Пробиты баллоны, запрашиваю помощь. Мои координаты…»

Я переключился на карту Юпитера, вбил координаты и совместил их с картой станций. Интересно, откуда и куда возвращался погибший, если в месте аварии ничего нет? Отследив дрейф станций к моменту гибели Ромашина, я получил похожую картину. Но откуда-то стало же известно, что он возвращался домой? Поиск по фразе вывел свидетельские показания, которые давал ставший пятой жертвой управляющий. Я открыл страницу.

«Да, наверное, я его последний видел. Мы задержались оба, надо было вопросик один по работе обмозговать, остальные ребята разошлись уже. И мы как закончили, он говорит, мол, домой полечу. У него так-то комната, но он к одной там летал постоянно. Кто? Не, этого не скажу, не в курсе. Да и не мое дело».

Вот и ответ, но все равно не полный. Как вариант, они встречались на нейтральной территории. Почему? Нужно это выяснить, как и личность женщины.

Больше ничего значимого в показаниях коллег и руководства не нашлось. Да, отличный работник, всегда и везде первый, повышенное чувство справедливости, из-за чего случались постоянные ссоры с руководством. Очень осторожный, с животным нюхом на неприятности, позволявшим ему выживать. И вот он гибнет в аварии далеко от обычных корабельных маршрутов, когда у него лопаются газовые поплавки… Я глубоко вдохнул, с силой потер лицо. Нужно выяснить, как часто на Юпитере случаются аварии такого рода. Только в рамках этого дела мне уже трижды встречаются их упоминания, причем две жертвы связаны с ними напрямую.

Из свидетельских показаний я по прямой ссылке перешел в дело последней жертвы, единственного, кто погиб очевидно насильственно. Франтишек Новотный, 30 лет, морф-ремонтник, управляющий мастерскими, непосредственный начальник Ромашина. В показаниях сотрудников чаще всего проскакивали такие характеристики, как «завистливый», «нечистый на руку» и «злопамятный». Один из опрашиваемых даже выразил одобрение по поводу его смерти, правда подробное изучение алиби говорившего показало его полную непричастность.

Новотный появился на Юпитере одновременно с Ромашиным, они были из одной партии морфов, то есть прошли обращение в одно время и в одном месте, а значит, были знакомы достаточно близко. При этом, как указывают те же свидетели, обоюдная неприязнь у них проявилась далеко не сразу. Они попали в одну команду и около года работали бок о бок, пока Новотный не пошел на повышение. Здесь их приятельским отношениям пришел конец, и по инициативе именно Франтишека, ставшего вмиг высокомерным и нетерпимым. Между ними начались постоянные ссоры и разборки. Ромашин считал, что именно он должен быть управляющим, и на его сторону перешли все работники мастерских, но руководство решило вопрос по-своему. Конфликт медленно тлел, пока за неделю до гибели Ромашина не вспыхнул с новой силой. Свидетели утверждали, что причиной стало новое оборудование, пришедшее с Марса, доступ к которому Новотный закрыл по невыясненным до сих пор причинам. Между Ромашиным и управляющим даже произошла безобразная драка на глазах у всей смены, но дело замяли по распоряжению самого Новотного.

Чем не мотив? Все прекрасно складывается: конфликт переходит в горячую фазу, начальник унижен на глазах подчиненных и подстраивает несчастный случай, но после в отместку убит сам… Прекрасно и очевидно. И тогда остальные эпизоды можно списать на обычные случайности. И будь у меня немного меньше опыта, на этом бы все и закончилось. Закрыв папку с делами, я посмотрел на висящие в поле зрения часы и связался с Войцехом.

– Не отвлекаю? Нужно, чтобы ты снова наведался в мастерскую и поговорил с рабочими. А я пока слетаю к ученым.