— Думаешь, в августе они просыпаются так рано? — спросила Маргит.

Томас сосредоточенно лавировал по паутине односторонних улиц Эстермальма.

— Тот, кто придумал эту схему движения, был полным идиотом, — пробормотал он, в третий раз объезжая Карлаплан в поисках нужного поворота.

— А они вообще в городе? Может, уехали за город.

— Что? — Томас проигнорировал знак «Въезд запрещён» и свернул на улицу, где жили фон Хане.

Он припарковался, и они быстро поднялись по лестнице. Несколько раз позвонили. Наконец дверь открыла молодая девушка в светло-зелёном халате. Она явно только встала с постели и растерянно смотрела на Маргит и Томаса, пока те представлялись.

— Мамы и папы нет дома, — ответила она. — Они уехали. — Девушка дружелюбно улыбнулась.

Должно быть, Эмма, — подумала Маргит. Светлые волосы и правильные черты делали её похожей на отца. Элегантная, уверенная в себе. И пока ещё невинная.

— Вы знаете куда? — спросила Маргит.

— На охоту в поместье Бьеррингов, недалеко от Катринехольма.

— На охоту? В это время года? Я думала, сезон начинается только в сентябре.

Эмма легко рассмеялась.

— Они охотятся на кабанов. На них сезон круглый год. У них традиция: днём охота, вечером праздник раков.

— Когда они уехали? — спросил Томас.

— Вчера. Вернутся в воскресенье.

— Там есть другие члены правления KSSS?

— Конечно. Они всегда отдыхают вместе.

Томас нахмурился, и Маргит поняла причину тревоги.

Убийца с винтовкой в лесу. Ничего хорошего. Кто следующий в списке?

— У вас есть адрес или телефон поместья Бьеррингов? — спросила Маргит.

Эмма покачала головой, но тут её лицо просветлело.

— Подождите. Могу посмотреть в маминой адресной книге в кабинете. Я много раз там бывала, но точно не помню, где это.

— Пожалуйста. Мы будем очень благодарны.

Эмма вернулась в квартиру, а Томас с Маргит остались в просторной прихожей. Типичное жильё для этого района: высокие потолки, красивые зеркальные двери, изящные бра и несколько картин в рамах. Сразу видно, что здесь живёт торговец произведениями искусства.

Справа виднелась комната, стены которой занимали книжные шкафы. Перед ними стояли кресла из кожи цвета бычьей крови. Пол покрывал восточный ковёр тёплых красных оттенков.

Маргит огляделась: камин, а на серебряном блюде на каминной полке — приглашения с золотым тиснением.

Через несколько минут Эмма вернулась с запиской и протянула её Томасу.

— Вот адрес.

— Большое спасибо. — Не теряя времени, Томас повернулся к выходу.

— Подождите, — сказала Эмма. — Простите, что спрашиваю, но что-то случилось? — Она тревожно смотрела на них. — В последнее время столько всего происходит…

Маргит постаралась улыбнуться ободряюще.

— Не волнуйтесь, — сказала она и услышала фальшь в собственном голосе. Не хотелось пугать девушку. — Нам нужно лишь задать вашим родителям ещё несколько вопросов.

Очевидно, это прозвучало убедительно: Эмма вежливо улыбнулась и объяснила, что просто хотела убедиться. Когда они спускались по лестнице, она попрощалась и закрыла дверь.

Томас с тревогой взглянул на часы. До Катринехольма ехать минимум полтора часа, а в утренней пробке — ещё дольше.

Времени достаточно, чтобы погиб ещё один член правления KSSS.

Достаточно, чтобы вся их работа оказалась напрасной.

— Может, предупредить местную полицию? — спросила Маргит.

Томас покачал головой, хотя инстинкт подсказывал обратное.

— Мы сами это остановим.

Казалось, машина ползёт невыносимо медленно. С каждой минутой Томас раздражался всё сильнее. Он ехал по Эссингеледен, мимо Кунгенс-Курвы, Худдинге, Сёдертелье и Нючёпинга — всё время превышая скорость в левой полосе.

Маргит одну за другой отправляла в рот пластинки жвачки, яростно жевала и смотрела на часы на приборной панели. Нельзя допустить ещё одного убийства. На этот раз они обязаны успеть первыми.

Наконец Томас свернул с трассы. Вскоре появился знак частной дороги, обсаженной дубами. Аллея вела к усадьбе.

Бьеррингсгорд — старинное поместье XVIII века с двумя флигелями по сторонам. Все здания были выкрашены в жёлтый цвет с белой отделкой.

Томас остановил машину на круглой подъездной площадке перед домом. Они бегом поднялись к двери и нажали кнопку звонка. По дому разнёсся старомодный перезвон.

Никто не открыл.

Томас позвонил снова. Наконец дверь открыла седая женщина средних лет в белом переднике.

Она вопросительно посмотрела на них.

— Мы из полиции. Ищем супругов фон Хане. — Томас показал удостоверение.

Женщина покачала головой.

— Простите, сейчас в доме только я. Все в лесу и вернутся не раньше пяти.

Томас нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

— Нам нужно найти их как можно скорее. Вы знаете, где они сейчас?

— В половине двенадцатого охотники соберутся на обед, — ответила женщина. — Можете поехать на поляну и подождать там.

Она объяснила дорогу.

— На машине минут пятнадцать. Недалеко, но дорога плохая.

Потом извинилась: нужно продолжать готовить вечерний ужин.

— Дел много. На двадцать человек.

Следовать её указаниям оказалось нетрудно.

Они вернулись по аллее на шоссе.

— Осторожнее, — сказала Маргит, когда Томас на большой скорости вошёл в поворот. — Если окажемся в канаве, быстрее не будет.

Он сбросил скорость лишь немного.

— Всё-таки нам нужно подкрепление, — добавила она.

Томас покачал головой.

— Мы почти приехали.

После четырёх недель напряжённого расследования он не хотел ждать. Они были так близко. Осталось несколько минут.

Томас свернул с шоссе на лесную дорогу. Несколько километров машину трясло на ухабах, затем впереди показалась стоянка. Там уже находились другие автомобили. Томас поставил «Вольво» рядом с красным БМВ, и они вышли. Вдалеке слышались голоса.

— Они там, — сказала Маргит. — Идём.

Они прошли на звук несколько сотен метров, пока лес не расступился. Простые деревянные скамьи образовывали квадрат. Томас увидел Акселя Бьерринга, разговаривавшего с незнакомым мужчиной, и Ингмара фон Хане, выходившего из леса с винтовкой на плече. Как всегда безупречный, но мрачный и словно придавленный тяжестью.

С другой стороны, примерно в пятидесяти метрах, из леса появилась Изабелла фон Хане.

Томас и Маргит двинулись вперёд. Аксель Бьерринг поднял голову и нахмурился, узнав полицейских. Извинился перед собеседником и направился к ним.

Изабелла сначала смотрела под ноги. Заметив их, вздрогнула и замерла. Переломленная винтовка свободно лежала у неё под мышкой.

Томас ускорил шаг. Маргит шла на два шага позади. Теперь их увидел Ингмар фон Хане и, в отличие от жены, двинулся навстречу.

Томас неуклонно приближался к цели.

Изабелла фон Хане бросила винтовку, нырнула под ветку и побежала обратно в лес.

— Не дайте ей уйти! — крикнул Томас.

Они с Маргит бросились следом.

Отправить