Маргит принесла две чашки кофе и одну предложила Томасу. Села рядом и сразу выпила половину своей. Томас взял пластиковый стаканчик, хотя обычно избегал кофе из автомата.

Был пятничный вечер. Несколько часов они рассматривали дело со всех возможных сторон.

Допросили многочисленных родственников Мартина Нюрена. Посетили место работы и поговорили с коллегами. Ничего. Судя по вечерним газетам, дело обстояло именно так. Разворот на две страницы подробно рассказывал о провале полиции. Несколько так называемых экспертов оценивали состояние расследования и высказывали мнение о работе следователей.

Маргит нашла пакет малиновых конфет в форме лодочек.

— Будешь?

Томас покачал головой. Ему было нехорошо.

— Интересно, сколько ещё ждать номера из телефона Нюрена, — сказала Маргит. — Если к понедельнику не получим, сама поеду за ними.

— Калле сказал, задержка из-за летних отпусков.

— Чёрт, как досадно, что телефон разбился. Иначе всё уже было бы у нас.

— Техники говорят, возможно, его починят.

— Да, но через неделю? Или даже две?

— У нас есть столько времени?

Томас тревожно посмотрел на Маргит. Им нужна была зацепка — и скоро.

— А компьютер Нюрена? Пароль нашли?

— Обещали сообщить.

— Неужели это так трудно?

Маргит глубже опустилась в кресло и принялась сгибать и разгибать розовую скрепку, пока та не сломалась, просто чтобы занять руки.

— Карина не нашла связи между Юлиандером и Нюреном, — продолжила она. — Общих дел нет. Нюрен работал в Агентстве юридических, финансовых и административных услуг, а оно не занимается банкротствами.

— Но оба юристы. Почти ровесники. Может, учились вместе?

— Калле всё проверил. В прошлом тоже никакой связи. Ничего полезного.

Маргит немного подумала.

— А если у Нюрена был роман с женой Юлиандера? — предположила она. — После всех измен мужа ей могло понадобиться утешение.

— Но тогда Юлиандер не умер бы первым, верно?

— Возможно. — Маргит ещё сильнее сползла в кресле. — И всё же анонимные письма Диане Сёдер могла отправлять она. Карина говорит, сообщения ушли из интернет-кафе по всему городу.

— Это не помогает. Адреса временные.

— Чего мы не видим? — спросила Маргит. — Что упускаем?

Телефон подал сигнал. Она посмотрела новое сообщение.

— Закончили с винтовками фон Хане, — сказала Маргит. — Пуля, убившая Юлиандера, не была выпущена ни из одного его оружия.

— «Марлина» у него не было, так что неудивительно.

Томас посмотрел в окно. Собирались тучи, обещая дождливые выходные.

— Чтобы купить оружие, лицензия не нужна, — сказал он. — Вспомни Лазерного человека. Поехал в Льеж, купил винтовку на улице и привёз домой, а никто не обнаружил. То же самое в Прибалтике. Какова вероятность, что винтовку найдут у пассажира парома? Вероятно, меньше половины процента.

Маргит пришлось согласиться.

Таможня перехватывала лишь несколько единиц оружия в год. Главные силы уходили на наркотики и контрабандный алкоголь. Винтовки не были приоритетом.

— Ни один убийца, у которого работают хотя бы две мозговые клетки, не станет использовать зарегистрированное оружие, — продолжил Томас. — Его слишком легко отследить. Ингмар фон Хане не настолько глуп, чтобы стрелять из собственной охотничьей винтовки. И он умеет обращаться с оружием.

— Ты очень на нём сосредоточился.

— Он что-то скрывает. Я уверен.

Томас не мог определить, что именно, но знал: у Ингмара фон Хане есть тайна.

— А если не он, то кто?

— Извини, но доказательств для обвинения недостаточно.

— Знаю.

Плечи Томаса немного опустились. Голова раскалывалась, тело ломило.

— Выглядишь плохо, — сказала Маргит.

— И чувствую себя не лучше.

Он встряхнулся, но это не помогло. Нос закладывало с каждой минутой.

— Кажется, ты подхватил простуду Перссона, — сказала Маргит. — Езжай домой и ложись. Если разболеешься сильнее, пользы от тебя не будет. Давай.

Томас посмотрел на часы. Почти половина шестого. Он неохотно согласился. Чувствовал себя ужасно.

Отправить