501-510

501. Трубецкой Е. Н. Религиозно-общественный идеал западного христианства в V веке. Ч. 1. Миросозерцание блаженного Августина. — М., 1892. Ссылки князь не дает, но, наверно, это Epist. 144.

502. Ключевая часть этого письма (п. 17) цитировалась в русском дореволюционном учебнике (Павлов А. С. Курс церковного права. — СПб., 2002. С. 364), впрочем, скорее несогласно.

503. Об отношения Августина с донатистами см.: Белоликов В. З. Литературная деятельность Блаж. Августина против раскола донатистов. — Киев, 1912. О первых гонениях на донатистов и о роли Августина см. также: Буассье Г. Падение язычества. Исследование последней религиозной борьбы на Западе в IV веке. — СПб., 1998. С. 85–89.

504. Augustinus, sive doctrina S-ti Augustini de humanae naturae sanitatae, aegritudine, medicina etc.

505. Успенский Л. А. Богословие иконы.

506. Из «Книги обличений или евангелия вечного» // Житие протопопа Аввакума им самим написанное и другие его сочинения. — М., 1960. С. 178.

507. Христианское чтение. — СПб., 1834. Ч. IV. С. 229–242.

508. Там же. С. 236.

509. «Это предание, впервые встречающее в латинских и русских текстах XIV–XV веков, было, похоже, создано позже, чем подобные изображения, в качестве объяснения этой иконографии, смысл которой был уже подзабыт. Хотя наиболее ранние подобные изображения датируются XI веком, текст из Vita compilata, где говорится о древних образах, доказывает не только их существование в X веке, но и тот факт, что их значение уже тогда понимали смутно. Оно начало проясняться тогда, когда благодаря контаминации Житий Николая Мирликийского и Николая Сионского святому стали приписывать прохождение всех ступеней церковной иерархии, переосмыслив рассказ Михаила Архимандрита о Николае из Патр, подразумевавшего, что простой мирянин стал епископом Мир по божественной воле. В данной иконографии усматривал свидетельство небесного происхождения епископского достоинства святого» (Микеле Баччи. Иконография святителя Николая // // Добрый кормчий. Почитание святителя Николая в христианском мире. — М.: «Скиния», 2011. С. 309–310).

Другой исследователь считает возможным удревнить датировку этой иконографии: «Иконография Христа и Богоматерь посещающих св. Николая в темнице со знаками епископского достоинства в руках появляется не позднее IX века. В композиции, возможно, отразились споры о праве назначения или поставления епископов, но этот вопрос еще ждет исследователя. Позже композицию объясняли как доказательство пребывания архиеп. Николая на Никейском соборе, когда он был лишен знаков сана, которые были возвращены ему Христом и Богоматерью» (Нэнси Паттерсон-Шевченко. Святой Николай в византийском искусстве // Добрый кормчий. Почитание святителя Николая в христианском мире. — М.: «Скиния», 2011. С. 286).

Но и тут главное для нашей темы слово — «позже».

510. «Работавшая под его началом комиссия издала стандартный агиографический цикл. Суть вносившихся Метафрастом корректив состояла в риторизации стиля и в приглаживании содержания житий. В них почти не оставалось места чудесам и любому нестандартному поведению» (Иванов С. А. Византийская культура и агиография. — М., 2020. С. 324).

Отправить