Через полчаса Софи уже на месте. Она встречает Пирло у входа в LIQ-бар. Сверка добытых за вечер сведений занимает мало времени. С Крамером вышел провал. Сведения Фенины только добавили загадок. Но сейчас очередь Соарес.

— Чтобы я правильно поняла: у вас был всего лишь роман, да?

— С фон Шпетом?

— Нет, с тобой.

— Конечно. Немного занимались любовью. Не больше.

Софи смеётся. Пирло смотрит озадаченно.

— «Занимались любовью»? Да кто вообще так говорит?

Пирло на миг задумывается.

— А что мне ещё сказать? Просто спали вместе?

Она смеётся ещё сильнее. После отрезвляющего вечера с Крамером это полезно.

— Ты что, клановый гангстер?

— С чего ты взяла? — Теперь Пирло окончательно выбит из колеи.

— У них же всё время одно и то же: я твою мать поимею, я твоих братьев поимею, тебя поимею — и так далее.

Теперь смеётся и Пирло, хотя особенно довольным не выглядит.

Софи решает сменить тему.

— Пойдём внутрь?

Пирло кивает.

— Хорошая мысль.

Внутри он делает знак бармену.

— Ещё два сухих мартини.

Софи не возражает. Напиток слишком горький, но пить его и не придётся. Она ещё немного разговаривает с Пирло. Потом, когда оба убеждаются, что их заметили, берёт бокал и с размаху выплёскивает его содержимое Пирло в лицо. Следом отвешивает ему пощёчину и устремляется к туалетам.

Когда она возвращается, Пирло уже исчез. Софи неуверенно останавливается у стойки. Вскоре рядом появляется Кристина Соарес.

— Пирло исчез.

— Ты о том типе, который только что стоял рядом со мной?

— Да. И знаешь что? Ты всё сделала правильно. С Пирло, конечно, не соскучишься, но он придурок. Хотя разве они не все такие? Либо тебе достаётся милый, но скучный, либо кто-то вроде Пирло.

Кристина Соарес уже изрядно навеселе. Это может оказаться даже полезным.

— Ты хорошо его знаешь?

— У нас когда-то что-то было.

— И ты уже с ним примирилась?

Кристина Соарес пожимает плечами.

— Честно говоря, Пирло мне совершенно безразличен. Это было давно.

Потом кладёт руку Софи на предплечье.

— Но я понимаю, что ты имела в виду, говоря, что я такая умиротворённая. Знаешь, я сейчас скорблю. Для меня это совершенно безумный опыт. Столько разных чувств. Словно я обретаю какую-то особую зрелость. Всё так deep, если понимаешь, о чём я.

Софи даёт ей несколько секунд, чтобы как следует проникнуться собственной глубиной. Потом спрашивает:

— По кому ты скорбишь?

— Мой любимый умер.

— О, мне очень жаль.

— Спасибо, — выдыхает Кристина Соарес и всхлипывает.

Софи подаёт ей салфетку. Соарес осторожно промокает кожу вокруг глаз. Через некоторое время ей становится лучше.

— Твой муж? — осторожно спрашивает Софи.

— Почти, — отвечает Кристина Соарес. — Он был моим любовником. А потом его жестоко убили. Просто так.

Судя по тому, как она это произносит, эту сцену она разыгрывала уже не раз. Софи сочувственно качает головой. Она хорошая публика. Соарес тоже это замечает.

— Знаешь, как хорошо с тобой разговаривать? Поверь, нелегко потерять человека так, как я потеряла любимого. Того, с кем была близка, и всё такое. Тут ещё пресса, которая хочет выжать из этого всё до последней капли. Всё очень сложно. Поэтому приятно просто с кем-нибудь поговорить.

— Конечно, — говорит Софи.

На мгновение она задумывается: правильно ли всё это? Соарес потеряла любовника, а Софи её выспрашивает. Или взять то, что она сделала с Крамером. Этот маскарад. Игра в прятки. Всё ради дела. Уместно ли это? Допустимо ли?

Её мысли прерывает высокая брюнетка. Она возникает словно из ниоткуда и холодно смотрит на Софи.

— Кристина, не забывай: ты хотела осторожнее относиться к незнакомцам.

— Но она не незнакомка, — ноет Кристина Соарес, лишь усиливая угрызения совести Софи. — Это Софи. У меня насчёт неё хорошее чувство. Она меня понимает.

Брюнетка фыркает, разворачивается и исчезает. Кристина Соарес одаривает Софи улыбкой и всем своим вниманием. Только Софи сейчас не знает, что с ними делать.

Здесь и без того всё построено на тонком льду. Пирло сделал несколько звонков и выяснил, что Соарес регулярно появляется по четвергам в LIQ-баре. Потом они придумали пощёчину, которая должна была дать Софи повод познакомиться с ней. И что теперь? Ещё одного провала, как с Крамером, Софи себе позволить не может и не хочет. От отчаяния она выбирает правду.

— Пирло защищает Марле́не фон Шпет. Я ему помогаю.

Кристина Соарес вскидывает брови.

— Вот как?

Коротко, резко и с неприкрытым отвращением.

Софи наблюдает, как Соарес одним глотком опустошает бокал. Бармен замечает торопливый взгляд Софи и готовит два новых коктейля. У Соарес «Космополитен». Софи всё равно. Даже если новые напитки, возможно, уже не понадобятся.

Однако Соарес, к удивлению Софи, не собирается уходить. Вместо этого она спрашивает:

— А я здесь при чём?

Бармен ставит перед ними новые коктейли. Софи делает большой глоток. Потом ещё один.

— Ты когда-нибудь с ней встречалась?

— С Марле́не фон Шпет?

— Да.

— Конечно. Всё-таки она была замужем за Фло.

Софи снова пьёт. Бокал уже почти пуст, но ничего не поделаешь. Пьёт она быстро. Можно сказать, семейное.

— Как вы познакомились?

— Она была рядом уже при моей первой встрече с Фло. Знаешь, они постоянно тусовались на этих светских мероприятиях. — Соарес пренебрежительно машет левой рукой. Светские мероприятия. Кому они нужны? — Не пропускали ничего: скачки, дни рождения, открытия — you name it. Они были буквально везде.

— И ты тоже?

— Конечно. По работе.

Софи удерживается от уточняющего вопроса. Кристина Соарес смеётся.

— Ну и мысли у тебя! Я работаю хостес на мероприятиях.

Её взгляд скользит по Софи сверху вниз.

— Ты и сама могла бы там неплохо устроиться.

— Нет, спасибо.

— Подумай.

Софи допивает коктейль. Соарес к своему бокалу почти не притронулась. Софи решает следить, чтобы под хмельком не включить левый поворотник, а самой не рвануть вправо. С ней такое уже бывало.

— Как ты с ним познакомилась?

— С Фло?

— Да.

Соарес слегка наклоняется к Софи, хихикает и понижает голос:

— Ты правда хочешь знать?

— Конечно.

— Но это неофициальная версия, ладно? От одной пострадавшей от Пирло другой.

Софи заговорщически подмигивает. Насчёт алкоголя, пожалуй, можно не беспокоиться. У Соарес солидная фора.

— Итак?

— Он пришёл с женой на рождественский благотворительный вечер. Оба при полном параде, сидели за лучшим столом и всё такое. Но, знаешь, я сразу заметила, что он не сводит с меня глаз.

— А потом?

— Потом я сделала ему минет в гардеробе.

Софи прокашливается.

— Просто так?

Кристина Соарес улыбается.

— Я тогда ещё не знала, какой он потрясающий мужчина. Но, конечно, уже чувствовала. Нашу связь и всё такое. К тому же на нём был потрясающий костюм. Louis Vuitton, понимаешь. В общем, из этого выросли прекрасные отношения. Настоящая big love. Мы чудесно проводили время. Выходные на Ибице, катание на лыжах в Ишгле, неделя в Фару.

Она показывает на цепочку над пышным декольте — тонкую, серебристо мерцающую и явно дорогую.

— Это от него. Ношу на память.

— Как часто вы встречались?

— Когда только могли. Наверняка раза два в неделю. Вначале было проще.

— В каком смысле?

— Потом его жена стала ужасно ревновать.

— Какое впечатление она на тебя производила?

— Его жена?

— Да.

Кристина Соарес надувает щёки.

— Она красивая. Но, думаю, Фло с ней было тяжело.

— И больше ничего?

Кристина Соарес беспомощно смотрит на Софи.

— А что ещё я должна сказать? Поверь, эта женщина была мне совершенно безразлична. Тем более Фло всё равно собирался её бросить.

— Он собирался что?

— Бросить её, конечно. Фло хотел уйти от неё, оставить всё позади. Хотел только меня — сбежать со мной, уехать, исчезнуть.

Во рту у Софи пересыхает.

— Когда вы собирались уехать?

— Как раз примерно сейчас. В августе. Он говорил, что ему осталось уладить несколько дел. Потом он будет свободен.

— Что он имел в виду?

Соарес пожимает плечами. Софи придерживает её, чтобы та не соскользнула с барного стула. Соарес благодарно улыбается.

— Не знаю, что Фло имел в виду. Я поняла так, что скоро он уедет со мной. Может быть, навсегда на Ибицу или куда-нибудь ещё.

— Но разве работа не требовала, чтобы он оставался в Дюссельдорфе?

— Не похоже. Хотя откуда мне знать? Он сказал только: «Кристина, скоро всё закончится. Я от всего освобожусь. Буду свободен. Мы с тобой уедем отсюда и никогда не вернёмся. Ты останешься со мной, и у нас будет ребёнок».

— Он так сказал?

Соарес энергично кивает.

— Так и сказал! Именно этими словами!

Они опрокидывают ещё по коктейлю. Потом ещё по одному.

На прощание Софи спрашивает:

— Ты понимаешь, что скоро мы увидимся в суде?

Кристина Соарес снова пожимает плечами.

— Конечно. Но там я не смогу сказать больше, чем сейчас. А сколько я уже рассказала!

Согласные начинают опасно расплываться. И всё же она ещё не закончила.

— Знаешь, я понимаю, что ты разговаривала со мной только ради своего дела. Но, честно говоря, мне всё равно. Если уж совсем честно, мне даже всё равно, кто убил моего любимого — его жена или кто-то другой. Он ведь всё равно ко мне не вернётся. И всё равно мне его не хватает.

В уголке её глаза блестит слеза. Теперь Соарес выглядит иначе, чем недавно. Печальнее. Искреннее. Она всхлипывает.

— И всё равно было хорошо поговорить с тобой. Хотя теперь тебе лучше уйти.

Отправить