Суббота, Первая Неделя

— Все видели заголовки? — Перссон швырнул вечернюю газету на стол.

В комнате воцарилась тишина.

— Какого чёрта пресса узнала, что Диана Сёдер была любовницей Оскара Юлиандера?

На первой полосе красовалась фотография Дианы из паспорта, а над ней заголовок: «Мотив убийства — ревность?» Шестая и седьмая страницы подробно рассказывали о связях Юлиандера с женщинами.

Под огромной надписью «Любовное гнёздышко Юлиандера!» поместили размытый снимок Дианы Сёдер. Она стояла перед каким-то зданием и прикрывала лицо рукой, словно защищаясь от камеры.

— Мне не нужно объяснять вам, что это совершенно недопустимо.

Но сделать ты ничего не можешь, — подумал Томас. Любой вправе сообщить газете что угодно. А выяснить личность информатора нельзя, не нарушив закон.

Перед глазами снова возникла несчастная женщина, которая без конца вертела на пальце кольцо — подарок ко дню рождения.

— Если выяснится, что утечка произошла из этого отдела… — Перссону не потребовалось заканчивать фразу.

— Даже не начинай, — столь же резко оборвала его Маргит. — Через здание прошли сотни людей. Кто-то наверняка знал, что мы собираемся допрашивать Диану Сёдер.

Перссон пристально посмотрел на неё.

— Здесь полно дополнительных сотрудников: они отвечают на звонки и проверяют оружейный реестр, — продолжила Маргит. — Кто угодно мог услышать разговор у кофейного автомата.

— За это нам влетит и от начальника полиции, и от пресс-секретаря.

— Неважно. Сейчас мы всё равно ничего не изменим.

Краснота на лице Перссона немного побледнела. Он схватил кардамоновую булочку и яростно откусил. Всё ещё сердился, но тему оставил.

— Давайте продолжим, чтобы не просидеть здесь все выходные. — Маргит взяла управление на себя. — Где мы сейчас? Томас?

Тот отчитался коротко и по существу.

— Мы встретились со всеми женщинами, с которыми у Юлиандера были романы. Большинство отзываются о нём хорошо, хотя он их бросил.

— Должно быть, обаятельный был мужчина, — с кривой улыбкой заметила Маргит.

— А алиби? — спросил Перссон.

— У каждой железное алиби на момент убийства. Многие вообще находились за границей или по крайней мере не в Стокгольме.

— Значит, ревность как мотив исключаем?

— У всех опрошенных есть алиби, — ответил Томас и повернулся к Калле. — Как продвигается поиск винтовок?

— Вот список всех, у кого есть лицензия на «Марлин».

— Знакомые фамилии?

Калле кивнул.

— Одна.

— Любовница?

— Один из мужей.

— Тогда сегодня навестим его и обыщем дом.

Томас взглянул на Маргит. Та слегка помрачнела. Это было частью работы, но явно не так она хотела провести остаток субботы.

— Вот адрес. — Калле подвинул лист.

Томас прочитал: Сальтшё-Дувнес. Пригород неподалёку от Сальтшёбадена, где жили Юлиандеры.

— Каковы шансы застать их дома субботним днём в разгар лета? — спросила Маргит.

— Сейчас половина второго. — Томас посмотрел на часы.

— То есть небольшие. Может, сначала позвоним?

— Не беспокойся, — сказал Томас. — Я поеду сразу после совещания. Один справлюсь.

Он понял, что только что нашёл повод не встречаться вечером с Кариной.

Перссон обратил взгляд на Эрика, который перебирал стопку бумаг. С булочки на документы осыпался сахар, и он пытался его смахнуть.

— Что у тебя? — спросил Перссон.

— Мы просмотрели дела о банкротстве, которыми занимался Юлиандер. В одном случае он сообщил властям об уклонении от налогов. Руководителю компании запретили заниматься предпринимательской деятельностью.

— Допросили его?

Эрик засуетился с бумагами, и на стол посыпалось ещё больше сахара.

Томас задумался, достаточно ли Эрик подготовлен для таких сложных дел. Но выбора почти не было: в отделе экономических преступлений в это время года катастрофически не хватало людей.

Перссон оглядел комнату.

— Больше ничего? Хорошо, на выходные свободны. Увидимся в понедельник.

Женщина, открывшая дверь загородного дома в Сальтшё-Дувнесе, побледнела, когда Томас показал удостоверение. Дом стоял на склоне холма, внизу сверкала вода.

— Мне нужно задать несколько вопросов об убийстве Оскара Юлиандера, — сказал он.

Казалось, она вот-вот расплачется.

— Я уже говорила с полицией в среду, — тихо произнесла женщина. — Муж сейчас дома… Неужели вам нужно… — Голос оборвался.

— Вообще-то мне необходимо поговорить именно с ним.

— Кто там?

Из глубины дома донёсся мужской голос, и к двери подошёл крепко сложенный мужчина лет пятидесяти. На нём были лишь плавки. Сквозь стеклянные двери гостиной Томас увидел бирюзовую воду бассейна.

— Можно войти? — спросил он. — У меня несколько вопросов о вашей лицензии на оружие.

Отправить