Впервые в доме Су Сяотун собралось так много людей. Члены «Большой семьи» сидели тесным кругом, выпрямив спину, на лицах у всех читалась жуткая подавленность – легко было представить их состояние после случившегося. Глаза Шэнь Фэнся покраснели и опухли – сразу понятно, что она долго плакала. Тело Юань Дуна уже отправили в морг, а Шэнь Фэнся уведомила его родителей и родственников, те сейчас спешили в Лиши для организации похорон.

– Есть одна вещь, о которой я должен вам сообщить. – Тань Юн достал из кармана куртки документ и показал всем. – Я отказался от наследства Гун Ямэй.

Присутствующие изумились.

– Почему? – спросила Фань Линь.

– В тот день в больнице вы слышали, что сказал наш начальник отдела: поскольку я являюсь одним из наследников, то не могу продолжать расследование по этому делу и меня нужно отстранить. Но я не захотел этого и добровольно отказался от наследства. Таким образом, дело по-прежнему остается в моем ведении. – Тань Юн не стал вдаваться в подробности, изложив все просто и сдержанно.

– Ради расследования ты отказался от наследства в двадцать семь миллионов?! – Хань Лэй не скрывала недоверия. – Лао Тань, о чем ты только думал?

– Я думал о том, что должен лично поймать убийцу, который орудует прямо у меня под носом. – Тань Юн обвел всех взглядом. – После отравления, уверен, вы все тоже поняли: этот человек находится среди вас.

Все переглянулись, в глазах читался страх и беспокойство. Шэнь Фэнся, опустив голову, сквозь зубы прошипела:

– Убийца…

– Фэнся, кого ты называешь убийцей? – спросил Тань Юн.

Шэнь Фэнся подняла голову. Ее ледяной, полный ненависти взгляд медленно скользнул по каждому, когда она с отвращением произнесла:

– Я не знаю… Но этот человек сейчас сидит рядом со мной. Одна только мысль об этом…

Ее выражение лица стало поистине устрашающим. Никто не ожидал, что всегда мягкая и добрая Шэнь Фэнся после потери любимого так преобразится. Она словно превратилась в мстительного демона.

– Фэнся, я понимаю твои чувства. – Тань Юн попытался ее успокоить. – Но это дело уже находится под особым контролем полиции. Я даже отказался от наследства, чтобы полностью сосредоточиться на поимке подлого убийцы. Прошу тебя – не поддавайся эмоциям, доверься мне.

– Лао Тань, тебе лучше найти убийцу, – процедила Шэнь Фэнся. – Иначе я сама с ним разберусь.

– Фэнся, что ты имеешь в виду? – встревожилась Фань Линь. – Ты же не знаешь, кто убийца. Как ты с ним разберешься? Неужели из-за случившегося ты будешь считать каждого из нас преступником? Большинство здесь невиновны, мы и сами пострадали.

– Фань Линь права, – поддержал Тань Юн. – Тебе нужно взять себя в руки.

Шэнь Фэнся едко усмехнулась:

– После потери учителя мне больше не нужно притворяться.

Все переглянулись в недоумении.

– О чем ты? – спросил Тань Юн.

– Помните, я рассказывала вам историю? В сельской школе, где я училась, была девочка, которая после выпуска устроилась в караоке-бар. Юань, тогда еще молодой учитель, лично пришел и вытащил ее оттуда. Так вот, этой девочкой была я.

В комнате повисло потрясенное молчание.

– Да, я не была примерной ученицей… Когда родители собрались выдать меня за богатого старика, я сбежала и начала работать в караоке-баре. Думала, этот толстосум не станет жениться на «ночной бабочке». Но мои родители… они даже не возражали. Деньги ведь. Только учитель один не сдался. Вытащил меня из этого ада, прошел десятки горных троп, чтобы убедить моих родителей дать мне образование. Тогда ему было чуть больше двадцати – красивый, страстный идеалист. Я полюбила его сразу. И знала – ни один мужчина не будет относиться ко мне так же. Если бы представился шанс, я бы отдала за него жизнь. Поэтому, когда у учителя диагностировали БАС, я безраздельно посвятила себя заботе о нем. Все эти годы я прекрасно знала, какой тип девушек ему нравится. Ради него я могла отказаться от собственного «я», превратиться в кроткую, добродетельную женщину. Хоть это и не была моя истинная натура. Но ему нравилась такая я – и это главное. На самом деле я готова была пожертвовать ради него не только своей сущностью, но и всем остальным. «Что бы ты ни делал, я поступлю так же». То были не просто пустые слова.

Шэнь Фэнся вновь окинула всех взглядом:

– Но теперь его нет. Его отравил кто-то из вас. Я будто потеряла маяк в океане жизни. Не понимаю, зачем кому-то понадобилось убивать его. Учитель Юань собирался потратить наследство на благотворительность. Если бы я знала, кто это сделал, я бы вырвала его сердце и посмотрела, насколько оно черное!

Слова Шэнь Фэнся заставили всех похолодеть. Тань Юн сказал:

– Убийца целился не только в Юань Дуна, но и в остальных.

– Да, мы все отравились, – подхватил Ван Синсин.

– Но наверняка один из нас притворяется. Возможно, тот, кто отравился меньше всех, – предположила Фань Линь.

– Мы тоже об этом подумали, – согласился Ли Бинь. – Вчера я спросил врачей, у кого симптомы были слабее.

Тань Юн не знал об этом.

– Врачи назвали кого-то конкретного?

– И не одного. По их словам, трое перенесли отравление легче.

– Кто именно?

– Говорить сейчас?

Тань Юн подумал.

– Говори.

– Ся Ци, Су Сяотун и Шэнь Фэнся.

Все взгляды устремились на названных женщин. Ся Ци сказала:

– Те, кто легче перенес отравление, не обязательно убийцы. Я просто съела меньше супа. К тому же убийца мог специально съесть больше, чтобы симптомы выглядели убедительнее, но не привели к смертельному исходу. Разве не так?

Тань Юн сделал паузу.

– Теперь я буду задавать вопросы, а вы – отвечать честно. Первый вопрос: кто покупал продукты в тот день?

– Лао Тань, неужели это не очевидно? – спросила Ли Сюэли. – Я же уже говорила тебе в больнице – закупкой продуктов всегда занимаюсь я.

– Ли Бинь, запиши, – распорядился Тань Юн.

– Хорошо. – Ли Бинь достал блокнот и ручку.

– Где ты покупала продукты в тот день? – продолжил Тань Юн.

– На ближайшем к «Юэхайваню» рынке. Я всегда хожу туда.

– Все дикие грибы куплены на рынке? Нигде больше?

– Да, – твердо ответила Ли Сюэли. – Лао Тань, если не веришь, посмотри записи уличных камер – я была только на рынке.

– Среди купленных грибов были красные?

– Ни в коем случае. Яркие грибы обычно ядовиты – это всем известно. Я готовлю больше десяти лет – как я могла этого не знать?

– Капитан Цзян провел экспертизу образцов еды с того вечера. В курином супе обнаружены компоненты смертельно ядовитого гриба «огненный коралл». – Тань Юн обвел всех взглядом. – Вспомните – попадались ли вам на глаза в тот вечер грибы подозрительного вида?

– «Огненный коралл»… Я слышал об этом грибе, – сказал Гу Лэй. – Он похож на красные пальцы, да? Если бы за ужином было что-то столь необычное, все бы обратили внимание.

– Снаружи этот гриб красный, а внутри белый, – пояснил Ли Бинь. – Убийца, конечно, не стал бы класть в суп грибы с такими характерными признаками. Скорее всего, он срезал красную часть, а оставшуюся измельчил в порошок. Попробуйте вспомнить, видели ли вы незнакомые грибы.

Все покачали головой. Ся Ци сказала:

– Все грибы, которые мы ели тем вечером, мне знакомы. Если не ошибаюсь, их было четыре вида. Я их прекрасно знаю.

– Верно, я купила четыре вида съедобных грибов, – подтвердила Ли Сюэли.

– Эти грибы я ела сотни раз. Среди них не могло быть ядовитых, – добавила Фань Линь.

Тань Юн кивнул:

– Как я и предполагал, ядовитые грибы добавили уже во время ужина, а не при приготовлении. Иначе бы и дети пострадали. В тот вечер ведь они вышли из-за стола раньше?

– Да. Мы пили алкоголь, детям нечего было делать за столом так долго, – ответила Фань Линь. – Вэньцзин и Сяолян ушли в комнату – заниматься уроками и играть.

– Видимо, у убийцы осталась совесть – не стал травить детей, – заключил Тань Юн. – Специально дождался, когда они уйдут.

– Разве нет другого объяснения? – вдруг не выдержала Шэнь Фэнся.

– Какого? – спросил Тань Юн.

– Даже тигр не съест своего детеныша.

Смысл этих слов был слишком очевиден. Фань Линь тут же отреагировала:

– Фэнся, ты намекаешь, что если убийца не я, то это либо Су Сяотун, либо Гу Лэй?

– Тебе лучше знать.

– Ты!..

– Хватит! – резко прервал их Тань Юн. – Полиция будет учитывать все обстоятельства. Мои вопросы еще не закончились.

Обе женщины замолчали. Тань Юн продолжил:

– Раз мы установили, что ядовитые грибы добавили позже, попробуйте вспомнить, кто вел себя подозрительно после того, как дети вышли из-за стола.

Присутствующие растерянно переглянулись.

– Мы тогда обсуждали планы на отпуск, – сказала Ся Ци. – Взрослые сидели за столом – все у всех на глазах. Кто бы сумел подсыпать яд при таких условиях?

– Именно, – поддержал Ван Синсин. – Незаметно добавить ядовитые грибы в суп было невероятно сложно.

– Открыто, конечно, нельзя. Значит, человек сделал это, когда все отвлеклись, – рассудила Су Сяотун.

– В супе не нашли кусочков «огненного коралла», только порошок, – пояснил Ли Бинь. – Значит, убийца ждал удобного момента, чтобы подсыпать заранее измельченные грибы. Так яд равномернее распределился и быстрее всосался. Убийца продумал детали. Это был хладнокровный расчет.

– Порошком отравить проще, – добавил Тань Юн. – Можно спрятать его в рукаве и подсыпать, когда наливаешь суп или накладываешь себе еду. Запястье прикроет это движение. Так что провернуть это при всех вполне реально.

– Лао Тань, выходит, вычислить отравителя невозможно, – сказала Фань Линь. – Все тогда оживленно общались, каждый наливал суп и брал закуски. Никто же не следил за чужими руками.

Несколько человек кивнули.

– Пока оставим этот вопрос. Следующий – в каком порядке вы почувствовали симптомы отравления?

– Никакого порядка не было, нам поплохело почти одновременно, – сказала Хань Лэй.

– Но кто-то же был первым? Кому стало плохо раньше всех?

– Учителю Юаню. Потому что… я налила ему несколько порций супа. Знала, что он его любит, – с горечью произнесла Шэнь Фэнся.

– А затем?

– Наверное, мне, – сказала Ли Сюэли. – Меня прихватило вскоре после того, как Юань Дун пожаловался на боль в животе.

– Честно говоря, у меня закружилась голова еще до того, как Юань Дун заговорил, – добавил Гу Лэй. – Я просто не подумал, что это может быть отравление. Когда все начали жаловаться, стало страшно, тело уже не слушалось.

– У меня так же, – подтвердил Ван Синсин.

– Симптомы проявились у всех за каких-то десять секунд, трудно определить очередность, – заверила Су Сяотун. – Я только помню, что теряла сознание, когда больше половины уже лежали без сил.

– Понятно. Тогда скажите – кто вызвал «скорую»?

Это был ключевой вопрос, но он постарался задать его максимально непринужденно.

Все переглянулись. Прошла пара томительных секунд, но никто не признался.

– В чем дело? – нахмурился Тань Юн. – Почему никто не отвечает?

– Странно… – удивилась Ся Ци. – Ведь тот, кто вызвал «скорую», фактически спас всех нас. Зачем скрываться?

Прошла минута тягостного молчания, но никто так и не заговорил.

– Ладно, на сегодня вопросов достаточно, – сказал Тань Юн. – Если кто-то вспомнит важные детали – сразу свяжитесь со мной. До завершения расследования никто не покидает Лиши. И постарайтесь не собираться вместе за едой – оставайтесь дома.

– Лао Тань, после такого они и сами ко мне не придут, – горько вздохнула Ли Сюэли.

– Тогда мы…

Тань Юн не успел закончить, как Фань Линь перебила:

– Подожди, Лао Тань.

– Что такое?

– Ты велел сообщить, если что-то вспомним. Я сейчас кое-что важное вспомнила.

– Что именно? – Тань Юн внимательно посмотрел на нее.

Фань Линь заколебалась.

– Изначально я хотела поделиться с тобой этим лично – по телефону или в «Вичате». Но подумала, что лучше сказать при всех, так как нужны свидетели.

– Говори, в чем дело.

– На самом деле среди нас один человек вызывает подозрения.

Эти слова вызвали всеобщее потрясение.

– И кто же? – спросил Тань Юн.

– Ся Ци.

– Что?! – Ся Ци побледнела. – С чего ты взяла?

– У меня есть основания.

– Какие?!

– Ся Ци, среди всех нас только ты одна бывала у сестрицы Ямэй дома, верно? Она сама мне об этом рассказывала.

– Ну и что? Я просто забегала к ней поболтать. Разве это преступление?

– Кто-нибудь еще бывал у сестрицы Ямэй? – Фань Линь обвела взглядом присутствующих. – Или знает о таких визитах?

В гостиной повисло молчание. Фань Линь снова обратилась к Ся Ци:

– Видишь? Я права. Только ты оставалась с сестрицей Ямэй наедине.

– Даже если так, что это доказывает?

Фань Линь повернулась к Тань Юну:

– Лао Тань, я не следователь и не могу делать выводы. Просто сообщаю подозрительный факт. Ся Ци была ближе всех к сестрице Ямэй, часто называла ее второй матерью, а та относилась к ней как к дочери. Плюс только Ся Ци бывала у нее дома. Не исключено, что сестрица Ямэй рассказала Ся Ци о завещании и двухстах миллионах. То есть только Ся Ци могла знать о них заранее. Разве это не основание для беспокойства?

В словах Фань Линь была логика. Тань Юн посмотрел на Ся Ци – она заливалась слезами.

– Я навещала не только сестрицу Ямэй. Я бывала у сестриц Сюэли, Хань Лэй и у Ван Синсина… – сквозь слезы говорила Ся Ци. – Просто считала вас своими друзьями и даже семьей. Не думала, что вы сочтете это подозрительным. Сестрица Ямэй никогда не говорила мне о наследстве, но даже если бы сказала – я бы только поблагодарила ее, без всяких дурных мыслей… Хотя вы, наверное, все равно мне не поверите. Мне больно, что вы так обо мне думаете.

Видя ее слезы, Ван Синсин не выдержал:

– Ся Ци всегда была общительной. Ей нравится ходить в гости. Называть ее убийцей из-за этого…

– Я не называла ее убийцей, – холодно поправила Фань Линь. – Просто считаю, что это подозрительно. Я не хожу вокруг да около – вы это знаете. Повторю: я лишь изложила факты, а выводы пусть делает Лао Тань.

– Хорошо, я учту эту информацию. – Тань Юн подумал и поднялся. – Мы с Ли Бинем возвращаемся в управление. Остальным тоже пора расходиться.

Вдвоем с Ли Бинем они покинули квартиру Су Сяотун.

Спустившись вниз, Ли Бинь спросил:

– Лао Тань, мне кажется, Фань Линь права. Если Ся Ци была ближе всех к Гун Ямэй, она действительно могла знать о завещании. Чтобы быстрее получить наследство, убила Гун Ямэй, а затем подсыпала яд в суп. Чем меньше наследников, тем больше ее доля.

– Возможно. Но это лишь бездоказательные предположения. Меня больше волнует другое.

– Что же?

– Никто не признался, что звонил в «скорую».

– Да, я тоже удивился. Что ты думаешь?

Тань Юн остановился и посмотрел на Ли Биня:

– Тот, кто вызвал «скорую», скорее всего, и есть убийца.